Шут. Может быть послышалось?

-Идиот! Глупый шут!- шипела Астрид.- Как он мог притащить сюда эту девчонку?! -Может быть я смогу тихо ее убить?- пролепетала Бабетта. -Ага, попробуй! - хлопнула себя по бёдрам Астрид.- Он трясется над ней так же, как и над гробом Матери Ночи. -Может не стоит так критично к ней относиться?- прошипел Визара. -Действительно. - поддержала Визару Габриэла. - Будет убирать и готовить. Как бы там ни было, но Астрид была не в восторге ни от Цицерона и его разговорах о слышащем, ни от гости. Амалтея очнулась уже в убежище. Правда она не понимала где она находится и почему она связанна. Она лежала на кровати, рядом стоял огромный железный саркофаг. Во рту был кляп и говорить девушка не могла. Поэтому она тихо промычала. И в течении нескольких секунд к ней подбежал Цицерон. -Милое, милое дитя...- он присел на край кровати и начал гладить ее по голове.- Теперь ты дома. Это твой новый дом! - он достал кусок ткани из ее рта. - Теперь мы всегда будем вместе! Ты счастлива? Амалтея расстеряно смотрела то на безумного шута, то по сторонам. Нет, она определённо была не счастлива. Куда уж там... Цицерон ещё долго сидел над ней и что-то рассказывал, активно жестикулируя, а потом развязал. Амалтея не слушала его, но примерно догадывалась о чем он говорил. После он протянул ей платье. Оно было почти что один в один как у женщин, которые торговали своим телом. -Одевайся. - сказал Цицерон и уставился на нее. Амалтея начала одеваться, а когда дело дошло до украшений, то Цецерон подошёл к ней и начал помогать. -Никого не зли, и вообще постарайся не привлекать к себе лишнего внимания. Они тебя не тронут. -Хорошо. Я поняла. - Амалтея опустила глаза в пол. -Не переживай. - Цицерон погладил ее по волосам.- Я не забуду о тебе. Мы будем каждую ночь вместе! Это и пугало Амалтею. Она боялась его. Амалтея знала, что Цицерон в любой момент может придушить ее, или прирезать. Но у Цицерона были другие планы. С первого дня Амалтею загрузили работой. Вымыть комнату Астрид, приготовить какую нибудь похлебку, почистить сапоги Фестуса и... Натереть маслом гроб Матери Ночи. Амалтея сделала все. Но самое трудное было поухаживать за гробом. Амалтея испытывала отвращение и страх. Но делать нечего. Она взяла маслёнку и тряпочку и начала делать то, что было велено. Делала она все на совесть и даже напевала себе под нос какую-то песенку, чтобы отвлечься от мрачных мыслей. А после она легла на кровать. Сил не оставалось совсем. Амалтея уже начала было засыпать, как вдруг она услышала голос. -Бедный Цицерон... Мой верный сын ранен, он хотел сорвать цветов для тебя и для меня, а нарвался на бандитов. Помоги ему, когда он вернётся... Голос во тьме заставил сердце молодой девушки биться чаще. Она испуганно осматривалась по сторонам, но никого рядом не было. Амалтея списала все на усталость, и не придала этому значения. Но вдруг в комнату вошёл Цицерон. Он тяжело дышал, и в темноте можно было разглядеть, что он держится за свой левый бок.