Драбблы с Хосоком

С Хосоком ты чувствуешь себя свободной, независимой. С ним всегда было хорошо, он тот, на кого можно положиться, довериться, но всё изменилось в одну минуту, когда из лучшего друга он превратился в того парня, по которому бабочки в животе с ума сходят и сводят живот в диких болях от волнения перед ним. Да, в какой-то момент ты поняла, что влюбилась в него, так глупо и наивно, до безобразия сильно. Всё даже шло к тому, что вы могли начать встречаться, но тут судьба подложила тебе самое настоящее испытание — девушку, о которой Хосок только и делал, что говорил сутками. Вы дружили с ним больше пяти лет, но в какой-то момент между вами начали вставать другие его друзья, девушки, отношения с которыми не длились больше пары месяцев. Тебе было до болей в сердце обидно, что он ценит внимание какой-то первой попавшейся ему по пути девушки больше, чем твоё. Хосок присылает скриншоты, как по пять часов разговаривает с ней, как волнуется перед первым свиданием, совсем не замечая твоего безразличия. — Мы целовались, наверное, слишком долго, я себя так неловко чувствую, ты просто не представляешь, — говорит он и в очередной раз разбивает тебе сердце своими словами. Это настолько больно слышать от него, что ты просто не понимаешь, как себя вести в этот момент. Ему сейчас не признаешься — у него отношения, мало того, девушка не поймёт, если узнает. Она неплохая, судя по его рассказам, но видеть её, общаться с ней, чтобы давать советы, тебе совсем не хочется. Ты ненавидишь её за то, что она просто существует. Что она может подолгу смотреть в его счастливые глаза, целовать его губы, по несколько часов разговаривать с Хосоком по телефону, не замечая, как пролетает целая ночь. Таких ночей не было даже у вас с ним за пять лет дружбы. Кажется, этой дружбы и вовсе не было… — Понятно, — говоришь ты, затыкая уши наушниками и вновь включая свой любимый трек, под который каждый раз плачешь в подушку от неразделённой с ним любви. Любить — это отвратительно, это больно, особенно любить парня, который видит в тебе только подругу. — Мы так много с ней разговариваем о жизненных проблемах, можем просто сутками не отрываться друг от друга! Боже, ты просто не представляешь, как она помогла мне восстановиться после последнего расставания, а ещё И\Д призналась, что долго наблюдала за мной, она работает официанткой в том кафе, где мы раньше с бывшей девушкой часто сидели. — Когда-то мы тоже много разговаривали с тобой… — говоришь ты, стараясь не смотреть на него, на эту счастливую улыбку, причина которой явно не ты… и это больно осознавать. — А ещё она… — Хосок, — прерываешь его ты, — я тебе только для обсуждений твоих девушек и проблем нужна, да? Ты всегда пишешь мне, звонишь и просишь о встрече только тогда, когда тебе либо плохо, либо уж слишком хорошо и хочется словно кому-то в душу насрать своей радугой, блять, — ты язвишь парню, видя его удивлённое лицо. Он правда не ожидал от тебя такого. — Т\И, прости, я… — Не надо ничего, Хоби, я поняла, что для тебя я не больше, чем просто подушка для нытья, спасибо за всё, а теперь мне нужно идти, — выходишь из вашего любимого кафе гордой, но на остановке, пока ждёшь свой автобус до дома, вновь позволяешь слезам скатываться по холодным щекам к подбородку. Тебя просто не хватило, всё, нет того Хосока, с которым ты планировала счастливое будущее, нет того Хосока, который радовал тебя своей улыбкой каждый день. У него больше нет времени на тебя, у него отношения, взаимная любовь, а у тебя — огромная рана на душе от такого предательства и разбитого сердца. Это твой личный конец.