часть 12
26 марта 2019 г., 15:56
Наконец утро. Пора выходить. Вещи были собраны. Оружие перезаряжено и готово к использованию. Но Юнги всем сердцем надеялся, что оно не понадобится.
Осторожно выбравшись наружу, омега помог выбраться Чимину и переступил растяжку. Оба примерно помнили, в какую сторону им надо. Въезд в городок был с окраины, и они двинулись осторожно в предполагаемом направлении, внимательно глядя на дорожные знаки.
Наконец, они увидели знак с расстояниями до ближайших городов и убедились, что идут в правильную сторону. Однако прошло буквально двадцать минут — и уже первые проблемы. Оказывается, бандиты не такие уж и тупые. Небольшой патруль обходил улицы, и по словам «щенок» и «сучка» пара поняла, что их ищут. И пока Юнги с лука выносил врагов, Чимин лишил жизни подобравшегося близко преступника, что заметил их и едва не закричал, созывая других.
Подстрелив еще двоих, что было немного проблематично из-за руки, Чимин схватил Юнги за руку и потянул его в переулок, затаиваясь. Прижав палец к губам, он выглянул из-за угла и хищно улыбнулся, вновь возвращаясь к омеге и склоняясь к его уху.
— Мне нужно, чтобы ты прикрыл меня. Сними троих в хаммере на той стороне улицы. Думаю, тачка нам пригодится.
Улыбнувшись, Чимин удобнее перехватил автомат, поправляя ремень на шее, и вновь подошел к углу, убеждаясь, что больше преступников не видно. Только те, что сидят в хаммере. Кивнув напряженному Юнги, что натянул тетиву и тоже подошел, Чимин выбежал из переулка и нырнул за баки, наблюдая, как тонкая стрела врезается точно в трахею одного мужика. Следующая попадает в глаз, а уже третьего убивает он сам, вытягивая трупы из салона и вскакивая за руль. Одной рукой было сложно, но, сжав зубы, он завел автомобиль и быстро подъехал к бакам, а Юнги тут же запрыгнул на соседнее сиденье. Сорвавшись с места, Чимин помчался к выезду из города, молясь, чтобы не было погони. И хвала богам, им удалось выехать за пределы города незамеченными, а там уже лесная полоса скрыла их из вида, позволяя гнать на полной подальше от убийц.
— Твою мать… — прошептал Юнги, растекаясь по сиденью и накрывая рукой лоб. — Ты меня с ума сведёшь… А если бы я промахнулся? А если бы тебя подстрелили? Если бы на улице ещё кто-то был? Головой думай, а не задницей.
Выговорившись, омега наклонился вперёд и упёрся в бардачок лбом. В затылок тут же уперлось дуло пистолета.
— Ты ещё и не проверил, есть ли тут кто-то! — провыл он страдальчески, не глядя кидая назад охотничий нож.
И, кажется, попал. Прирезать и без того раненого, держащегося за лицо преступника оказалось легко.
Остановившись, они выволокли труп и скинули на обочину, после чего повисла тишина.
Выдохнув, Чимин потер ноющее плечо, подошел к надувшемуся омеге и мягко коснулся его подбородка, поднимая его лицо и извиняясь.
— Прости… У меня было лишь одно желание поскорее тебя увезти из этого города. А то, что один заныкался, я и не подумал, — вздохнув, он мягко коснулся надутых губ и потянул омегу обратно в машину. — Поехали. Нужно убраться как можно дальше отсюда. Мало ли, вдруг они надумают преследовать нас.
Закрыв дверь со стороны омеги, Чимин забрался на водительское сиденье и вновь погнал хаммер вперед, прикидывая, что так они смогут наверстать упущенное время и, может, даже сократить оставшееся.
— Юни… Дай мне анальгетик, нужно еще пару часов продержаться, пока не доедем до деревни.
— Может, я за руль сяду? Будешь напрягать руку — заживать будет дольше… — пробормотал взволнованно Юнги, разом растеряв всю спесь, и полез в сумку за таблеткой и флягой.
Осторожно положив лекарство в рот альфы, он поднёс флягу к его губам и помог сделать глоток. После этого и сам немного попил. Чимин, упрямый, походу, от природы, покачал головой, заявив, что справится.
— Да знаю я, что ты справишься, ну. Но не стоит тревожить рану. Она только только зарубцевалась.
Но кто его послушает. Фыркнув, омега откинулся на спинку кресла и достал из сумки припасенный ещё давно леденец, развернув обертку и засунув сладость в рот. Насупившись, он, причмокивая вкусной карамелью на палочке, отвернулся к окну и сложил руки на груди.
Глянув быстро на Юнги, Чимин вздохнул и слегка повел плечом, чувствуя, как спадает боль из-за таблетки.
— Юни… Ну не обижайся. Я знаю, что ты волнуешься за меня, но ты тоже должен беречь силы, чтобы быть готовым стрелять из лука. Будем сидеть за рулем по очереди. Сегодня уж доеду я, а завтра пересядем. Хорошо? Ну же, посмотри на меня…
Сбавив скорость и остановившись, Чимин повернулся к Юнги всем корпусом, ожидая, пока и тот соизволит сделать то же. Послышался вздох, и вот Юнги смотрит хмуро, обсасывая леденец за щекой. Улыбнувшись, Чимин наклонился и коснулся губами его надутой щеки, потираясь о его нос кончиком своего.
— Я люблю тебя, ты знаешь? — прошептал он, вновь мягко целуя омегу уже в другую щеку и кладя ладонь на его острую коленку, поглаживая пальцами светлую кожу в прорезях.
— Чертов манипулятор… — вздохнул Юнги, покачав головой.
Высунув леденец изо рта, он прильнул к губам альфы, целуя нежно, ненавязчиво. И только тот отвлёкся и расслабился, омега мстительно укусил его за губу.
— Не отвлекайся от дороги, любимый, раз уж взялся, — прошептал он ехидно, отстраняясь и как ни в чем не бывало запихивая леденец за щеку.
Чимин урчаще рассмеялся, слизывая с губ сладкую карамельную слюну омеги, и вернул своё внимание на дорогу, продолжив путь.
***
До самой ночи они ехали без остановки, но, видимо, расстояние все же оказалось гораздо большим, чем они предположили, так что деревни еще и близко не было видно. Решив съехать с дороги в кусты, они скрыли автомобиль от возможной погони и заперлись изнутри. Разложив заднее сиденье, они достали плед и банки с едой. Включив обогрев, Чимин привалился к двери и стал осторожно разминать плечо, чуть морщась от тянущего ощущения. Юнги же, хлопнув по руке, сам осмотрел заживающую рану, а после всунул в руки банку с едой, садясь рядом и облокачиваясь о его здоровое плечо. — Если забыть о том, что творится в нашем мире, я бы хотел вот так путешествовать с тобой… — задумчиво протянул Чимин, отправляя в рот кусочек рыбы и смотря на небольшие бисерины звезд на ночном небе. — Ездить по окраинам, ночевать в машине. Доехать до моря. Погулять по ночному пляжу. Искупаться в теплой воде и заняться любовью при свете звезд. Жить так, как хочется. Любить так, как нравится. Жаль, что мы не встретились раньше. Хотя, возможно, мы даже не стали бы друзьями. Кто знает? — Сомневаюсь, — прошептал Юнги, задумчиво обсасывая сухарик. — Если бы мы встретились, я бы все равно тебя полюбил. В конце концов, нас свели обстоятельства, но полюбили мы сами. Нам хорошо вдвоём. Независимо от того, есть вокруг твари или нет. Улыбнувшись, омега выскреб последние кусочки консерв и аккуратно убрал банку в сторону, взяв ещё один сухарик и хрустнув им. — Хотя, возможно, у тебя был бы возлюбленный. Или возлюбленная. Но тогда у нас были бы все шансы стать друзьями. Впрочем, чего гадать? Мы вместе. И любовью при свете звёзд нам заняться ничто не мешает. — Да. Ты прав… А вот звезды… Мне нравится. Приподняв уголки губ, Чимин повернул голову и уткнулся носом в шею Юнги, мягко скользя губами по ней и поднимаясь до острой скулы, целуя, а после притираясь носом к местечку за ушком, вдыхая сладкий запах. — Даже если бы все это не случилось… Я бы все равно полюбил тебя, ведь, кажется, мы истинные, — прошептал он, поднимая голову и заглядывая в до боли красивые темные глаза, в которых сейчас только море любви. Правая рука плавно поглаживала бедро омеги, а сам Чимин вновь припал губами к тонкой шее, не пропуская ни одного миллиметра. Тихий выдох сорвался с губ Юнги, и он осторожно сел на его бедра, обнимая за шею и поднимая голову, открывая больший простор. — Но полюбил я тебя без всех этих сущностей. Просто потому, что ты это ты, — между поцелуями и легкими, едва ощутимыми укусами шептал альфа, притираясь к светлой коже и наслаждаясь обострившимся запахом. Улыбнувшись, Мин ласково заурчал и прикрыл веки, протягивая руку к панели управления. Найдя нужную кнопку, он нажал на неё и люк на крыше плавно отъехал в сторону, открывая большое окно, через которое видно небо, усыпанное звёздами. — Вот тебе и атмосфера… — шепнул Юнги, мягко улыбнувшись и опустив взгляд на Чимина. Коснувшись его головы, он вплёл пальцы в мягкие пряди и коснулся его губ, нежно, мягко, интимно. — Я люблю тебя, Чимин… — шепнул он, соскользнув губами на широкую, крепкую шею и оставив на ней нежно-розовое, слабое пятнышко. — Я не умею ставить метки так, как ты… Но… Твоими быть усыпанным я счастлив… — Не устану повторять, что я тоже люблю тебя, — прошептал Чимин, крепче прижимая к себе стройное тело и забираясь ладонями под светлый свитер, скользя по выступающим ребрам и оглаживая плоский животик, в котором растет их ребенок. Улыбнувшись, он медленно потянул край свитера и стянул его с омежьего тела, губами припадая к острым ключицам и собирая языком мурашки вместе с запахом. Ладони так правильно опустились на ягодицы, проникая под штаны и сжимая упругие половинки. — Самый красивый омега… Самый лучший. Наверное, Чимин никогда не устанет делать комплименты Юнги, тем более если будет видеть блеск в его глазах и ощущать теплые губы на своих, с которых рвутся тихие стоны. — Это не дом у моря, но зато с тобой… — усмехнувшись, когда омега прошипел тихое «заткнись», Чимин впился в его губы более требовательным, но, тем не менее, нежным поцелуем, расстегивая его брюки и проникая ладонями под белье, надавливая на уже сочащуюся дырочку пальцами. — Ляг спокойно… Не стоит бередить рану… — прошептал Юнги, отнимая руки парня от своего тела и помогая ему улечься. — Просто доверься мне… И расслабься… Улыбнувшись, омега избавился от штанов с бельём и сел на колени рядом с Чимином, взявшись за его джинсы. Расстегнув пуговицу и потянув вниз собачку молнии, он приспустил их вместе с боксерами и коснулся напряженного члена, медленно ведя по всей длине кончиками пальцев. Подняв на альфу потемневший от желания, но сохранивший любовь и мягкость взгляд, Юнги наклонился и коснулся губами головки в легком поцелуе, прикрыв веки. С улыбкой прижавшись щекой к стволу, он невесомо чмокнул его основание, поочерёдно коснулся губами поджатых яичек и медленно опустился головой, вбирая сразу по основание и медленно обсасывая во рту. Запустив руку в волосы омеги, Чимин мягко скользил по его затылку, перебирая темные, отросшие пряди, гладил виски и убирал челку со лба. Грудной стон сорвался с губ, когда омега провел языком по всей длине, вбирая его в себя, и он прикрыл глаза, едва слышно ругаясь. Во рту Юнги было до безумия хорошо, горячо и влажно. А видеть пухлые губы, обхватывающие его член и ставшие еще алее от этого, было попросту невыносимо. Казалось, он мог кончить только от вида раскрасневшегося Юнги с шальным блеском в глазах. Сжав волосы на его затылке, Чимин потянул его голову вверх, вынуждая оторваться, а после притянул его к себе, пальцем утирая слюну с подбородка и касаясь припухших губ. Встретившись с потемневшим взглядом, он коротко простонал и впился в такие любимые губы, поднимая бедро Юнги и заставляя сесть на свой живот. Обе ладони скользнули на тонкую талию, а после крепко сжали ягодицы, дергая омегу на себя и усаживая на свое лицо. Оставив легкий поцелуй на поджавшихся яичках, Чимин очертил языком края раскрытой дырочки, а после скользнул внутрь, собирая вытекающую смазку и разрабатывая проход. — Ох… Нетерпеливый… — проурчал Юнги, зарываясь пальцами в волосы альфы и запрокидывая голову. Улыбнувшись, он закусил губу, решив не отвлекать парня, развёл в стороны колени и осторожно опустился спиной на его живот. Повернув голову, он коснулся горячего, возбужденного члена губами и прикрыл веки. — Так-то лучше… — шепнул он, рвано выдохнув от того, насколько умело орудовал Чимин своим языком. Довольное урчание заклокотало в горле, а воздух в салоне потяжелел. Запахи смешались, образуя нечто терпкое, сладко-пряное и безумно возбуждающее. Коротко простонав от касания двух пальцев к простате, Юнги приоткрыл рот и взял плоть, начав плавно двигать головой. Сминая упругие бедра, Чимин невесомо скользил языком вокруг судорожно сжимающейся дырочки, иногда толкаясь внутрь и заменяя его пальцами. Вставив два, он стал неторопливо раздвигать их внутри, оглаживая узкие стеночки и слегка надавливая на комок нервов внутри. Лаская покрасневшую кожицу входа, он осторожно добавил третий палец, сходя с ума от омежьего запаха и его узости. Вдруг высокий стон сорвался с губ Юнги, и он, осторожно поднявшись, опустился грудью на него, тяжело и горячо дыша в губы. — Ты такой красивый сейчас, — мурлыкнул восхищенно Чимин, касаясь подушечками пальцев припухших губ омеги. Тот, не раздумывая, обхватил его пальцы, принимаясь посасывать их и блаженно закатывать глаза. Прорычав гортанно, Чимин вытащил пальцы и надавил ладонью на поясницу Юнги, приподнимая бедра и потираясь твердым членом о его промежность. — Прости, что я не могу сделать все, как раньше. Тебе нужно помочь мне… Давай, детка, приподними бедра и сядь на меня. Улыбнувшись дрожащими от ощущений губами, Юнги медленно выпрямился и опустился на бёдра альфы. — Надеюсь, я справлюсь… — улыбнулся он невинно и смущенно, покраснев от возбуждения и закусив губу. Прикрыв веки, омега упёрся ладонями в чиминову грудь и сделал пробное движение бёдрами, прижимаясь к члену альфы промежностью. Рвано выдохнув, он запрокинул голову и, заведя руку за спину, обхватил колом стоящий член, проведя несколько раз по всей длине. Придержав его, Юнги прислонил его к собственной пульсирующей дырочке и медленно насадился до основания, рвано выдохнув от ощущения наполненности. Стон непроизвольно сорвался с губ. Зажмурившись, омега опустил голову и начал плавно двигаться, тяжело дыша и скуля от наслаждения. Откинувшись затылком на сиденье, Чимин рвано выдохнул, ощущая сводящую с ума узость омеги и его жар. Распахнув веки, он вцепился взглядом в перекошенное от наслаждения лицо Юнги и закусил губу, приподнимая бедра и плавно толкаясь навстречу. Омега мелко задрожал и заскулил, слегка царапая его грудь ногтями. Улыбнувшись, Чимин провел ладонью по животу Юнги и обхватил его бедро, приподнимая и вновь опуская на себя навстречу толчку. И вот стон слетает с губ, а мутный взгляд встречается с его, будто пуская разряд тока по телу. Зарычав, он крепче стиснул пальцы на светлой коже и скользнул ладонью вверх по стройному телу, кладя ее в итоге на заднюю часть шеи и заставляя слегка опуститься. Упершись пятками, альфа стал подбрасывать бедра, с силой вбиваясь в едва держащегося на коленях Юнги, вырывая из него крики. Морозный ночной воздух приятно холодил разгоряченные тела, а изо рта вместе со стонами рвались белесые облачка, растворяясь в ночи. Низко рыча, Чимин замедлил толчки, вновь входя до упора и с силой опуская на себя хнычущего омегу, сам постанывая от удовольствия. — Черт… Боже… Чимин… — стонал и скулил Юнги, послушно двигая бёдрами навстречу и выстанывая имя альфы. — Подожди… Я хочу сам… — прошептал он слабо, уперевшись ладонью в живот Чимина, и, сняв его ладонь со своей шеи, с дрожащей улыбкой переплел пальцы. Выпрямившись, он приподнялся и плавно опустился на горячую плоть, начиная наращивать темп. Кусая губы и сильнее стискивая пальцы альфы, Мин рьяно двигался на его члене, хныча, скуля и иногда срываясь на крик, когда было особо хорошо. Колени разъехались и омега рухнул на локти, но удовольствие было слишком сильным чтобы остановиться. Упругие бёдра двигались вверх-вниз, а сам Юнги прижался к груди Чимина, отчаянно, жадно целуя его. Отвечая на жаркий поцелуй, вылизывая рот омеги и глотая его стоны, Чимин вновь стал сам двигаться, вскидывая бедра. Прижав Юнги к себе, он оттянул ладонью его ягодицу в сторону и стал размашистее вгонять пульсирующий член, ощущая, как с каждым толчком тело омеги напрягается, а сам он с силой сжимается. Надрывное «я хочу кончить» потонуло в очередном стоне, что Альфа тут же поглотил губами, и вот, пара особо глубоких толчков прямо по простате, и Юнги с криком изливается, пачкая их животы и грудь, а Чимин, хрипло рыча от сильного сжатия, с трудом вышел, кончая следом на дрожащие ягодицы. Прижав к себе плачущего от слишком сильного оргазма омегу, он, блуждая по его лицу пьяным взглядом, шептал милые вещи, благодаря и говоря, как сильно любит. Подняв влажное от слез и раскрасневшееся лицо Юнги, Чимин прижался к его губам, нежно целуя. — Я так тебя люблю. Мой омега, мой любимый. Ты невероятен, детка… — урча довольно, Чимин продолжал покрывать лицо Юнги поцелуями, сцеловывая с дрожащих ресничек слезы. А звезды на небе и не думали угасать, освещая два влажных тела, что жались тесно-тесно, растворяясь в своей любви… — Да уж… Безопасность у нас на высшем уровне… — хрипло рассмеялся Юнги, прижимаясь к Чимину и жмурясь от его невероятно нежных поцелуев. — Я люблю тебя… Люблю… Больше жизни люблю… Голос сорвался на тихий шёпот. Улыбаясь ласково и нежно, омега гладил целующего его альфу по голове, потихоньку отходя от бурного оргазма. — Чимин-и… Ты действительно лучшее, что могло со мной произойти… — наклонив голову, Юнги поймал губы альфы своими и затянул его в тягучий, плавный поцелуй, мягко оглаживая его лицо обеими ладонями. С трудом заставив себя оторваться от мягких, сладких губ, Чимин прижался щекой к щеке Юнги и улыбнулся абсолютно счастливо. — А ты — со мной… Черт… В тебе сейчас живет мой ребенок… У нас будет маленький кроха, черт, Юни… Я так чертовски сильно счастлив, — прошептал он, заглядывая в светящиеся глаза омеги и чувствуя, как сердце невольно ускоряется, а в кончиках пальцев покалывает. — Думаю, стоит закрыть люк… Я не хочу, чтобы ты простудился. Ласково чмокнув омегу в кончик носа, Чимин осторожно сел, обнимая его одной рукой. Юнги тихо согласился, потираясь носом о его шею, и потянулся к панели, закрывая люк и прибавляя тепла. После они привели себя в порядок и удобно устроились в объятиях друг друга, переплетя и пальцы, и ноги между собой. — Еще немного, и мы будем в безопасности. И сможем спокойно дожидаться малыша… — Скорее бы… — проурчал тепло Юнги, водя носом по шее альфы. Найдя под ухом ароматную железу, он прижался к ней, приоткрыв рот для лучшего ощущения. — Люблю твой запах… Наверное, я впервые это говорю, но… Правда. Мне нравится. Он одновременно и бодрит, и убаюкивает… Придаёт сил… Пахнет… Уютом. Как дома, — приподняв голову, Юнги заглянул в глаза альфы и улыбнулся, тепло и ласково. — Ты — мой дом… — закусив губу, Юнги опустил взгляд, накрыл ладонью свой плоский живот поверх пледа и улыбнулся немного неуверенно. — Малыш… Ты… Ты действительно там?.. Ты правда есть?.. — прошептал омега тихо, закусив губу и прикрыв веки. — Я жду тебя, кроха… Мы ждём… Улыбнувшись безумно тепло и ласково, Чимин накрыл ладонь омеги своей, слегка сжимая тонкие пальцы, а после переплетая их со своими. Необычайная волна нежности накрыла его, заставляя улыбаться бесконтрольно, а сердце учащенно биться. Черт. Он так сильно любит, что готов кричать об этом до сорванных связок. Он так сильно любит и так сильно хочет любить их малыша. И он обязательно это будет делать. А еще сделает и его, и своего омегу по-настоящему счастливыми. — Мы ждем… — вторил омеге Чимин, нежно целуя его в висок и притягивая ближе. И заснули они, держась за руки и с улыбками на лице. А утром, позавтракав, вновь двинулись в дорогу. Юнги все же пересел за руль, так как плечо Чимина после ночного марафона неслабо начало болеть, на что омега шипел, а Чимин лишь виновато улыбался и говорил, что ради таких ночей готов терпеть любую боль. Впереди их ждала крупная деревня, где, возможно, они смогут даже остаться на несколько дней, чтобы отдохнуть. И они оба очень надеются, что там, кроме мертвяков, больше никого не встретят.***
К деревне они подъехали ближе к вечеру, когда солнце уже клонилось к горизонту, но было ещё светло. Деревушка была совсем крохотной, буквально километр-полтора в диаметре. Впрочем… Назвать ее деревушкой язык не поворачивался. Кажется, это дачный посёлок богачей. Причём новостройка. Все дома новые. И хоть все за это время приняло неухоженный вид, сразу было видно, что тут все дорого-богато. И что удивительно, заражённых было не так много. Большинство лежали мертвые. С простреленными головами. И явно уже подпортившиеся. — Кажется, мы напали на след наших, — пробормотал задумчиво Юнги, останавливаясь неподалёку и глуша машину. — Не думаю, что стоит дальше ехать на машине, если хотим сделать остановку. Мы привлечём их внимание. Лучше отогнать тачку в лес, а дальше двинуться пешком. Осмотрев все, Чимин повернулся к Юнги и кивнул, соглашаясь. Сложив все вещи и загрузившись, они осторожно выбрались из автомобиля и направились в деревню. Твари методично были подстрелены и прирезаны. Некоторым размозжили головы, некоторых пронзила стрела. В этом кошмаре они научились орудовать быстро и четко, не поднимая лишнего шума. Единогласно было решено проверить дома ближе к центру, так они были богаче и безопаснее. Выбрав один, они ловко забрались внутрь, с облегчением убедившись, что там чисто. Закрыв двери и окна, они упали на диван у камина, расслабленно выдыхая. — Нам повезло, что с каждым разом все легче и легче проходит зачистка. Да и арсенал у нас лучше, чем в самом начале, — повернув голову, Чимин улыбнулся, смотря на лежащего рядом омегу, и протянул руку мягко касаясь его волос. — Этот дом выглядит неплохим, правда тот мне нравился больше, уютнее что ли. — Потому что принадлежал хорошим людям, — прошептал Юнги, слабо улыбнувшись, и взял ладонь альфы, прижавшись к ней щекой. — К сожалению, богатые люди зачастую утрачивают то, что есть у бедных… Посмотри вокруг. Обведя ладонью всю гостиную, омега грустно улыбнулся, покачав головой. — Ни одной рамки с фотографией. Ни одной детской грамоты, которые родители всегда ставят на самое видное место. Глупый богатый шик и лоск. Лишь брендовые интерьерные элементы. Но кому они теперь нужны? — вздохнув, Юнги приблизился к Чимину и уложил голову на его плечо, прикрыв веки. — У нас будет отдельный стеллаж для всех достижений нашего малыша, — с улыбкой прошептал Чимин, перебирая тонкие пальцы омеги и прижавшись щекой к его макушке. — Уверен, что школы будут действовать в полевых условиях. Детям нужно образование, хотя бы мизерное. Если не удастся остановить эту чуму, образуются закрытые поселения, где люди будут пытаться жить так, как жили всегда. Все же цивилизацию так просто не откинешь и не забудешь. И я уверен, что наш малыш будет потрясающим и сделает все, чтобы радовать своих папочек и заставлять их гордиться, — улыбнувшись, Чимин накрыл ладонью плоский живот омеги, поглаживая его и представляя, как через несколько месяцев там будет пинаться малыш. — Спасибо, Чимин… — прошептал едва слышно Юнги, закусив губу и накрыв своей ладонью чиминову. В груди все стянуло от затопившей нежности. — Правда, спасибо… Что поддерживаешь меня… И что держишься сам… Я знаю, что тебе все же страшно… Чувствую… Тебе страшно за меня, за нашего ребёнка, страшно за будущее, страшно, что ты, такой молодой, станешь отцом в таких условиях… Но… Я ведь рядом. И я уже говорил, что пока мы вместе — все будет хорошо. Что мы выдержим. И, возможно, правда мы дома поставим стеллаж и заполним его грамотами. Если к тому времени, конечно, наладится бумажное производство и книгопечатание. А пока… — подтянувшись, Юнги мягко коснулся чиминовых губ, прикрыв веки. — Не переживай… И не бойся… Иди с гордо поднятой головой. — Если я ее опущу сейчас, то потом никогда не смогу взглянуть в глаза нашего ребенка, — улыбнувшись спокойно, Чимин притянул Юнги на свои колени и крепко обнял за талию, утыкаясь носом в шею и тоже прикрывая глаза. Так было спокойно. И так было нужно им обоим. Просидев какое-то время в успокаивающих объятиях друг друга, они все же отстранились и решили осмотреть еще раз весь дом. Ночевать было решено в спальне на втором этаже, где была большая кровать с мягким матрасом — самое то после холодной земли подвала. Переодевшись, они быстро перекусили и легли под ватное одеяло, прижимаясь друг к другу и расслабляясь. Чимин мягко скользил ладонью по обнаженной спине Юнги под его футболкой, слегка почесывая светлую кожу, и вдыхал сладкий запах, без которого уже не представлял жизни. Юнги же что-то выводил на его груди, прижимаясь еще теснее. — Я тут подумал… Если мы наткнулись на захваченный преступниками город, то… Сколько таких городков и деревень ждут нас еще? Сможем ли мы найти то место, где пытаются выжить хорошие люди, способные дать кров, а не лишить его? Было бы неплохо… В особенности, если случится что-то непредвиденное. — Думаю, такое место есть… Где-то, но есть… — улыбнувшись, Юнги закончил рисовать сердечки на груди альфы и поднял взгляд на него. — Не все люди твари, в конце концов. Преступники — дело другое. Но обычные люди человечны. Я уверен, что такие места есть. Уверен, что люди успели сбиться в общины. И уверен, что где-то есть ориентиры как их найти, — поежившись, Юнги поближе подобрался к Чимину и запустил руки ему под майку, грея холодные пальцы. — Корея не такая огромная. Это тебе не Америка. Корею можно за несколько дней непрерывной ходьбы полностью пересечь. И найти поселение адекватных людей труда не составит. Главное, чтобы люди оказались действительно адекватными. Ближе подтянув к себе омегу и получше укрыв его одеялом, греясь и сам, Чимин коснулся губами его лба и улыбнулся, соглашаясь. — Сперва идем все же на базу, а там предложим вариант поискать поселения командующим. Думаю, людям все же стоит держаться более крупными колониями, чтобы было легче вернуть утраченное спокойствие. Да и мы с тобой, если захотим, всегда успеем поискать. Кто знает, может мы уже завтра наткнемся на такое? Хмыкнув, Чимин взглянул на мутный диск Луны за окном и осторожно перевернулся на здоровый бок, целуя Юнги, а после утыкаясь носом в его волосы и обнимая его за талию. — В любом случае мы справимся. Нам есть ради чего жить и бороться, — прикрыв глаза, он слегка потерся носом о макушку омеги, а после расслабился, постепенно погружаясь в сон. — Сладких снов, Юни. — Сладких… — проурчал омега, прикрыв веки и крепче прижавшись к груди альфы. Вскоре оба уснули спокойно, глубоким сном, позволившим наконец отдохнуть и восстановиться.
