Драбблы с Чимином

Чимин сам по себе добряк добряком, но когда он в гневе, то спасайся, кто может. Ты это прекрасно знала и потому старалась не злить своего мальчишку. Старалась не злить, зато у тебя были так называемые доброжелатели, которые никогда не дремлют. И надо же было чьему-то длинному языку навешать лапши на уши молодому человеку. Как ты об этом узнала? По его бешеному взгляду, обращённому к твоей скромной персоне. Столько боли в его глазах. Благо вы были в институте, и там молодому человеку хватило ума и сил сдержаться, но по приходу домой ты знала — грядёт буря. Потряхивает. Ожидание - самое худшее, что мог придумать человек. Сил расходует немерено и после себя оставляет разрозненный улей мыслей, которые больно жалят. Он отправил тебе смс, предупредив тем самым, что вернётся поздно, но его всё нет и нет. Начинаешь волноваться. Мало ли что могло случиться. Берёшь телефон и, уже в чёрти знает, какой раз, вбиваешь механическими движениями, заученный назубок номер. Опять гудки, и ничего больше. Тревожно на душе. Боязно. Слышится скрип двери, сердце, выдав невиданный доселе кульбит, начинает отплясывать чечётку. Заходится в безудержном стуке, и облегчение лёгким покалыванием расходится по телу. Видишь его. Побитого, с изодранной одеждой, пьяного. Обхватываешь руками за пояс и сжимаешь крепко-крепко. От него пахнет табаком, алкоголем и кровью. Тихое шипение полное боли, заставляет разорвать долгожданные объятия. — Прости, родной мой, прости. Я не хотела. — тихо шепчешь, поддерживая молодого человека под руку. От его прожигающе виноватых орехово карих глаз, мурашки бегут по телу. — Прости, Т/И. — тихий хриплый голос эхом отражается от стен. — Прости за то, что напугал. — Что? Тебе не за что извиняться, это я… — ты не успеваешь договорить. Чимин нежно пальцами касается твоих губ, как бы прося ненадолго замолчать. Хмуришься, смотришь прямо в глаза любимому, но выполняешь немую просьбу. — Знаешь, я сначала поверил тому, что мне сказали. Хотя тысячный раз зарекался не делать этого. Я поверил, что ты, моё солнце, могла изменить мне, я поверил. — внимательно его слушаешь, боясь каким-либо лишним движением, шумом, шорохом прервать его речь — его откровение. Парень тяжело вздыхает, отводит взгляд в сторону, в неконтролируемом порыве проводит по волосам рукой. Потом вновь этот взгляд. Глаза в глаза. — Сначала я поверил, а потом вспомнил тебя. Каждое наше утро. Каждую нашу ночь. И сомнения стали грызть мою душу. Я понял. Ты любишь меня. По-настоящему любишь. И ты бы не смогла предать меня, как и я тебя не смог бы. — кривая ухмылка расползается на его лице. Смотришь ему в глаза. И видишь там тепло, ласку и любовь. Встаёшь на носочки, тянешься к нему, как цветок тянется к солнцу, и целуешь. Целуешь, страстно, слегка даже агрессивно, пытаешься вложить все эмоции, выразить одним поцелуем всё, что наболело. А ему, кажется, и не нужно ничего доказывать или показывать, он пробежавшись шаловливыми ручками по твоим лопаткам, опускает их ниже и тормозит на уровне талии. Вжимаешься в его крепкое тело, словно хочешь раствориться в нём без остатка. Чтобы всегда быть рядом. Ведь без него твоя жизнь — пустота. — Милая, знаешь, я, конечно, не отказался бы от продолжения, но, боюсь, я не в самой своей лучшей форме. — разорвав поцелуй, шепчет, растянув губы в улыбке Чимин. А у тебя сердце щемит от этой улыбки. И ты понимаешь, вот она, настоящая любовь. Та, которую не опишешь словами. Та, которая является редким гостем в современной реальности. Та, от которой впору сойти с ума. Хотя, кажется, вы уже.