Час ночи

***

Жмурюсь в ожидании удара. Сейчас меня вряд ли кто-нибудь спасёт. Второго шанса у меня уже не будет. Именно в этот момент, как никогда хотелось девять жизней. Хотя, возможно — это моя последняя жизнь, которую я благополучно просрала. — Да ты самоубийца! — насмешливый голос шатена раздался совсем рядом. Приоткрыв глаза, я лицезрела спокойно стоящего передо мной психа, равнодушно смотрящего куда-то вдаль. Такое ощущение, что он сейчас не собирался устроить здесь резню, а просто купить еды. — Благодарим за помощь, господин Кондо, — из неоткуда появился Куникида, сохраняющий свой строгий вид. Люди, находившиеся в магазине начали расходиться, и осознание ситуации начало медленно достигать разум. Осаму — хитрая тварь. — Это… это… что происходит, — единственное, что я смогла выдавить из себя. — Это была проверка, детективному агентству нужны сотрудники, готовые рискнуть жизнью ради спасения других, — шатен взлохматил свои волосы. — Вы, юная леди, эту проверку успешно прошли. Эти психи додумались разрушить магазин только для этой идиотской проверки? — Проверка? — переспросила я, — Извините, но у меня нет никакого желания работать в агентстве. На это Дазай хитро улыбнулся, и медленным шагом подошёл ко мне. Именно в этот момент я пожалела, что не умею читать мысли. Когда перед тобой стоит человек, способный убить тебя, или что похуже, в любой момент — очень хочется знать о чём он думает. Но вот как это понять, если снаружи шатен выглядит более чем спокойно? — Возможно, — улыбнулся юноша. — Однако, насколько мне известно, вы ещё нигде не работаете, и контролировать свой дар вы не в силах? Я прекрасно понимала к чему он клонит. Если моя способность выйдет из-под контроля — будут не самые приятные последствия. Для меня в первую очередь. Но чем может помочь детективному агентству одарённый, не умеющий управлять своей способностью? — Я понимаю, что вы имеете в виду, — пояснила я, отойдя от Дазая на шаг. Моё временное отступление заставило юношу хитро ухмыльнуться. Это ухмылка мне никогда не нравилась, она всегда предвещала что-либо плохое. В данный момент для меня. — Тогда нам стоит закончить этот разговор, — протянул шатен. — Что же, мы все сегодня устали, так что нам стоит пойти в кафе. Его смена настроения очень пугает, никогда не поймёшь какая эмоция настоящая, а какая нет.

***

— Томоко-сан, все новые сотрудники агентства должны угадывать прошлые профессии своих коллег, — пояснил Доппо, попивая кофе. У меня это проблем вызвать не должно. Я прекрасно знаю кто и кем был. Но если я сразу скажу их прошлые профессии — это может вызвать подозрения. После этой «весёлой» проверки, в кафе с нами последовала ещё тройка человек. А именно Ацуши, Джуничиро и Наоми. Полный состав, так сказать. — Ну… ладно, — с сомнением в голосе сказала я. — Ну наверное, хм… Ацуши был… разносчиком газет? Накаджима неловко улыбнулся, а за столом раздались тихие смешки Наоми и Танидзаки. Сказать, что Ацуши был разносчиком газет — был лучшим вариантом, по крайней мере для меня. Во время мыслительного процесса, в голове сразу же всплыла вторая серия, которая и подала мне идею по поводу прошлой профессии оборотня. — А почему ты так решила? — поинтересовался шатен, поворачиваясь в мою сторону. У меня сейчас очень мало времени на размышление, что заставляло меня нервничать и понижать шанс на нормальное объяснение. Смысла уклоняться от ответа просто нет. Остаётся использовать самый провальный вариант. — Да~а, — протянула я, стараясь не смотреть в глаза Осаму. — Наугад сказала. По его лицу невозможно было угадать поверил он мне или нет. Дазай смотрел будто сквозь меня, явно что-то обдумывая. Мне никогда не нравилось, когда на меня кто-то смотрит, и при этом молчит как рыба. Просто неуютно… И больше всего неуютно, когда в тебя сверлит взглядом псих в бинтах, убивший больше ста человек. Страшно и жутко. В моей голове Осаму всегда заселиться с табличкой: «Псих». Может даже сумасшедший, как вариант. Даже если шатен никогда и не сидел в психлечебнице, хотя точно я этого сказать не могу, может создатели аниме что-то от нас умалчивают. Между ним и человеком с психическим расстройством много общего. Их действия невозможно предугадать… И когда я, ещё в своём мире, просматривала серии аниме, ужасно не понимала факт того, что все его считают гением, нежели умалишённым. Гений и псих — одно и тоже, просто разные названия. Теперь Наоми и Танидзаки, с ними будет легче. Наверное… — А вы, наверное, были… — протянула я, в попытке создать иллюзию размышления, — Студентами? — Да, точно, — весело воскликнула Наоми, прильнув брата. Дазай продолжал сверлить меня взглядом, и это не тот добрый и дружелюбный взгляд, каким одаривают близкие люди. Если бы взглядом можно было бы убивать — я была бы мертва уже сто раз. Почему остальные не замечают его взгляда. — А почему ты так решила? — спросил, на этот раз Танидзаки. — Наоми ходит в школьной форме, а у тебя с ней небольшая разница в возрасте, вот и сделала предположение, — пояснила я. Куникида, не участвовавший в нашей «угадайке», резко захлопнул записную книжку и вступил в разговор. — А кем был я, как думаешь? — Даже не знаю, — растеряно сказала, быстро накидывая варианты профессий в голове, -Телохранителем? Весело засмеявшись, Дазай тут же получил подзатыльник от Доппо, но смеяться не прекратил. — Хах, неплохой вариант, но Куникида был учителем математики, — сказал Осаму, потирая место удара. — Это всё в прошлом, — буркнул Куникида и уткнулся в книжку. — А кем был я? — спросил Дазай, облокотившись об барную стойку. — Скажешь? У меня есть сейчас два варианта. Либо я говорю, что он мафиози и тут же буду убитой, либо наугад говорю любую профессию и моя судьба остаётся неизвестной. Хотелось взвыть от отчаяния. Почему именно я? Почему не кто-нибудь другой? Я не хочу справляться одна с этим дерьмом, в этом мире меня могут убить в любой момент, если я сама на себя руки не наложу. Какую роль я играю в этом мире? Что во мне такого важного? — Официантом? — слишком громко было сказано для этого тихого помещения. Шатен удивлённо приподнял брови, а Куникида издал тихий смешок. — И почему же официантом? — Ну у вас довольно симпатичная внешность, а официанты этим часто пользуются, вот я и подумала, — факт взятый абсолютно из ниоткуда должен был подействовать на Дазая как лесть, по крайней мере я надеялась на это. — Ваша лесть мне очень приятна, — кокетливо улыбнулся Дазай. Никогда не понимала, как атмосфера вокруг человека может так быстро меняться, казалось бы, сейчас она тебя задушит, а через секунду этого давления как не бывало. Или как можно из простодушного дурачка превратиться в маниакального оратора. Иногда кажется, что эти вещи под силу только Осаму и Фёдору. — Если честно, никто здесь не знает кем работал Дазай-сан, — подал голос Ацуши, — Но если кто-то угадает, получит деньги. Хотелось засмеяться, когда я вспомнила момент, где Ацуши с особым упорством угадывал профессию Дазая. — Деньги? — переспросила я. — Да, награда растёт, — сказал шатен, — хочешь попробовать угадать? — Нет, спасибо. По удивлённой реакции остальных, могу сказать, что я единственная, кто отказался от награды. — Ты не хочешь денег? — спросил меня Дазай, заинтересованно поглядывая на меня. — Деньги — это не то, что мне нужно.

***

Деньги никогда не смогут вернуть меня домой. Во мне всегда воспитывали подобное отношение к этим бумагам. Даже если у меня будет бесконечное количество, они не смогут дать мне и половину из всего того, что я хочу. В этом мире люди в принципе больше полагаются на деньги, считая что они от всего спасут. Вспомнился Фрэнсис, который скоро появиться в Йокогаме. Он полагался только на свои богатства и они его подвели. Даже как-то мерзко, что для некоторых деньги стали первым местом в жизни. Сейчас уже все расходились, только я сидела в коридоре ВДА и буравила взглядом стену. Я очень скучала по дому, по моей тёте, младшей сестренке. Как же они там без меня. Даже не хочется представлять реакцию тёти Риты на мою смерть. Она всегда была до жути эмоциональна, а новость о моей кончине просто уничтожит её. — Чёрт! — прорычала я, схватившись за голову. Когда всё могло пойти по такому ПИссеместичному настрою? Я ведь даже не сказала им, что люблю их, даже не помню, говорила ли я им это. Ну почему люди начинают ценить, только когда теряют? Почему так? Встав с кресла, я быстрым шагом начала подходить к выходу из кабинета. Резкий толчок и я прижата к стене. Передо мной во всей красе возвышался Дазай, и только сейчас я начала осознавать безумную разницу в росте между нами. Но думать о росте, когда тебя прижимает к стене человек, способный перемолоть мне все кости — не самая умная и разумная идея. — Томо-чан, скажи мне, — растягивал слова шатен, — В том магазине, когда ты оттолкнула меня, ты выкрикнула моё имя. Осознание своей самой главной ошибки начало быстро доходить до меня. И я расширила глаза. Я — идиотка Дазай наклонился к моему уху и схватил меня за шею, начиная её сдавливать. — Но я ни разу не называл своё имя

Продолжение следует…