Vivat, Veronica!

- Как ты думаешь?.. Крис оборачивается к ней; после приземления они не говорят друг другу ни слова. Долгожданная встреча не приносит семейного тепла, и мужчина чувствует себя в этом виноватым – он спас свою сестру, но его гложет то, что из-за него она чуть не погибла. Негативные мысли ползут змеёй, затягиваются на шее невидимой удавкой, и Редфилд кашляет, выпуская из лёгких никотиновый отрезвляющий дым. Курить всю пачку легче, чем принять правду. Ему жаль, что Клэр пришлось пережить всё это; для него она навсегда останется маленькой сестрёнкой, которую нужно защищать ценой собственной жизни. Забавно, но его рассуждения схожи с другим – ныне мёртвым, не узнавшим настоящую правду. А, может, неизвестность – к лучшему? К лучшему – выкурить ещё пару сигарет, но пачка пустеет, а вот в голове – нет. Он смотрит на Клэр, которая будто стесняется спросить у него что-то: постоянно отворачивается, держит руки на плечах, обнимает себя, словно вспомнить минувшие дни боится, но брат здесь, рядом, не даст её в обиду. А вот он не смог. Прямое доказательство лежит в кармане, и Крис комкает его в кулаке; записка, расставляющая все точки в истории… А, может, и многоточия. Редфилд не разбирается и стряхивает пепел на землю; тлеет уже почти у фильтра, а выкидывать окурок не собирается. Голос сестры возвращает его в реальность, в преисподнюю. - …Она любила его? Редфилд хмыкает; ответ предсказуем, не увидь он его своими глазами. В капсуле, холодной, разбитой, скрытой под землёй от чужого любопытства, он нашёл труп; истерзанный, с множественными глубокими ранами, будто человека пытались заживо повесить на толстых сучьях, но впихнули мусорным мешком, видя лишь единственное. Крис помнит только одно ощущение: его чуть не стошнило. Уж лучше бы он стал таким, каких он отстреливал последние месяцы – кончина была бы приятней. А так… живой корм для личинок-муравьёв, и она ни черта не сожалела. Свою миссию он выполнил – больше не нужен. Да и, впрочем, никогда не был нужен. Удобная игрушка для претворения своих целей. Сломалась лишь быстро. Крису даже отчасти его жаль. Редфилд встаёт с колен, выкидывает горчащую сигарету и проходит мимо Клэр, в руки вкладывая ей послание. Девушка вопросительно смотрит на брата, но после разворачивает записку, вслух читая написанное – единственное слово: - Солдат-муравей? Она явно не понимает, что он имеет в виду. Крис тянется за новой сигаретой и, вытаскивая ту из пачки, отправляет в рот. - Нет. Короткая фраза, загорается зажигалка; он закуривает, и Клэр выкидывает письмо куда-то в сторону. Некоторые вопросы стоит оставлять без ответов. Они и так очевидны.