treasure

есан всегда старался быть лучше. быть лучше не кого-то определённого, а именно себя. он знал – легко не будет. знал ещё тогда, когда перед ним стал выбор : идти учится на профессионального фотографа или посвятить свои дни тренировкам, танцам, возможности стать айдолом. есан хотел исчезнуть, испариться. хотелось уснуть на тысячи лет. или просто не существовать. или просто не знать, что существуешь. или нечто подобное. это желание очень болезненное, но оно появлялось всегда, когда есан чувствовал себя так как сейчас. вот почему не хотелось думать. не хотелось чувствовать. мысли, эмоции – приносили ему вселенскую боль. он думал о родителях. о том, что не может больше их разочаровывать. о том, что стажируется больше трех лет. да, планки высоки но он может их побить. тренировочный зал. ежемесячная проверка. куча народа: продюсеры, хореографы, трейни. есан всеми фибрами души чувствует напряжение и давление. он думает что, чувствует это только он сам смотря на спокойно болтающих трейни, среди которых вечно улыбающийся чонхо - самый младший среди них. улыбается на все тридцать два, дарит улыбку каждому, не обделяя вниманием никого. есана в том числе. бодрым шагом к кану направляется, ободряюще скалится, дурачится и есан в кулак прыскает, глаза закатывает и медленно расслабляется. а чхве это и надо, он всегда так делает. именно на ежемесячных проверках. дурака строит пытаясь кана развеселить, заставить перестать думать о том, что можете пойти что-то не так; заставить перестать волноваться без повода. есан волновался каждую месячную тренировку, чонхо - поддерживал есана. кану нравилось внимание младшего, для него словно яркий свет вспыхнул вдалеке. и он влюбился, как обычно влюбляються: чувствуя бабочек в животе; чувствуя, что воздуха не хватает когда видит его; чувствуя, что рядом с ним ведёт себя как придурок какой-то, фигню говоря непонятную; чувствуя, что крышу сносит когда голос его слышит. медлить кану не хотелось, собирая мысли воедино и всю решительность набирая, он решил признаться чхве и был приятно удивлен, что младший взаимностью ответил. есану нравились детские огоньки в глазах чонхо, когда тот пакости старшим делал; нравились прикосновения с его стороны; нравились стремление и целеустремленность; нравились их прогулки; нравилось как он чонхо с тренировок забирал. он знал - чонхо его личный лучик света и добра. его свет, что был послан судьбой. чонхо долго плакал пока объяснял, что ему нужно переехать в другой город из-за родителей, которые решили в последний школьный год переехать в другой город. есан не понимал почему он с ним остаться не может, почему едет в другой конец страны, почему. и сейчас кану больно до безумия. воспоминания и чувства давят; кошки стаей на душе скребут, пытаясь разодрать на части. как бы не пытался - забыть не может. точнее сказать не хочет. себя винит и ненавидеть начинает, виноват только он. виноват в том, что сказал обидные слова не думая. виноват в том, что не смог сказать слова поддержки. виноват в том, что не пытался его понять. виноват в том, что не смог увидеть, что не только ему сложно. виноват в том, что не сказал ему слова, которые хотел. виноват в том, что они расстались. виноват в том, что чонхо теперь не с ним. виноват. апатия - первое состояние которое накрыло кана с головой. уехал, значит уехал. и без него проживет. со временем разлюбит и забудет, будто бы ничего и не было. дисфория - второе. когда-то застенчивый, милый, разговорчивый есан стал угрюмым, грубым злыдней. на каждое замечание в его сторону, сразу же кидалась колкость от него и кривая ухмылка. ностальгия - третье. воспоминания заполнили всю сущность кана. он лежал втупившись в потолок и вспоминал как они с чонхо однажды от собак убегали и одна из них поцарапала есана за ногу. чонхо волновался до жути, в больницу отправлял. есан отнекиваясь смеялся, царапина ведь - ничего страшного; как однажды в доме родителей чонхо подпалили шторы. а ведь просто свечи подпалить пытались. есан задыхался: нос забит, горло болит. тупой кашель, тупая застуда. есан проклинал всех и вся, в особенности весну. первая неделя несчастной поры и он уже заболел. прошло месяцев семь с отъезда чонхо. кану лучше, единственное в чем он был уверен, это была не любовь, а привычка. он привык к чонхо и принимал его добро и заботу как должное. эгоистично? определенно. но это именно то, что чувствовал к чонхо. по телевизору ничего нормального нет, лишь какие-то заезжие дорамы с однотипным сюжетом. есану надоедает переходить с канала на канал и он решительно направляется в сторону своей комнаты, дабы найти что-нибудь пристойное, а не домашнее и пойти в тренировочный зал. все-таки лучше позаниматься и улучшить свои навыки, чем сидеть и страдать от безделия. выйдя на улицу есан жмуриться и затягивает на шее шарф туже. солнце светит, но снег лежащий на асфальте полностью убивает весеннюю атмосферу. снег есан любит, идешь и слышишь приятный хруст под ногами. чтобы можно было громче и чаще слышать этот хруст, есан словно ребенок ускоряет шаг и почти что бежит в сторону агентства и дойдя к нему резко останавливается. действительно ли стоит все это таких стараний и усилий? это не лёгкий путь, но отступать уже нельзя и есан заходит внутрь. сразу же идет в тренировочный зал по пути расстегивая куртку. открыв дверь его словно током бьет, глаза останавливаются на одном человеке. закрыв назад дверь, кан упирается всем телом на нее тяжело дыша. мысли путаются, чувства тоже. есан не понимает что происходит: привиделось ему или это все взаправду. закрыв глаза и пытаясь отдышаться есан успокаивается. решает проверить - глюк это или нет. открыв дверь понимает - не глюк, и закрывает назад не соображая совсем и опять на дверь опираясь. - долго еще? - слышится с другой стороны двери. есан бы с ситуации посмеялся, если бы это происходило не с ним. - какого черта ты здесь? - есан дверь не открывает и знает, если бы чонхо действительно хотел открыть эту чёртову дверь давно бы это сделал, но почему-то медлит. - с этого времени я тут практикуюсь. опять. - есан дверь раскрывает и говорит возмущенное :'чего?' и уставившись ответа ждёт. - и живу в этом городе сам. у родителей смог отпросился. знал бы ты чего мне это стоило.... - шепча подходит чонхо. есан не шевелится, не дышит, наблюдает только. чхве ближе становится и стоит. есан тоже. и первый срывается, за шею притягивает и обнимает. чонхо прыскает, в ответ обнимая. есану не хватало этого. до жути не хватало. сколько бы себе не внушал - это была не какая-то привычка,то была и есть любовь.