просто Leila.

— Алекс, ты дома? Львено-о-ок? Удивленно хмурюсь, закрывая сковородку крышкой и выключая конфорку — мясо готово. Намеренно не отвечаю, искренне полагая, что братец сообразит пойти на шум и запах. — Ну и где ты? — доносится из зала, я же продолжаю нарезать овощи для салата. Учитывая частый негромкий стук ножа, он должен догадаться. — Але-е-екс… Не выдерживая смеюсь, когда моё имя снова разносится по этажу. Это забавно, что у взрослого мальчика не хватает ума зайти на кухню, особенно, когда отсюда приятный запах обжаренного мяса уже разносится по помещению. — Вот ты где… Братец усмехается, опираясь на дверной косяк, наконец, находя меня. Я откладываю приготовление обеда и мне хватает пары секунд, чтобы оказаться в объятиях брата. — Тёма-а! — если не разожму чуть-чуть руки, то точно его задушу. — Ты же говорил, что приедешь завтра! Недоуменно фыркаю я, а Артемий лишь улыбается мне, чуть посмеиваясь. — Я тут тебе подарочек привез, — его загадочная улыбка сбивает меня с толку. Подарочек? В этот-то момент в кухню и заходит Матвеев. Едва ли сдерживаю визг радости. — Боже, — тихо тяну я. Я не видела его уже добрых полгода: то он помогал отчиму с бизнесом, то разруливал какие-то траблы, то бухал в Питере. — Можно просто Денис, — улыбается он, приветственно раскрывая объятия, и я, не задумываясь, обнимаю его. — Скучала по мне? — А должна была? — прищуриваю глазки, выворачиваясь из его объятий. Братец рядом начинает смеяться. — Я угодил с подарочком? — довольно лыбится. Чует моя пятая точка, он с этим «подарочком» устроит недельную попойку. Тем более папочка благополучно улетел на две недели в отпуск. Да здравствует веселье. — Маме напиши хоть, скажи, что ты в городе, — указываю на брата пальчиком. — Кушать хотите? — Тусить хотим! — Не сомневалась, мой милый братец, — цокаю я. — Ты с нами? — приподнимает он брови в вопросе, попутно копаясь в телефоне, надеюсь, это он маме sms-ку набирает. — Нет, у меня в шесть мероприятие, а сейчас уже два… — Ну, так, львенок, мы же не сейчас поедем в клуб, это дурной тон бухать по клубам в столь ранний час. Маскирую легкий смешок за кашлем. Помниться, я в какое только время его из этих клубов не забирала. И Матвеева вместе с ним. — Артемий Вячеславович! — укоризненно качаю головой, возвращаясь к салату. — Кто бы тут говорил о столь раннем часе, но уж явно не Ваша наглая, бессовестная задница. — Как некультурно, сестра моя, вы такого дурного обо мне мнения? Парировать я не успеваю, потому что Дэнни уже ржет в голос. Отчего невольно я подхватываю эту волну смеха. И брату ничего не остается, кроме как присоединиться к нам. — На самом деле… — его дыхание все еще перехватывает. — На самом деле, если хочешь, мы можем съездить с тобой. — Куда? В Парк Горького на мероприятие? — Yes, — кивает тот головой. — Да, я бы посмотрел, как ты танцуешь, — Дениска нагло усмехается, на что получает фак. — Я не танцую, я организатор и ведущая, по совместительству, — убираю грязную посуду в мойку, тяжело выдыхая. — Ты и не танцуешь? — изумляется друг. Я киваю, включая воду. — Танцевальные баттлы — это соревнование между ребятами, которые хотят попасть к нам на лейбл. Боюсь, в этом плане я уже давно вне конкуренции, — усмехаюсь я. Матвеев многозначительно поигрывает бровями, переваривая информацию. Видимо у них с Артемием не было времени на обсуждение текущих дел, полагаю, слишком были заняты выпивкой. Ставлю сто баксов, что встретились они именно в каком-нибудь клубе или баре или ином соответствующем заведении. — Отец улетел? Ну, Тёма, блин, все столь прекрасно начиналось. — Да, я проводила его утром… Чуть передергиваю плечами, вспоминая, как случайно столкнулась в аэропорту с парнем. Неловко получилось, стоит время от времени смотреть по сторонам. — Все в порядке? — Вполне… Два дня назад. Поправляю браслет часиков на левой руке, заодно подсчитывая, сколько времени у меня остается. Сентябрь подходит к своему логическому завершению, чему я несказанно рада, вот-вот на смену еще теплым денькам придут дожди… Раскладываю на столешнице охапку цветов — чайных роз, — быстро подрезая стебли. Сегодня день рождения у моей любимой преподавательницы, и я не могу не порадовать её. — Сашенька! — вздрагиваю, едва не саданув ножницами по пальцам. — Ну, что, ты подумала? Фыркая, откладываю занятие, поворачиваясь к отцу. Никак не ожидала, что он решит приехать ко мне с утра пораньше. — Я еще на той неделе сказала, что я не еду с вами, — пожимаю плечами. — Александрина, — господи, как же я ненавижу, когда он меня так называет. — Это же семейный отдых… Дочь… Что ты, ты вспомнил, что я твоя дочь? Лучше бы, папочка, ты помнил об этом, когда мне было три года, и ты решил развестись с мамой. — Так вот и поезжай с семьей, папочка. Смотреть на вашу семейную идиллию с Нелли у меня нет никакого желания, уж извини. Развожу руками и, разворачиваясь, возвращаюсь обратно к цветам. — Зачем ты так, Саша, ты тоже часть семьи… Тоже? Только вздыхаю, не желая отвечать, иначе точно разведу скандал. — А что Артемий? И он не едет? Где он вообще? — Нет, не едет… — братца вообще нет в городе, но милому папочке совершенно не нужно этого знать. — Ему тоже попойка с друзьями важнее семьи? В точку папа. Друзья ему важнее, чем твоя псевдо-семейность. — Вячеслав Аркадьевич, — спокойно начинаю я, оборачиваясь к отцу. — Я от всей души желаю Вам удачного семейного отдыха, а теперь простите мне мою наглость, но мне нужно собираться, иначе я опоздаю на учебу. Делаю ироничный реверанс и прохожу мимо него, направляясь к лестнице на второй этаж. — Александрина! — замираю на первой ступеньке. — Всего наилучшего, Вячеслав Аркадьевич! Надеюсь, выход Вы найдете и без моей помощи. — Дочь! — предпринимает он последнюю попытку. Но вместо ответа я лишь быстро поднимаюсь по лестнице, сворачиваю в широкий коридор, ведущий в спальни, и замираю у ближайшей стены, дожидаясь пока хлопнет входная дверь. И только тогда направляюсь в свою комнату.

***

До начала десять минут, и, кажется, у меня уже назревает нервный срыв. Потому что почти каждого приходится подгонять. Участники, ожидающие за сценой, тоже на взводе. Хотя мы и не впервые проводим эти баттлы. Это уже четвертый раз за этот год. И последний. Еще пять человек сегодня станут подписантами танцевального лейбла. Остальные же уже и так получили вполне неплохую базу, потому что, не считая этого вынесенного на публику маленького конкурса, они все месяц занимались в лейбле. — Расслабься, Саш, — чуть поворачиваю голову вправо, встречаясь взглядом с подошедшим парнем. — Это же ты организовывала, все будет идеально. Иначе и быть не может. — Лёв, это нисколько не успокаивает, — чуть улыбаясь, фыркаю я. — Хочешь, могу принести успокоительного, старого доброго дядюшку Джека, например, — и так ухмыляется, что хочется согласиться. — Черт бы тебя побрал, Юдов, — пихаю его локтем в бок. Парень смеется. — Сандра-а-а, — о, а вот и наш босс. Он единственный из всего моего окружения меня так называет, я невольно усмехаюсь. — Мистер Малкин, — салютую ему шутливым жестом, словно приподнимаю шляпу. — Фу, как официально, — фыркает как недовольный кот, заставляя меня рассмеяться и расслабиться. — А если по делу, то все готово? Пара минут, и мы начинаем, да? Я киваю. Наша некогда маленькая компания, основанная на голом энтузиазме и огромной любви к танцам, разрослась до размеров организации с громким именем. А сегодня мы окончательно станем больше. Раньше мы были только посредниками, к нам приходили готовые танцоры, которым мы помогали найти работу, связывая их с музыкальными объединениями, менеджерами артистов, временами даже с киностудиями. Но теперь на базе лейбла будет танцевальная школа, и лучший способ заявить об этом — баттлы. Платные группы уже почти полностью оформлены. А пятерка сегодняшних победителей закроет набор в особенную группу — для ребят, что отчаянно хотят заниматься любимым делом, но не имеют на это средств. Малкин шагает ко мне, приобнимая за плечи, ещё бы целомудренно в макушку поцеловал. Но он отступает на шаг и ещё раз кивает, это поддержка. Юдов поднимает ладонь, и я отбиваю ему пять, после чего направляюсь к лестнице, ведущей на сцену. Выдыхаю. Отсчитываю семь ступенек. Включаю микро. — Вы готовы? — и крик собравшейся толпы оглушает, поддержать участников тут сегодня собралось очень много народу. — Тогда мы начинаем! Я улыбаюсь, кожей ощущая это чувство предвкушения и веселья. Выученный наизусть текст, который звучит из мероприятия в мероприятие и слово, предоставленное боссу. Отступаю, позволяя зрителям сконцентрировать все внимание на Малкине. — Сегодня последние пять финалистов займут свои заслуженные места, увлекательное шоу завершится. Все они, — он даже чуть оглядывается, хотя конечно увидеть стоящих за сценой ребят не может. — Уже проделали колоссальную работу, титанический труд. Кто-то сдавался и отсеивался, кто-то снова брал себя в руки и шёл дальше. Каждый из них уже победитель, — он задумчиво усмехается, также как и я. — Не переставайте верить в свои мечты, не предавайте свои мечты, работайте на них, и они обязательно исполнятся. Как одухотворяюще. Наверное, сложно уже четвертый раз придумывать оригинальную речь, чтобы не повторятся. Толпа аплодирует, а Малкин, довольный проделанной работой, спешит скрыться. Кажется, он хочет еще что-то сказать ребятам до мероприятия. — Перед началом я напомню, — перевожу дыхание. — Участники делятся на группы. Три этапа. Финал. Пять победителей, — зрители на секунды смолкают, а я замираю. — Пожелаем удачи нашим танцорам? Легким жестом указываю на толпу, чем вызываю бурную реакцию. Держусь уверенно, по крайней мере, мне хотелось бы в это верить. Начало положено, теперь очередь за участниками. И я также как и в апреле, на первом баттле, дико волнуюсь за каждого из них. Они все такие лапочки, которые готовы пахать, лишь бы выбраться из того дерьма, в которое окунула их жизнь… — Але-екс, — братец приобнимает меня за плечи. — Ты была восхитительна! — Я думала, вы уже отправились в увлекательный тур по барам и клубам Москвы, — откровенно язвлю. — Ты слишком дурного мнения о нас, милая, — констатирует возникающий по другую сторону от меня Матвеев. — А кто будет ими заниматься? — спрашивает Артемий, неопределенно указывая кивком головы в сторону сцены. — Лимы, брат с сестрой, — раздраженно отвечаю я, не люблю этих двоих, две напыщенных курицы. — Кажется, ты расстроена, что выбор пал не на твою кандидатуру, — заключает братец. — Артемий, блять, — недовольно шикаю. У меня в любом случае нет времени, а Лимы занимаются с этой группой, начиная с первой пятерки победителей. Хотя летом я и не отказала себе в удовольствии приложить руку к их обучению, но на постоянной основе это было бы чересчур. — Я не блять, я хороший мальчик, — это заставляет меня рассмеяться. — Oh, good boy, — усмехаюсь я. Тот только фыркает, складывая руки на груди и делая вид, что такое обращение его очень задело. Отчего я снова смеюсь. — Позвольте украсть у вас даму, — Big Boss появляется за спинами моих мальчиков. — Если только ненадолго, — брат пожимает руку Малкину в знак приветствия и завязывает разговор с Дэнни. Чувствую, когда я вернусь, у этих двоих будет готов план экскурсии по ночным клубам Москвы. — Что такое? — мы отходим чуть в сторону. — Ты большая молодец, — усмехается он. — Спасибо, что организовала и провела все это, ты умница. — Ты позвал меня, чтобы похвалить? Искренне пытаюсь скрыть стеснение, хвалили меня крайне редко, родители в особенности, потому реакция на похвалу и комплименты такая неоднозначная, хочется спрятаться. — И это тоже, — кивает он. — Мы едем праздновать, ты с нами? — Я не пью, — мотаю головой, он прекрасно об этом знает. — Саш, никто не собирается насильно вливать в тебя алкоголь, мы предлагаем посидеть компанией и отпраздновать, а не напиться, — резонно замечает он. Оборачиваюсь на брата с Дэном. Думаю, они не сильно долго будут грустить по поводу моего отсутствия, тем более что бухать с ними я тоже не собиралась. — Ладно, я с вами, — сдаюсь я, и Малкин улыбается. — Вот теперь прайд в сборе, отлично!