просто Leila.

— Серьезно? Всплескиваю руками, недовольно глядя на Малкина. Ребята шумно начинают обсуждать объявление Big Bossa. А тот лишь поворачивает ко мне голову, понимая, что без объяснений я его не отпущу. — Ты же слышала, они заявлены на конкурс, — пожимает он плечами. — И один из обязательных этапов это… — Вальс? Боже, и как ты себе это представляешь? Вообще-то хотелось бы об этом узнать заранее, а не вместе с ребятами на очередной тренировке. Сразу стоило догадаться раз он к нам пришел, значит стоит ждать сюрпризов. Ахриненных сюрпризов блять. Они же в основном танцуют современные. Чтобы поставить им вальс, который мог бы поконкурировать мне тут жить с ними придется. Мое мнение не в счет видимо. — Ты прекрасно танцуешь, о чем тебе вообще переживать? Малкин уже всё решил, понятно. Переубеждать его пустая трата времени. Да и никакого в этом смысла нет. Заявка на конкурс уже ушла. — Я не прекрасно танцую! — фыркаю я. — И… — Восхитительно, завораживающе, волшебно, профессионально, ахринительно… Мне продолжать список? Я цокаю, отворачиваясь. Мы два упертых барана и кто-то обязан будет уступить. Умом я понимаю, что моё сопротивление сейчас бесполезно и зависит лишь от того, что я не в настроении с прошедшей ночи. После того как Ти уехал, я сразу поехала на тренировку и тут-то Малкин нас и обрадовал шикарной новостью. — Я составлю тебе компанию в их обучении, — наконец добавляет Малкин. О партнере я думала в последнюю очередь. А если бы думала, то это было ещё одной весомой причиной отказаться от всего этого. Вальс слишком близкий танец. А единственный кто мог бы составить мне компанию в обучении это Юдов. Лёва хороший. Хороший, пока не вспоминает, что не прочь затащить меня в койку. Обычно он не заходит дальше безобидного флирта и шуток, но это точно не то, что мне сейчас нужно. — Андрей Вита-альевич! — укоризненно тяну я. Знает ведь как заставить меня согласиться. Обычно он сам не работает с новичками. По его части бумажная волокита, все внешние сделки лейбла и прочая муть с управлением. Но танцует он просто восхитительно. — Александрина Вячеславовна-а, — тянет он в ответ, заставляя усмехнуться. К тому же скоро уже этот дурацкий осенний бал. Было бы неплохо освежить в памяти некоторые элементы. Тем более, что в прошлом году я была не в состоянии танцевать на сиём мероприятии. — Так ты согласна? — я думала ему уже не требуется мой ответ. — Тебе попробуй откажи, — фыркаю я. Он улыбается. — Вот не надо! — он с усмешкой приподнимает брови. — Не надо так улыбаться! Он смеется. Привлекая внимание группы, кажется они тоже закончили обсуждение. Малкин качает головой. Да наши отношения далековаты от привычных начальник-подчиненный, но никогда и не выходили за рамки приятельских. — Давай, надо показать детишкам мастер-класс, — подзадоривает он. Герман громко фыркает. Точно-о, он же уже не относит себя к «детишкам». Да и учитывая нашу с ним почти отсутствующую разницу в возрасте. Усмехаюсь. — Разбивайтесь на пары, — хмыкаю я и хлопаю в ладоши. Можно было бы и самой их разделить. Ловлю взволнованный взгляд Кэт. Кажется, она и вправду верит, что Мирон может выбрать её в пару. Но парню видимо не до этого. Лера принимает приглашение Кима. Нэсти стреляет глазками в сторону Германа. Но у того другой интерес. Худо-бедно, но на пары они-таки делятся. Я придирчивым взглядом осматриваю получившийся набор. — Для начала, — Малкин позволяет мне руководить. — Кто из вас вообще не знаком с вальсом? Вверх взлетает достаточное количество рук. Вздыхаю. Знакомы, не значит профессионально танцуют. — Хорошо, мы с Андреем Витальевичем покажем вам простейшую фигуру, — ребята слушают. — А потом, вы прокрутите её сами… Малкин вскидывает брови, но молчит. — Мы определим насколько удачно вы разбились на пары, — поясняю. Окидываю их ещё раз внимательным взглядом. Босс делает шаг ко мне. Я наконец отворачиваюсь от ребят. Теплые руки Малкина действуют успокаивающе. Я расслаблена, и мы мягко крутим квадрат. Медленнее чем требует ритм танца. Но нам надо чтобы, ребята уловили. Повторяем фигуру несколько раз. Завершая её уже в нормальном ритме. — Вперед, — Малкин разводит руки, позволяя заняться делом ребятам. Мы внимательно наблюдаем, как они несколько раз прокручивают фигуру. Про себя отмечаю нюансы. Советуемся насчет нескольких человек. Босс несколько раз хлопает в ладоши, привлекая внимание, и ребята замирают. — Лида встань пожалуйста к Паше, — я начинаю медленно раздавать указания. — Свет, а ты к Герману, — отбираю у последнего Карину. — Такс, ты к Мураду, — от которого как раз забрали Лиду. — И… Мари, ты к Матвею, а Кэт к Мирону. Заканчиваю я. Ловлю взволнованно-благодарный взгляд Кэт. Вообще-то я сделала это в большей степени от того, что они должны действительно совпасть и пара будет шикарной, а не из-за её влюбленности. Я оцениваю их исключительно с позиции хореографа. — Есть ещё замечания, Андрей Витальевич? — оборачиваюсь я к боссу. — Только чтобы ты перестала называть меня на «вы» и по имени-отчеству, чувствую себя пятидесятилетним, — фыркает он. — А насчет пар… Настю можно к Герману, думаю они гармонично будут смотреться. Что думаешь? Смотрины блин. Девчата смущаются в такие моменты. Но мы оба имеем в виду лишь танцевальные пары, а со своей личной жизнью пусть делают что хотят. — Не знаю, а Свету куда? — пока мы обсуждаем, я слышу, как недовольно фыркает Герман. — Чувствую себя товаром, — я недовольно на него зыркаю. Но мы игнорируем его выпад. Делаем ещё несколько перестановок. — Что ж задача та же, покрутите показанную фигуру, посмотрим стало ли лучше… Я закусываю нижнюю губу, придирчиво осматривая наши старания, пока Малкин раздает указания. Лучше действительно стало. Босс делает несколько замечаний, требуя кого-то держать осанку, кого-то просит расслабится. Наблюдаю за подопечными. Всё-таки мы молодцы. Ставим за занятие несколько базовых движений, к следующему надо будет продумать концепцию танца. Ребята докручивают последнюю фигуру и замирают. Я довольна. Малкин хвалит их, что-то ещё разъясняет. — А теперь у вас есть ещё полчаса, кто хочет может ещё потренироваться, кто нет, раздевалка вас ждет. И Малкин, прощаясь, уходит. Мы остаемся буквально в полном составе. Я рада, что они заинтересованы и даже предложение свалить по раньше их не привлекает. Они заражают меня энтузиазмом, а может быть мы делаем это обоюдно.        Но по возвращению домой безысходность накрывает меня и потому единственный выход из всего этого дерьма — танцевальный зал. Большой плюшевый медведь сидит в углу. Качаю головой, вытаскивая топтыгина от сюда. Он, конечно, ни в чем не виноват, но память недовольно ворочается. Запихиваю его в гостевую спальню, где спала младшая сестренка. Со вздохом возвращаюсь в зал и включаю музыку. Это должно освободить меня от ненужных мыслей. Возвращаюсь в спальню лишь спустя три часа, абсолютно обессилевшая. — Какого черта у вас произошло с отцом? Прекрасно, Артемий, ни здрасте, ни до свидания, как говорится. — Ничего, — меня так и подмывает сбросить вызов. Братик зол. Он что резко начал радеть за отцовский бизнес? Или что его так волнует? Мы с отцом никогда не ладили, но его обычно мало волновали аспекты наших отношений и уж точно он не звонил мне и спрашивал таким тоном. Захожу в ванную и стаскиваю с себя футболку, в которой танцевала. Ловлю в отражении свой уставший затравленный взгляд. На предплечье синяки. На коже отчетливо виден отпечаток мужской ладони. До этого дня отец никогда не позволял себе подобного. Мы могли бросаться обвинениями. Я могла. Он всегда держал себя в руках. Я думала он понимает, что действительно виноват и я имею право на подобные обвинения. Видимо не понимает. Но в противовес отцовской хватке, на коже вспыхивает острым воспоминанием осторожное прикосновение прохладных пальцев. Он подумал, что сам мог оставить их. Конечно, он же был пьян и кажется недоволен, а я забирала его из участка. Извиняющиеся прикосновения вышибают из головы совершенно все мысли. Никто раньше не переживал какие следы оставит на моем теле, и на душе как бы тоже. Это вогнало меня в тако-ой ступор. Я не знаю, как должна на это реагировать. Должна ли вообще? — Александрина, ты слышишь меня вообще?! — возмущается братец. Он всё это время что-то говорил? Черт. Вздыхаю. — Идите вы вместе с отцом в задницу, — наконец выдыхаю я и сбрасываю вызов. Не хочу ничего из этого обсуждать. Поскорее стаскиваю с себя остатки вещей и встаю под теплый душ. Не хочу ни о чем думать. Не хочу плакать. Сотовый возвещает о новом звонке, но я даже не хочу смотреть кому понадобилась. Всё чего мне хочется это упасть лицом в подушку. Кажется, в этих отметинах отцовского разочарования во мне окончательно умерла надежда. Выбираюсь из душа заматываясь в полотенце. Подхватываю мобильник, и не успеваю сообразить, как набираю номер адвоката. — Евгений Александрович, мне нужна ваша помощь… Хлопаю дверью спальни. Решение сменить фамилию было экспрессивным. Потому что менять фамилию отца на фамилию матери бессмысленная трата времени и денег. Отец хотя бы променял меня на новую дочку. Мама променяла меня на работу и, наверное, на каких-то ухажеров. Улетела за тюльпанами и пропала, видимо налаживает связи с поставщиком! Так, Саш, спокойнее. Она всё ещё твоя мама. Это всё ещё та самая женщина, которую ты видишь раз в три месяца, с которой ты общаешься раз в три месяца, правильнее было бы сказать! Набираю номер подруги. Хочу предложить куда-нибудь поехать и напиться, что на следующее утро умирать от головной боли и ничерта не помнить. Я не хочу в этом копаться. Долбанные семейные дрязги. Арина долго не берет трубку. — Да-а? — боже, Ари! Лучше бы не брала. — Саш, что-то срочное? Её сбитое дыхание, намекает на несвоевременность моего звонка. Она помирилась с Владом? Или это Марк? Даже не знаю, что лучше. — Уже нет, — усмехаюсь, она переводит дыхание. — Чего нет? Мне бы её умения. Какое искреннее недоумение. — Да ты видимо занята… — Фу! Алекс! — фыркает девушка. — Спорт, спорт и ещё раз спорт! Секс, конечно, тоже своего рода спорт, но… Но у Влада кажется наладилась семейная жизнь. — Он серьезно больше не пытался поговорить? Её Владислав предпринял одну единственную попытку. Арина её, конечно, отшила. Он дал ей несколько дней на осмысление произошедшего, да. Но принять его надуманные оправдания Ари не могла. А он возьми, да и отстань от неё. Я всё же верила, что он хотя бы наполовину любит её также сильно как она его. Но кажется я перечитала девчачьих романов. — Нет, — делано отстраненно. — А у тебя что? — Ставим вальс, — пожимаю плечами, плюхаясь на диван в гостиной и поправляю на себе полотенце. Девушка на том конце провода чем-то давится. Надо полагать водой. — Вальс? С…? Ой, — хохот на несколько мгновений прерывает мысль. — Вальс в смысле на лейбле, да? Моя очередь чем-нибудь поперхнуться. — А ты, о чем подумала? — возмущаюсь я. — Ну у тебя же есть блондинчик, — игриво усмехается. Она про Ти? Блять. Она же не в курсе. Точно. Чёрт. — Са-аш? Я о чем-то не знаю? — улавливает паузу. — А-а, — закусываю губу, не зная, что сказать. По ту сторону какая-то возня прерывает мою попытку сказать всё как есть. — Погоди, Саш, тут… В общем я перезвоню, so sorry, — и вызов сброшен. Откидываю телефон. Потираю лицо. На кухне должно быть вино. Красное. Я слишком устала. Если уж я никуда не еду, то позволю себе расслабиться в домашних условиях. Непьющая блин. За последние недели я вылакала больше чем за прошедшие полтора года блин. Компания рэперов отвратно влияет на меня. Воспоминание вспыхивает прикосновением на предплечье. Морщусь. Спустя пару минут справляюсь с задачей открыть бутылку, и багряная жидкость наполняет бокал. Делаю глоток и выдыхаю. Я выпью только один бокал. Всего лишь один.

***

— Ты куда вчера пропал? Димон кидает на меня подозрительный взгляд. Не знаю от чего не делюсь с ним происходящим. Дело не в доверии. Просто не хочу, чтобы кто-то знал об этом дерьме. Вообще, чем большее число людей знает, тем больше шансов, что всё это выйдет за периметр. Поэтому и молчу. — Домой поехал, — пожимаю плечами. — А бровь и губу тебе Алиса разбила? — недовольно фыркает. — Если так пожму ей при встрече руку… Закатываю глаза. Пусть думает, что хочет. — А с Максом у вас что? Нихуя у нас с Максом. Удерживаю себя от язвительного комментария. Отмахиваюсь, поднимаясь. Заехать к нему было плохой идеей. Знал же, что мне не избежать расспросов. Но показаться ему живым и здоровым стоило. Иначе вопросов было бы куда больше. — Поня-ятно, — цокает друг, допивая остатки воды. — Уверен, что не хочешь рассказать? Отмахиваюсь. — Я погнал, — поднимаюсь, сваливая в коридор. — Увидимся на студии… Ретироваться действительно стоило раньше, чем он начал бы очередной допрос. Я точно не хочу говорить о брате. Обижается и пусть блять обижается. Чего как маленькие-то? Сажусь в машину. Мотор мягко рычит. Вспоминаю, что эта машинка, одолженная малой. Надо бы вернуть. Да и поблагодарить её. Она спасла мой зад и мой контракт. Почему она вообще ночью поехала меня забирать. Алиса не поехала. А девочка-сарказм взяла и приехала. Да ещё и мои проблемы разрулила. Я бы с ними и сам справился. Если бы проснулся раньше полудня. Удивительная малая. Что за альтруизм вообще? Заезжаю по пути за вином. Делаю ставку на красное. Сухое. Уже на выходе замечаю магазинчик с мягкими игрушками. Енот. Первое, что привлекает моё внимание. Это конечно не огромный плюшевый медведь. Надеюсь он не находится в её комнате, потому что енот впишется туда гораздо лучше и его удобно будет обнимать. Фыркаю. Я благодарить её собрался или залезть под юбку? Не стоило её целовать в вечер концерта. Макс всё равно сам облажался. Не сразу нахожу нужный мне дом, петляя между незнакомыми коттеджами. Охранник узнает машину или меня. Что-то мне подсказывает, что именно этот мужик и помогал меня ночью укладывать на диван гостиной, едва ли я сам до него дошел. А она маленькая и хрупкая вряд ли смогла бы меня дотащить. За то, что она не бросила где-нибудь в недоотеле тоже огромное спасибо. Не думаю, что каждая девушка может притащить малознакомого парня в свой дом. Охранник молчит. Без комментариев-то оно лучше. Мотаю головой, поднимаясь по ступенькам и стучу в двери. Проходят минуты три прежде, чем с той стороны слышится мягкий шорох и двери открываются. На пороге возникает малая, полотенце и с бокалом красного в руках. Такого я точно не ожидал. — Малыш-Ти? Удивленный голос и карие глаза, выдающие градус алкоголя в её организме.