Маски

      Он на неё даже не смотрит; показательно отворачивается и начинает пялиться в окно палаты, из которого видно лишь голубое небо и пару высоток. Мия сидит на неудобном стуле рядом с койкой, сложив ладони на колени, и молчит. Она ждёт, что Баки скажет ей хоть что-нибудь.       — Прекрати смотреть на меня так, — грубо просит он, даже не взглянув на неё.       — Как?       — Так, будто я виноват во всех твоих бедах.       От возмущения у неё сбивается дыхание, но Мия быстро берет себя в руки, стараясь дышать ровно и не начать скандалить. Баки поворачивается на неё с усталым взглядом и больше никаких эмоций не выражает. Она не может перестать хмуриться, смотря на него, потому что злость до сих пор полыхает в ней. Даже несмотря на то, что Баки чуть не умирает из-за неё, Мия не может простить его.       — Ты всё знал, — от обиды голос начинает звучать громче, но она старается не кричать в больнице. Баки отводит взгляд, но раскаяния в нём Мия не замечает.       — Я не работаю на твоего отца с тех пор, как он сел в тюрьму, — нагло лжёт он ей, и Мия задумывается, сколько лжи он скормил ей за все эти долгие годы.       — Не ври хотя бы сейчас, — просит она, мотая головой — не может поверить, что он продолжает обманывать её.       — Я заботился о тебе, — сдаваясь, пытается оправдаться Баки, переводя на неё виноватый взгляд. Её не прошибает — Мия остаётся со своим чувством злости и обиды на него, которое, ей кажется, никогда её не оставит.       — Ты врал, — повторяет она с накатывающимися слезами обиды. — Пять лет обманывал меня. Ты был единственным, кому, я знала, что могу доверять, но всё это оказалось ложью. Я потеряла абсолютно всех.       — Это не так.       — И самое обидное, что я сама виновата в том, что осталась одна.       — У тебя всегда буду я, — обрывает её Баки, уверенный в своих словах; Мия прожигает его холодным взглядом за это.       — Ты предатель, Джеймс, — говорит она ему с болью в глазах. Ни один мускул не дергается на его лице, но он смотрит на неё с отчаянием, прося прощения глазами; ему больно тоже, но виноват в этом сам.       — Я никогда тебя не предавал, Мия. Не смей говорить это, — Баки начинает ворочаться на койке и морщится, хватаясь за простреленный живот. Он всё же поднимается, нарушая запрет доктора, и теперь сидит, держась за зашитую и забинтованную рану. — Я очень много для тебя сделал за все эти годы. Всё, что я делал, было для твоей же безопасности.       — Говоришь, как папа, — она слабо ему усмехается, а Баки начинает злиться из-за этого сравнения. Мия видит, как он сжимает кулаки и поджимает губы. — А его я сейчас ненавижу больше всех в этом мире.       Это конец для них. Мия встает со стула и последний раз смотрит на Баки, кривясь от душевной боли, которую ощущает буквально физически. Он ничего ей больше не говорит; она знает, что он не станет останавливать её. Мия тихо кивает и разворачивается, чтобы уйти. Она никогда не думала, что всё закончится вот так. Она никогда не думала, что Баки исчезнет из её жизни.       — Англия? — задает вопрос он ей в спину, когда Мия открывает дверь палаты. Она слабо улыбается, не поворачиваясь к нему; конечно, Баки уже знает о её планах. Наверняка, собирается продолжать присматривать за ней.       — Да, — подтверждает она и выходит из палаты, прощаясь с Баки навсегда.       Он не найдёт её в Англии; она собирается спрятаться и от него тоже.       Мия рада, что он в порядке, она бы не смогла жить, зная, что виновна в его смерти. Но у неё не получится продолжать быть с ним вместе, зная, что Баки врал ей все эти годы. Он продолжал работать на папу, он знал о Веронике, он знал, что отцу плевать на неё. Мия знает одну вещь: она слишком эгоистична и верна, чтобы быть способной простить кому-то предательство. Ни отец, ни Баки не получат от неё прощения.       Ванда связывается с ней слишком неожиданно; Мия не понимает, где достаёт её новый номер. Девушка почти рыдает в трубку, сообщая, что ей нужна помощь. Мия соглашается встретиться, чтобы всё обсудить, наплевав на просьбу Гарри не находиться в городе слишком долго — Старк всё ещё пытается её найти. Но Ванда говорит, что она в Бостоне и ей нужно выехать из штатов.       — Я не могу с тобой сейчас встретиться, — сообщает Мия, когда слышит про Бостон. — У меня много проблем.       — Думаешь, у меня нет проблем?! — Ванда вдруг взрывается и начинает орать в трубку. — Мне пришлось уехать из города из-за тебя, потому что Старк всё узнал. А мы с тобой связаны.       Мию заявление Ванды так ошарашивает, что она останавливается посреди дороги, пытаясь переварить услышанное.       — Ты меня сейчас обвиняешь? — уточняет Мия, не веря собственным ушам.       — Ты должна мне помочь! — отчаянно кричит Ванда, срываясь на рыдания, которые даже через телефонную трубку кажутся очень горькими.       — Я ничего тебе не должна. Забыла, что это ты пришла ко мне?       — Мия... пожалуйста, — её голос смягчается и начинает звучать тише. Мия понимает, что Ванда плачет; начинает думать, что что-то не так. — Я знаю, что ты можешь помочь. Пожалуйста, помоги мне спрятаться.       — Что у тебя случилось? — аккуратно решает уточнить Мия. Прислушивается к тишине в трубке, которая длится чересчур долго. А потом Ванда, видимо собравшись с мыслями, всхлипывая, говорит:       — Я беременна.       Это новость снова выбивает почву из-под ног. Ванда в Бостоне и она беременна. Мия знает, что Роджерс сейчас пытается её отыскать.       — Стив?.. — только начинает Мия, но девушка её тут же прерывает.       — Не знает, — она молчит несколько секунд, пока Мия осознаёт услышанное, а потом добавляет: — Я сама не знала, когда собралась уехать.       Мия просит её переждать где-нибудь несколько часов и обещает помочь. Ванда шепчет в трубку тихое «спасибо» и сбрасывает звонок.       До Бостона около четырех часов на машине; это хорошая идея и ей самой свалить из Нью-Йорка, чтобы переждать, пока Гарри не устроит ей перелёт в Европу. Мия уверена: в Бостоне Старк точно не станет её искать. Она, почти не раздумывая, садится за руль машины, которую ей оставил Озборн в Хантингтон, и выезжает на трассу, чтобы встретиться с Вандой, чёрт бы её побрал.       Когда Мия проезжает больше половины пути, звонит Гарри. Он орёт на неё, когда она сообщает, что едет в Бостон. Ей вспоминается Джейк, который точно также зовёт её больной, когда Мия делает что-то неразумное. Ехать в Бостон, чтобы помочь Ванде — неразумно, когда ей спасаться надо самой.       Они встречаются в людном кафе в районе, где почти нет камер наблюдения. Ванда трясется — Мие кажется, что от страха. Она выглядит не плохо, только глаза глядят слишком испуганно.       — Он не знает о тебе, — пытаясь успокоить её, сообщает Мия и добавляет, что Ванде не нужно беспокоиться о Старке.       — Но подозревает, — настаивает она, озираясь по сторонам.       — Думаю, нет, — спокойно пожимает она плечами. Ванда бросает на неё скептический взгляд и пытается согреть пальцы о чашку с горячим чаем.       — Про тебя он узнал абсолютно всё, — напоминает Ванда, повторяя её собственные слова; Мия закусывает губу.       — Я не была осторожна.       Они снова замолкают. Им больше не о чем разговаривать — они сходятся на варианте, что Ванде лучше всего отправиться в Польшу под другим именем, и Мия связывается со старым знакомым отца, который обещает организовать это через два дня. Ванда благодарит её и обещает вернуть долг, как только сможет.       — Ты ему не расскажешь? — вдруг решает спросить Мия; вопрос звучит скорее как утверждение.       — Я не буду с ним. Не после всего, что я сделала, — мотает она головой и опускает взгляд. Мие кажется, Ванда винит себя, но в чём — понять не может. Из них двоих это Роджерс плохой парень, но точно не Ванда.       — Ты ничего не сделала.       — Предала.       Мия больно прикусывает язык и морщится. Хватается за холодный бокал, чтобы отпить безалкогольного коктейля. Ванда всё это время не сводит с неё усмехающегося взгляда, а Мия не может ничего ответить.       — Понимаешь, о чем я говорю, да? — грустно улыбается Ванда.       Она понимает. Её тоже предали, и она не хочет иметь ничего общего с этими людьми теперь.       Мия больше не лезет к Ванде. Это её право не говорить ничего Стиву о ребенке, если она считает это правильным. Мия думает, что она бы рассказала.       Они расстаются, договариваясь больше не встречаться. По крайней мере, в этом городе. Документы и билеты Ванда получит через два дня на встрече с человеком Мии, пока она сама будет ждать Гарри. Здесь, в Бостоне. Он соглашается, что это хорошая идея — не возвращаться в Нью-Йорк.       Через четыре дня она наконец-то встречается с Гарри, который пропадает на два дня. Мие кажется, что что-то случилось; она всё это время ходит на нервах, неспособная даже с кем-то связаться, чтобы хоть что-то узнать. Через четыре дня Гарри приезжает в Бостон с билетами для неё сначала в Мадрид, а оттуда — в Мюнхен.       — Думал, ты улетаешь в Англию, — передавая ей билеты, задумчиво говорит он. Мия торопится убедиться, что билет настоящие и наконец-то у неё в руках.       — Это прикрытие, — объясняет она. — Чтобы меня не нашли.       — Чтобы не нашёл он. Барнс, — подмечает Гарри, окидывая её понимающим взглядом. Он догадывается быстро, но ни разу не спрашивает об этом с того момента, как находит их на складе у Старка. Как спасает Баки от смерти, за что она ему благодарна. — Можно спросить?       — Мы встречались, — поднимая на него взгляд, отвечает она, уже зная, что Озборн хочет спросить. Он тихо хмыкает, отводя взгляд. — Он работал с моим отцом много лет, так всё и произошло. Баки был мне дорог, но он оказался предателем. Не хочу, чтобы он знал, где я.       — Тебя встретят в Германии. Помогут обосноваться, — лишь обещает он ей, будто не слышит, что она ему рассказывает. Мия улыбается, благодарная ему за это. Гарри ни разу не залез ни в её жизнь, ни в душу.       — Спасибо. Ты не должен был этого делать, но...       — Но я хочу, — он её обрывает и слабо улыбается. — Просто знай, что у тебя есть человек, к которому ты можешь обратиться за помощью.       — Спасибо, — еще раз благодарит его Мия, уверенная, что не станет этого делать.       Гарри ни разу не подвёл её и действительно помог, но она не собирается пользоваться этим. Она не собирается пользоваться его добротой. Она не собирается испытывать судьбу, безоговорочно доверяя ему. Сейчас у неё нет выбора, поэтому приходится ему верить. Но Мия чертовски боится опять довериться кому-то полностью, и отогнать прочь подозрения. Она даже Озборна подозревает, не желая признавать, что он ничего плохого ей не сделает.       В Мюнхене она не останется. Мия собирается уехать в пригород Берлина, в котором родилась её мама. Она надеется, что там её никто не найдёт.

***

      — Куда ты собрался? — Тони замечает Питера, слишком спешащего к выходу из особняка. Сын останавливается в проходе гостиной и смотрит на него, потом на полный стакан с коньяком в его руке. Старк по взгляду замечает, что Питу плевать.       — Хочу найти Джо, — отвечает он, подходя к нему ближе и облокачиваясь на подлокотник кресла. Спокоен, как удав, пока у Тони глаза чуть ли не на лоб лезут; он думал, что они решили этот вопрос, а Питер за прошедшие три месяца забыл эту стерву.       — Мы же всё обсудили? — осторожно уточняет Старк. Питер усмехается и начинает улыбаться.       — Меня мучает любопытство, — он признаётся, сжимая виски, а потом смотрит на коньяк. — Просто хочу получить от неё ответы. Выбить, если придётся.       — Собрался избить бедную девушку?       — Чертовски верно, — хладнокровно сообщает Питер и поднимается с места, оказывается около бутылки коньяка, чтобы налить себе.       Старк с ужасом наблюдает за сыном, пока он осушает стакан. Питер прощается и уходит, а Тони продолжает смотреть ему вслед, думая, что же он натворил.       Пита история с фальшивкой Джо Трэвор не оставила прежним. Старк почти сразу заметил, насколько жестоким стал сын. Бессердечным и злым. Таким, каким никогда не был. Что-то в голове кричало, что это должно было произойти рано или поздно, учитывая, в какой мир Тони его затащил еще подростком. Но за все эти годы Питер сумел сохранить в себе человечность и не превратился в монстра. Пока Тони не наврал ему о том, почему его Джо пропала. Это Тони превратил собственного сына в это.       Он себя одергивает. Не он, а чёртова Мия Келлер, умело манипулирующая другими людьми. Это она лишила его Пеппер, а теперь и сына. Чёртова сука слишком хороша. Гребаная стерва отлично справилась со своей задачей отомстить ему. Тони готов аплодировать ей стоя.       Надо было пристрелить её там, вместе с Барнсом.       Но теперь Старк хочет сам найти её и отдать в руки Питеру. Пускай посмотрит, во что она превратила его.