Среди равнодушных стен

— Оппа! — девичий капризный голос стал для него будильником. Впрочем, он привык. Она так будила его не в первый раз. — Что случилось? — парень потянулся на кровати и потёр глаза. Спать хотелось так, будто это не он вчера вырубился до заката. У него были на то причины. — Оппа! Ты слышал, что к нам в дом заселяют новеньких? — Сохён забралась на кровать и уселась, вцепившись изящными пальцами в синюю юбку. Девушка была красива, очень красива. Невысокая, улыбчивая, она целиком впитала красоту их матери. Она была милой и доброй, но иногда становилась невыносимо-капризной. В такие дни он предпочитал сбегать из дома. — Тэхён?! Ты слушаешь меня? — Сохён скрестила руки на груди и обиженно выпятила нижнюю губу. — Конечно, слушаю, Сохён-а. Только пока не понимаю, что так расстроило мою маленькую сестричку? — Оппа! Мы больше не будем жить вдвоём в этом доме! Сюда придут какие-то люди! — в глазах девушки блеснули слёзы, этого Тэхён стерпеть уже не мог. Он сел на кровати и обнял сестрёнку одной рукой, притягивая к себе. Она улеглась головой ему на плечо, устраиваясь поудобнее. — Ты же знаешь, что остальным тоже нужно где-то жить. Мы и так прожили здесь почти два года, никто нам не мешал… — В городе есть и другие дома! — не сдавалась Сохён, обиженно сопя. Действительно, их дом был не единственным уцелевшим в округе. Совсем рядом с их двухэтажным строением расположилось здание повыше — офицерский дом. Дальше по улицы стояли общежития рекрутов. Ни Тэхён, ни Сохён с ними почти не сталкивались, потому что работали в противоположном конце улицы, в большом ангаре, переделанном в их цех по-производству-чего-угодно. На соседней улице пустовало несколько домов, в остальных жил обслуживающий персонал и те, кто работал на военных. — Офицеры ничего не делают просто так, мышка. Давай так, мы посмотрим, кто будет с нами жить, и если они окажутся плохими людьми, я обязательно что-нибудь придумаю, хорошо? — Обещаешь? — доверчиво заглянула девушка в глаза Тэхёну, а когда он кивнул, протянула ему мизинчик. Как в детстве. Если честно, Тэхён был уверен, что его Сохён давно перестала быть той наивной малышкой, которая испуганно цеплялась за его руку, пока мир вокруг них рушился. Она стала взрослой девушкой, уверенной и временами даже надменной. Просто она очень ловко умела манипулировать людьми. И им, Тэхёном, в первую очередь. Он это понимал, но делать ничего не собирался. Зачем? Они остались одни в целом мире. Ни армия, ни соседи, никто не заменит им семью. Их только двое. — Дай мне одеться, Сохён. Потом мы сможем позавтракать. В принципе, Тэхён считал, что они весьма неплохо устроились. Их ремёсла сделали их важными для военных людьми. Сохён умела превращать любой материал в нечто твёрдое, как камень. Она сама звала это «камнелезом», но Тэхён не соглашался с ней. Материал, который создавала его сестрёнка, напоминал камни только цветом — такого песочного цвета бывает галька на морском берегу. Однако он был легче камня. Тэхён же мог придавать этому материалу любую форму. Вместе они создавали машины и оружие для военных. Тэхёну пришлось научиться разбираться в чертежах. А ещё ему приходилось много спать. Если ремесло Сохён никак на ней не сказывалось, то Тэхён как будто отдавал собственную энергию. На создание одной машины у него уходило дней пять. После этого он брал два дня, чтобы отдохнуть. Получался вполне нормальный график, усмехался парень. В команде с сестрой и братом работали две дюжины механиков, конструкторов, сборщиков. У многих из них не было ремесла, военные привезли их только из-за знаний. Тэхён относился к таким людям с плохо скрываемым презрением. Новый мир диктовал новые условия. Те, кому ремесло не досталось, зачастую не выживали. Тэхён видел это, когда они с Сохён скитались в поисках родных. Люди бросали детей, у которых не было ремёсел, они оставались одни, голодали и умирали. Тэхён боялся, что и их с Сохён постигнет та же учесть, но, к счастью, они быстро обнаружили свои новые умения. Брат с сестрой даже сумели обустроить себе домик в небольшой деревушке к северу от Сеула. Созданный ими забор надёжно защищал их от тварей, а инструменты позволяли возделывать землю. Однако когда на пороге появились военные и предложили перебраться в Сеул, долго они не раздумывали. — Ты идёшь сегодня на работу, Тэхён? — спросила девушка после завтрака, когда парень мыл посуду в «камнелезной» раковине. — Нет, вчера было слишком много работы, так что я взял лишний выходной. — Везёт, — капризные нотки опять вернулись в голос Сохён. — Может, мне тоже не пойти? — Иди-иди, а то останешься без сладкого. Проводив сестру, парень вернулся в постель и снова отрубился. Ремесло, конечно, спасло ему жизнь, но цену он платил высокую. Во второй раз его разбудили голоса внизу. Тэхён прислушивается к ним и даже узнаёт один — инструктор Сон. Парень пытается открыть глаза, но сон вновь затягивает его. Это тяжёлый, мрачный сон, Тэхёна преследуют кошмары. Он видит орды тварей, которые заполнили мир вскоре после катастрофы, он видит плачущую Сохён, потом ему снится, как враги раздирают его родителей, видит мамино доброе лицо. Потом подсознание подкидывает ему воспоминание о брате. Его они так и не нашли, сколько ни искали. Вдвоём с Сохён они обошли весь Сеул. Это было через год после катастрофы. Многие здания в городе оказались разрушены, улицы были завалены обломками стекла и бетона. Дом, в котором жил Джин — тоже. Оставшиеся стоять постройки равнодушно взирали на отчаяние двух потерянных людей. К тому времени тварей стало меньше, некоторые горожане вернулись в свои дома, но их брата не было. Никто не слышал о нём ничего после того, как привычный мир сошёл с ума. Как будто и не существовало никогда популярного певца Ким Сокджина. Сдавшись, брат с сестрой вернулись в свой дом и больше о Джине не говорили. Тэхён знал, что Сохён иногда плакала по ночам, шёпотом повторяя его имя. Она тосковала по нему едва ли меньше, чем по родителям. Наверно, верила, что он жив. Тэхён верить перестал. Он закрылся, заморозил сердце и думал только о том, чтобы выжить. Так было легче. В третий раз за этот день парень просыпается уже в сумерках. Он покидает постель, мечтая поскорее попасть в душ. Как следует отмокнув в горячей воде и натянув свежую футболку со штанами, Тэхён спускается вниз, чтобы поужинать. В доме было тихо и темно, только в гостиной светилась настольная лампа. Сохён явно нет — она бы уже разбудила его. Наверняка гуляет с подругами. Уже спустившись, парень замечает, что он в доме всё же не один. Вспоминая утренние жалобы сестры, Тэхён негромко кашляет, привлекая внимание сидящего на диване с книгой молодого человека. Незнакомец оборачивается, откладывая томик, и встаёт. Он подходит ближе, протягивает руку и произносит уверенным сильным голосом: — Чон Чонгук. И Тэхён думает, что это самый красивый мужчина из тех, что он видел.