Оборотень

      Джон проснулся на рассвете. Лучи утреннего солнца, пробиваясь сквозь окно, наполняли хижину теплом и уютом. Частички пыли вспыхивали как искры в потоке золотистого света. На столе гостя ожидал нехитрый завтрак: кувшин парного молока, ароматный свежеиспечённый хлеб, масло и тарелки с лесными ягодами и овощами. Ещё брюне́т заметил аккуратно сложенные вещи на табурете и пару обуви, прислонённую к резным ножкам. Похоже, одежда предназначалась для него. Встав с постели, Джон почувствовал, как одеревенели его мышцы после четырёх дней неподвижного лежания. Разминая тело, мужчину поразило отсутствие боли в правом боку. Задрав нательную сорочку и убрав защитную повязку, его взору открылся не порез с коркой запёкшейся крови, а тонкий бледно-розовый рубец. «Она точно колдунья. Разве глубокая рана, может, так быстро затянуться? И куда пропала хозяйка дома?», — мысли, точно рой пчёл кружились в голове Джона, сменяясь одна за другой. Наспех перекусив и переодевшись в приготовленную девушкой одежду, мужчина покинул дом, желая прогуляться по здешним лесам, а если повезёт, то и отыскать рыжую красавицу. Владения, доставшиеся сыну после смерти отца, располагались в довольно суровых и холодных краях. Выйдя за порог, мужчина испытал лёгкий шок, увидев, какой жаркой была погода на дворе.       Джон неспешно прогуливался вдоль тропинки. Юнцом, он любил охотиться в этих девственных лесах. Кого тут только не было: благородные олени, куницы, лисы, зайцы, кролики, водились даже лесные кошки, и это не считая пернатых. Он наслаждался тёплым ветерком, играющим с волосами, шелестом листвы, пением птиц и умиротворяющей тишиной благословенного края. Неподалёку Джон услышал шум журчащего водоёма. Несмотря на середину августа, день выдался на удивление душным. Хотелось освежиться. Величественные кроны многовековых деревьев, скрывали живительный источник от любопытных глаз и непрошеных гостей. Головы их склонились к земле под тяжестью роскошных зелёных шапок. Преодолев препятствие, он наконец-то вышел на берег. Потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к слепящему солнцу. Но затем он увидел дивной красоты водопад.        Подойдя к кромке берега, мужчина опустился на колени, зачерпывая прохладную жидкость руками. «Как же хорошо», — подумал Джон, пока влага стекала с его кудрей, орошая грудь. Вода оказалась настолько чистой и прозрачной, что при желании можно было рассмотреть каждый камешек, застилающий дно водоёма.        Переведя взгляд чёрных глаз в сторону бурлящего потока, Джон никак не ожидал увидеть женский силуэт. Санса. Девушка стояла на небольшом валуне, омывая нагое тело. Будто почувствовав чьё-то присутствие, она быстро нырнула в воду, исчезая под зеркальной гладью.        — Нехорошо подглядывать за девушкой, мой господин, — сладко пропела колдунья, желая смутить Джона. Тяжёлые, мокрые пряди удачно прятали обнажённую грудь от его горящих глаз.        «Лесная богиня, призванная похищать мужские сердца, лишая несчастных сна и покоя», — в горле Джона пересохло, но у него не получалось отвести взгляд от столь прекрасного видения.       — Я могу и порчу навести за такую дерзость, — продолжала девушка с хищной улыбкой на губах.        — Хуже мне уже не будет, — с грустью промолвил мужчина. Ведьма поняла, что своей шуткой задела незаживающие раны в его душе.       — Прости. У меня и в мыслях не было обидеть тебя.       — Всё нормально.        — Так, ты позволишь мне покинуть воду, а то я начинаю замерзать.       — Конечно, извини. — Джон отвернулся, и у девушки появился шанс выбежать на сушу. Санса быстро натянула на тело льняную рубашку, а поверх неё нежно-голубое платье.        — Почему покинул хижину? Ты ведь мог заблудиться, — причитала колдунья, попутно выжимая лишнюю влагу из рыжих волос.       — Переживаешь?       — Ещё чего. Я потратила на твою тушку последнюю порцию заживляющей мази. Ингредиенты, входящие в её состав очень редкие и их не так-то просто добыть. Не хотелось бы, чтобы подобный дар пропал впустую.       — Конечно-конечно, верю на слово. Но спешу огорчить: в детстве я частенько шатался по этим лесам в поисках приключений. Спустя столько лет могу с уверенностью сказать, что знаю их не хуже любого местного охотника.        — Какая самонадеянность. Так, чего же ты хочешь, о Великий Покоритель леса? — со смехом спросила ведьма.       Немного помедлив, Джон ответил:        — Моя рана затянулась, а значит пришла пора возвращаться домой. — Санса с грустью посмотрела на мужчину.       Что-то странное творилось с девушкой в последние несколько дней. Какая-то неведомая сила тянула ведьму к Джону. Как будто они уже встречались прежде. Мужчина не покидал её мыслей, и это выводило Сансу из себя. Даже травы не помогали справиться с бессонницей.       — Хорошо, молодой господин. Обычно я стараюсь свести к минимуму общение с людьми, но ради тебя сделаю исключение. Пойдём, нам нужно вернуться в хижину и подготовиться к дороге. Один день в пути и ты снова увидишь своих родных, — её голос был безликим, полностью лишённым эмоций. Санса умела носить маски. Это помогало защитить сердце от разочарований. Закончив речь, она отвернулась от мужчины и побрела в сторону дома. Джон так и не осмелился остановить колдунью.       Взяв необходимые вещи для путешествий и оседлав вороного жеребца, молодые люди отправились в путь. Они так и не решились поговорить друг с другом. Каждый погрузился в пучину собственных дум. Да и к чему слова, когда расставание неизбежно. Дети разных миров. Разве им суждено стать единым целым?