Эйлин Принц

      Занимательные волшебники из магазина палочек остались позади за дверью. Я же крепко прижимала к себе деревянный футляр, все ещё чувствуя приятное тепло на концах пальцах.       Погода немного испортилась, что вовсе не могло как-либо понизить мой боевой настрой — сразу по приезду в дом Слизнорта опробовать волшебную палочку. Не спеша шагая по торговой улочке и удачно ускользнув от локтя одного зазевавшегося прилизанного хлыща, я наслаждалась толпой. Маги, не маги — я была среди людей, я слышала их, до меня доносились приятные ароматы этих мест — к примеру от цветных духов той дамочки в шляпе, от запеченных яблок в магазинчике напротив, от чёрного дыма, что медленно тянулся из печной трубы. Вплоть до банка гоблинов мне не повстречалась ни одна, даже занятая, лавочка. А так хотелось вдоволь насладиться обществом себе подобных — Гораций Слизнорт наскучил, его “волшебный хоббит” тоже.        — Эйлин! Мисс Принц, давайте, заходите, нам нельзя терять время, — донесся голос профессора у двери в банк.       Внутри банка не было ничего столь выдающегося, кроме низких с крайне интересными ушами гоблинов, магии, и если память не подводит, огнедышащего дракона таящегося глубоко в подземельях.       — Постойте возле меня, дорогая, это не займёт много времени, — попросил профессор и подошел к недавно освободившейся стойке. Слизнорт вежливо поздоровался с гоблином, тот ответил не менее любезно. Их разговор зашел исключительно о делах. Как я понимаю, что-то связанное с займом для покупки крайне ценных ингредиентов. С каждой минутой благожелательный тон профессора таял под напором процентов, которые важно оглашал гоблин Нипхук. Тем временем, к свободной стойке рядом с нами приблизился нескладный черноволосый мальчик в школьной мантии студента Хогвартса. На его левой груди красовался вышитый герб Слизерина — серебряная змея, что угрожающе свернулась кольцом, на зеленом фоне.       Почтительно поприветствовав седого гоблина за стойкой, он поинтересовался о возможности обмена фунтов на не-магловскую валюту. А именно галлеоны, сикли и кнаты. Когда у того поинтересовались именем, я услышала ответ:       — Реддл, Том Реддл.       Прошу вас не судить меня строго, но я сразу поспешила скрыться за грузным телом занятого зельевара, который не заметил ни моих трусливых действий, ни прихода излюбленного ученика.       “Да хранят меня силы всех миров, что ж так свезло то? К такой встрече — я себя не готовила!”, паниковала я.       — Профессор, — послышался тихий зов. — Профессор Слизнорт, рад вас видеть.       Сбившись на полуслове, Гораций недоуменно повернул голову к голосу, и познав наконец своего студента черезчур радостно ответил:       — Ах, милый Том, и я рад видеть вас. Собираетесь к Хогвартсу?       Я затаила дыхание и абсолютно не шевелясь, думала о чуде, где никто не вспомнит обо мне, никто не поинтересуется, куда пропала маленькая мисс Принц.       “Меня нет, меня нет, меня нет”, тихо бубнила я.       — ...прекрасно, Том, это вы хорошо придумали, — довольно протянул профессор. — Возможно тогда не откажетесь сопроводить по Косому переулку мою гостью? Ам? Боюсь, дела в банке могут задержать, а дочке моего доброго друга нужно еще столько всего купить к школе. Не выручите ли меня, Реддл?

***

      Чудесен мир, не так ли? Необьяснимым путем ты оказываешься в мире, который в твоей реальности был книгой. Не далек час, когда ты обнаруживаешь, что магия хоть и прекрасна, но чертовски опасна! После, в тебе растет малое зерно надежды, на жизнь, не столь плохую, как может показаться на первый взгляд.... И тут Б-А-Ц! Все летит в тартарары! Ибо именно сегодня одному темному, мерзкому, злобному, но пока еще мелкому ублюдку захотелось прикупить кое-что к школе!       Но я спокойна. Я и "Зло" неспешно посещали один магазин за другим. Я старалась не смотреть на Тома, отвечала односложно, а также силилась засунуть своё чёртово любопытство куда подальше. Видимо, в какой-то момент умение Реддла располагать к себе сработало и на мне.       — Твоя семья весьма известна в нашем мире, правда, я ничего не слышал о твоем отце… Чем он занимается?       “Может мне проигнорировать вопрос? А что, маленькие девочки обычно рассеяны… Где хоть один магазин игрушек?! Был бы такой повод улизнуть!”       — В последнее время, — я набрала побольше воздуха, — он сидит дома. Отец заядлый исследователь, но мне, — театралый вздох, — он совсем ничего не рассказывает.       — Жаль, было бы интересно узнать детали, — огорченно ответил тот.       После мне посчастливилось сбавить его интерес о “моей” семье — простой беседой о погоде. Эта тема разговора в Англии всегда актуальна, а когда же я в голос выразила надежду о снежном Рождестве — быть может мне только привиделось, но я увидела его улыбку, и даже надежду на столь желанную погоду. Снег в Рождество — редкое явление. После магазина зелий, на очереди была лавка письменных принадлежностей. Она распологалась по соседству с магазином «Всё для квиддича» рядом с аркой, ведущей в Лютный переулок. Очереди в оба магазина разительно отличались, и уж не трудно догадаться, где посетители выстроились в длинную очередь, а где её отродясь не было.       В лавке "Лист и Перо" были лишь мы с Томом, и молодая продавщица, которая притягивала внимание шляпкой-котелком на голове — та была насыщенно бордового оттенка.       — Добро пожаловать! — улыбчиво поприветствовала та. — Чем я могу помочь юным студентам?       — Здравствуйте, моей подруге необходимы письменные принадлежности, — обратил внимание на себя Реддл и переведя взгляд уже на меня, как бы приглашающе кивнул.       — Эмм, да, да — подала я голос, — и вам доброго дня. Прости Том, я не знаю что нужно брать, точнее, количество, ведь могу купить слишком мало, или слишком много.       Снисходительно улыбнувшись, молодой волшебник, абсолютно не проявляя недовольства, быстро протараторил необходимое. Принадлежности, словно живые, начали постепенно вползать на стойку перед продавщицей, а та лишь взмахивала руками, да очаровательно глядела на Тома Реддла.       Между тем, пока на меня никто не обращал внимание, я присмотрела покупку для своих, сугубо личных нужд. Интересоваться наличием нотной тетради мне не хотелось, проще взять большой блокнот, а может и два, а после расчертить его как полагается. Вон тот толстый, чёрный, кожаный, с чистыми жёлтыми листами блокнот отлично подходил. На случай нужды — попросила сразу два.       Пергамент, перья, чернила — все споро было оплачено, уменьшено, и мы уже прямиком шли обратно к банку, как нежданно Реддл напомнил об учебниках.       — Все в порядке, они у меня есть, но я не прочь просто зайти, возможно найду что-то интересное.       Проходя в книжную лавку, мы не сговариваясь, разошлись по разным углам магазина.       Пожалуй это одна из самых ярких лавочек во всем переулке, ведь все стены, всё свободное пространство занято исключительно книгами. Корешки их были столь разными и в цвете и в размере, что палитра разнообразия цветов безумно радовала! Продавцы, занятые другими клиентами, все время использовали манящие чары, потому стоило смотреть по сторонам, иначе в лоб мог прилететь какой-то увесистый том о бытовых чарах!       К слову, книги про магию манили — не спорю, но все же я искала что-то связанное с музыкой. Ведь, как я помню, библиотека школы славилась богатством знаний, а значит многое из того, что есть здесь — должно быть и там. Что же до дела моей души, мне пока ничего не попадалось на глаза. Вот полка о чистящей магии, чуть дальше целый стеллаж о том, как бороться с садовыми вредителями. Другая стойка представляли множество экземпляров “Истории магии” Батильды Бэгшот. До самых верхних полок мне было не добраться, даже глаза не сумели бы прочесть корешки с названием изданий.       — Что-то конкретное ищешь? — прозвучал рядом вопрос. Немного отпрянув от подошедшего Реддла, я согласно кивнула.       — Давно хотела почитать что-то об восточных традициях волшебства. К примеру Индия, — не мигнув солгала я. А потом мне пришла мысль, что было бы действительно не плохо узнать больше о странах волшебного мира. И моя вдохновенная речь потекла рекой: — Профессор Слизнорт собирался посетить как раз один из регионов. Говорят, местные волшебники довольно скрытные?       Изобразив подобие вежливой улыбки, Реддл дал ответ:       — Верно, мисс Принц, это довольно закрытая каста волшебников. Мне известно лишь, что они обладают талантами в легилименции. К моему сожалению, я еще не до конца понял детали этого раздела магии. Возникли проблемы с поиском необходимой литературы.       — Хм, впервые слышу что-то об легим...менций? Как вы сказали?       — Ле-гил-ли-мен-ция, — по слогам, медленно, повторил Том.       — Да, я точно ранее ни о чем подобном не читала, — совершенно искренне поделилась я. Окончательно удостоверившись, что все, что связано с музыкой будет лучше искать у магглов, я попросила слизеринца сопроводить меня обратно в банк. Молодой волшебник с сожалением покидал, видимо, его любимый магазин.       В банке, профессор все еще занимал стойку, где на повышенных тонах спорил уже с двумя клерками. Мы разместились подальше от возмущенного мага, чтобы не привлекать лишнее внимание.       — Вы вместе с профессором отправляетесь в путешествие? — нарушил молчание Реддл.       — Нет, — чересчур грубо ответила я. Видимо, разочарование от отказа еще не полностью прошло. Мельком взглянув на своего провожатого, я отметила, что тот как-то обиженно насупился. Требовалось исправить свою оплошность. — Прости, Том, — начала я, — мне до сих пор грустно, что вместо увлекательной поездки в Индию буду сидеть одна в доме, дожидаться сентября. Это несправедливо!       — Понимаю, — отказал мальчик. Вновь посмотрев на него, я испугалась! Его взор был целиком направлен куда-то вдаль, но глаза потемнели то ли от злости, то ли от зависти.       “Правильно, дорогая, жалуйся на судьбу сироте. Могила твоя стала чуть глубже!”       — Профессор говорил, что ты один из самых его талантливых студентов, и может когда-нибудь станешь известным волшебником. — Завладела я его вниманием. — Знаю, что он редко ошибается в таких вещах, — Том почти прожигал меня взглядом, — потому было бы прекрасно получить заранее что-то от тебя, так сказать, на память о нашем знакомстве.       — И что же это может быть? — вкрадчиво спросил он.       — Как насчет подписи?       — Хочешь сказать, возьмешь у меня автограф? — переспросил юный волшебник, который, к слову, вырос в приюте для обычных детей.       Радостно согласившись, я имела удовольствие наблюдать, как всякая злость и зависть покидает мальчика. Взамен же, словно птица вырвавшаяся с клетки, рождалась гордость.       — Давай тетрадь.       И вот, пару минут спустя, в моей черной тетради для нот, на первой странице, красовалась подпись. Закорючка была такая, что попробуй подделать, небось долго раздумывал, как нарисовать. Вписывал ли он свое имя, или нет — тем более не разберешь. Снизу, мальчик вывел такие слова: “Знание — сила. Т.М. Реддл”.       Мои благодорнасти прервал разозленный профессор, который подошел к нам. Получив утвердительный кивок, что мол купила все необходимое, тот попрощался с Реддлом и потянув меня за плечо вывел из банка.       — Пора возвращаться, — кинул Слизнорт, — что б этих гоблинов на части располовинило!