Янтарные часы

      Дворец засыпал. Шумный и полный событиями день подходил к концу и только порой откуда-то издалека коридора можно было услышать заливистый смех припозднившихся возвращающихся в свои гостевые покои нетрезвых гостей. Худые длинные мужские пальцы развязали шелковый галстук и небрежно бросили его на спинку стула. Затем привычным движением поочерёдно расстегнули золотистые пуговицы сюртука, а за ним и находящейся под ним жилетки. Скинув их с плеч и оставшись в одной рубашке, Бейливик подошел к шкафу и аккуратно повесил вещи на вешалку. Проведя пару раз ладонью по плечам сюртука, он смахнул невидимые пылинки. Всё идеально. Да, идеально. Чётко и ровно. Как всегда. Закрыв шкаф, он устало расстегнул воротник, освобождая от напряжения шею. Широким расслабленным шагом, мужчина подошел и опустился в любимое кресло. Из его груди вырвался глубокий вздох. Мда, день выдался не из легких. Сохранять невозмутимость перед королём, когда только что ты чуть не поцеловал его дочь на глазах королевских профутсеток… А потом еще пересекаясь с ней на празднике делать бесстрастное лицо. Да уж, профессионализм церемониймейстера вышел на новый уровень. И кажется это было самое сложное. Даже сложнее всей организации фестиваля. Рука мажордома скользнула под рубашку и дернула шнурок. Поддевая пальцами и потянув с силой, он выдернул корсет из-под рубашки, бросил его рядом с креслом и расслабленно откинулся на мягкую спинку. «Будь занят — это самое лучшее лекарство на свете», сказал кто-то мудрый. И это выражение уже давно было жизненным девизом Бейливика. Но что делать, когда приходит ночь? Бейливик смотрел в потолок. Нижний свет напольных и настольных канделябров мягко озарял комнату, настраивая на отдых и размышления. Всё кончилось. Кончилось гораздо быстрее чем он думал. Если бы их застукал кто-то посторонний, он бы поверил, что это недоразумение и она ни при чем. Но здесь… Всё было слишком очевидно. Её странное поведение, знаки внимания… Всё это началось как раз после ночевки Клио и Хильдегарды в их замке. Чтож, сложить два плюс два было просто. Бейливик снял пенсне и потер переносицу. Он положил его на маленький высокий журнальный столик около кресла и вновь, откинувшись на кресле, прикрыл глаза. Но зачем? Почему именно он? Неужели во всем замке нет более интересных кандидатов для подобных развлечений? Как смешно. Вписать в фавориты пожилого церемониймейстера и заниматься с ним всякими непопотребствами по углам. Да уж! Идеальный досуг для разбалованных принцесс. Волна раздражения отразилась на его лице, делая морщины глубже. Как он мог дать слабину? Надо было в первый же день доложить королю. И не было бы этих унизительных минут на фестивале. Он сглотнул и открыл глаза. Неужели он за годы верной службы при дворце заслужил к себе такое обращение? Тут перед его внутренним взором возникла запрокинувшая голову и отдающаяся ему себя, Эмбер. Ее глаза, губы, плечи… Манящий запах её мягких длинных волос. Нежная кожа. Её руки и пальцы, сжимающие его рубашку и гладящие по щеке. А поцелуи… Божественные нежные. Как же ему хотелось еще хотя бы раз испытать эти волнующие ощущения… Он тряхнул головой. Нет. Всё в прошлом. Он поступит, как взрослый мужчина — просто сделает вид, что ничего не было. Так будет лучше. Для всех. Встав с кресла он задул пару свечей у стены. Потом еще. Комната погрузилась еще в более мягкий полумрак. Да так лучше. И вообще, нужно готовиться ко сну. Но... совершенно не хочется. Вдруг входная дверь скрипнула. Бейливик повернул голову, но увидел только размытый бледно-розовый силуэт. Слепо щурясь, он попытался рассмотреть непрошенного гостя. — Кто там? — мужчина сделал несколько шагов в сторону столика за пенсне и нащупав его нацепил на нос. «Эмбер?!» — Это я. — тихо сказала Эмбер проходя, закрыв за собой дверь. — Зачем вы пришли? — холодно бросил Бейливик. — Позднее время, мужские покои. Вы понимаете, что своим визитом ставите под угрозу вашу репутацию? — Более чем. Она стояла не приближаясь, но и не уходя. Торжественное шелковое розовое платье, расшитое жемчугом и кристаллами горного хрусталя сверкало и переливалось в полумраке, а бледная кожа словно подсвечивалась и казалась невероятно бархатной, делая принцессу похожей на небесную нимфу. Между ними было несколько шагов и целая пропасть. И эта пропасть казалась непреодолимой. — Я не имею права поднимать на вас руку, чтобы выпихнуть из своей комнаты. Потому надеюсь на ваше благоразумие. — Его пенсне холодно сверкнуло отражением свеч. — Уходите, принцесса Эмбер. Сложив руки на груди, она сделала пару шагов в его сторону. — Пожалуйста, Вики… — Нет! — оборвал Бейливик. Поймав себя на том, что прозвучал непозволительно резко, он чуть смягчил тон. — Нет. Моё имя Бейливик, ваше Высочество. И я не боюсь отправиться в отставку, если вы и впредь не оставите меня в покое. Его вытянутая в струну фигура сквозила ледяным официозом. Несмотря на отсутствие фрака, чуть взъерошеные волосы и полурасстегнутую рубашку, Бейливик не терял лица. Даже в таком виде. Рывком преодолев расстояние, принцесса бросилась ему на шею. Он не ожидал и не успел отступить. — Прости… Пожалуйста-пожалуйста прости. Пошатнувшись, Бейливик сначала растерялся, а потом презрительно скривился от этого цирка. — Можно узнать хотябы, за что конкретно?! За ваших подруг в кустах? Сомневаюсь, что они оказались там случайно. Эмбер уткнулась носом в его рубашку и молчала. Пожилой мужчина немного подождал, но ответа на вопрос так и не последовало. Тогда он взял повисшую на нем принцессу за талию, но не обнял, а с силой оторвал от себя, хмуро пытаясь заглянуть ей в лицо: — В-ваше Высочество? Оставив руки на его предплечьях, она подняла глаза полные раскаяния. Доброе сердце церемониймейстера сжалось от жалости. Мужчина отпустил её и покачав головой печально произнёс: — Эми, ну зачем ты так со мной?.. За что? Эмбер судорожно вздохнула. Разговор был крайне неловкий. Но он должен был состояться. — Я… Я глупая эгоистка. — проговорила она. И, выдержав паузу, продолжила. — На днях, мы с девочками заключили пари, — она чуть запнулась и покраснела от стыда. — Что я могу вскружить голову любому. Даже тебе. — Интересно. — вновь осуждающе нахмурившись, он скрестил руки на груди. — Ну и как? Получилось? Ничего не ответив, она бросила на него несчастный взгляд и отвела в сторону. В глазах стояли слёзы. Они блестели в тусклом мерцании свечей. Едва подёргивая длинными ресницами, Эмбер не давала им пролиться. Нервно прикусив губу, она несчадно сминала тонкую ткань платья под своими пальцами. Бейливик смотрел на неё колким прямым взглядом. В его душе бушевала буря. Гордость, честь. Для пожилого церемониймейстера это были не просто слова. Да, он был безумно оскорблен и унижен! Но... перед ним стояла наследница престола и раскаянно умоляла о прощении. И ценность была даже не в этом. Не принцесса — прекрасная молодая девушка, с лицом и телом невероятной красоты, за эти дни подарила ему не только боль обиды, но и давно невиданную ласку. Не выдержав напряженной тишины, Эмбер опустила голову и зажмурилась. По лицу побежали мокрые дорожки. Дурацкие слезы! За эти несколько дней она выплакала столько слёз, сколько не плакала несколько лет. «Хватит унижаться. Он никогда меня не простит» — подумала она в сердцах и уже приготовилась уходить. Но внезапно почувствовала, как на её спину мягко легла большая мужская рука. От неожиданности она вздрогнула. Бейливик аккуратно привлек её в свои тёплые объятия. Словно успокаивая маленького ребёнка, он заботливо начал гладить её по голове. Уткнувшись в широкую мужскую грудь, Эмбер всхлипнула, оставляя на белой рубашке мокрое пятно. Его мягкий маскулинный запах амбры, ванили и дымных листьев табака всколыхнул горячие воспоминания. Сердце защемило невероятной тоской. Принцесса сжалась: "А если он правда уйдёт?" Они долго стояли в ночной тишине, окутанные полумраком комнаты дворецкого, каждый думая о своём. Его ровное биение сердца, тепло его объятий, мягко убаюкивали её неспокойный разум. Напряжение стало отступать. Почувствовав, что тело принцессы расслабилось, а всхлипы прекратились, Бейливик аккуратно высвободился из её слабых объятий и сделал осторожный шаг назад, увеличивая дистанцию. — Благодарю за разъяснение, Ваше Высочество. Теперь я окончательно понял причину Вашего поведения, — сказал он медленно, изучая её черты лица в свете колеблющихся свечей. И горько усмехнулся. — Надеюсь Вам было не слишком противно целовать старика? — Прекрати. — нахмурилась Эмбер, медленно качая головой. — Это я и собираюсь сделать. — строго проговорил пожилой мажордом. Задумчиво постучав пальцами одной руки по предплечью другой он предложил. — Давайте забудем всё, что произошло. Просто сделаем вид, будто ничего и не было. Так будет лучше для всех. Его наигранная лёгкость шла вразрез с его желанием. Обнять, прижать к сердцу, и никуда не отпускать... Нет. Он должен действовать мудро. Он должен предлагать правильное разрешение ситуации, минимизируя последствия. Но Эмбер была не согласна. Она решительно посмотрела ему прямо в глаза: — Нет, мистер Бейливик. Я хочу чтобы мы продолжили наши тайные встречи. — не отрывая смелого взгляда, она сделала плавный шаг и сократила между ними расстояние. От слез не осталось и следа, только мягко припухшие губы говорили о недавней буре. — Не я вскружила тебе голову. А ты мне. Будь моим, Вики. — и, сохраняя достоинство, но мягко добавила: — Пожалуйста. Словно кинжал вонзился в его сердце, срывая панцырь отчуждения. Они смотрели друг на друга не отрываясь. — Ваше Высочество… Эмбер. — прошептал он и его голос дрогнул. Она приблизилась вплотную. — Я серьёзно. Будь моим тайным любовником, моим рыцарем в ночи. — Эмбер осторожно положила ладонь ему на грудь. И, глядя в зеленые глаза, прошептала. — Мы будем осторожны. Обещаю. Её слова были для него одновременно как яд и противоядие. Как звуки волшебной флейты, как песнь сирены для одинокого моряка. Как он мог ей противиться? Всего пару мгновений поколебавшись, он аккуратно притянул её к себе и его губы нашли её в страстном поцелуе. Не нежном — голодном, полном накопившейся тоски. Его рука скользнула по ее спине, прижимая ближе и сильнее. Девушка сжала ткань его воротника. — Бог свидетель, Эми, — хрипло от эмоций проговорил он между поцелуями. — Я твой. Пусть это будет нашим безумием. Эмбер счастливо улыбнулась. В её душе словно распустился горячий сияющий цветок. Она погладила его шершавую от щетины щеку и соединившись в поцелуе вновь продолжила утопать в его безбрежном океане нежности. — Позволь мне любить тебя так, как ты этого заслуживаешь. – прошептал он на ушко, нежно зарываясь пальцами в копну её волос. Словно в вальсе они сделали несколько шагов и, не разрывая поцелуя, упали на широкую кровать. «Пусть кто-то скажет, что я сошла с ума, — подумала Эмбер, — Но я счастлива. И не хочу останавливаться.»