Terra Lorda

2019 *** Ты пахнешь орехами, ты пахнешь мятой, Ты пахнешь сладкой сахарной ватой, От твоей кожи разит киловаттами, Сквозь проводник внутри. Я пахну солью, я пахну перцем, Я пахну пеплом, разбитым сердцем, Моя душа не стоит ни пенса, — Внутрь меня не смотри. Ты пахнешь зеленью, я пахну уксусом, Ты пахнешь лёгким приторным мускусом, Жизнь как конфеты с разными вкусами, С примесью сладкой лжи. Я пахну кровью, я пахну сажею, Я пахну телом, что горит заживо, — Всё прогорит, что было нажито, Запах мой не ищи. 2018 *** Что-то сломалось в моем механизме любви, Он работает наоборот, Принося в мое сердце только боль и нанося раны, — Чуть пониже бедра. Каждый вдох — Это вздох перед смертью. Каждый выдох — Веет разочарованием. Я боюсь, что однажды механизм остановится И я перестану страшиться падать, Но отсутствие страха и есть бесконечное падение В пустоту смерти. 5 секунд (2017) Лимит времени — 5 секунд. 5 секунд у тебя, у меня, вселенной, Мы лежим и земля становится пенной, Будто море из барракуд. Запас времени — 5 секунд. 5 секунд у собак, у соседей сверху, Мир обтянули бархатной красной лентой Подарком. Прямо из наших рук. Предел времени — 5 секунд. 5 секунд на побег и успеть проститься, Мы теплом согреем черствые половицы, И вознесемся, как демиург. Часы замирают. Много ли — 5 секунд? 5 секунд для любви, колеса судьбы, По меркам космических бездн, морской глубины, Это много ли? — Бесконечность, Ответим мы. 2017 *** Целуется как-то вяло, Не вяжет лыка язык, Гляжу на тебя устало, В груди заморожен крик, Об этом тебе расскажет Мой утомленный лик. Слова изрекаю пресно, Будто бы каждый миг, Они под каким-то прессом Сдавливают виски. Было бы так чудесно Не сдохнуть здесь от тоски. Тихо и с малой кровью Выскользнуть из руки. Исчезнуть. Пропасть с концами. Уехать на край земли. Совсем не твой согревает Взгляд меня изнутри. Холод застрял в глазнице, Молчи, я тебя прошу, Улечу и подобно птице Ничего тебе не скажу. Уста мои плотно сжаты, Когда прибудет заря, Мне очень жаль, однажды Ты потеряешь меня. 2017 *** Биполярные полушария. Две противоположности — Шансы встретиться нам в реальности равняются невозможности. Бесконечность и абсолют превращаются в привилегии. Звезда разный укажет путь. Все через те же тернии, мы продвигаемся вглубь Чернил космоса и материи. Пусть персональный код Написала сама вселенная У меня есть ответный ход — Обратное уравнение. Окунаемся в пустоту. Ты имеешь другое мнение, Обо всем и всегда имел. Где они, соприкосновения? Линий фигуры и точек над буквой i Мы друг без друга сгораем. Безмолвно стоит печаль На полушариях, словно печать. Как табу. Экзистенциальное поле зрения — Поцелуй пустоту. Я буду в ней приведением. Как эфир. Дымкой легкою на устах, Я останусь здесь. Отражением мира в зрачках. И уставший глаз, приоткрыв хоть одно из век, Вдруг найдет человеческий силуэт И заплачет. Как ярко горит звезда — В млечный путь обернется его слеза, Я по ней пройду. Сквозь закон, загустевший мрак И вся вечность пребудет в наших с тобой руках. 2017 Дурацкое стихотворение, написанное по просьбе моего одногруппника: Низкий белый туман, и блекло серые тучи, Я ловлю в них тебя — Единственный солнца лучик. Севшим разумом понимаю, — даже имя твое с ним созвучно. Глаза уставшие опускаю, То здесь, то там, Я иду за тобой. Я иду по твоим следам! Я иду за тобой! Мне не нужен исландский шпат, Чтоб как Ассоль в современном аду искать Солнца свет. Любимый голос Аннели, Во всем слышу его. Во всех вижу знакомые тени. Я привык за 2 года без компаса находить, Где звезда и где луч будут восходить. Снова и снова, Как в сердце моем стрела. Я нашел тебя. Здесь кончается пустота. 2017 *** Поцелуй пустоту. Поцелуй ритмический транс. Поцелуй расстояние, Что космически разделяет нас. Вложи руку в ладонь, Посмотри на движение звезд И забудь. Все это нас не коснется. Злость И молочная пелена Накрывает мой город. Там где ты и где я. С глазу на глаз Я вижу тебя, стекло Проникает в изнеженное нутро. Я люблю тебя. И не надо других замен. Имярек — Открытая из систем. 2017 *** Бессонная ночь. Туман, выдыхаемый изо рта, Сигарета как целый мир, молочная пелена Наполнена ядом, бесконечна пуста От великого смысла, туман и мгла Накрывает мой город, По счету второй уже на весах. Волк прорывает воем Луну в кустах, Светом звезд и эфира, Крах Этой вселенной стоит в покрасневших его зрачках. В этой ночи Слова мои на устах Застывают и пробивает душевный страх. 6 утра. Мы мерзнем и неразлучны в этих мраморных этажах. 2017 *** Я прошу тебя, стань моим штурманом, Стань всесилен, как Моисей, Чтоб когда я упала в бурную Бездну жизненных канитель — Ты бы был моим Фомальгаутом — Посейдоном моих потерь. Отводи цунами и волнами Сердечные муки как бред. Будь Одиссей — безропотно Надевай на висок лаврет. Ты станешь великим властителем Новых моих побед. Как восходит заря над морем, Так отхлынет натиск всех бед И с рассветом любое горе Улетучится мигом, вслед За движением твоей ладони, Крепко сжавшую здесь мою. Лишь мою. Лишь моей судьбою Ты владеть будешь посему. Я кладу на подушку голову Без кошмаров и шума нег. Одеяло твое как море, Постель твоя — оберег. Я останусь здесь жить и вскоре Расплавлю души свинец, От тепла твоего перестану Умирать каждый день под конец. Будь моим Посейдоном, Только на корабле, Смиряя мои невзгоды На океанском дне. 2017 *** Новый день как соленые брызги моря, Моря злобы, отчаяния, пустоты. К скалам меня прибивает штормом, А во всем эпицентре — ты. 2016 *** Мне писать о тебе не хочется, Хоть ты плачь, хоть стреляй в висок. Мои страхи все обхохочутся На взведенный тобой курок. Мне детей уже проще вырастить, Чем об этой любви пару строк. За глазами твоими где-то Измучен вопросами мозг. Что скрывают твои ответы? Где подвох? Нет подвоха — я чистый лист, Во мне нет ни правды, ни лжи, ни лести, Умоляю, ну хоть повесьте — Будет будет лишь тишина и свист. 2016 *** Ты — демиург, великий поэт Театра горелого публики. Лишь за кулисами слышен ответ — Я люблю тебя. 2016 *** Я готова прижаться к тебе шестилетним испуганным ребенком и плакать, так люблю тебя, безвозвратно и сильно, так хочу чувствовать твою боль. Ты для меня шестилетней словно король, сильный и властный, словно море, словно герой. Только тебе навзрыд, лишь тебе обиды и стыд, ты — неотступный защитник от злой, жуткой ненависти людской. Лишь бы ты понял, лишь бы любил меня, высосал яд и пустил струей. А дальше мы разминемся с тобой. 2016 *** Каждый взгляд без опоры, в каждом слове издевка: — Вот тебе, дорогая, путевка, в наши совместные горы. Счастлива ты теперь? Мне эта командировка убийцей станет за день. Живу я с тобой как тень — Не зная ни счастья, ни горя, Твои разъезды, перроны Мне уже как бюллетень. Прямо в ад, в бесконечность зноя И злобы. Все как у людей — Невозможно любить без потерь. Но довольно с меня преград, Вся жизнь у тебя впереди, пират, Что, не рад?  — Вот тебе, дорогой, путевка, в твой военкомат. 2016 *** Когда-нибудь придет война И ты уйдешь в поход. Забудешь милых имена И нежность моих слов. Тебе до лампочки доход И звоны орденов, Тебя влечет к себе картечь, надавленный курок. Ты будешь жечь, ты будешь бить, Своих врагов кляня. Я буду терпеливо жить, С надеждой ждать тебя. Над головой летит снаряд — Ты просто рядовой, Но я под пули бы легла На поле том с тобой! Чтоб слушать речь, Шептать слова и возносить покой Над непокорною твоей солдатской головой. Бежать, кричать, идти вперед, С тобой стремится в бой, Сидеть в окопе в свой черед И пить за упокой. Тебе война чуть ниже плеч — Не достаёт косой. Взрывать, рыдать, штыками сечь, Отдай мне голод свой! Отдай борьбу, отдай броню И раны все, и боль, Отдай мне долг проклятый свой И возвратись домой! Когда-нибудь придет весна И птицы запоют. И ты придешь, и в доме вновь Поселится уют. 2016 *** Я глотаю слюну, что словами скомкала мне горло, выброшенной бумажкой, суммой своих углов, и темнеет в глазах при мысли, что тебя заберут на фронт. Ты когда-то уйдешь в поход, позабыв имена и лица, и до лампочки будет доход, что достанется, и синицей ты скорей упорхнешь вперед. У меня холодок в пояснице от этих строк, что придется писать мне из года в год, пока погибать не придет черед. Тебе или мне — здесь формальности неважны, я прошу об одном — чтоб вернулся живым с войны. 2016 *** Наша реальность, по сути, проста и понятна: Ты — дурак, Я немножечко бесновата. Есть у нас пару правил, единственное табу: Ты платишь за аренду, я взнос за газовую плиту. Наши слабости и пороки — Лишь вино и людской инстинкт. Что нас связывает с тобою Не поймет даже хитрый лис. И когда уйдёшь с другою, Мои руки не будут трястись. 2016 *** Знойный Восток, одинокий Запад, ты, как всегда, бесконечно занят, любовь как остров последний, знамя блекло реет в ночи. Орел, Москва, Геленджик, Калуга — куда еще приведет дорога, лучше не знать наперед и снова перечертить маршрут. Карту порвать на куски, знакомый мне лишь поезда стук. Дым, туман, маяк, прибой, мечтаю сбросить попутчицы роль за странное новое слово — покой. 2016 *** Я хочу быть твоей собакой! Раздраженно лаять на дверь, Когда кто-то чужой приходит, приносит с собой метель, Охранять от плохих вестей этот дом от серости вычурный, Лизать твою руку, смотреть на изгиб бровей, когда наклоняешься И ценней этих черт я не видела. Буду плакать от кислых щей и от жгучих обидных лещей, Когда тяпну твою подругу, укрывшуюся в постель, Врываться в комнату для гостей, Сидеть и скулить оттого, что со мной будешь всех нежней. 2016 *** Руки у всех трясутся от холода или тяжестей, Или же от страстей, что под кожею этой тянутся, Мои же трясутся от нежности разбодяженной С вязкой кровью. Лихо мысленно вяжутся эти узлы с тобою. Пульс бьет в висок разряжено, внутренности раскоряжены, Сладостью горькой ряжена — Пресечена чертою. Вечность, что будто в саже вся Льет в глаза кислотою. 2015 *** В тихом вечере беседуем мы с тобой, с тобой мной и между нами — это как простой полилог, но с силой цунами. Я прошу тебя открыть банку с будущим, у самой соскользнули пальцы, ты берешь банку, я хватаю твое запястье. И так уже несколько весен и несколько тихих зим, против отчаянья гребем веслами, пьем «мезим». И глаза твои светятся так, будто ты взаправду меня любил. 2015 *** И на роду мне написано — доживать, Письма писать и полные слез заметки, Бегать будут вокруг меня будут чьи-то детки, А я буду. Я буду танцевать. Пить волчью кровь, звенеть синими бубенцами, мрачно кричать судьбе, чтоб та замедляла ход, с помощью божьей сводить концы да с концами, ждать, когда погибать мне придет черед. Силу с водой разводить руками и проливать кипяток борьбы, ты в жизнь мне вошла как бабочка в пламя, так улетай пока не болит. Мне поэтичность моя как парус — молча несу свое бремя вперед, тот, кто купит мой этот пафос, разделит холодный кроватный ярус и никуда уже не уйдет. Я не прошу тебя здесь так гибнуть, всем кому нужно сама пущу пулю в лоб, тот, кто меня попробует перепрыгнуть получит фальшь старт и падет на дно. Так улетай под звук дифирамбов, как завещала мне моя боль, лечи на крылышках свои раны и не ищи здесь вечный покой. 2015 *** Клясться на вечность, силу смерять руками, Грубо хвататься шарфиком за хребет, Пить лишь вино, звенеть синими бубенцами — Жить как жила, злобно жуя свинец. А на ладони все линии сохраняются, Сколько не три мою и твою судьбу. Пускать пальцы так, что пересекаются Жизнь и любовь, и точки на крайнем хребту. Ту, что возьмешь ты после меня за руку Ждет непосильная кара и, может быть, даже смерть. Линия жизни в ладонях ей будет мукой, Словно шрам от ножа, пересЕченный словом «нет» 2015 *** Все уже решено. Все кончено, уходи. Не мучай меня, ни веру мою, ни совесть, Не лезь в мою жизнь, где скука на вкус как горечь. Не трогай. Пожалуйста, уходи. Я в дверь твою не стучусь И сбегу с порога. Слезы спрячу в огромный горный поток, Вместо глаз смотреть буду в потолок. И ни слова из уст моих. И ни слога. 2015 *** Здесь, через год, может быть, в ту же пятницу, Против друг друга, подумаешь, растояньице, Я обет воздала и останусь такой же пьяницей, Ты, как и прежде, надеешься лечь под пули. Здесь, через год, может быть, в тот же самый час, Я отвернусь на два, ну, а ты — на раз. Как поезда, делившие столько нас, Сквозь время, делившее столько судеб. 2015 *** Стоял тихий сумрачный вечер 30 июня. Тихо и гулко барабанил по крыше дождь, изредка прерываясь, вслушиваясь в крики взбешенных ласточек. Они, в свою очередь, сбивались в стайки и неистово пища срывались все ниже и ниже в своем полете, практически у меня над головой. Лето проходит. Проходит куда-то вдаль, на последний ряд, обдавая меня своей удушливой волной. Оно не существует, но существую я. Однако, мне нужно жить, а я лишь существую. Существую в этих бесконечных днях, часах, душном асфальте, проливаясь дождем. Мне нечего ждать, но я все равно жду. В этом сумрачном вечере я жду какого-то чуда, наивно, по детски, как оно уже однажды случилось со мной. Но ждать придется долго, а может и вовсе не стоит. Смиренно покрываются плесенью мои плечи, смыкается рот в беспомощной гримасе и устало, понурив голову, я загадываю свое единственное заветное желание (на первую звезду): Чтобы ты любил меня. 2015 *** Слушаю скрип половиц неровных своих шагов, Раз и два, три два раз, разворот, Сколько еще перекрестков, слез и дорог Стоит пройти, что убить любовь? В темноте лишь экран озаряет привычный мрак, Мне моя тоска лижет горло, режет глаза, Может, кто-нибудь скажет мне, наконец, когда Это закончится навсегда? 2015 *** Что ж, уходи. Прощаться будем с порога — Двери открыты, окна отворены. Не приходи, пока я дышу свободно, Ступай, конденсаторы включены. Мой воздух. Свобода. Азот вышел паром (парой?) во внешнюю щель (с ней?) Если сошел со ступенек гордо, То возвращаться уже не смей. Я не дышу. Все еще взаперти. Свет здесь давно горел и давно потух Не видно ни зги. Мой сломленный дух протух. Я отрываю взгляд, Нервно чешусь ноготком Ты за порог и под зад (в ад?) Отправишься мощным моим пинком. 2015 *** Я целую тебя, да все вкривь и вкось, У меня с тобой не осилилось, не сошлось. По губам, по щекам, наконец в висок, Там и здесь, по телу, наискосок, Сжатый пальцами добела, в твоем голосе — Мой курок. Я целую ладонь и твоя нелюбовь Остается горечью, ты ничей. Я люблю тебя, как любила Anna Domini, Разве что, может, чуточку горячей. Извини мои чувства. Жизнь — величайшая из морок, А мир — театр. Где искусство Любить, не считается За порок. 2015 *** Я уже не знаю, что и придумать, чтоб обуздать себя, тоска разливается по венам щемящим одиночеством. Жгучие слезы уже не вмещаются в грудной клетке, но и не просятся наружу, они словно заполнили собой кувшин и он стал неимоверно тяжел, громоздок и все это мне приходится выносить изо дня в день. Я бы предпочла испытывать дикую боль, остающуюся солью в глазах, чем содрогаться при каждом шорохе и стыдясь всяческих недомолвок. Мне снова некуда идти или повернуть, в душе пустота, я не знаю, что делать. Все, что наполняло мою никчемную жизнь смыслом разбилось, даже нет, развеялось, ведь осколки хотя бы ранят. Пожалуйста, умри. 2015 *** Я готова прижаться к тебе как шестилетний испуганный ребенок и плакать, так люблю тебя, безвозвратно и сильно, так хочу чувствовать твою боль. Я готова плакать тебе прямо в грудь, сильно и навзрыд, только бы ты понял, только бы ты любил меня. Горячими губами собирать соленые слезы — наши надежды на будущую жизнь и счастье. Ты где-то далеко от меня и мои чувства за гранью твоего сознания, ах, если бы ты только понял, если бы ты только любил меня! 2015 *** Вроде уже не холодно/душно/жарко, Но к тебе обращаюсь я простодушно: Лишний повод выглядеть жалко Мне не нужен. Совсем не нужен. Может, будем просто жить дружно? Не любить, но и не бояться, Не надеяться или ждать, Отдавать себя без остатка — Чтоб молчанием все сказать. 2015 *** Боже, Татьяна, ну сколько можно Петь дифирамбы постельные по прохожим? Мартовской кошкой выть, аж тошно. На тебя это не похоже. Господи, Таня, ну что за ересь? Где тебя носит, ты белены объелась? Весенние трели голову затеряли? Когда мы в последний раз с тобою их убивали? Не помнишь? Может, напомнить? Чутко, так, чтобы сверху строить было Невмоготу. Хочешь? Жестких осколков любовь подкинет, Так чтобы впредь не забыла. Хочешь? Стынет твой чай. Шарманку свою выключай. 2015 *** Давно ли за горло хваталась с силою, было ли счастье, Милая? Давно ли жила в облаках незримою, было ли счастье, Тихое? Давно ли стала смелой до чувств, было ли счастье, Дикое? Давно ли забыла, тебе по плечу, экое счастье, Любимая? 2015 *** Хватаюсь за ручку. Обычную, не твою. Черную. Как графитовый карандаш. Ненавижу себя. Целый день без дела сную, Объявляю всем саботаж. Мы не встретимся. Увы, нам не суждено Вагонов плацкартных увидеть рой, Смог, что в легкие бьет нещадно, Стуки колес, превращенные в бой. Часов. Минут. До встречи и не прощаясь, Я говорю, с тяжестью улыбаясь: «Любимый, а я ведь не возвращаюсь Из наших снов. И чувствую тяжесть Озноба, вцепившихся в руки оков.» Но мы никогда не увидимся. Друг друга узнаем врозь. Мне остается лишь писать лирику, Пью кофе. Уж так повелось. 2015 *** Мои глаза полны любви. Капли стекают по лицу сверху вниз, Стремительно оставляя дорожки эфира. Вместе с ними стекает мое прошлое и настоящее. Падает на кафельную плитку. Я сижу неподвижно, вкушаю плод бытия. В нежном стремлении дефпатории спрашиваешь: — «Любишь меня?» Где-то глубоко сидишь во мне, Устраиваешь саботаж в моих венах, Ведешь меня неведомой доселе дорогой, А потом живешь и спрашиваешь «Любишь?» Вода ответит, а я не пойму, я растворюсь. Как капля стеку вниз по стенке. — «Люблю» — выдохну. Не проживу и недели. 2015 *** Как стать параноиком — Это по адресу, Обратились вы, уважаемый, Снимать с ваших плеч неподражаемых — Тягость будней. Однако сыта по горло сама этой преисподней. Фикция даже в мыслях, не живу — существую Вслепую. 2015 *** Что мне до тебя? Как до солнца лететь! Летать только я не умею, И впредь — Мне одиночеством тлеть. Не смею Приказывать властным гласом, Однако болею такой заразой Что придется терпеть. Как мне до тебя? Рукой не достать! Не дотянусь, не допрыгну, Стать Твоя горделива и выгну Спину, в попытке пристать. Кто для тебя? Предсказанием не узнать. Не буду гадать, стыдиться, Пророчество — ложь, правда таится В том, что мне не под силу власть И твоего сердца сласть. 2015 *** До какой степени горячности, обреченности следует дойти в своих мечтаниях, чтобы навеки забыть это чувство? За окном холодный февраль, Лужи, снег, слякоть, В них — Любовь. Мне уже трудно вернуться назад, чтобы простить свое одиночество, пожалеть и прижать как маленькое, немощное существо, смыть поток неизлечимой глупости и жажды — слишком поздно. 2015 *** Не знаю я где я и кто я, и что натворила, Знаю лишь, что виновна — и это все. Я дверь не туда и не к тем отворила. Ошиблась. Отныне дорога мне в грудь колесом Давит. И будет давить пока не сознаюсь, В чем виновата, где наследила ложью, А пока, Прямиком мне по бездорожью Лететь. И разбиться с силой Прибрежных волн. Тогда то и вспомню, что натворила — Только негоден будет уже мой расшибленный челн. 2015 *** Я видела, как он уходил в ночь. Зимний туман уносил фигуру Прочь. Дрожа от холода, Возможно туда, где был бы свободен мятежный его, безграничный дух — Меня это не порочило, Я стояла И ждала будущих жизненных оплеух. 2015 *** Что мне с того, что ты бьешь Наотмашь? Что мне с того, что рыдаешь навзрыд? Ищешь руку мою на ощупь И пьешь — вдрызг. Зрачками пьяными вперившись, спросишь: — «Не сгубишь? Не бросишь?» Ответа тихо попросишь: — «Брошу, сгублю, не люблю» 2013 *** Уходите утром рано, Закрывая дверь как шлюзы, Чтобы больше не пленяли Те бесстрастные союзы. Чтоб в груди замкнуть все чувства, За наружными замками, Чтоб все прошлые уютства Мы без страха покидали. Чтобы снова верить людям, Лепестков не обрывая И забыли все, что было, Никогда не вспоминая. 2013 *** И от чего мне память разума дана? И почему, скажите-ка, прохожий, Все больше наливаю я вина Когда сердца уже не держат вожжи? И почему вся эта суета В душе моей опять воскресла? И даже память хоть светла, Увы, нежданна повсеместно. 2013 *** Мы купим новую жизнь за банку фасоли, Возьмем и поселимся в дом на брегу реки, Наши глаза не посмеют краснеть от соли — Ветер порвет наше прошлое на куски. Это время сжигать мосты, Копить на новую майку, Когда вновь все мечты пусты В ожидании жизненной байки. Стелим кошке плед на полу, Затаившись за батареей, Ждем чудес на том берегу, Где ветер нашей души не жалея, Заставил луну считать наши дни, Смотри, Хоть и купили мы жизнь за фасоль, Не спорь, Но иногда такая жизнь лучше жизни тех, кто курит бриллианты. 2013 *** Доля черного юмора Для каждого из нас, Неужели эта пустота  И есть услада для глаз? 2013 Посвящается Наташе Ты — великая, Жезлом манящая, Жрица, властью разящая Сердце мое Горящее. 2013 *** О молодая рана! Мое сердце выбивается из общего ритма, Будто неопытный скрипач в оркестре. О молодая дама! Ваш взгляд делает из меня бандита, Будто я только что умер и воскрес. О молодая держава! Я бы расцеловал вас до основания, Прижимая к себе предмет обожания, Если бы я только смог остановиться на руках. 2013 *** Как тяжело живется! Как весело поется! Моя милая смеется, Будто речка льется! У нее глаза светятся, Как у большой медведицы Звездочки горят. Ее губы дарят мне яд, Который слаще любой снасти. С ней забываются все ненастья — С милою Моей P.S Нет, я не филолог — извращенец, я всего лишь имею право коверкать слова и важно называть это «эрратив». Шучу.