Любовь напополам

— Ма-а-акс! — девушка маленькая радостно пищит. Она скакать тут же начинает по направлению к парню, и он тут же ее в шапке красной, замечает, улыбается и руки в разные стороны расставляет — ведь бежит к нему. Кошелева в объятия прыгает и остается в таком положении еще секунд десять, пока Максим ее, сжимая за талию, кружит. Соскучились ужасно за четыре-пять дней разлуки: Максим ездил на Бали, в проекте каком-то новом и пока что неизвестном участвует. Но у нее, увы, не получилось вместе с ним группой поддержки слетать, потому что у нее работа, работа и еще раз работа — не было возможности даже выкроить себе лишних пять дней. Брюнетка снова чувствует себя максимально комфортно и уютно, потому что с ним хорошо. Максим заботливый, добрый, любящий и ласковый — она успела выяснить это за полтора месяца их совместной жизни: ночью проснется, увидит, как одеяло с нее сползло, и накроет, вдобавок еще и обнимет, чтобы точно не замерзла; когда устанет, то всегда, как кот, придет и уткнется лбом в ключицу куда-то, а она его гладит, шепчет, что все трудности временны, что все хорошо будет, после чего он ее обнимает крепко-крепко и поцелуи на шее оставляет; когда видит, как она нос свой морщит от чая несладкого, так сразу летит ей сахара досыпать, да так, что его еще и останавливать нужно, причем с трудом. Хороший он, на самом деле, как бы он там о себе не отзывался. Она знает. И чувствует. — Ну ничего себе, какой ты шоколадный! Загора-а-ал там без меня, — напущенно обиженно она произносит. Анисимов ухмыляется по-доброму. Такой она ребенок, а, ей богу. И губы так смешно дует. Забавная, шебутная и несносная, но зато его. — И хорошо, что без тебя, а то сложно было бы смотреть на то, как ты там в купальниках своих бы щеголяла — Какой ты противный! Смеются. Сдалась, все-таки, не выдержала разыгрывать эту драму — смех победил. Кристина снова прижимается к Максиму так сильно, насколько позволяют ей ее силы, и ему бы прослезиться от трогательности момента, но только она девочка ни разу не слабая. Максиму кажется, что он слышит, как хрустят его кости. — Маленькая, так сильно скучала что ли? Чуть ребра мне не сломала! — Так, конечно, как тут не скучать! — Обожаю тебя, Господи. Одним движением берет ее за подбородок и целует. Кристина быстро схватывает его действие. И поцелуй такой выходит, будто им в принципе дали последнюю возможность поцеловаться. Просто очень не хватает человека, когда до разлуки живешь и проводишь с ним время почти постоянно. Как дырка получается в груди, причем сквозная. Не хватает дурацких шуточек, накрывания одеялом и чертового сахара в черном персиковом. А теперь все на своих местах, все снова возвращается на долгое-долгое время. Хорошо, когда у человека есть свой человек. Он свою ладонь широкую с ее небольшой переплетает и ведет прямо к выходу с аэропорта, потому что там уже наверняка заждалось такси, которое тут же прямиком отвезет их в их дом, где настолько сильно хорошо, что словами не передать. В такси Максим засыпает у Кристины на плече, потому что дорога неблизкая, а он очень хорошо засыпает в транспорте, и домой они, в итоге, заваливаются с небывалым облегчением в груди. Девушка тут же хвастается тем, что наготовила к приезду своего любимого, а он восхищенно заглядывает в сковородки. И гордится Максим ею так сильно, и не верит счастью своему. Прямо настоящий райский уголок, потому что она рядом. Ужинают хорошенько, а потом быстро ищут фильм какой-нибудь хороший. Попкорн в микроволновке делают, пледами и подушками вокруг себя все заставляют и заваливаются на диван. Им нравится устраивать вечерами такие киносеансы. Кристину в конце на слезы пробивает, а Максим их стирает так старательно, что потом она пуще прежнего плачет уже от того, насколько ей важна такая поддержка, а она ее еще и от него получает. Парень девушку на руки берет, словно отец свою дочь, и несет их обоих в спальню, укутывает в одеяло. Они засыпают быстро, потому что слишком много эмоций и действий было совершено в один день — отдых нужен был как никогда. Максим в самолете, в нетерпении увидеть девушку свою, утомился, а она для него тщательно всю квартиру вымывала, да еще и еду вкусную готовила. Утром Кристина просыпается от того, что кто-то настойчиво щекочет ей пятки. Лежит она укрытая, а на прикроватной тумбе дымится чай.