Стихийное бедствие

Расправив плечи и чуть приподняв подбородок, она стоит перед огромным зеркалом в холле. Он возится с шёлковыми завязками её платья, сворачивает их большим чёрным бантом, старательно расправляя концы, так, чтобы прикрыть татуировку на спине. Обычно её скрывают волосы, но сегодня они должны быть собраны в причёску. Он чуть касается лопаток, Нита послушно выпрямляет спину, ведь она просто кукла и сделает всё как он скажет. Широкая чёрная лента, обвивающая тонкую шею, больше напоминающая удавку, как наглядная тому демонстрация. Её жизнь ей не принадлежит. Отныне, она лишь красивое отражение в зеркале, марионетка, которую дёргают за верёвочки. -Сегодня, ты официально станешь моей- объявил Дэрек, продолжая разглаживать завязки. -Не забудь сыграть искреннее удивление Помолчав, добавил в полголоса: -извини, что пришлось сказать заранее, в неромантичной обстановке, но ты ведь понимаешь, на публике будет важна твоя реакция. «Радостная» новость точно пинок под рёбра - вышибла воздух из лёгких, как удар током, заставивший прийти в себя после долгой комы. Стать его женой, значит официально стать его игрушкой, окончательно и бесповоротно распрощаться с собственным "Я". Он мягко подталкивает её к широкой лестнице, ведущей в сияющий, залитый ярким светом, зал, где глаза режет от роскоши, а от бессмысленной болтовни пафосной публики скоро начнёт выворачивать. Дэрек Чейз — выдающийся хирург, светило медицины, появился в её жизни пять лет назад, и словно подвёл невидимую черту всему, что было до него. Знакомство с ним — переломный момент, новая глава, где он стал автором её дальнейшей судьбы. Дэрек появился в тот самый момент, когда, казалось, всё было кончено - за поднятый мятеж Ните грозило чуть ли не пожизненное заключение, а учитывая то, что для местных она стала врагом, в тюрьме бы долго не прожила. Дэрек каким-то образом сумел добиться её освобождения. Как ему это удалось - Нита не знает до сих пор. На все вопросы всегда один ответ: "связи". И правда, связей у Дэрека предостаточно. В его окружении только влиятельные люди, только те, с кем выгодно. Непонятно только зачем ему сдалась Нита - безродная, генетически повреждённая, девка с неуравновешенным характером, в то время она считалась чуть ли не отбросом общества. Возможно, просто пожалел, а возможно, уже тогда решил, что будет выгодно. Она идеальный вариант, выбора у неё нет, ухватилась за него как за спасательный круг. Внушить любовь потерявшей себя, девчонке труда не составило, за протянутую руку помощи она будет благодарна, всю жизнь, на край света пойдёт, если придется. В Чикаго её никто не знает, а уж если привести в порядок и подобрать соответствующий наряд, так ничем не будет отличаться от «породистых» городских дамочек. Так и случилось, Нита верила всем его лживым словам, ведь Дэрек желает ей только добра. Он старше, умнее, а значит, всё что он делает правильно. По началу многое казалось странным, порой шокировало, как например, его страсть к "игрушкам для взрослых". Традиционная любовь скучна для человека будущего - слишком примитивна для его извращённой, не знающей границ, фантазии. Либо так, либо никак. Нита уже и не помнит, когда он обходился без какого-нибудь «чудесного» вспомогательного причендала. Со временем привыкла. Соглашалась на любые эксперименты, хоть после было мерзко до одури. Она ведь не хотела его обидеть, Дэрек поставил её на ноги, подарил жизнь, о которой многие и мечтать не смеют. Кто она без него? Он выбирает что ей надеть, как заколоть волосы, объясняет как себя вести, что говорить, а где просто молчать. В кругах, где он вращается даже улыбаться нужно к месту. Для всех они идеальный союз, в деньгах не нуждаются, живут душа в душу - за пять лет ни одного скандала. Дэрек умеет мастерски разруливать конфликтные ситуации. Не жизнь, а сказка. Его эта сказка устраивает, Ните - перекрывает кислород. У неё есть всё, что пожелает, но нет одного - самого главного, ради чего она боролась, ради чего в прошлом и загремела в тюрьму - у неё нет свободы. Его чрезмерная опека душит так же как эти проклятые шёлковые завязки. В свободном и независимом городе, где всем давно наплевать на генетическую чистоту, Нита чувствует себя ещё более убогой. Он постоянно говорит ей о том, что люди теперь равны, предрассудки в прошлом, но тем не менее, для окружающих существует красивая легенда об их знакомстве на конференции. Ни к чему влиятельным друзьям знать о том, что светило медицины делит кровать с генетически повреждённой. Он очень гордится своим положением, самое страшное для него - осуждение. Нита не обижается, относится с пониманием, хорошая репутация важна, а она давно смирилась со своей неполноценностью. По его просьбе она выпрямляет волосы, зачёсывает их назад, так, чтобы прикрывали татуировку на шее. Надевает перчатки, или широкие браслеты, скрывающие отметку бюро на запястье, высветляет смуглую кожу специальными кремами. Нита разучилась принимать решения, она собственность Дэрека Чейза - красивая кукла, не способная шагу ступить без его команды. Она ненавидит свою жизнь, ненавидит расфуфыренную дамочку в дорогих платьях по ту сторону зеркала. Пожалуй, для полноты образа не хватает лишь клейма с его инициалами, но сегодня Дэрек позаботится и об этом. Надеть на палец кольцо, увенчанное огромным бриллиантом, для неё тоже самое, что приложить к коже раскалённое железо. Назад дороги уже не будет. Стоя, в переполненном людьми зале и глядя на будущего мужа, наслаждающегося всеобщим вниманием, отпускающим унылые шутки, над которыми фальшиво ржут лишь из уважения, Нита вдруг так явственно это представила, ощутила каждой клеточкой, всё в ней восставало против союза с ним. Она не вписывается в эту новомодную жизнь, устала от нескончаемых приемов, от выгодных знакомств. Устала притворяться той, кем не является, устала угождать. Да лучше уж сгнить в тюрьме. В тот момент, вдруг воскресла она настоящая. Нита, которую она предпочла оставить в прошлом, сбила с глаз мутную пелену, заставила осознать весь ужас положения. Заставила сбежать, невнятно сославшись на плохое самочувствие, в момент, когда Дэрек демонстративно направился к ней с предложением руки и сердца, под фальшиво-умилительные вздохи пафосной публики. Сработал примитивный инстинкт самосохранения, и ей было плевать на последствия. Она села в машину, повернула ключ, благо Дэрек всегда оставлял его в зажигании, и вдавив педаль в пол, умчалась прочь. Куда именно - Нита не знала, лишь бы подальше от него. *** Маленький пикап останавливается у переезда, шлагбаум опущен и предупредительный сигнал раздражает звонкими трелями, а ведь поезд только показался на горизонте, за это время можно было два раза проехать туда-сюда. Надо же, какими осторожными стали Чикагцы. Вокруг ни души, в этой части города редко кого встретишь в вечернее время, тем более в такую погоду. Возможно, поэтому ей нравится приезжать сюда, в её жизни слишком много сторонних наблюдателей, а проезжая по пустынным дорогам незаселённой окраины города иногда удается найти покой. Но сегодня напротив - умиротворение напрягает. Она нарушила правила, сбежала без разрешения, расстроила его планы. Дэрек не одобрит таких вольностей, а что если он проследил за ней? Нита оглядывается - сзади лишь заснеженная дорога, однако спокойствие улетучивается с каждой секундой. Впервые за пять лет приняла спонтанное, необдуманное решение, а дальше что? Постепенно угаснет её бунтарский дух и закончится всё плачевно, если сейчас же не повернёт обратно, вернуться ещё не поздно. Она нервно кусает губы, царапает кожаный руль. Поскорей бы убраться с этого чёртова переезда, пока мчалась вперёд ни разу не усомнилась в своём решении. Бесконечно длинный товарняк, точно в замедленной съёмке, лениво тянется по рельсам, задерживает, будто специально даёт шанс передумать. Небо заслонили серые тучи. Крупные снежные хлопья, бесшумно опускаются на землю, тают на тёплом стекле автомобиля, кружатся в свете фар, точно стая мошкары, а ветер протяжно завывает в проводах, дополняя унылую картину безысходности. В очередной раз обернувшись, Нита заметила вдалеке машину, яркий свет фар разрезал вечерние сумерки, она стремительно приближалась. Вот уже слышен шум двигателя, незнакомец остановился позади неё. Как не старалась, Нита не смогла рассмотреть человека за рулём, но была почти уверена, что это Дэрек, или кто-то приехал за ней по его просьбе. По спине пробежал неприятный холодок, сердце так и норовило пробить грудную клетку. Незнакомец выходить не спешит, наверное, ждёт благоприятного момента. Воспалённый разум не допускал даже мысли о том, что это мог быть кто-то другой. Кто же осмелиться ехать сюда в такую погоду? Только тот, кто лишился любимой игрушки. Картинки вырисовываются одна страшнее другой. Проходит не меньше двадцати минут, прежде чем открылся долбанный переезд, за это время Нита успела накрутить себя настолько, что потеряла способность здраво мыслить. Как только загорелся зелёный свет и поднялся шлагбаум, она ударила по газам. Наплевать, что дорога скользкая, что брызговики не справляются с таким количеством снега и видимость практически на нуле, сейчас куда важнее отбиться от преследователя, а уж это Нита сделает легко, она ведь отличный водитель. Была когда-то, в далёком прошлом. Отбиться удалось на удивление быстро. Преследователь будто и не собирался гнаться за ней, плёлся следом, а вскоре и вовсе скрылся из виду. Но даже после Нита не успокоилась. Конечно, Дэрек не такой дурак, чтобы играть в догонялки, наверняка, придумал что-то получше. Он всегда на шаг впереди, а значит нельзя останавливаться. Дорога становилась всё извилистее, буран усиливался. Внезапно из белой пелены вынырнул здоровенный грузовик, на несколько секунд ослепив фарами, нарушив тишину оглушающим сигналом клаксона. Резкий поворот, бросок в сторону, пикап закружился точно волчок, снёс сугроб у обочины и лишь по счастливой случайности не слетел в овраг. Потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя, лицо горит, саднит от удара, передавленная ремнём грудная клетка затрудняет дыхание. К реальности возвращает далёкая и отстранённая мысль - если чувствует боль, значит жива. А умирать-то не хочется, несмотря на всю никчёмность своего существования. Может авария тоже часть плана несостоявшегося муженька? Нужно выбираться. Нита поворачивает ключ зажигания, машина дёргается, скулит точно живая, а потом затихает вовсе. На погаснувшей панели управления упрямо мигает красная лампочка, настоятельно рекомендующая пристегнуть ремни безопасности. Сегодня явно не ее день. Нечего и удивляться, её дней уже не существует, есть лишь бесконечная черная полоса. Обстоятельства, будто по какому-то чудовищному сговору, давно играют против нее. -Черт! Сволочь! — шипит Нита: -ну давай! Она снова и снова поворачивает ключ. Пользы это не приносит, а в голове лишь одна навязчивая мысль - Дэрек, должно быть, стоит снаружи и смотрит на её никчёмные попытки изменить судьбу. Нита даже представляет этот холодный взгляд полный укора. Он всегда так смотрит, когда она в чём-то провинилась: в элитном обществе сболтнула лишнего, или же высказала своё мнение насчёт очередного правильного, но жутко неудобного платья. Он ничего не скажет, не закатит скандала, ему хватит лишь этого долбанного взгляда и пары колких фраз, напоминающих о её неполноценности, чтобы она в очередной раз почувствовала себя дерьмом. Немного подождав и решив, что шанса сбежать уже нет, Нита, набросив на плечи палантин, с полной готовностью принять на себя удар, решается выйти. Открыть дверь удаётся только с третьей попытки. Выбравшись из машины, она по колено проваливается в снег, холод пронизывает до костей, обжигает ледяной ветер. Изящные туфли на шпильке и шелковое платье, с разрезами везде где только можно, не самая подходящая одежда для встречи с разыгравшейся стихией. И какой же идиоткой надо быть, чтобы промчаться мимо гардероба и не прихватить пальто? Чёртова Золушка! Холод моментально приводит в чувства, страх исчезает и возвращается способность к рациональному мышлению. Вопреки ожиданиям, Дэрека на улице не оказалось, никто за ней не гнался, возможно он и не заметил её отсутствия, увлёкшись повышенным вниманием к своей персоне. Вокруг, как и прежде, ни души, лишь пугающе завывал ветер, превращая летящий снег в тысячи острых игл, царапающих кожу. Погода портилась моментально. Кутаясь в тонкий палантин, придерживая платье, развивающееся точно флаг, Нита пробирается к дороге, оглядывается по сторонам. Страх возвращается, наваливается с новой силой, только теперь оправданно. Она одна где-то на окраине города, вдали от цивилизации, наедине с бушующей метелью и заглохшим пикапом. Уже стемнело и шанс, что здесь кто-то появится, равен нулю. Нита даже не представляет в какой стороне город. Сквозь белую пелену виднеются лишь тёмные кроны деревьев, цепляющихся друг за друга, точно корявые лапы огромных чудовищ. -Помогите- говорит она тихо. -Кто-нибудь! Помогите! — кричит что есть силы. Голос кажется таким жалким, нет даже эха, будто одна в целом мире. Немного постояв у обочины, приглядываясь, прислушиваясь, надеясь разобрать среди стонов метели заветный шум мотора, Нита возвращается к машине. За считанные минуты пикап занесло снегом и добраться до него становится сложнее. Кое-как открыв дверь, она забирается в салон, там всё ещё тепло, и ноги, окоченевшие от мороза, начинает разламывать. Она ещё раз пробует завести мотор, но машина по-прежнему мертва. Что могло случиться с этим драндулетом, Нита и представить себе не может, зато нетрудно представить дальнейшее развитие ситуации. На таком ветру салон сохранит тепло ненадолго - к утру из-под снега откопают машину с обледеневшим трупом за рулём. Вжавшись в сидение, накинув на голову палантин, будто от него есть какой-то толк, она стискивает зубы старясь не разреветься, но слёзы предательски катятся по щекам. Ей впервые жаль саму себя. Вдруг всё становится ясно, даже слова нужные приходят в голову. Ведь могло сложиться иначе, поведи она себя в некоторые моменты по-другому, будь она хоть немного умнее. Её жизнь можно разделить на три этапа: Индианаполис - этап, который она почти не помнит. Бюро - где она отчаянная революционерка, готовящая восстание против тех, кто считает генетически повреждённых отбросами общества и Чикаго - где стала покорной молчаливой куклой, уже пять лет честно исполняющей роль секс-игрушки. Жизнь бестолковая, неправильная, ломаная и закончится она так же бестолково, в очередной попытке получить призрачную свободу. Совсем недавно, стоя на холодном кафельном полу в ванной, замазывая синяки на плечах и шее, после воплощения в жизнь очередной смелой фантазии своего «спасителя», она всерьёз задумалась о самоубийстве. Долго держала в руках лезвие, сложенное вдвое, служившее Дэреку бритвой, но так и не решилась полоснуть по венам, не хватило смелости. Лучше бы решилась тогда, всё равно нет других вариантов как вырваться из замкнутого круга. А так, может смерть была быстрой и менее мучительной, чем замерзать заживо. Машина остывает, в этом нет сомнений, ещё терпимо, но уже значительно холоднее и от чего-то ещё отчётливее ощущается тошнотворный запах автомобильного ароматизатора. Никто о ней и не вспомнит, Дэрек отнесётся к утрате, скорее как к поломке любимой вещи, обидно, но можно заменить, а для тех кого когда-то знала, Нита умерла пять лет назад. Она лишь тень себя прежней, её давно не должно быть здесь. К горлу подкатывает ком, вот она - крайняя степень отчаяния, жалость сменяет ненависть. Она сама во всём виновата. Слёзы льются ручьём, какое же счастье, что больше не нужно сдерживать их. Но план, утонуть в собственных рыданиях, нарушает стук. Поглощённая своей трагедией, она было решила, что это глюк. Только когда кто-то дёрнул за ручку, попытавшись открыть дверь, потом смёл снег с лобового стекла, надеясь найти идиота-водителя живым, Нита поняла, что судьбе угодно дать ей ещё один шанс. -Вы там живы? — слышится приглушённый голос. В свете фар она различает мужскую фигуру. Он вновь пытается открыть дверь, по всей видимости снега намело по самую крышу. На этот раз ему почти удаётся, по полу прокатывается волна обжигающего холода, вызвав поток неприятной кусающей дрожи. -Есть кто живой? -Да! Я здесь! Пожалуйста, помогите выбраться- наконец отвечает Нита, не веря в неожиданное везение. -Сейчас. Толкайте дверь! Нита толкнула её что есть сил, открылась лишь до половины, похоже за это время пикап успел провалиться глубже. -Не идёт! — крикнул незнакомец: -вы не ранены? Может получится пролезть? -Не ранена! Думаю смогу. -Давайте руку, я вас вытащу. Опираясь на руки спасителя, она с трудом выбирается из проклятого драндулета. От холода накаляется платье, ощущение такое, будто нырнула в ледяную воду, даже двигаться стало сложно. Незнакомец вытаскивает её на дорогу, быстро скинув пальто, набрасывает ей на плечи. Пальто тёплое, пахнет мужским парфюмом. Приятный запах, неосознанно отмечает Нита. Она поворачивается и замечает, что пикап по самые окна ушёл под снег, колёс не видно, только кузов. Положение плачевное, объяснить это Дэреку будет сложно, но она всё равно до безумия рада, что спаслась. Однако через секунду радость улетучивается, даже нестерпимый холод и разбушевавшаяся стихия уходят на второй план, когда подняв глаза, Нита увидела лицо того, кто её спас. Захотелось спрятаться обратно в остывший салон, умереть от холода, уйти под снег вместе с пикапом, или отмотать к тому месту, где ей в голову приходит дурацкая мысль о побеге. Ну не может всё закончится хорошо, с чего бы ей вдруг начало везти? Пред ней, кажется обалдевший от встречи не меньше, стоит Мэттью. Мэттью, мать его, лучшей встречи и не придумать. Очередная злая насмешка судьбы, а она уж было решила, что на сегодня кошмар закончился. Человек из туманного прошлого, нет, не просто человек, он ходячее напоминание о событиях, серьёзно испоганивших жизнь, которые Нита так старалась забыть. А сейчас стоило лишь взглянуть на него, как они моментально ожили, яркие, подробные, будто случилось всё только вчера. Разговоры в полголоса, тёмные лабиринты подземных тоннелей, ведущих к проклятому поселению отщепенцев, тайные собрания, бесконечные обсуждения диверсии, разработка плана, который в итоге провалился. Вспомнился даже запах жжённой бумаги, в так называемой, штаб квартире, волнение и всепоглощающая ненависть к врагу. Удивительно, по прошествии стольких лет лица стёрлись из памяти, люди, отыгравшие свою роль, забылись, но только не Мэттью, его по какой-то неведомой причине забыть не получалось. Странно, потому как симпатии к друг другу они никогда не испытывали, хоть тогда и приходилось проводить вместе не мало времени. Он генетическая элита, а значит, для Ниты моментально приобретал статус врага. Чрезмерно правильный, чрезмерно вежливый, а ещё дико бесило то, что несмотря на просьбы, он упрямо звал её полным именем - Хуанита, будто нарочно, делая акцент на её убогости. В грандиозных планах Мэттью сыграл лишь эпизодическую роль. Был орудием для достижения цели и нет логического объяснения тому, почему он запомнился так отчётливо. Их вынужденное сотрудничество не принесло плодов и завершилось не на самой приятной ноте. Как сейчас она помнит то утро, когда измученная бессонницей и мыслями о предстоящем суде, с пулевым ранением, прикованная наручниками к больничной койке, будто без них она могла сбежать, Нита ненавидела весь свет, никого не желала видеть. А он, как по заказу, явился с утра пораньше, ни говорил ни слова, смотрел с высока, точно на насекомое. Её попытки хоть что-нибудь разузнать, оборвал фразой: «мне нельзя с тобой говорить», засандалил болючий укол в шею, пояснив что-то типа: «чтоб память не потеряла», и быстро скрылся за дверью. Больше она Мэттью не видела. А дальше были серые стены одиночной камеры, суд и чудесное явление Дэрека. Он смотрит на неё, а в глазах читается, то ли удивление, то ли испуг. И Нита подумала, если бы он заранее знал кто был за рулём пикапа, то наверное, не задумываясь, проехал мимо. Правильно бы сделал, потому что более затруднительной ситуации и представить нельзя. Мэттью заговорил первым, нарушая гнетущее молчание своим излюбленным к ней обращением: -Хуанита Звучание ненавистного имени, резануло слух. С той же интонацией произносит, засранец, даже усмешка прежняя чувствуется. Да он и сам ни капли не изменился, разве что строгую форму работника бюро сменил гражданский кашемировый свитер, и взгляд стал несколько другим - серьёзным, более взрослым. -Мэттью- растерянно произнесла она, только для того, чтобы не молчать. Молчание повторилось, точно застыли на месте, не зная как себя повести. -Холодно же- вдруг опомнился Мэттью: -садись в машину- Нита быстро забралась на сидение, будто вспомнив про то, что практически босая стоит на снегу, чудо если не получила обморожение. -Неожиданная встреча- заговорил он, включая печку. В лицо пахнуло волной теплого воздуха, обожгло обветренные щёки. -Точно- кивнула Нита, стараясь не смотреть в его сторону. Он же, напротив - таращится на неё, как на невидаль. -Не могу не спросить, как ты здесь оказалась? -Случайно. -Случайно? Здесь? В такое время? Какие-то дела? — в голосе проскользнуло подозрение. -Нет- коротко отвечает Нита: -спасибо что помог, думаю через пару часов я бы замёрзла насмерть. Он посмотрел на её неуместную обувь и, Нита почти уверена, усмехнулся, однако избежал замечаний по этому поводу. Его больше интересовала её мифическая цель, ибо доверять такой как она нельзя -Да уж, погода в Чикаго непредсказуемая. Кто осмелится ехать сюда без особой причины? -Наверное тот, кто хочет застрять в грёбаном сугробе и сдохнуть от холода. Ты меня в чём-то подозреваешь?  -Нет, что ты? -Да брось, я прекрасно помню какого ты обо мне мнения, ни к чему это скрывать. -Просто спросил, странно было встретить тебя- поспешил объяснить Мэттью. -Странно, не то слово. Но в любом случае, волноваться тебе не о чем, как видишь- она указала на пикап, уже почти не различимый в сугробе: — мои зловещие планы накрылись, а если ты позволишь позвонить в службу эвакуации, вскоре я избавлю тебя от своего присутствия и мы оба представим, что этого не было. -Хорошо бы- он чему-то усмехнулся. -Что смешного?  -Смешного ничего. Понимаешь, Хуанита- он сделал паузу, будто подбирая нужные слова Она натянуто улыбнулась. Стерпела. Как бы то ни было, он спас её от смерти. -На ночь глядя, в такую погоду, ни один эвакуатор сюда не поедет. -Но. Как же…- она заёрзала на сидении, нервно кусая губы. -Нужно позвонить, объяснить ситуацию, они обязательно откликнутся. -Я так не думаю, смотри что творится. Неудачную же ты погоду выбрала для... -Нужно позвонить, срочно! — выпалила Нита, громче чем хотела. -Звони. -А у тебя случайно нет телефона?  -Есть. -Разрешишь? -Разрешу, только дома он, я не беру его с собой, связь мало где ловит. -Зашибись, вот же влипла. С каждой секундой всё интереснее, и как теперь поступить, она не представляет. -А что если ты подбросишь меня до города? -Спятила что ли? Ты хоть представляешь насколько мы далеко? -Пожалуйста, мне очень нужно вернуться, я заплачу сколько скажешь. -Заманчиво, но даже если соглашусь, тачка эта совсем не вездеход, к тому же бензин на исходе. Она вздохнула. -Как же быть. -Если хочешь, поедем, попробуем позвонить от меня - нехотя ответил Мэттью, расстроенный тем, что разойтись по-быстрому не получится. Тащить Ниту (Хуаниту) к себе совсем не хотелось. А впрочем, какая разница, всё равно это его последняя ночь в Чикаго: -Может повезёт, пообещаешь заплатить, так какой-нибудь сумасшедший и согласится. Нита не ответила, волнуясь уже о том, как отреагирует Дэрек на то, что его "рабыня", мало того что сбежала, так ещё и на ночь глядя, разъезжает по домам чужих мужиков. Нельзя исключать того, что чёртов извращенец, вполне мог за ней проследить и сейчас сидит где-нибудь неподалёку, скрипит зубами, смиренно выжидая момента, когда можно будет эффектно появиться. Невероятно конечно, но зная Дэрека, подобное как раз в его стиле. -Хуанита, ну так что? Едем? — прервал размышления Мэттью. -Или может у тебя есть другие варианты? Она мотнула головой. -Может у тебя тут с кем-то встреча назначена? -Что? -Ничего? Едешь или как? -Да. Растерянно ответила Нита.