Всё-таки спас

      Тэхён пытается успокоить рыдающую жену, которая обвиняет себя в том, что произошло. Ребёнок на руках у Джина плачет и ручками крохотными тянется к родителям. Он и шикает, и покачивается из стороны в сторону — не помогает, Хансон всё так же ревёт. — Милый, зачем я послушалась её, нужно было идти с ней, — бьёт себя по груди девушка. — Дорогая успокойся, я найду её, у нас вон, Хансон плачет, успокой ребёнка, милая, прошу. — Точно, Хансон… — Мари оглядывается в поисках сына. — Вот, он у меня, — Джин протягивает успокаивающегося ребёнка матери. — Тэхён, отвезём твою жену домой и сами поедем по указанному адресу, хорошо? - Мы поедем в полицию, — твёрдо заявляет Тэ. — Ты разве не прочитал записки? Там же… — Мне плевать, — перебил он Джина.       Спустя некоторое время, такси останавливается у многоэтажки, и из машины выходит едва стоящая на ногах девушка, поддерживаемая мужем. Ребёнок посапывал на руках, поэтому они шли осторожно, чтобы не разбудить малыша. Джин остался в машине, потому что Тэхён должен был вернуться. — Как она? — спрашивает парень, когда Тэ садится в такси. — Еле успокоил, хён, я обещал найти нашу дочь. К полицейскому участку, пожалуйста, — обратился он к водителю. — Тебе не кажется, что ты совершаешь ошибку? — Я не буду играть по его долбаным правилам, — получилось резко и на повышенных тонах. — Но что это за место? — Кивает Тэ на записку. Джин ещё раз читает записку, на которой склеенными из разных журналов буквами написано: «Привет, хочу предложить тебе немножечко поиграть. Чтобы найти свою горячо любимую дочь, приходи по адресу 2406, Nambusunhwan-ro, Seocho-gu, Сеул 06757. Правила просты: никакой полиции, ты разгадываешь, ищешь и находишь дочь. Удачи… P.S.Время ограничено — 2 недели, Time to go. Тик– так.» — Это адрес, где расположен Seoul Arts Center. — Но он же сейчас будет закрыт, какой смысл туда идти? — Мы приехали, Господа, — таксист остановился напротив полицейского участка.       Тэхён расплачивается с водителем и направляется к воротам. Вдруг у него зазвонил телефон. Тэ, подумав, что это Мари, быстро достаёт его из кармана, но на дисплее совсем незнакомый номер. Джин настороженно смотрит на Тэхёна, затем опускает взгляд на экран. — Бери, только поставь на громкую. Тэхён кивает и с замиранием сердца проводит пальцем по экрану, принимая звонок. — Нарушаем правила значит? — Доносится из динамика. Голос страшный, по звучанию сравним с голосами монстров из фильмов ужасов. — Мой человек следит за тобой Тэхён–щи. Парни синхронно поворачивают головы, в поисках кого–нибудь, но улица пуста. — Развернись и иди по указанному адресу, если хочешь вернуть дочь живой. Это моё первое предупреждение. Ещё одно и дочь получишь по частям.       Они стоят вдвоём посреди улицы, кровь пульсирует, стучит в ушах. Тэхён сжимает телефон и пытается вновь набрать тот номер, но женский голос сообщает, что такой номер больше не обслуживается. Говоривший явно использовал голосовой модулятор, но зачем? Этот вопрос с самого начала не давал Джину покоя. — Теперь мы едем в музей? — Тихо спрашивает он у парня. — Но музей же сейчас закрыт, как мы попадём туда? — Не забывай, кто твой хён, у меня есть знакомые, я могу позвонить одному из них и для нас проведут приватную экскурсию. Тэхён пару минут стоит в раздумье, но всё же решается поехать туда. — Только подожди, я попрошу кое–кого пробить этот номер, у меня тоже имеются кое–какие связи. Дрожащими от нервов руками он печатает сообщение и отправляет. — Ты кому писал? — Спрашивает Джин, пока они ловят такси. — Да так, есть один паренёк, надеюсь, он поможет.

***

      В комнате выключен свет, задёрнуты шторы. Единственным источником света являются несколько больших мониторов. Это довольно большое, спроектированное в стиле лофт, помещение. Кирпичная кладка просвечивает из–под белой, местами облупившейся краски. Из кухни выходит парень, держа в руках горячий рамен, и аккуратно ставит чашку на стол перед мониторами. Он развернулся обратно в сторону кухни, чтобы пойти за кимчи, но заметил, что световой идентификатор на телефоне мигает. Парень тыкает по сообщению, которое получил, и незамедлительно садится за компьютер.

***

— Здравствуйте, господин Ли…. Да… Как вы поживаете? Спасибо, всё хорошо. Господин Ли, у меня к Вам просьба, не могли бы Вы помочь мне? Нет–нет, я по другому поводу. Нам с другом нужно пройти в выставочный зал в Вашем центре. Да, я всё понимаю, но не могли бы вы сделать мне исключение, ради многолетней дружбы с моим отцом. Правда? Ох, спасибо Вам, спасибо большое. Джин даёт отбой и полуулыбаясь смотрит на Тэхёна. — Вот, теперь мы спокойно пройдёмся по музею. Только интересно для чего это всё. — Хотел бы я знать хён, как думаешь, мы не найдём мою дочь? — Не говори ерунды, она жива, тот кто похитил её, хочет поиграть, а значит — найдём. — Но почему только 2 недели? — Меня тоже терзает этот вопрос, а ещё… Почему он менял голос? Тэ, вспомни, кому ты в последнее время мог насолить?       Тэхён задумался, но ничего не мог вспомнить. Он ведь очень дружелюбный, быстро заводит друзей и со всеми находит общий язык. Тэ не мог вспомнить, кому же он перешёл дорогу. — Хён, я никому, ничего не делал. Ты же знаешь меня. — Знаю, знаю, Тэ, — Джин устало потирает переносицу.       Машина подъехала к музею и Тэхён, вновь расплатившись, идёт за Джином. Сеульский арт центр — это комплекс музеев, расположенный на обширной территории. Здесь 7 выставочных павильонов, оперная и балетная сцены, много кафешек и арт магазинчиков. Возможно, в дневное время здесь очень оживлённо, но сейчас — пустая площадь и подсвеченные здания. К парням направляется смотритель, который был любезно прислан господином Ли. — Здравствуйте, Ким СокДжин–щи, меня зовут Хон Тэиль. Я проведу для вас с другом экскурсию или вы хотите, что–то конкретное посмотреть? — Здравствуйте, честно говоря, мы не знаем, что ищем. Нам было велено приехать сюда. — Велено? — Да. Вы можете рассказать нам о выставках, которые сейчас у Вас проходят? Это так… Потянуть время… Вдруг сюда кто–то подъедет. — Да, конечно. На данный момент у нас проводятся 3 разные выставки: работы испанских и французских художников, а также работы современной живописи.       Они прогулочным шагом направились к кафе. Оно очень уютное, отделано в светлых тонах, мягкие кресла и стеллажи с книгами дополняют интерьер. — Какое интересное сочетание, а какие именно художники? — Продолжил беседу Джин, когда они сели за один из столиков. — Преимущественно, работы Пикассо, Дали и Ренуара.       На глаза Джина попались ряды книг, среди которых он заметил несколько, которые уже читал. Из общего ряда выбивалась одна книга — «Код Да Винчи». — Стоп, вы сказали Пикассо, Дали? — Да, а что? — Что такое хён? — Тэхён до этого молчавший, наконец сказал хоть что–то.       Эта книга навела его на очень занятную мысль. — Тэ, посмотри, тебе не кажется, что «тик–так» в этой записке выбивается из общей картины? — Нет, по мне оно такое же, как и остальные слова. — Да нет же, присмотрись, все эти буквы… Внутри них будто геометрические фигуры, в то время, как все остальные — просто разного размера и из разных журналов, — Джин говорил очень возбуждённым голосом, ему казалось, что он понял правила игры. — Ну, допустим, но причём тут это? — Тэхён, ты разочаровываешь меня, кем был Пикассо? — Художником, — недоумевая ответил Тэхён. — Ты издеваешься сейчас? Включи мозги. Кто он? Ну давай, вспоминай же историю искусств. — А, он испано–французский художник. — Ну хоть что–то, а работы каких художников тут выставляются? — Испанских и…. Чёрт! Дошло! — Вот именно, он ведь играет с нами, сказал — искать и разгадывать, вот и первая отгадка. — Но всё равно, причём здесь «тик–так»? — Тэхён так и не понял этого. — Окей, зайдём, с другой стороны. Основоположником какого направления является Пикассо? — Кубизм. Чёрт, он выделил эти слова чтобы указать на Пикассо?! — Не только на него. Извините Хон Тэиль–щи, вы не могли бы нас сопроводить к работам этих двух художников? — Конечно, прошу за мной. — Ну так что ещё? — не унимался Тэхён. — Какая картина приходит на ум при упоминании «тик–так»? — Джин шёл, не отставая от экскурсовода, он был ошеломлён своим открытием. — Извините, вы ведь сказали Дали, это ведь Сальвадор Дали? — Тэхён обратился к мужчине, что шёл впереди. — Да, всё верно господин…. — Ким, просто господин Ким, — помог ему Тэхён. — Хён, это ведь та картина верно? Ну где ещё часы такие кривые все. — Бинго мой друг, ты наконец включил мозги, эта картина называется — «Постоянство памяти», также известна как «Течение времени» или «Мягкие часы», но простите, господин Хон, разве эта картина не в Нью–Йоркском музее современного искусства? — Все верно, Ким Сокджин–щи, у нас выставлены в большинстве случаев репродукции. — А, понятно, жаль, я бы ещё раз посмотрел на неё. — А вы её видели? — Да, оригинал. Когда я учился в Америке, то посещал много разных музеев. — Хён, и всё равно, как это нам поможет в поисках? — Я не знаю, нам нужно посмотреть, что будет дальше. — Пришли, господа. Здесь выставлены все работы, кроме современных художников, они находятся в смежном павильоне. — Спасибо.       Тэхён с Джином шли медленно, внимательно рассматривая каждую картину. Вот тут репродукции Пикассо, а следующая работа принадлежит Дали. Джин очень внимательно смотрел на картину «Постоянство памяти», что–то ему подсказывало, что здесь кроется разгадка, именно в этом шедевре, потому что больше никаких зацепок нет. Телефон Тэхёна зазвенел… В тишине его рингтон звучал очень громко и это напугало всех. — Алло, привет. Я тебе позже все подробности расскажу. Нет в полицию не смогли, нам позвонили с этого номера, который я тебе скинул, ты что–нибудь нашёл? — Ясно, спасибо, слушай, возможно я к тебе сегодня загляну, не хочу к Мари идти, она будет волноваться, а так ей будет спокойней, если я буду занят поисками. Джин рядом шепчет, чтобы Тэ сказал, что тот будет не один, указывая на себя. — Ах да… Ещё, я буду не один, ты только не переживай и не волнуйся. Да, ему можно доверять. Спасибо. — Это был твой друг со связями? — Продолжая рассматривать картину, спросил Джин. — Да, но к сожалению, это был одноразовый номер и найти ничего не удалось, — с тяжёлым вздохом ответил Тэ. — Я ничего не могу понять, я вроде все его намёки правильно понял, но … Стоп! — Джин приблизился ещё ближе к картине.