У нас другая зима, и ты это знаешь

Оказавшись на пороге школы, Антон толкнул тяжёлую дверь и плюхнулся на лавочку, стягивая с себя тяжёлую зимнюю обувь. Сняв уличную одежду и повесив её на вешалку в гардеробе, Антон поплёлся в класс на второй этаж, где должен был проходить первый урок. Поднявшись на второй этаж, парень заметил своих друзей, которые стояли возле двери в кабинет и что-то бурно обсуждали. — Да я говорю тебе, что сам слышал от старшеков, — Серёга активно жестикулировал, пытаясь перекричать парней. — О, а вот и главная тема сегодняшнего дня! — произнес Дима и вся компания затихла, поворачиваясь на Антона. — Привет, — неуверенно произнес парень, робея под пристальным взглядом одноклассников. — Ну, привет, — оскалился Сережа, рассматривая с ног до головы Антона. — А в чём собственно дело? — улыбнулся Антон, искренне не понимая, что происходит. — А дело в том, наш дорогой Антоша, что ты у нас заднеприводный, оказывается, — произнес Дима и все парни в компании заржали. — Чего? — его глаза вышли из своих орбит. — Пидорок! — подхватил один из парней и остальные вслед начали кричать хором. — Откуда вы взяли эту информацию? — Антон пытался перекричать парней, которые, казалось бы, заглушали все вокруг. — Пидорок, — слышалось от парней, нависающих над ним, — заднеприводный! — Антош, а ты это, сверху или снизу? — продолжали ржать парни, толкая Антона в грудь так сильно, что тот упал на пол, больно ударяясь головой о стену, чувствуя как что-то теплое медленно покрывает волосы на затылке. — Перестаньте! — закрывался руками Антон, стараясь защитить себя от ударов одноклассников. В голове стоял ужасный звон, как будто по ней, словно по кастрюле, били половником. Перед глазами все вращалось с неимоверной силой, а в носу стоял терпкий запах железа, от которого к горлу поступала тошнота. Внезапно, среди вращающихся силуэтов вокруг себя, Антон разглядел фигуру Арсения и разум немного начал проясняться. — Арс? — будто не веря своим глазам произнес Антон, вглядываясь в приближающуюся фигуру человека. — Разошлись! — рявкнул знакомый голос и обидчики разлетелись в разные стороны. — Антон? — произнёс парень, присаживаясь на корточки рядом, — слышишь меня? — А-арс, — протянул Антон, сплюнув кровь изо рта. — Досталось тебе от них, да? — парень заботливо провёл по его волосам, замечая на своей ладони кровь, — а знаешь, за что они тебя так? — Нет, — покачал головой мальчик, заглядывая в добрые глаза друга. — За то, что ты не такой как мы, Антош, понимаешь? — мягко проговорил парень, заботливо поглаживая того по волосам. — Не понимаю, Арс, — продолжал качать головой из стороны в сторону Антон. — Я думал ты мне друг, Антош, — покачал головой Арсений, продолжая гладить его по волосам. — Так я друг, Арс! — в глазах Антона застыли слезы. — У меня больше нет друга. Мой друг был нормальным парнем, а не вшивым пидорасом, как ты! — Арсений резко сжал волосы в кулак и с силой потянул на себя. — Ты мне омерзителен! — прошипел парень прямо в лицо Антону, следом одаряя его плевком, моментально опуская волосы и толкая его ногой в живот, от чего тот отлетел в стену. — Можете продолжать, — спокойно произнес Арсений, оставляя Антона на растерзание парням и слушая вслед жалобные крики своего имени, которые терялись в тяжёлых ударах.

***

— Арс! Арс! Пожалуйста, помоги. Не оставляй… меня! Арсений, который до сих пор не лег спать, предпочитая сну прочтение книги, тут же поднялся, наблюдая за Антоном, который кричал во сне его имя и просил не оставлять. Юноша во сне громко и рвано дышал, комкая в руках одеяло, пытаясь найти в нём какую-то защиту. На лбу выступили капельки пота. Он постоянно морщился, создавая на лице выражение мученика. Ресницы подрагивали, а на щеках застыли солоноватые дорожки, которые беспорядочно стекали вниз, скапливаясь в области подбородка. Отбросив книгу в сторону, Арсений вскочил с дивана и ринулся к кровати Антона. — Антон, проснись! Антон! — Арсений уже несколько минут толкал Антона в попытках разбудить, но тот продолжал кричать во сне, группируясь и закрываясь руками, как беспомощный котёнок. — Тоша! — после долгих попыток Арса Антон всё-таки открыл глаза. Увидев своего обидчика из сна рядом, мальчик судорожно отполз к стене, с головой укрываясь одеялом, громко всхлипывая. — Не подходи! Не подходи! — кричал он в истерике, дрожащими руками удерживая одеяло перед лицом. — Тоша, что случилось? — искренне не понимал Арсений, стараясь коснуться его плеча, но тот ещё больше начинал истерить и закрываться одеялом. — Это был всего лишь сон. Страшный сон. Все хорошо, Антош. Это я, все хорошо, — приговаривал парень, продолжая приближаться, — я здесь, я рядом. — Нет-нет, не подходи, прошу! — немного успокаивался Антон, продолжая трястись. — Я не обижу тебя, Антон. Доверься мне, — шептал Арсений, садясь рядом с ним на кровати. Антон ничего не ответил, лишь покачал головой в ответ. Он сам толком не понимал, для чего это сделал, но, кажется, это было автоматически. Антон никак не мог переключиться из своего сна в реальность. Он до сих пор мог чувствовать лёгкое покалывание в конечностях, которые помнят побои, которые ему наносили собственные друзья. Его по-прежнему пугала вся обстановка, особенно Арсений, который в его сне выступал главным обидчиком, а сейчас сидит рядом, такой добрый, такой заботливый, такой обеспокоенный, что… В этот момент Антон почувствовал на своем плече лёгкое прикосновение теплой ладони. Юноша вздрогнул, осторожно переводя испуганный взгляд на Арсения, но его руку так и не откинул, продолжая всматриваться красными от слез глазами в глаза Арсения, которые обеспокоенно смотрели на него, стараясь отыскать в них ответы. Через несколько секунд молчания, Антон, неожиданно для себя, резко припал к широкой груди парня, крепко обвивая его тело руками. Арсений, не ожидав такого жеста со стороны друга, немного опешил, а после обнял его в ответ, крепко прижимая его голову к своему плечу, зарываясь пальцами в мягкие светлые волосы. Несколько минут они сидели в таком положении в абсолютном молчании. Каждый из них понимал, что для того, чтобы понять друг друга, им не нужны слова, достаточно теплых объятий, которые являются своеобразным щитом, защитой от всех страхов и проблем. Антон, оказавшись в оковах страшного и до боли реалистичного сна, нуждался в поддержке и защите, которую ему радушно предоставил Арсений. Арсений же нуждался в своем друге, которого так давно потерял по своей же глупости, наверное, намного больше, чем сам Антон в нём. Это первое их взаимодействие после стольких лет безмолвного молчания и безразличия. Арсений чувствовал себя по-настоящему счастливым в этот момент, что наконец может спокойно сидеть и обнимать своего друга, не боясь быть отвергнутым. Он не знает, что будет с ними завтра и совершенно не хочет об этом думать, стараясь как можно дольше насладиться прикосновениями, чтобы запечатлеть их в памяти. Будут ли у них с Антоном хорошие отношения после этой ночи или же тот просто забудет всё как самый страшный сон. Но ему хотелось верить, что это огромный шаг на пути к примирению и у них всё ещё впереди. Ведь впереди Новый год, а это всегда время перемен и шанс начать жизнь с чистого листа. — Антон? — опустив голову на лежащего на его коленях парня, Арсений обнаружил, что тот уже давно спит и ему скорее всего не ответит. Может быть оно даже к лучшему. Посидев в таком положении ещё некоторое время, Арсений старался запомнить эти ощущения, которые с таким теплом и трепетом будет вспоминать в серые дождливые будни в Питере. Как бы он не хотел, чтобы все это не осталось простым воспоминаем, а было реальностью, он ничего с этим поделать не мог. Ведь слово остаётся за Антоном. Если Антон захочет, чтобы Арсений был рядом, он будет, непременно будет. Он готов бросить все ради него, если Антон только попросит его об этом. А пока у Арсения есть этот миг, в котором он может сидеть на кровати дорогого ему человека и охранять его сон, наблюдая за тем, как Антон мирно посапывает и так крепко сжимает его руку, будто боится упасть. Арсений чувствовал как в груди растекается тепло лишь только от того, что любимый человек сейчас спит на коленях и он может нежно касаться оголённых участков его тела, вырисовавывая на них только ему известные фигуры, зарываться пальцами в светлые мягкие волосы и вдыхать их чудесный аромат. Лишь бы это мгновение было вечным…