After the Rain (После дождя)

Billie Eilish, Khalid – Lovely - Кучики Бьякуя, значит, - сказала Хисана, сидя на крыше многоэтажного дома, в одной из квартир которого жила вместе с Сорой. С крыши открывался панорамный вид на Токио – многомиллионный город по числу населения. Крупнейшая агломерация, которую видно из космоса. Средоточие огней из неоновых вывесок, огромных рекламный щитов и света, сливающихся в одно ясное пятно, ослепляющие зрение. Во всём этом безумии Хисана иногда чувствовала себя лишней, потерянной и чужой, а с другой стороны миллионы людей и высокие здания из стекла и бетона оказывали на неё странный эффект, почти что наркотический, в том плане, что, оказавшись среди этого безумия единожды, она уже не могла покинуть его. Маленькие города, которые завораживали и по-своему очаровывали своим спокойствием, рано или поздно доводили её и казались захолустьем. Ей не хватало движения и света. Может, это своеобразный способ потеряться среди своих собственных противоречий и забыться? Может, это способ ничего не искать, будучи поглощенной другими проблемами, которые так или иначе доводили, и Хисана срывалась – ехала в Каракуру или к морю на отдых, а потом чувствовала возрастающие с каждым днём желание вернуться и вновь погрузиться в эту пучину повседневной рутины столицы? Своеобразная зависимость. А может дело в этом загадочном темноволосом мужчине по имени Кучики Бьякуя, чьи серые глаза с голубым оттенком вновь смотрели на Хисану с привычным спокойствием с холста, который она вынесла на крышу? Чего же тебе нужно, Бьякуя? Кто ты такой? – думалось Хисане. Было так странно чувствовать влечение к незнакомому человеку, которого она даже в глаза не видела, рисовать его каждый раз акварелью, маслом или акрилом – у неё его портретов было больше всего – было до боли странно видеть его лицо во снах. Почему он продолжает сниться ей, почему его образ не отпускает её, почему, стоит ей закрыть глаза, как черты лица этого странного человека вырисовываются сами собой, почему в её голове звучит его приятный голос, который кажется ей знакомым? Словно мелодия навязчивой песни, которая то и дело возникает в голове. Хисана подошла к краю крыши и оперлась руками на заграждение, глядя вдаль пустым взглядом. Перед ней всплывали мутные образы странного города, построенного в виде кольца или что-то вроде того, странные люди в чёрных одеждах, странная эпоха. Может, она умом тронулась? Хисана усмехнулась. Или вспоминает прошлое, как Сора. Только какое к чёрту прошлое, если она всю жизнь прожила в Каракуре, а потом в Токио переехала? Она помнила своё прошлое, и там не было места странному темноволосому мужчине с невыразительными глазами серого цвета. - Walkin’ out of town, looking for a better place. Something’s on my mind, always in my headspace, - строчки песни сами срываются с губ. Хисана пропевает их, прикрыв глаза, впадая в странное состояние, граничащее с состоянием алкогольного опьянения. У неё кружилась голова, она чувствовала это, её тело в одночасье стало ватным, инертным, и ей вдруг почудилось, что стоит ветру подуть чуть сильнее – и она повалится вперед, её обессиленное тело перелетит через ограждение, и она полетит вниз, особо не сопротивляясь, находясь в этом странном состоянии. Хисана вдохнула, прогоняя наваждение. Ей вдруг показалось, в смерти нет ничего необычного, что она уже умирала, и это довольно забавно – пережить то же самое вновь. Она даже не испугалась собственных мыслей – собственные странности переставали её пугать или удивлять. - Isn’t lovely, all alone. Heart made of glass, my mind of stone. Tear me to pieces, skin and bone. Hello, welcome home[1]. Ветер усилился, сдувая волосы Хисаны с лица и отталкивая её от края крыши. Она отпустила поручень и отошла назад. Рядом с её сумкой, в которой она принесла акварель и бумагу для рисования, лежал плотный лист альбомного формата с изображением Кучики Бьякуи. Хисана покачала головой, смяла рисунок и запихнула его в сумку, после чего сунула туда закрытую акварель и плотно закрытую бутылку с водой для рисования. Она последний раз оглянулась на город и спустилась по пожарной лестнице на свой этаж. Сора в этот момент находилась в квартире одна, и её мысли занимал Хицугая Тоширо, который несколько приоткрыл ей завесу её прошлого. Что же было в её прошлом такого, во что невозможно было поверить? Странный город и черна одежда? Мальчишка, который на самом деле гораздо старше своего возраста – но это, как раз, можно было объяснить, были такие люди – что же ещё? Ичимару Гин, который её любил, но так поступил с ней? А может Хисана права и это были деньги на такси и кофе? Сора поморщилась. Ей захотелось избавиться от всего этого так же, как она смывает с себя грязь или пот под душем. Захотелось пройтись. Она подорвалась с дивана, переоделась и накинула кеды, а на выходе из квартиры встретила Хисану. - Куда-то идёшь? - Пройтись хочу. Не могу дома сидеть. Пойдёшь со мной? - Да, - кивнула Хисана, кинула сумку в прихожей, взяла мобильный телефон, ключи, и повернулась к подруге, - идём. Они не договаривались идти в какое-то конктертное место, просто гуляли, рандомно сворачивая с улицы на улицу, пока не оказались в центре города – это вышло рефлекторно. Хисана покосилась в сторону бара, где они как-то напились вместе с Кетрин все вместе, но идти туда не хотелось. Ночной прохладный воздух помог привести мысли в некое подобие порядка, во всяком случае, образ темноволосого мужчины с серыми глазами в мыслях Хисаны пока не всплывал. Сора просто думала о произошедшем и не могла поверить, что оказалась в такой ситуации. Как в дурацкой дораме. Они остановились на пешеходном переходе, напротив больницы. Сора моргнула несколько раз, пытаясь побороть наваждение и прогнать головную боль – не получилось. С её состоянием что-то происходило. Голова раскалывалась, низ живота вдруг пронзила острая боль, появилось противное ощущение тошноты, а в глазах помутнело. Внезапно в сознании возникла странная картинка. Больница – та самая, напротив которой они сейчас стояли, - там была Сора, с ней какая-то женщина примерно её возраста на вид. Она была одета в обтягивающие чёрные джинсы, ботинки и самую обычную водолазку бежевого цвета, на фоне которого её смуглая кожа смотрелась эффектно. Внешность этой женщины определённо не была японской, скорее, она походила на мулатку, имеющую афроамериканские корни. Тёмная кожа, чёрные волосы, выкрашенные в фиолетовый цвет[2], указывали на наличие афроамериканцев в её предках, но для них были характерны также пухлые губы и широкие крылья носа, чего у этой женщины не наблюдалось. Её выделяли яркие янтарные глаза, которые сразу всколыхнули воспоминания. Йоруичи, - всплыло имя в голове Соры. Её звали Йоруичи Шихоин. Они были хорошими знакомыми. Ей Сора доверила свою тайну. Ноги подкосились и Сора рухнула на асфальт, совершенно этого не замечая. В голове появилась яркая картинка, раздались громкие звуки голосов. Сора узнала себя – она, заплаканная и потерянная, рассказывала этой женщине – Йоруичи – о том, что попала в сложное положение и что ей нужна медицинская помощь, но у неё нет страховки и документов, а без них вряд ли будут помогать, даже с деньгами. - Рангику, ты можешь успокоиться и объяснить нормально, что случилось? – спросила Йоруичи, когда они обе сидели в ванне в каком-то доме. Откуда-то Сора знала, что там, кроме них двоих, никого не было. – Вот, возьми салфетку и вытри лицо от слёз и косметики. - Я в полном дерьме, - сказала Сора и прикусила губу. Она взяла салфетку из рук смуглой женщины и начала стирать с лица тушь – она лишь ещё больше размазалась. Тогда Йоруичи пропитала влажную салфетку средством для снятия макияжа и вновь протянула её Соре. - А конкретнее? - Я сделала тест, - сказала она. Йоруичи моргнула пару раз, не совсем понимая, о каком тесте идёт речь, но понимание отразилось на её лице вместе с выражением шока раньше, чем Сора озвучила результат. – Он оказался положительным. Я в полном дерьме. Мне нужно к врачу. Я не пойду к Унохане-тайчо или Исане, потому что, чёрт, я знаю, что они обо мне подумают, потому что не от своего же капитана я залететь умудрилась, им обеим известно от кого, наверняка, я просто… просто не хочу сталкиваться с осуждением, не хочу, чтобы вообще кто-то знал, поэтому… я знаю, в мире живых делают такие операции, поэтому… у меня нет страховки, я подумала, может ты поможешь, - сбивчиво объяснила она. - Ты намерена сделать аборт? – спросила Йоруичи. - А что, у меня есть какие-то другие варианты?! Сейчас не подходящее время… это помешает мне на войне. Чёрт, мы уже на войне! Я не могу просто так уйти и бросить капитана, ему нужна моя помощь и поддержка. - Это только из-за войны? - Нет… не думаю, - Сора покачала головой. – Думаю, я бы сделала аборт даже в условиях мирного времени. Мне просто… мне не нужно. Гин… ему тоже никогда не было нужно, а одна я не справлюсь, ну посмотри на меня, все знают, какая я безответственная, я не справилась бы… Тем более в такое время. - Я понимаю тебя и не собираюсь осуждать, - вздохнула Йоруичи. – И ты тоже не вздумай винить себя, в конце концов, это не твоя вина, что Ичимару не догадался презерватив надеть. Думать надо прежде чем трахать пьяных женщин, даже если они сами этого хотели. Ну почему мужики всегда так по-ублюдски поступают? Незапланированная беременность это проблема обоих людей, а не только женщины, а мужики у нас как обычно, в закат сваливают, якобы они мимо проходили. Как же бесит, - Йоруичи покачала головой. – Вот почему у меня нет отношений. Так ладно, это детали вопроса. Центральной больницей в Каракуре руководит Исида Рюкен, он абсолютно адекватный, несмотря на то, что он квинси. Я думаю, можно через него решить этот вопрос. Он точно не будет как-то косо смотреть на тебя, отговаривать, унижать или рассказывать кому-то. Хотя он может упереться и потребовать медицинскую страховку, которой у тебя нет… Ладно, есть у меня идея. Пойдёшь к гинекологу в одну из больниц в Токио, куда я обычно хожу, а документы оформят по моей страховке, это можно устроить через хорошую знакомую моего врача. Я бы тебя к ней и направила, но она уехала в Китай. - Спасибо. - Херня вопрос, обращайся, - Йоруичи запнулась. – Вернее, не по этому вопросу, конечно… ну ты поняла. - Я буду тебе должна. - Сочтёмся, если не помрём на войне! – весело заявила она. На этом воспоминание оканчивалось. Сора моргнула несколько раз и начала приходить в себя. Оказалось, она рухнула на асфальт у перехода перед проезжей частью – к счастью, Хисана сумела оттащить её подальше на пешеходную часть и пыталась привести в себя. - Господи, Сора, ты в порядке? Что случилось? Что ты вспомнила? - Больница… я… мне не верится в это, - Сора покачала головой. - Тебе она знакома? – осторожно спросила Хисана, помогая подруге подняться. - Я… я делала там аборт, - сказала Сора. – У меня не было страховки. Меня звали Рангику. Женщина, к которой я обратилась за помощью, была мулаткой по имени Йоруичи. Она сказала… что можно по её страховке всё оформить через её знакомую, - Сора глубоко вздохнула. – Неужели я… - Сора, в этом нет ничего предосудительного, аборт это свободный выбор каждой женщины, а секс это не контракт на беременность. - Понимаю, просто… я… там была какая-то война, и… это похоже на бред, нет никаких воин в наше время. - Давай перейдём дорогу, - сказала Хисана и подтолкнула подругу вперед, как раз загорелся зелёный свет для пешеходов. – Почему же нет, в Сирии и других горячих точках, - задумчиво произнесла она. – Возможно, ты служила в армии или была какой-нибудь шпионкой секретной, и по этой причине информации о тебе нет в сети. Кетрин ведь звонила нам пару часов назад и сказала, что её друг-хакер не нашёл вообще ничего ни на Мацумото Рангику, ни на Хицугаю Тоширо и остальных его спутников, которые заявились на порог нашего дома. Это объясняет мою теорию. Ты могла работать на нашу страну или на кого-нибудь ещё, как агент. - Особенно Хицугая Тоширо мог, - усмехнулась Сора. – Что-то не верится, учитывая его возраст. - Он же сказал, что старше. Может, пластические операции? - Не знаю, может, - Сора покачала головой. – Но если честно, звучит нереалистично. Мы же не в кино. - Вернёмся к твоему самочувствию, как ты? - Плохо. У меня заболел низ живота, стало тошнить и голова разболелась. - Может, это фантомные боли? – задумалась Хисана. – Ну, знаешь, фантомная реакция на беременность, которой уже нет. Так твой разум пытается заставить тебя вспомнить. - Наверное, - кивнула Сора. – Ты знаешь, я нормально отношусь к абортам, просто не думала, что буду делать их. - Как ты пришла к такому решению? На тебя надавил кто-то или ты сама решила? - Сама. Даже не потому, что война, а потому что я безответственная и мне это не надо. - А ты… помнишь, от кого беременна была? – осторожно поинтересовалась Хисана, когда они подошли к крыльцу больницы. - Ну уж не от Тоширо залететь умудрилась, - усмехнулась Сора. – Ичимару Гин, вот от кого. - Хочешь, зайдём в эту больницу, - предложила Хисана. – Давай, может, удастся что-то узнать. Сора возражать не стала. Они скрылись в дверях круглосуточной больницы с целью выяснить, что же случилось с Сорой в её прошлом, вернее, с Мацумото Рангику. Называть себя этим именем всё ещё было непривычно. А ещё у Соры окончательно испортилось мнение о светлокожем и высоком мужчине по имени Ичимару Гин, которого она в живую в своей сознательной жизни ни разу даже не видела, и о котором Тоширо отозвался так нелестно, когда услышат про его поступок в гостинице. Любил, значит? Как бы не так. Воспользовался её пьяным состоянием и чувствами, кинул деньги в лицо, сравнив с проституткой и втоптав тем самым её самооценку ниже плинтуса, ещё и контрацепцией не пользовался. Значит, вообще о ней не заботился, значит, ему было в принципе наплевать, что с ней потом будет. Сора перехотела с ним встречаться.

***

- Как прошла встреча? – поинтересовался Урахара Киске, когда капитан Хицугая вернулся в его магазин. - Отлично, не считая того, что я узнал очень интересную информацию о том, каким моральным уродом был капитан Ичимару в отношении к ней, - фыркнул Тоширо. – Не считая этого, всё прошло замечательно, Мацумото выслушала меня и согласилась на дальнейший контакт по телефону и даже лично. Но теперь я понимаю, из-за чего вообще она потеряла память. Травма головы была лишь инструментом, причиной была психологическая травма, которую Мацумото получила из-за Ичимару. - Что я сделал? – удивился Гин. - О, я скажу тебе, что ты сделал, - разозлился Тоширо. – Я думал, твоё скотское отношение распространяется на всех, кроме неё, но, видимо, я ошибся. - Остуди пыл, мальчишка, - едко сказал Гин, - с чего вдруг такие громкие заявления? - Мацумото не шлюха, - ледяным голосом произнёс Тоширо. Гин приоткрыл глаза в удивлении, на него будто ведро холодной воды вылили. Бьякуя взглянул на капитана третьего отряда в удивлении. Рукия широко распахнула глаза. Урахара чуть не подавился водой. Он опустил стакан и посмотрел на капитана третьего отряда. - Ты сказал ей, что она… - Не говорил, - холодно заявил Гин, прервав капитана Кучики. – Что ты несешь? – он прищурился и поднялся, глядя на капитана десятого отряда. - Или наш ледяной капитан совсем себе мозги отморозил? Тоширо не выдержал и потянулся за занпакто, намереваясь как минимум превратить капитана третьего отряда в ледяную глыбу и со всей силы разбить ей на кусочки. Гин выхватил свой занпакто. - Так, а ну быстро разошлись по углам и успокоились! – грозный голос Йоруичи прозвучал достаточно чётко и подействовал, как ведро ледяной воды на обоих капитанов. – Вам сколько, пятнадцать?! Взрослые люди, а ведёте себя как глупые мальчишки. Подраться хотите? На здоровье, только не в этом доме! А прежде чем начнёте, хорошенько подумайте над таким явлением, как недопонимание, а также о том, что будет с Рангику, когда она всё вспомнит, а вы двое будете лежать на больничных койках, если не помрёте, из-за своей глупой драки. Вот сюрприз для неё будет, когда двое близких ей людей, которые должны помогать восстанавливаться психологически, окажутся в могилах! Капитан Хицугая наградил гневным взглядом капитана Ичимару, но оружие опустил. Гин последовал его примеру и сел обратно на своё место. Какое-то время в помещении была тишина, пока бывшая глава второго отряда не решилась его нарушить. - Во-первых, - начала Йоруичи, - с чего такие обвинения? Капитан Хицугая, - она обращалась к нынешним капитанам и лейтенантам, которые были младше неё, и которых она хорошо знала, по имени. Но, поскольку с капитаном десятого отряда она говорила-то всего раз, и то не напрямую, а в компании других шинигами, обращаться к нему по имени не стала. – Расскажите спокойно и внятно, что случилось, с чего вы вообще взяли, что кто-то там кого-то унизил или оскорбил. - Мацумото рассказала, что начинает вспоминать некоторые вещи. Ей… ей приснились некоторые воспоминания. В одном из них были лейтенанты девятого и третьего отрядов, с которыми она пила на каком-то мероприятии, а потом я подошёл и мы пошли в кабинет, с её слов. Я помню этот момент, я накрыл её одеялом и ушёл. Думаю, по этой причине она согласилась со мной встретиться, она немного доверяет мне. А потом она сказала, у неё было другое воспоминание. В мире живых она встретила Ичимару и он… он унизил её, сравнил с проституткой… Я просто помню, как Мацумото плакала тогда и я не знал, чем помочь и думал, в чём причина. Но теперь я знаю. - Я же сказала, подробнее, - велела Йоруичи. Тоширо замялся, ему было неловко говорить о таком. Йоруичи закатила глаза. – Поясню, мы тут все в курсе, что Гин и Рангику были любовниками, это не секрет. Что конкретно сделал Ичимару? - Оставил ей деньги на утро. Мне пояснить, кому мужчины обычно оставляют деньги на утро, или вы догадаетесь сами? - Не нужно, - отозвался Урахара. - Но это… - Ичимару, заткнись, - велела ему Йоручи, - до тебя дойдёт очередь. Я правильно поняла, - она вновь повернулась к капитану десятого отряда. – Капитан Ичимару оставил Мацумото Рангику деньги утром как оплату за секс? - Выглядело это именно так, - кивнул Тоширо и прикусил нижнюю губу. Ему было чрезвычайно неловко. – Мацумото плакала, когда вернулась домой. Она интерпретировала этот жест именно так, да и… как ещё это можно было интерпретировать? - Капитан Ичимару, что скажете в своё оправдание, если оно есть? – деловито поинтересовался Урахара. Рукия пребывала в состоянии шока. Бьякуя смерил капитана третьего отряда ледяным взглядом. - Спасибо за предоставленное слово, - фыркнул Гин. – Я оставил ей деньги на такси и кофе, совсем небольшую сумму. Думаю, что столько не платят даже самым дешевым проституткам, хотя утверждать не могу, лично не проверял. У Рангику в кошельке не было наличных денег, а проверить карту я никак не мог, мне не хотелось, чтобы она шла до дома Иноуэ пешком, если у неё вдруг не оказалось бы денег или звонила своему истеричному капитану, - на этих словах Тоширо поджал губы, но от комментария воздержался. Гин продолжил, - я не имею понятия, каким образом она интерпретировала этот жест подобным образом… я имею в виду, это же совершенно нормально, позаботиться о… дорогом тебе человеке таким образом, чтобы он или она не остались без завтрака и не шли пешком через полгорода. Я ведь ей даже записку оставил, - он покачал головой. - Не думаю, что записка была, иначе Мацумото бы не плакала, она же не дура, - сказал Тоширо. – И в нашу встречу сегодня она не упоминала о записке. - Ты точно её оставил, герой любовник? – спросила Йоруичи. Капитан Ичимару проигнорировал подобное обращение. Бьякуя закатил глаза. - Склерозом не страдаю, - сказал Гин. – Но… там было открыто окно. - Какова вероятность, что ветер сдул записку, а деньги остались на столе или где вы их оставили? – поинтересовался Бьякуя. - Деньги я оставил на журнальном столике, придавив их стаканом, а записку… ничем. - Тайна раскрыта, - вздохнула Йоруичи. – Хоть с чем-то разобрались. - Теперь, когда вы закончили обсуждать мою личную жизнь, может, вернёмся к нашей повестке дня? – ядовито поинтересовался Гин. – Что делать будем? - Ждать, по-моему, очевидно, - вздохнул Бьякуя. Рукия пребывала где-то в своих мыслях. Ей не верилось, что нечто подобное могло произойти с такими умными людьми, как Ичимару Гин и Мацумото Рангику. Ей всегда казалось, что талант попадать в идиотские ситуации есть только у неё с Ичиго, ну и немного у Ренджи, а тут вон оно что. Оказывается, можно поступать по-идиотски даже будучи умным и образованным человеком. Ну как можно было оставить маленькую записку на столе в комнате, где открыто окно, ничем её не придавив? Хотя… Рукия вспомнила, как оставила записку Ренджи ещё в её бытность студенткой первого курса Академии и убежала на тренировку, а когда вернулась, обнаружила очень обеспокоенного друга, который тут же принялся спрашивать у неё, где она была, ведь он уже чуть ли не весь Руконгай обыскал. Записку она тогда тоже ничем не придавила и ветер унёс её куда-то в угол… - Она сейчас испытывает большой стресс, - вздохнул Урахара, - столько всего навалилось. Вот что бы вы, каждый из вас, чувствовал, если бы вы вдруг очнулись в больнице, не помня даже собственное имя, через три месяца ваша жизнь вроде бы наладилась, и тут на ваш порог заявились бы какие-то незнакомцы, утверждающие, что знают вас? Я думаю, вы чувствовали бы растерянность, а ещё страх за своё прошлое. В интернете так много историй о том, как женщины становятся жертвами домашних тиранов, абьюзеров, насильников, маньяков, убийц и сутенёров, я понимаю её опасения. Думаю, она согласилась встретиться и поговорить только потому, что её близким другом представился капитан Хицугая, который выглядит как подросток и чисто внешне не представляет опасности. - Это отвратительно, - сказал Бьякуя. - Можно подумать, в Руконгае и Сейрейтее всё по-другому, - фыркнул Гин. – Просто там нет интернета, и мы не знаем о масштабах насилия над женщинами, хотя в Сообществе Душ, полагаю, этот процент в два раза выше, чем в мире живых, поскольку, если в развитых странах женщин хоть как-то защищает закон, то в Сообществе Душ этого закона не существует вовсе. То есть любой мужчина, будь то руконгаец или аристократ самого высокого происхождения, может за закрытыми дверьми возить жену лицом об пол и ему никто ничего не скажет. За женщину в Руконгае, может, ещё кто-то и заступится, и то не факт, за женщину в аристократической семьей никто заступаться не будет. Весело, правда? - Женщина в аристократической семье даже не попросит помощи, потому что её с детства воспитывают не как человека, а как вещь, которая в будущем будет принадлежать мужчине и права на мнение не иметь, - сказала Йоруичи. Рукия опустила глаза в пол. Сколько она себя помнила, она была сильной и способной за себя постоять, в крайнем случае – убежать, но сколько таких побитых мужчинами женщин она видела в Руконгае, которым было просто некуда бежать, которые морально были зависимы от этого кошмара, которые варились в этом аду день за днём. В клане Кучики брат на неё первое время внимание не обращал, это он только последнее время предпринимает какие-то попытки позаботиться о ней. Но, прожив в клане столько лет, Рукия уже успела понять, какого там истинное положение женщины. Это было ужасно. - Так или иначе, - Урахара улыбнулся, - нам очень повезло, что капитан Хицугая является близким другом лейтенанта Мацумото и ему она сумела довериться. Полагаю, капитан Кучики прав, мы подождём, пока она снова не хочет встретиться и поговорить.

***

- Я повторяю вам в который раз, госпожа Симидзу, мы не можем предоставить посторонним лицам информацию о пациентах и пациентках вне зависимости от того, в каких вы с этими самыми пациентками и пациентами отношениях состоите, не положено, меня за это могут уволить, а я не хочу проблем, - повторила средних лет женщина за стойкой администрации на первом этаже. - Да неужели, не нужно тут из себя добропорядочных работниц строить, просто я вам не заплатила за эту информацию, - фыркнула Хисана. – Я в который раз вам уже объяснила, что эта девушка, которая стоит перед вами сейчас, и есть та самая пациентка по имени Мацумото Рангику, и по закону вы не имеете права скрывать от неё информацию, которая касается её собственного здоровья. - А я вам в который раз объясняю, пока я не увижу у неё документов на имя Мацумото Рангику, никакой информации о ней я предоставить не смогу. До свидания. - Неужели вы не можете проверить лица по фотографии? Если вы сравните фотографию в вашей базе данных и лицо этой женщины, вы точно убедитесь, что это один и тот же человек! - Да будь она хоть английской королевой, а пока я не увижу документов, никакой информации. Такие правила! - всплеснула руками неизвестная женщина, с которой спорила Хисана. – Не нравится, все вопросы к главврачу! - Что здесь происходит? – вмешалась в их спор худощавая и невысокая женщина средних лет, на вид китаянка. – Юкино, опять грубишь? - Канна, они требуют информацию о Мацумото Рангику, но при этом ни одна из них Мацумото Рангику по документам не является, хотя они утверждают, что это не так. По закону и правилам я не имею права предоставить информацию о пациентке незнакомым людям. - Мацумото Рангику? – Канна прищурилась. – Вспомнила, та ошибка, за которую я чуть не получила от главврача. Давайте отойдём, - она махнула рукой в сторону автоматов с газировкой, соками и шоколадками. Рядом с этими автоматами как раз никого не было. – В базе данных услуга переоформлена на имя Шихоин Йоруичи, поскольку был вписан её номер страховки в документы. Но Аканэ, врач, к которой обратились они обе, вписала первоначально в документы имя Мацумото Рангику. Я так понимаю, это вы? – она взглянула на Хисану. - Нет, это, должно быть, я, - сказала Сора. - Должно быть? - Она потеряла память из-за теракта в Каракуре три месяца назад, вы, должно быть, слышали. - Да, по новостям передавали, - кивнула Канна. – Ужасно. - Почему услугу в получении аборта мы оформили на страховку Шихоин Йоруичи? - нахмурилась Сора. - Потому что у вас не было страховки, уж не знаю, по какой причине. Йоруичи упорно не признаёт тот факт, что вы можете быть незаконной эмигранткой. - Так мне… сделали медикаментозный аборт? – нахмурилась Сора. - Нет, беременности не было, - покачала головой Канна. – Узи и анализы показали, что вы не были беременны, просто состояние стресса и депрессии повлияло на вашу нервную систему и в общем на организм. Аканэ должна была назначить вам курс лечения, но я не знаю, прошли ли вы его. Если нет, подобные нервные срывы и стрессы, если они для вашего психологического состояния в порядке вещей, могут привести к нарушению функционирования репродуктивной системы. Самый распространённый диагноз у женщин, которым объясняется расстройство цикла, это поликистоз яичников. Если эту болезнь не лечить, в дальнейшем это может привести к раку, диабету, общему нарушению работы организма и бесплодию. Но вам нужно сначала обследоваться. Я смотрела результаты ваших анализов за тот раз, всё в пределах нормы, никаких заболеваний, так что, скорее всего, это был просто сильнейший стресс, депрессия или даже психологическая травма. Но я бы рекомендовала вам пройти повторное обследование. - Она пройдёт, - кивнула Хисана. - Пройду? – Сора удивлённо посмотрела на неё. - Запишу тебя к своему врачу, - пообещала Хисана. – Ладно, спасибо вам за информацию, госпожа… - Мейронг, - улыбнулась Канна. Хисана и Сора вышли из больницы обе с разными эмоциями. Хисана думала о том, было бы неплохо как-нибудь связаться с Йоруичи Шихоин, раз уж та пошла на такой обман ради своей – должно быть – подруги. Сора думала о том, что она совсем не хочет опять таскаться по врачам. - Я же проходила всех врачей, когда устраивалась на работу, - пожаловалась Сора. – Зачем ещё раз проходить? - Да успокойся, я сказала просто так, чтобы поскорее уйти, - отмахнулась от неё Хисана. - То есть у меня была психологическая травма, которая так сказалась на моём организме, - нахмурилась Рангику. – Это странно. Что за травма такая, интересно… - Эм… Ичимару Гин? – Хисана посмотрела на неё как на дурочку. - Ты имеешь в виду тот факт, что я залетела? Не думаю, что меня бы это так сильно травмировало. Скорее, я была удивлена и подавлена, это было не вовремя, но я не считаю это травмой. - Нет, я не об этом говорю, ты плакала на коленях Хицугаи Тоширо, ты сама сказала, что тебе это вспомнилось. А плакала ты из-за того, что этот Ичимару Гин унизил тебя и воспользовался тобой, оставив деньги. Он мог тебе что угодно подсыпать в еду или напиток, наркоты какой-нибудь, и это сказалось на твоём организме таким образом, что ты стала отвечать на все его прикосновения. Но это, если он действительно тебе что-то подсыпал а потом просто тобой воспользовался, считается изнасилованием. Это психологическая травма. Или, - продолжала рассуждать Хисана, - ты любила его слишком сильно, доверилась ему, а он оставил тебе деньги, тем самым сравнив с проституткой, и это тоже психологическая травма. Потом ещё и проблемы с организмом, которые ты восприняла как нежелательную беременность, нервный срыв и стрессы, которые за этим последовали, и только потом ты узнала, что аборт тебе не нужен, потому что никакой беременности нет. Мне страшно представить, через какой ад прошла твоя нервная система, если честно. - Дерьмовая ситуация, - констатировала Сора. - Да уж, по-другому и не скажешь, - вздохнула Хисана. ______________________________________ [1] Если кому нужен перевод: Walkin’ out of town, Гуляя по городу, looking for a better place. В поисках лучшего места. Something’s on my mind, Что-то в моём сознании (дословно: что-то в моих мыслях или что-то у меня на уме), always in my headspace Всегда занимает мои мысли (дословно: всегда в моей голове). Isn’t lovely, all alone. Разве не прекрасно в полном одиночестве (наедине с собой). Heart made of glass, Сердце хрупкое как стекло (буквально: сердце из стекла), my mind of stone. Разум крепкий как камень (буквально: разум из камня), Tear me to pieces, skin and bone. Разорви меня на мелкие кусочки, так, чтобы остались кожа и кости (дословно: разорви меня на кусочки, кожу и кости). Hello, welcome home Привет, добро пожаловать домой. [2] В манге, насколько мне известно, у неё чёрные волосы, в аниме темно-фиолетовые, но такого цвета волос в реальной жизни не бывает, так что я написала, что она их покрасила, хотя я знаю, что Йоруичи вряд ли бы стала что-то делать со своей внешностью (мне кажется, стрижка – это максимум). Ну и да, я в понимаю, что такая попытка обыграть этот факт кажется стрёмной на фоне того, что почти все персонажи Блич в общем и целом имеют европейскую внешность, а не японскую, хотя они японцы, и это тоже не коррелируется с реальностью, но всё же… В конце концов, можно представить, что этот Сейрейтей место многонациональное и все известные нам персонажи на самом деле европейцы, просто ввиду проживания на этой территории, они получили такие имена (хотя это тоже звучит бредово, ведь Бьякуя, который по идее там коренной житель в N-ном поколении, тоже выглядит, как европеец). Тем не менее, европейская внешность в купе со светлыми волосами и глазами существует, а фиолетовых волос не бывает от природы ни у кого.