След зверя

      В деревне стояла тишина. Только кое-где со дворов доносился лай собак. Небо было ясное. Оно и понятно: к вечеру подморозило, и деревья окутала белая окидь¹. Сегодня посиделки проходили на краю села у Никоноровой вдовы. Молодые сговорились заранее чужаков с соседнего села не звать. Однако и без них народа в горницу набилось полнёхонько. Неженатые парни стены подпирали да меж собой переговаривались, на девок исподтишка поглядывая. А последние и рады показать себя. Вроде и делом заняты, а глаза нет-нет, да и остановятся на ком-нибудь из представленных женихов. Первая красавица на деревне Смеляна с подругами вышивали шёлком. Другие девушки пряли. За столом в красном углу расположилась хозяйка. Она да ещё несколько девушек капусту шинковали на засол. Зимой к картошке самое оно. Никто не маялся бездельем. Так что парням было из кого выбирать. За работой-то оно виднее, которая хорошей хозяйкой будет. Народ постарше и детвора сидели ближе к печи, слушая разные необычные истории, что приключались с людьми в разные годы из разных мест и которые каким-то чудом дошли сюда. Многие, даже простые случаи с той же охотой, обрастали такими диковинными подробностями, что уже непонятно было, где правда, а где вымысел рассказчика.       Деян тихо вошёл в избу тогда, когда разошедшийся не на шутку дед Возгарь с упоением поведывал благодарным слушателям, как чёрный седой медведь чуть не задрал пасечника Авксентия из Кунеевки.       — Вот не нужно ему было в праздник в лес тащиться, — вещал он, — осерчали древние боги за такое самоуправство и наказали.       — Ну чего ты, дедушко, народ стращаешь? — подал голос Деян. — Тут боги ни при чём. Просто собрал мёд Авксентий и вёз на телеге, а бочонок худой был. А медведи падкие на сладкое. Учуял, поди, съестное и привязался.       Все головы собравшихся в горнице людей повернулись на дверь.       — Ты гляди-ка, кто пожаловал! Сам Деян на посиделки пришёл, — усмехнулся дед Возгарь. — Ужель невесту решил присмотреть, охотник?       По избе прошёл гул и шепот, раздались девичьи смешки. Деян не смутился, подмигнул девицам и шутливо поклонился. Он и сам знал, что завидный жених. Не колченогий², не косой, не рябой. Высокий, крепкий, плечистый, с русыми частыми кудрями, голубыми глазами и открытой весёлой улыбкой, на которую так падки местные красавицы. Сейчас охотник был в том самом жениховском возрасте, когда люб и интересен девушкам. Летом двадцать годков минуло. И, конечно, его успех вызывал зависть у некоторых менее удачливых местных парней. Ибо не только внешне был хорош Деян, но и везучий, самой Деваной³ отмеченный, охотник. Никогда не возвращался из леса без добычи. И ценный мех зверя не портил, метко целил в глаз аль в грудь.       — Нет, дед, не готов я ещё остепениться, — спокойно ответил охотник, глядя через всю горницу на пригревшегося в углу словоохотливого Возгаря. — Холостяцкая жизнь она вольная, что ветер в поле, а жизнь семейная порядка требует и отдачи.       В избе раздались разочарованные вздохи. А Деян, не обращая более внимания на девок, направился к тёплу печи.       — Эх, парень, гляди, не оплошай. Скоро Смеляну-сизу горлицу просватают, а ты не у дел останешься. Девка-то на выданье. Чай не один ты весь из себя на свете белом, — не отставал дед. — Найдётся кто половчее. Вон как Ель глаза на девичью красу пялит. Чем не жених? Что с того, что вдовец, он знатный в наших краях горшечный мастер. Все знают, что бабу свою он не обижал. Стаяла за прошлую зиму. Да тогда много народу-то по деревням от застуды полегло. Так что он апосля тебя на первом месте среди женихов.       — Так оно так. Да только Смеляна и не смотрит на него, — усмехнулся охотник.       — Дык всё тебя дожидается. А ты от девки нос воротишь. Уведут, ой, уведут.       — Будет тебе, дед. Сам знаю, что краше нашей Смеляны в округе не сыщешь. Разве что Агнешка из Кунеевки хороша.       Тут девушки посовещались и с дружным смехом повскакивали с мест. Весёлая круглолицая Одарка первая в пляс пошла. Музыканты тут же подхватили перемену настроения.       — А ну-ка, девоньки, довольно работать, становитесь в круг! Поиграем! — звонко сказала она.       Парни тоже оживились и приосанились. И началась потеха: шум, смех, беготня. Деян грел руки у огня, смотрел на народ, а сам думу думал. Зима в этом году рано себя показала. Первый снег до Покровов выпал и таять не спешил. Если так далее пойдет, то на зимовье⁴ выдвигаться раньше срока придётся. А то с полными санями провианту тяжко будет тащиться по глубокому снегу.       — Чего, Деян, невесел? Ниже плеч голову повесил? Аль скучно с нами? — раздался девичий голос позади охотника.       Обернулся он, а рядом Смеляна стоит и улыбается, показывая ровные зубы да ямки на румяных щеках. Невысокая, ладно сложенная, с озорным огоньком в выразительных светло-серых глазах, она была чудо как хороша.       — Отчего же, весело тут.       — Так пойдём в круг, покажи, что не скучаешь, — резво кивнула в сторону пляшущих девок она, и длинная тёмно-русая коса упала на высокую девичью грудь.       — А пошли! Покажем нашим, как надо веселиться от души.       Он ухватил Смеляну за талию поверх расшитого разными хитрыми узорами сарафана, и они, весело смеясь, ринулись в самый центр круга. Повеселятся сегодня, а там видно будет. Утро вечера мудреней.