Новорождённый мир

      Автобус ехал по шоссе, время от времени совершая неожиданные броски вперед и оставляя позади клубы черного дыма. Мотор натужно кашлял, и его рычание с каждой милей становилось все громче. Хотя дорога была плохая и тяжелая, Яна по выработавшейся уже привычке гнала, не снижая скорости.       Миша сидел рядом с водительским местом, не говоря ни слова, лишь изредка поглядывал в салон автобуса, проверяя, всё ли под контролем. Полковник отключился от этого мира и спокойно себе дремал, сев на переднее сиденье, развёрнутое внутрь автобуса.       Артём сидел на одном из дальних мест, разглядывая плывущую картинку мира за мутным окном, местность смазывалась в сплошной поток. Юноша старался ни о чем не думать — ни о том, что было, ни о том, что будет. Данил сидел рядом на соседнем с ним месте. Заметив беспечность друга, он заговорил:       — Ты в порядке? — насколько глупый вопрос, но надо было начать разговор хотя бы с этой банальщины. — Как нога? — он внимательно смотрел на друга, но Тёма даже не повернулся к нему.       — Не лучше и не хуже, — вяло ответил тот. — Если че, можете скормить меня первым. Всё равно бесполезен, — уголки его губ приподнялись в невесёлой улыбке. Почти всю дорогу Антон тащил его на себе. Конечно, вызвался тот сам и никто ни слова упрëка на это не сказал, но Артём всё равно ощущал себя обузой. Хотя, частично, таковым он и являлся на самом деле. — Зря только спасал…       Данила от чего-то задели эти слова.       — Ещё раз так скажешь — всеку, — не зло произнёс он. — Не будет тебя никто есть, всё равно на один укус, — Данил легонько толкнул его в плечо, мол, «не кисни». Артём повернул голову в его сторону. Тот продолжил чуть тише. — Начал мне тут нытьё своё. Если уж ты так хочешь заняться благотворительностью и подкормить зомбарей, то «скормим» им Санька тогда, он более питательный, не находишь? — он говорил в шутку, но небольшая доля злой парады в этом была.       — Хах, договорились.       — Только ты это… тихо.       — Типа, это теперь наша тайна? Заговор?       — Ага, — Данил подставил ему кулак. Тот, улыбаясь, ткнул в него своим холодным, немного дрожащим.       — Дань, спасибо.       На параллельном ряду, чуть ближе к водительскому салону, расположились Антон и Саша, только атмосфера между ними была отнюдь не такая дружеская…       — А я смотрю, ты прям расхохлился, Антон. А кто недавно трясся от ужаса при одной только мысли о хуйне, которая здесь происходит? — он обращался к собеседнику, но взгляд был направлен куда-то в спинку сидения, находившегося перед ним.       — Уже не трясусь, мне уже понравилось.       — А мне нихуя, Антон! — заметив, как взгляды остальных обитателей транспорта направились на него, он поджал губы и продолжил тише, так, чтобы их никто больше не слышал. — А мне нихуя нет. Я посмотрю на тебя, когда ты один на один встретишься с этими тварями. И вообще, Антоша, они не единственная наша проблема. Ты понимаешь, что прошлого мира уже нет, и ты не сможешь вернуться к своей маме под юбку.       — Иди-ка на хуй, Саня, — Антон скривился и посмотрел на него исподлобья, но Саша ещё даже не начал утрировать. — Я посмотрю на ТЕБЯ, когда ТЫ, блять, будешь визжать и «трястись» перед этими тварями, Бэтмен хуев.       — Не увидишь. Мы тебя в первую очередь им скормим, времени хватит, чтобы свалить, пока они твои кости обгладывать будут.       Антон зашипел и больно ткнул того в плечо.       — Слышь, еблан, ты попутал?       — Что, страшно, сука?       — Ага, обосрался. Ну и пусть сожрут, тебя же всё равно трогать никто не захочет, противный, блять… И ведёшь себя так же.       Дальше ехали молча.

***

      На улице темнело с каждой минутой. Автобус ехал долго, невыносимо долго, затем повернул. Здесь, кажется, где-то поблизости должна быть бакалейная лавка. Их спутники были местными, значит знали эти районы и то, куда нужно ехать.       После того, как автобус остановился, все какое-то время продолжали молчаливо сидеть. Яна прислушалась, потом со вздохом повернула ключ, и мотор смолк.       — Долго собираемся здесь стоять? — спросил Миша.       — Хочу понять, нет ли здесь этих блядей, — уверенно ответила девушка.       Во время поездки она сбила парочку тварей, но одиночные особи им встречались всё реже по мере удаления от прошлого «дома».       К счастью, здесь их совсем не оказалось. Пока что. И другой живности, к слову, тоже.       Товарищи вылезли из автобуса и оказались перед входом в паб, под козырьком которого покачивались настенные горшки с малиновыми цветками.       — Здесь и переночуем, — сказал полковник, озираясь несмотря на то, что он ничего не мог видеть в наступающем мраке. Даже звёзд было не видно за чёрными облаками.       — Идите сюда, — тихо донёсся голос Саши. — Дверь закрыта, но тут можно пролезть в окно. Только аккуратно, придурки.       Осторожно, на ощупь, заползли в оконный проём. Здесь, под прикрытием каменных стен, кто-то наконец включил фонарик. Свет был тусклый — батарея почти сдохла — но его было достаточно, чтобы осмотреться и понять, что пристанище выбрано удачно.       Поселившись в заброшенном магазине, вернее в его подсобке, выжившие приспособили какую-то дырявую железную бочку вместо печи и сбились вокруг неё в тёмные пятна. Некоторое время можно было прожить и без припасов — снег ещё не выпал, однако осенние ночи холодные. Пока ещё есть шанс — нужно добраться до мест сбора уцелевших жителей. Надежда на армию пока ещё была, но куда пристроить такую огромную массу людей? Возможно, счастливый билет удастся поймать не каждому. И половина будет вынуждена сновать с одного конца города в другой в поисках избавления от страданий. А другая исчезнет, сгинет, растворится, а вместе с ними сгинет и растворится весь этот кошмар…