Feel

— И как мы будем укладываться? — поинтересовался Ичиго у Гриммджо и Тии, когда они вернулись в комнату. Арранкары сразу же уменьшились, Гриммджо поменялся местами с пантерой, которая сразу бросилась облизывать Ичиго. Тиа аккуратно забралась на кровать и прилегла сбоку. — Ну, как-нибудь договоримся, — хмыкнула девушка, когда Ичиго поднял руку, она подвинулась, устраивая голову у него на плече. Пантера умыла своего человека и разлеглась на нем, задевая Тию хвостом. — Если бы не видела это сама, я бы никогда не поверила, что пантера такая любящая и ласковая, — тихо призналась Тиа, ловя хвост кошки пальцами. Киса мурчала, довольно терлась головой о висок Ичиго и смотрела на Трес Эспаду. — Она страшный противник. У Гриммджо были высокие шансы стать васто-лордом, если уж так, начистоту. Поэтому для меня перемены особенно ошеломительны. — Для меня тоже, — признался Ичиго. — Я реально поверил, что он меня поглотит или пантера убьет. Но потом… ахахаха… проснулся в обнимку с Гриммом и сам офигел с того, что мне хорошо спалось и чувствовал я себя прекрасно. Мда… Начало было очень драматичным, как и все наши встречи до этого. — А как же вы всё-таки договорились? — Ну, я согласился попробовать дружить и предложил помочь зарастить дыру, а потом, в лучших традициях, вынес ему мозг, что мне надоели постоянные флешбеки в прошлое и, если он хоть раз будет себя вести как раньше, то нахер это все, я сделаю все, чтобы мы больше не пересекались. — Вполне справедливо, — согласилась Тиа. — Вел он себя иногда достаточно провокационно, но он такой по своей сути. — Я же не говорил, что он должен менять суть, просто попросил быть более воспитанным. И у него хорошо получается, если честно. Сейчас ведь подслушивает и гордится собой. — Да, — мысленно признался довольный Гримм. — Ещё я радуюсь, что теперь все хорошо. — Он очень тобой дорожит, потому будет и дальше учиться, и работать над собой. Это и интересно, и полезно, тем более, что результат правильного поведения сразу виден. — Думаю, все мы поменяемся при взаимодействии друг с другом: так обычно у людей происходит. А вы тоже подружились, да? — Странным образом… Мы никогда особо врагами не были, вместе сражались в Эспаде, но не контактировали друг с другом вне этого. Потом Гриммджо совсем пропал — как в воду канул — не появлялся, в одиночку охотился, всех своих фрасьонов-помощников нахер послал… Я ещё думала — чем же он занят? — Следил за мной, — захихикал Ичиго, а пантера его лизнула в щеку. — Да, Киса, ты тоже следила, подтверждаю. — Гриммджо всегда стремился к эволюции. Он — мятежный дух, любящий свободу и никому не подчиняющийся просто так. Он должен уважать того, с кем взаимодействует. Слабые и ограниченные его никогда не интересовали. Поэтому для меня очевидно, почему Гриммджо выбрал тебя: ты победил Айзена, которого он уважал, да и ты силен, Ичиго, очень силен. — Да ладно тебе уже меня расхваливать. Я теперь даже не шинигами, — смутился Ичиго. — Я не расхваливаю, лишь констатирую то, что ощущаю. Твоя сила преобразовалась, ты просто не придал этому значения: у тебя огромный объем созидательной духовной энергии, чтобы ты знал. Именно она и заделала дыру в теле Хичиго и притянула его в это мир. Это моя гипотеза, но ей ничто не противоречит. — Поэтому вы ко мне липнете, да? — Да. Ты способен уравновесить в нас разрушительную энергию. И мы эгоистично будем мешать другим использовать тебя в своих целях. Живи теперь с этим. — Ну, не самый плохой расклад, по-моему, — Ичиго погладил Тию по спине. — Вы достаточно честно заявляете, что пользуетесь мной, хотя это даже не похоже на использование: пантера возвращает мне энергию обратно, Гримм всячески поддерживает, помогает и даже успокаивает, ну с Хичиго и так все понятно, ну, а ты… думаю, что ты тоже найдешь как возмещать взятое, в этом я уверен, — с принципом обмена у вас всех все хорошо. — Страшный ты человек, Ичиго, — захихикала Тиа. — Мало того, что сильный и умный, ты еще понятливый и видишь в нас, которых все называют монстрами, хорошие качества. После таких слов хочется становиться лучше и не разочаровывать тебя. — Присоединяюсь к этому своеобразному комплименту, — мысленно хмыкнул Гриммджо. — И ты туда же, — усмехнулся Ичиго. — Живи теперь с этим. Ахахаха… — захихикал арранкар. — Меня все устраивает. — А если я зазнаюсь? — Не, кому-кому, а тебе это точно не грозит. Ты можешь загнаться — да, но вот зазнаться… Неее, это не про тебя, — авторитетно заявил Гриммджо и снова захихикал. — Ну, если что, я быстро над тобой поиздеваюсь и все опять будет хорошо. — Зараза. — Клубничное солнышко. — Сам назвал, а теперь подкалывать будешь? — Нет, это комплимент, как и «зараза». — Ты считаешь, что «зараза» — это комплимент? — Когда это говоришь ты — да. Ты так Хичиго называешь. Еще он бывает поганцем, жопой и хитрюлей, — продолжал хихикать Гримм. — Ты слишком много знаешь, — хмыкнул Ичиго. — Пора меня убить, да? — Гриммджо откровенно ржал. — А теперь не получится, все, поезд ушел. — Эх… — разочарованно вздохнул Ичиго, улыбнулся и погладил пантеру по спине, — зато Киса меня любит. — Это правда. Она тебя очень сильно любит, не всем же быть заразами… Ахахахахаха…  — Киса, я хочу повернуться на бок, — Ичиго посмотрел в ярко-голубые глаза. — Сегодня посплю в обнимку с Тией, а завтра с тобой, хорошо? Пантера лизнула его, кивнула и мягко спрыгнула на кровать. Ичиго повернулся к девушке боком, притянул к себе поближе, обнимая двумя руками и подтянул одеяло вверх. Киса, привычно скользнула под одеяло и прижалась своей спиной к спине Ичиго. — Спокойной ночи, Тиа, — зевнул он. — Очень спать хочется. Тебе удобно? — Спокойной ночи, Ичиго. Все отлично: мне удобно, тепло и хорошо, спи. Через пару минут Ичиго засопел, а Тиа потерлась носом о его майку. «Как же он потрясающе пахнет… ради таких моментов точно сделаешь что угодно», — подумала она и закрыла глаза, размышляя о теплых телах людей и потрясающих ощущениях, которые эти тела дарят. «Может мне стоит попросить себе женское тело и найти парня, чтобы вот так вот с ним спать в обнимку, целоваться как Кацуки и Хичиго, и смотреть кино по вечерам?» — эта мысль ей показалась очень даже здравой, и, запомнив, что надо ее обязательно обсудить с Гриммом, Тиа все же заснула. Рано утром Хичиго осторожно закрыл дверь и посмотрел на мирно спящую троицу: пантера прильнула к спине Ичиго, а тот обнимал маленькую Тию. Кошка сразу же среагировала на его появление, выскользнув из-под одеяла. Хичиго взял ее на руки и сам забрался на её место прижимаясь своей спиной к спине близнеца. Пантера тихонечко замурчала, облизывая белый нос, скулы и подбородок, а Хичиго ее поглаживал, общаясь с Гриммом. — Гримм, а что мы будем делать, если Ичиго влюбится в простую смертную? — мысленно поинтересовался Хичиго, поставив блок, чтобы Ичиго его не слышал. — Вот тогда будет беда, — хмыкнул Гримм, тоже блокируя свои мысли от Ичиго. — Ты думаешь мы как-то можем повлиять? — Надо попытаться, — уверенно заявил Хичиго. — Если спалимся, то я не знаю, что он сделает с нами, поэтому план должен быть четкий. — Хичиго, тебя то он точно простит… а меня? — засомневался Гриммджо.— Пошлет, как пить дать, прямым текстом, чтобы я шел и никуда не сворачивал. — А что тогда? Сидеть и ждать неизбежного? Сидеть под дверью и ждать, когда у него на нас будет время?! Я не собираюсь так жить! — Ты по-своему прав. Но это суперэгоистично. Ичиго обидится, — Гриммджо очень нравилась идея Хичиго, но быть посланным он не хотел. — Ладно. Я понял, — процедил Хичиго обиженно. — Мудак ты, Гриммджо. — А ты жопа. Белобрысая эгоистичная жопа, — поддел его арранкар. — Но в целом я с тобой согласен: под дверью сидеть совсем не хочется. Так что разговаривать об этом придется так или иначе. — То есть ты разделяешь мою точку зрения? — обрадовался Хичиго. — Я разделяю твой эгоизм, я тоже хочу как можно больше внимания Ичиго. Но платить самую высокую цену за глупый план с изъянами я не намерен. Надеюсь понятно выражаюсь? — Да, — белобрысый, не получив стопроцентной поддержки, снова надулся. — Хичиго, у нас неравное положение. Тебе прощается то, что не простится мне. Ичиго выставил условие: один раз я становлюсь прежним собой и «прости, прощай». Один раз я уже сделал неправильный выбор, второго раза у меня нет. — Хорошо, пока, как говорится «забьем». Если у меня появится гениальная идея с адекватным планом, тебя посвящать? — Конечно. Это одинаково повлияет и на тебя, и на меня. — Договорились, — хмыкнул Хичиго. — Все ещё дуешься? — вкрадчиво поинтересовался Гриммджо. — Да. Ты больше похож на Ичиго, чем даже я… Мы же с тобой оба Пустые и должны понимать друг друга лучше, чем людей, а у нас все наоборот… — Я согласился на его условия и теперь мне приходится все оценивать с его точки зрения тоже. А тебя он балует, идёт на уступки, молчит, хотя уже много раз надо было хотя бы по башке дать, и не заставляет думать о нем самом. — Я настолько косячу? — удивился белобрысый. — Ты настолько забываешь, что можешь ему сделать больно, — припечатал Гриммджо. — Вообще-то меня это страшно удивляет, ведь вы же один человек. Почему ты можешь обижаться и психовать, а он нет? Потому, что он «правильный»? Ты вообще в курсе, что когда ты ему говоришь это, его задевает? — Эммм… но ты же тоже его так называл… — Было дело, поэтому оба начинаем практиковать искусство «уметь заткнуться вовремя». Правильный или нет — это его выбор, Ичиго просто такой и хватит его этим попрекать. — Да я и не собирался… — Вот только мне это не надо рассказывать, а то я могу напомнить, сколько раз это было сказано, чтобы его уколоть. — Ты меня отчитываешь как малолетку! — возмутился Хичиго. — Сам не лучше! — Я тебе и себе напоминаю, что все мы хрупкие. И ты, и я, и Ичиго тоже. Да, я не выбираю слова в данный момент, потому, что накипело. Извини, на формулировки можешь обижаться, а вот на правду… Можешь, конечно, но тогда улучшений не будет. — Ладно, я могу допустить, что я не прав, но мне все равно обидно, что ты мне это говоришь. — Потому, что я его понимаю лучше? — вкрадчиво поинтересовался Гриммджо. — Да. — А кто тебе мешал? — Никто. — Просто перестань относиться к Ичиго, как к чему-то само собой разумеющемуся, как к тому, кто от тебя никуда не денется. Просто представь, что однажды он от тебя устанет и вы перестанете общаться. — Не говори такого! — Я предложил просто представить. Когда допустишь такую мысль, станет понятно как себя вести. — Я потренируюсь, — буркнул Хичиго, продолжая гладить пантеру. — Но спасибо. Даже, если ты сейчас меня бесишь, я понимаю, что ты говоришь правду. Просто она мне сейчас не нравится. — Ладно. — Пойду пожалуюсь Кацу, — проворчал Хичиго, чмокнул пантеру в нос и отпустил. Осторожно выбрался из постели и пошел обратно к Кацуки. В такие моменты ему требовалась поддержка и понимание, чтобы просто пожаловаться, а потом уже посмотреть правде в глаза. Увидев спящую на боку девушку, внутренняя пружина немного разжалась. Вампиреныш любил его, хотя порой тоже ставил на место. Хичиго забрался под одеяло и прижался к тёплому телу, аккуратно обняв за талию. Девушка выдохнула, привычно приоткрыла один глаз, заметила белую макушку под своим подбородком, подтянула одеяло повыше и крепко его обняла двумя руками. Хичиго поцеловал мягкую кожу, к которой был прижат, и тихонечко выдохнул на нее. Женское тело немного поежилось и сонно провело рукой по его спине. Девушка опять заснула, ее руки немного разжались вокруг Хичиго, и он бездумно начал целовать женскую грудь, медленно отодвигаясь, чтобы добраться до сосков. Тогда уже точно Кацуки проснется и он сможет ему пожаловаться, а может уже и не надо будет. Проверив, что ментальный блок всё ещё стоит, Хичиго погладил спину девушки, еле касаясь кончиками пальцев кожи, и поцеловал розовый сосок. — Новый фетиш — секс со спящим человеком? — зевнула Кацуки и шумно выдохнула. — Хичи, если ты хочешь поговорить, то не с этого надо утро начинать. — Я не знаю, чего хочу, я расстроен. — С самого утра? — удивилась Кацуки. — Хичи, или ты разговариваешь, или молча делаешь. — Ладно, тогда сначала пожалуюсь, — решил он и начал целовать выше, плавно сдвигаясь вверх, пока не добрался до губ и чмокнул нижнюю. — Скажи, что я хороший. — Ты хороший. И я люблю тебя. — И я тебя люблю. Нет, сначала всё-таки я тебя поцелую, а потом уже поговорим. После получаса поцелуев Хичиго совсем было полегчало, но вдруг он замер и ошарашенно посмотрел на девушку. — То, что я тебя вот так вот разбудил — это эгоистично? Только честно! — В принципе, да. Но, так как я знаю твою эту черту и у нас мало времени, то я понимаю твое желание это сделать. — Значит, прав он был, — сник Хичиго, вспоминая разговор с Гриммджо. — Кацу, мне очень жаль, действительно, не надо было тебя так будить, ведь мог бы просто с тобой поспать, а потом приставать, когда ты сам проснешься. — Гримм был прав, да? Опять прилетело? — Бакуго погладил Хичиго по голове. Бакуго не знал, в чём именно провинился Хичиго, что арранкар «его обидел», но Гриммджо обычно без дела не высказывался, зная, что Хичи может наябедничать Ичиго, значит тот опять что-то сморозил, не подумав, получил по шее и теперь «зализывает раны». — Он сказал, что я воспринимаю хорошее отношение Ичи как должное, и мне давно уже надо было настучать по башке, за то, что я его обижаю. — Хммм… Но в этом есть доля правды, извини, Дракоша. Ты слишком увлекаешься и забываешь думать о других. Вот как сегодняшним утром. Если бы ты так делал постоянно, то в какой-то момент была бы разборка. Просто мы видимся не каждый день и пытаемся урвать по максимуму, но, если я буду здесь дольше, то с твоим отношением иногда они будут неизбежны. — Почему? — Всякое бывает: настроения нет, устаешь, другие достают или просто магнитные бури… Жить друг с другом — это искусство двух сторон: нельзя все время тянуть на себя одеяло, потому что тебе так хочется. Помнишь наш разговор, когда я ляпнул, чтобы ты бросил Ичи и пошел со мной? Так вот это — из той же серии, только масштабом поменьше. А когда такое мелкомасштабное накапливается, тогда прорывает знатно. — А что делать, чтобы такого не было? — Бережно относиться и не забывать про чужие интересы. Помнить, что даже близкие люди могут устать и уйти, не в силах больше улаживать неулаживаемое. Я не знаю, что именно тебе сказал Гриммджо, но я его очень уважаю именно за это — он не переходит грань и помнит, что слова могут обидеть. В отличие от тебя, он осознает, что Ичиго может его послать, и именно это заставляет его не расслабляться и постоянно учиться дипломатии. А ты, иногда забываешь, что Ичи тоже не железный и невольно делаешь ему больно своим эгоизмом, а потом извиняешься. — Ну, раз накосячил — надо извиниться. — Это да. А теперь новый уровень, Дракоша. Не просто ошибся по незнанию, извинился, а ошибся, извинился и больше так не делаешь. — А приведи пример? — Да та же история с порно. Ты понял, что Ичиго неприятно? — Да. — Просто забудь это слово в его присутствии. Точка. И так со всем. — Теперь понял. Значит «правильным» его тоже не называть? — Да. Называй его вместо этого замечательным, потому, что он именно такой. Тебе повезло, что ты его альтер эго, иначе у нас бы ничего не получилось. Меня именно его правильность и подкупила. Это такая редкость, что ты даже себе и не представляешь… — Вампиреныш, ты самый лучший! Спасибо, что ты любишь такого эгоиста, как я. Буду тренироваться в дипломатии. Ты же мне поможешь? — Спрашиваешь, — улыбнулся Бакуго. — А теперь ты наказан за эгоизм. Разбудил меня, теперь продолжай с того же места. — Ладно. В данном случае, я совсем не против быть наказанным, — ухмыльнулся Хичиго и жарко поцеловал женские губы.