Vivat, Veronica!

Клэр слезает с него, почувствовав внутри тёплое, стекающее по ногам; Альфред на кровати валяется, путается в многослойном платье, даже не стесняясь своего испорченного макияжа. Редфилд так хорошо в его красном мундире с эполетами, а когда звенели его медали, когда она скакала на нём, стонала… Эшфорд закусывает губу, вспоминая, тут же пряча бесстыдство в юбках: Редфилд качает головой: Альфред краснеет под её взглядом. Опять у него встаёт; впрочем, она давно привыкла. Клэр подползает к нему ближе, берёт за руку, снимая фамильное кольцо: красивое, сияет сапфиром, Редфилд рассматривает его, переводит взгляд на Эшфорда: он приподнимается на локтях, вопросительно вскидывает брови, не понимая, чего она хочет. Клэр выпрямляется, а сама смеха сдержать не может: Боже, какие они всё-таки больные… - Дорогой Альфред, - начинает она, привстав, держа в ладонях его же кольцо, словно то в невидимой бархатной коробке, - согласен ли ты стать моей женой? Эшфорд, стоит ей закончить фразу, валится от смеха обратно на подушки; с глаз текут слёзы, и он мажет тушь по щекам. Предложение от Клэр, конечно, заманчиво, но он неожиданно резко встаёт и, схватив её за плечи, валит обратно, разрывает пуговицы на пиджаке, любуясь её телом: обнажённая – вся его. И говорит: - А ты согласна стать моим мужем? – Клэр кусает кулак, не в силах сдерживать порхающие бабочкой эмоции; ненормальные. - Да, - на выдохе выпаливает она, и Эшфорд кусает её за нижнюю губу. Ответ его полностью удовлетворяет. - Тогда объявляю нас мужем и женой! И входит в неё; Клэр кричит от неожиданности. И берёт за руку своего лорда. Они решают скрепить себя узами брака долгим животным сексом.