Сто килокалорий и 4 сигареты вверх

Пока добираемся с мамой до дома, в голове стоит долгожданная тишина. Эфир ежедневной вечерней программы «Артем просрал очередной день. Все в порядке, расходимся.» хотя бы сегодня не торжествует в черепной коробке. Мама заметив мое сомнамбулически-удовлетворенное состояние, тактично не задает никаких вопросов. Наверное, тяжело ей со мной, живешь как на пороховой бочке. Все то, что притихло во мне, пробуждается после ночной тишины, установившейся в квартире. Ей-богу, лучше моча в голову ударила. Я прикладываю неимоверные усилия для сохранения горизонтального положения в кровати. Сердце, словно попрыгунчик в трясущейся консервной банке, так и норовит выпрыгнуть если не через грудь, то через спину. Руки, разом вспотевшие, как у призывника в военкомате, я предусмотрительно держу на животе, намертво сцепив в замок. Жар и общее лихорадочное состояние в купе с глупой улыбкой до ушей и самой эстетически красивой нарезкой всех частей Феликса в голове все-таки не могут перевесить остатки разума. Дрочить — это слишком. Слышишь! Нельзя! Похотливая недоразвитая человечина! Поздно. Резко, словно с помощью броска самбиста, переворачиваюсь на живот, вжимаюсь всем телом в жесткие пружины и отклячив задницу (было бы на что смотреть) энергично впечатываюсь в матрас. Дожили. Вижу как наяву его запястья, его отврательно-великолепные коленки.Ощущаю какое-то странное, извращенное удовольствие. Мерзко и хорошо, ужасно стыдно и так приятно, что вряд ли бы я остановился даже под дулом пистолета. Раз, два, три. Все. Сердце стучит как в последний раз, а звон в ушах оглушает тишиной. Класс! Лучше и нельзя придумать, придурок. Рывком встаю и ложусь на холодный отрезвляющий линолеум. Кости ощутимо ноют от такого соседства, но я уже не замечаю этого. Что будет в следующий раз? Бросишься на него с объятиями? О, да, он только этого и ждет. У него такой выбор не угрюмых не уродливых не пацанов на любой вкус, цвет и даже запах, что можешь и не мечтать. Сдалась ему твоя щенячья нежность и течные приступы похоти. Если хочешь хотя бы общаться, будь добр засунь свои гормоны себе куда-нибудь по самые гланды. Сказать легко, только я знаю, что если долго водить костяшками по линолеуму можно сойти с ума представляя нежность его кожи. Выход один. В холодильнике все еще стоит водка. Одной стопкой меньше…