Feel

Тие мешало спать ничто иное как солнце. Она приоткрыла глаза и сразу же зажмурилась: утро в человеческом мире было поистине ослепляющим. Девушка осторожно перевернулась на бок и засмотрелась на Ичиго: тот беззаботно спал, даже складки между бровей не наблюдалось. Она провела легонько по его щеке и улыбнулась: пока он спит можно принять ванну и понять, что же в ней такого. Тиа аккуратно сдвинулась в сторону, выскользнула из-под одеяла и подошла к окну. Вернула себе обычные пропорции и потянулась, удивившись странному звуку. — Думаю, что грудь надо уменьшить, как и все остальное, а то будешь голой ходить, — тихо посоветовал Гриммджо, а Тиа вспомнила, что на ней одежда Кацуки. Чертыхнувшись, она отрегулирована размеры и странный звук пропал. Гримм аккуратно вылез из постели, подошёл к ней и встал рядом. — Ослепительно красиво здесь утром, не находишь? — констатировал он и потянул ее за руку на балкон. Они стояли, опершись на перила, подставляя лица утреннему солнцу и тёплому ветерку. Вовсю чирикали птицы и стрекотали цикады, природа уже давно проснулась, в отличие от постояльцев гостиницы. — Мне показалось или Хичиго приходил? — Нет, не показалось. Он обычно приходит с утра за обнимашками, а тут вы с Ичиго спали. Он не стал будить, получил свои утренние умывашки и вернулся к Кацуки. — Что-то не совсем похоже на Хичиго, — усмехнулась Тиа. — Ты ведь к этому руку не приложил? — Немного. Сказал правду. — Какую? — Жестокую, но думаю, что она ему поможет измениться к лучшему. — Ничего себе какие у вас серьезные разговоры тут с утра… — Что интересно стало? — Угу, — подтвердила Тиа, а потом хитро улыбнулась. — Кто-то мне обещал ванну и массаж ног — Ну, раз Ичиго ещё спит, а ты явно хочешь узнать подробности, то почему бы все и не совместить? — хмыкнул Гримм. — Пошли. Они тихонечко прошмыгнули с балкона в ванную. Гриммджо включил воду и капнул в нее из красивой бутылочки желтую жидкость. Тиа с интересом смотрела, как ванная наполняется водой и пеной, а в воздухе разливается запах сандала. — Очень вкусно пахнет, — призналась она, раздеваясь и аккуратно складывая одежду на стиральную машину. Гриммджо забрался в воду первым и она последовала за ним. Села поудобнее, вытянув свои ноги, поверх ног Гриммджо и закрыла глаза. Прекрасные ощущения и запах заставили ее широко улыбнуться. — Впервые вижу такую улыбку на твоём лице, — хмыкнул Гриммджо. — Обычно только одни глаза видны. Улыбайся почаще, тебе идёт. — Я запомню, что мне идёт улыбаться. А ещё у меня мягкое тело, которое хочется лапать и потрясающая грудь, — захихикала Тиа. — Это комплименты от Кацуки, да? — усмехнулся Гриммджо поглаживая ее ноги руками. — Ага. Бедный Хичиго взбесился, а потом сам на нас плюхнулся. — Бутерброд! — передразнил выкрик Хичиго Гримм. — Выглядело наверно прикольно, жаль не удалось посмотреть. — Может и прикольно выглядело, но Кацуки ударился спиной, потом пришлось ему массаж спины делать. Мне. Ахахаха. Как месть Хичиго. — Порой они ведут себя как дети. — Разве это не прекрасно? Мне нравится: они веселые и видно, что любят друг друга. Вот бы меня кто-нибудь так любил! — Ты действительно этого хочешь? — Ну, было бы неплохо, но мечтать не вредно. Кому мы с тобой такие нужны? Мы как аутсайдеры меж двух миров: арранкары не чувствуют, но понимают, а люди чувствуют, но не понимают. — Да уж, печальная картина, добавить нечего, — подтвердил Гримм, массируя пальцы на женской ноге и с улыбкой наблюдая как Трес Эспада довольно улыбается. — Приятно, не? — Очень. Мне уже делали массаж вчера, но все равно также классно как и в первый раз, да и в ванной по-другому. — Этим и хорош человеческий мир: он постоянно меняется и одно, и то же действие воспринимается так, как будто его, до этого момента, никогда не было. — Ты мне не рассказал про ваш разговор с Хичиго. — Просто он увидел вас, спящих в обнимку, и психанул, потому, что это ему напомнило о том, с чем нам ещё придется столкнуться. — Ты вообще про что? — Рано или поздно Ичиго тоже найдет себе девушку и он, с содроганием, ждёт этого момента, потому что боится потерять внимание близнеца. — То есть, Ичиго может влюбится и все время посвящать девушке? — Так обычно у людей происходит: на какое-то время они теряют голову и ничего кроме объекта своей любви не видят, — усмехнулся Гриммджо. — Тогда почему ты ему наговорил жестокой правды, если это неизбежно? — Он хотел повлиять на это. Заставить Ичиго чувствовать себя виноватым, оттянуть момент, так сказать и обезопасить себя, ну и меня в это втянуть, под предлогом, что это и на меня повлияет. — Но ты же вроде собрался учиться в том же университете и жить неподалеку… Ты действительно можешь повлиять на выбор Ичиго — он к тебе прислушивается. — Я боюсь, что это его обидит, ведь выглядеть ситуация будет крайне эгоистично с моей стороны: использовать доверие друга и ломать ему личную жизнь — это, во-первых. А, во-вторых, я ещё им не сказал, что поступаю в универ и буду жить рядом: хочу сделать сюрприз. — Поняла. Скажи, а я могу жить с тобой? — Конечно. Деньги-то твои. — Только поэтому? — Ну, конечно же, нет. Ты мой друг и мне было бы приятно иметь компанию, когда ты будешь появляться, бросая своих подданных в Лас Ночес, — захихикал Гриммджо, принимаясь массировать вторую ступню. — Да и близнецов можно звать в гости, кино вместе смотреть, например. — Я думала, что ты будешь рядом с Ичиго все время, ведь Хичиго надо работать. — Думаю, ему надо от меня тоже отдыхать, да и мне учиться придется, не просто так же я все это задумал: мне интересны данные, которые предоставят в университете, да и домашних заданий зададут, как пить дать. — Вы одному и тому же будете учиться? — Нет. Ичиго пойдет на предпринимателя, а я — психологию изучать. Хочу понять как мыслят люди. — Это же интересно! — глаза Тии загорелись. — Будешь рассказывать? — Ну, а то, — ухмыльнулся Гримм и посмотрел на нее. — А мне кто массаж делать будет? — А я не умею, — растерялась Тия, не зная, что делать с ногой Гримма, которую тот высунул из воды. — Просто повторяй за мной и научишься, — посоветовал Гриммджо и Тиа, внимательно начала копировать его движения, массируя пятку. — Вот, отлично получается у тебя, чертовски приятно. В ванную заглянул сонный Ичиго, увидел их и улыбнулся. — Похоже у вас тут сеанс массажа в самом разгаре. — Можешь присоединиться, — предложила Тиа без задней мысли. — Как там Гримм это обозвал? А! Чертовски приятно. — Воздержусь, — тактично отказался Ичиго, немного смутившись. — Ничего, если я умоюсь? — Конечно. Ты нам вообще не мешаешь, — успокоил его Гримм и строго посмотрел на Тию. — У меня две ноги! — Ой, извини, отвлеклась, — захихикала девушка, начиная массировать подставленную ногу. Ичиго умылся, почистил зубы и откланялся, сказав, что пошел завтракать, а они пусть заканчивают и присоединяются: надо сходить за браслетом для Тии и потом собираться домой. По дороге в столовую, ему почудился тот самый зуд, который начинался перед возвращением Кацуки в свой мир. Решив, что надо будет переспросить самого Кацуки, Ичиго улыбнулся хозяину гостиницы и поинтересовался, где отец. Оказывается, отца всё-таки вытащили в клинику с утра пораньше, и он уже уехал. Ичиго позвонил, узнал, что все уже хорошо, волноваться не о чем, завтра они тоже могут быть свободны, так как с неотложным случаем уже разобрались, да и Ишио поможет в клинике. Договорившись, что сегодня, по приезду, они приготовят ужин, к которому отец должен присоединиться, Ичиго повесил трубку и увидел близнеца с Кацуки, сидящих рядышком за столом и направился к ним. — Доброе утро! — поздоровался Ичиго. — Хичи, что-то тебя сегодня с утра не было, все в порядке? — Привет! — кивнула девушка, отпивая чай и гладя близнеца по ноге. Хичиго чмокнул девушку в щеку, пересел к Ичиго, прижался боком и затих. — Привет, Ичи! — мысленно поздоровался он. — Все хорошо? — Ичиго обеспокоенно рассматривал притихшего близнеца. — А, ну, пошли в вашу комнату, а то у меня в ванной арранкары плещутся. — Пошли, — согласился Хичиго. Ичиго встал, шепнул девушке, что они ненадолго поговорить, и пошел первым в их комнату. Хичиго плелся следом, даже не беря его за руку, что было крайне странно. Как только за ними закрылась дверь, Ичиго первым обнял свое несчастное альтер эго и погладил по спине, а Хичиго спрятал лицо, уткнувшись в плечо близнеца и обнял в ответ. — Хичи, ну, расскажи мне… — попросил Ичиго. — Я же вижу, что тебе плохо. — Мне плохо, потому что мне стыдно, что я себя неправильно вел: давил на больное, обижал словами и поступками, извинялся и повторял свои ошибки. Можешь меня не переубеждать, Гримм прав: ты всегда меня жалеешь, терпишь и молчишь, а я не учусь замечать, когда перегибаю палку. Мне очень жаль, что я вел себя как эгоистичный мудак, Ичи. Прости меня, если сможешь. Вот. Ичиго молча слушал и гладил близнеца по спине. Похоже, Гримма допекло и он высказал Хичиго. Конечно, было обидно, что тому плохо, но, в то же самое время, Ичиго был благодарен за то, что кто-то со стороны сделал замечание, и это не выглядело как его личное обвинение и попытка уколоть Хичиго. — А только Гримм так считает? — Нет, Вампиреныш тоже самое сказал, только другими словами. — Если, честно, то они правы. Я очень часто молчал, старался не заводиться, и смотрел на большинство таких ситуаций сквозь пальцы, объясняя себе, что ты не человек и многого не знаешь. Но, если даже Гримм сделал тебе замечание, а он как раз таки арранкар, значит и ты способен видеть то, что видит он, если захочешь. Не буду попрекать тебя тем, что было, но, если ты больше начнёшь задумываться и менять свое отношение, думаю, что нам всем будет только лучше, Хичи. — Да, я согласен, — пробубнил Хичиго ему в шею. — Я тебя все равно люблю. — Я тебя тоже. И если ты перестанешь делать мне больно даже в мелочах, я буду любить тебя ещё сильнее. И сам постараюсь тебя не обижать тоже. Так что я тебя прощаю и сам тоже извиняюсь, если делал тебе больно. И тебе тоже надо мне говорить, если тебе что-то не нравится, хорошо? — Хорошо. Они ещё постояли так, обнявшись и гладя друг друга по спинам, чувствуя, что круговорот энергии опять начинает бесперебойно циркулировать между ними. — Хичи, мне с утра показалось, что я ощущал вроде зуд, ну, тот самый. — Ичи, у меня на какой-то момент тоже было, а потом пропало, но, похоже, скоро опять я буду спать с тобой. Ты рад? — Конечно рад! Скажешь тоже. — У тебя была Киса, вдруг ты теперь ее больше любишь? — Хичи, не начинай, не совершай свою стандартную ошибку: не упрекай меня, что я кого-то люблю больше чем тебя. — А как правильно? — Хичи, а ты меня все равно сильно-сильно любишь? — в голосе Ичиго зазвучали обиженные нотки. — Конечно, Ичиго, я тебя сильно-пресильно люблю, — машинально начал успокаивать его Хичиго, поглаживая по голове. — Все хорошо, Ичи, я тебя очень сильно люблю. — Вот так и надо, — улыбнулся Ичиго, заглядывая в золотистые глаза. — Все зависит от формулировки. Ты предложение составил так, что я почувствовал себя некомфортно, хотя ничего такого и не сделал. Я у тебя просто попросил подтверждения факта, что ты меня сильно любишь и ты его сразу же невольно подтвердил. Теперь понимаешь? — Угу, — улыбнулся Хичиго. — Ты меня сильно-пресильно любишь? — Да. Сильно-пресильно, — с облегчением улыбнулся Ичиго. — Ну, что, пойдем и я поем? — Точно, ты же завтракать пришел. Пойдем, — Хичиго привычно взял Ичиго за руку и пошел рядом. В столовой Кацуки уже болтала с Тией и Гриммджо, которые сидели с ней за столом, а люди вокруг посматривали на необычных и красивых арранкаров, но чаще всех смотрели те две девушки, которые строили глазки ему и Гриммджо, когда они играли в настольный теннис пару дней назад. Похоже, сегодня Тиа и Гримм решили быть видимыми, и разыграть продолжение истории: если Кацуки — девушка Ичиго, то Тиа — девушка Гриммджо. Две несчастные смертные злобно косились на «неправильных девушек» понравившихся им парней, но всё-таки держали себя в руках, не переходя к наступлению. Ичиго только хмыкнул на эту «драму», сел на стул и благодарно посмотрел на всех: его ждала еда и любимый чай. — Как же хорошо, что вы у меня есть — заботитесь обо мне… — Ичиго совершенно внезапно растрогался от подобного проявления заботы. — Ичи, ты чего? — погладила его по руке Кацуки. — Все в порядке? — Вроде да. Как-то очень тронуло, что я пришел, а меня ждёт завтрак и чай. — Ты смешной, Ичиго, — девушка приобняла его за талию и чмокнула в щеку. — Ты мне завтраки готовишь, сопли вытираешь, учишь новым вещам и думаешь, что я должен поступать по-другому? Ну ты даёшь… Кстати, Гримм с Тией тоже участвовали в выборе еды для тебя. — Я немного всего попробовала, — смущённо улыбнулась Трес Эспада. — Ничего? — Ничего, Тиа. Вкусно было? — Очень. Мне нравится человеческая еда. — А Ичиго вкусно готовит, кстати, — ухмыльнулся Гриммджо и начал свистеть, смотря в потолок и провоцируя Тию. — Кому-то повезло, а кому-то нет. — Так нечестно! Ты меня специально дразнишь! — пихнула его в бок локтем девушка, а потом широко улыбнулась Ичиго, помня, что ей это очень идёт, и попросила: — Ичиго, когда-нибудь приготовишь мне человеческой еды попробовать? — Легко. Могу даже сегодня, если сможешь остаться в этом мире до вечера. — Ура! — Тиа захлопала, в ладоши и победно посмотрела на переставшего выделываться Гриммджо. — Конечно я могу остаться до вечера, если я вас не стесняю. — Ну нет, что ты, — сразу же заверил ее Ичиго. — Ичиго, только вот давай честно, да? — Тиа была серьезна. — Рано или поздно, все от всех устают. Брови Ичиго удивлённо поползли вверх, но Трес Эспада положила ему на руку свою, и продолжила: — Если ты почувствуешь, что меня или его многовато… — она опять ткнула в бок сидящего рядом Гриммджо. — Или, если ты хочешь побыть с близнецом, говори, пожалуйста, я не хочу создавать тебе проблемы. — Присоединяюсь к предыдущему оратору, — ухмыльнулся Гримм. — Ичи, мы понимаем, что постоянно к тебе липнем и ты уделяешь нам море внимания и это может утомлять, поэтому, не стесняйся говорить честно, что у тебя передозировка Пустых, мы сходим погулять и предоставим тебе время наедине с самим собой, хорошо? — Договорились, — Ичиго принялся доедать свой завтрак, про себя стараясь особо не думать о сегодняшнем утре, безмерно поразившем его признаниями, извинениями и добрым отношением.