Глава шестнадцатая. Таинственная незнакомка.
16 января 2020 г., 17:12
***
Сразу за дверью Рихард увидел крутую лестницу, спускающуюся вниз, в подвал. Ничего зловещего: люминесцентные лампы под потолком, чистые ступени, гладкие деревянные перила, но, несмотря на это, ему всё же было не по себе. Место, из которого нет выхода в пустынном дворе, лестница, ведущая вниз, в неизвестность, всё это не предвещало ничего хорошего. Но выбора не было, и Круспе тяжело вздохнул и стал спускаться по ступеням. Он прошёл два слабо освещённых пролёта и оказался перед ещё одной деревянной дверью с замысловатой кованой ручкой. Как и на двух предыдущих, вывесок не было. Он остановился и прислушался. Из-за двери доносилась приглушённая музыка. Рихард потянул за ручку и открыл дверь. Внутри оказался вполне заурядный бар. Кисло пахло пивом и чем-то хвойным. Играла популярная европейская музыка. Бар был настолько обычный, что Рихард даже испытал разочарование. Он ожидал увидеть что-то пугающее, ну или хотя бы неприличное, но его взору предстало небольшое помещение в современном стиле с фотографиями влюблённых парочек на стенах, широкой барной стойкой справа и несколькими рядами столиков слева. За столиками сидели самые обычные люди. В основном молодёжь, но были и его ровесники. За столиком ближе к стене он заметил пару крепких мускулистых парней, с густыми бородами и синей от татуировок кожей. Эти выглядели опасно, остальные даже не привлекли его внимание. Несколько девушек, сидящих в углу, заметив его, переглянулись и стали что-то оживлённо обсуждать, бросая на него смущённые взгляды. Похоже, узнали. Он скупо улыбнулся им и направился к бару. Рихард собирался узнать главный секрет этого заведения, а именно — как выйти наружу. Бармен выглядел усталым и потрёпанным. На вид ему было не больше сорока, но тяжёлые мешки под глазами и потухший взгляд добавляли ему как минимум десяток лет. Он носил длинные волосы, собранные сзади в хвост, а его нос украшал тяжелый серебряный пирсинг. Но увидев Рихарда, он изменился в лице, расплылся в широкой улыбке и сразу стал похож на счастливого подростка. — Рихард Круспе, — произнёс он без тени вопроса и прижал изящные руки к груди. — Я не верю своим глазам. — Доброй ночи, — Рихард сдержанно улыбнулся в ответ. Сейчас он не был готов к обычным в таких случаях любезностями. — Позвольте угостить вас за счёт заведения? — бармен метнулся к стеллажу с бутылками, возвышающемуся позади него, но тут же остановился в растерянности и повернулся к Круспе. — Простите. Я даже не знаю, что вы любите. Пиво? Или нет, текилу, верно? — Виски, — помог Рихард и, улыбнувшись теплее, взгромоздился на барный стул. Он не собирался тут засиживаться, но раз бармен угощает, почему бы и не задержаться на стаканчик. Бармен кивнул, схватил высокую круглую бутылку довольно приличного виски, насыпал лёд в стакан почти до верха, а сверху наполнил его золотистым напитком. — Прошу, — он подвинул стакан и с умилением посмотрел на Рихарда. — Никогда не думал, что увижу вас в нашем скромном заведении. А позволите сделать фото? — Валяйте, — Рихард равнодушно пожал плечами и улыбнулся, когда бармен направил на него объектив камеры смартфона. — Я могу запостить в свой блог? — осведомился бармен, на что Рихард снова пожал плечами и сделал приличный глоток из стакана. Стакан был приятно прохладным, а лёд уютно постукивал о стенки. Пока он пил, бармен успел обслужить ещё пару клиентов, при этом он всё время поглядывал на Рихарда, и когда стакан с виски опустел тут же наполнил его снова. Круспе опьянел довольно быстро. Что было неудивительно, ведь он пил на голодный желудок, к тому же после такого бешеного забега. Девушки в углу поглядывали на него с испугом и интересом. Кажется, тоже хотели сделать фото, но стеснялись подойти. В общем-то, ему тут нравилось. Тихо, спокойно, музыка приятная, наливают на халяву, и никто не пытается убить. Что ещё нужно от бара? — Слушайте, — он обратился к бармену, — а что у вас тут вообще такое? — В каком смысле «что»? — бармен не понял вопроса и уставился на Круспе непонимающим взглядом. — Ну, секретность такая, вывески нет, дверь хитрая — не выйдешь. В ч`м прикол? Ведь внутри самый обычный бар, или я чего-то не понял? — О, вы об этом, — бармен понимающе улыбнулся. — Это что-то вроде квеста. У нас целая сеть заведений подобной концепции, где нужно ещё постараться найти само место. Сейчас очень популярно, и порой секретность действует на публику сильнее любой рекламы. Но в общем-то да, обычный бар. — А где выход-то? — Круспе наконец задал свой главный вопрос. — А его нет, те, кто сюда попал, остаются с нами навеки, — ответил бармен с совершенно серьёзным лицом, но, увидев ужас на лице гитариста, тут же добавил с улыбкой. — Шутка, не пугайтесь. Просто выход через другую лестницу. Вон там, — он махнул рукой, и Круспе повернул голову. Там, куда указал бармен, виднелась ещё одна дверь — по всей видимости, она вела наружу. Рихард вздохнул с облегчением и расслабился. Он сможет уйти в любой момент, и ему не следует больше ничего опасаться. — А где туалет? — спросил Рихард через пару минут. Его напиток подходил к концу, и, пожалуй, пора было сходить на дорожку и уходить, пока он ещё может держаться на ногах. — Направо за баром по коридору, а там увидите вывеску, — любезно подсказал бармен и, взяв полотенце, стал протирать пивные бокалы. Рихард допил остатки виски, ухмыльнулся своему отражению в зеркальной стене за спиной бармена и поставил пустой стакан на стойку. Лёд почти растаял, и последний глоток оказался не таким приятным, как Круспе ожидал. Бармен тут же прервал своё занятие, взял новый стакан и наполнил его льдом. — Погодите, — остановил его Круспе, подняв ладонь. — У меня с собой двадцать евро, и я вряд ли в состоянии оплатить всё это. Бармен, конечно, сказал, что угостит, но речь, наверное, шла лишь о первом бокале. — О, не волнуйтесь об этом, это всё за счёт заведения, — он снова счастливо улыбнулся, и Рихард кивнул и направился в туалет, немного покачиваясь на нетвёрдых ногах. Когда он вернулся, его ждал приятный сюрприз: у барной стойки на крутящемся табурете сидела невероятной красоты женщина. Тёмные волосы густыми волнами ниспадали по спине, короткое платье по фигуре открывало его взору длинные ноги в туфлях на высокой шпильке, пышная высокая грудь вздымалась при каждом вздохе. Рядом на стойке лежала небольшая сумочка, чуть больше портмоне, а в пальцах с ярко накрашенными ногтями она сжимала тонкую ножку бокала с шампанским. В первое мгновение он решил, что это проститутка, но женщина взглянула на него, и он понял, как ошибся. Даме было хорошо за сорок, и в её взгляде явно читалась уверенность богатой прожигательницы жизни, свойственная аристократической элите. Ни одна проститутка не позволит себе так холодно и высокомерно смотреть на мужчину. Рихард немного помедлил, подошёл к стойке, взял свой стакан, а потом уселся на табурет рядом с красоткой. Женщина молча прожигала его взглядом. Наконец она перевела взор на бокал, сделала один небольшой глоток и зажмурилась от удовольствия. Она была хороша. Тонкие черты лица, густые брови (настоящие, а не нарисованные, как сейчас в моде), миндалевидные глаза в обрамлении тёмных ресниц. Здоровый румянец на матовой загорелой коже. В ушах сверкают крупные бриллианты, на безымянном пальце левой руки широкое кольцо с камнем ещё крупнее. Богата. Успешна. Уверена в себе. Такая женщина не попросит автограф или сделать селфи. Такие сами чувствуют себя звёздами на любом мероприятии. Но что она забыла здесь, в спальном районе, в заведении для молодёжи? Кажется, и у бармена возник тот же вопрос, потому что он поглядывал на даму краем глаза, и на его лице читалось явное изумление. Тем временем женщина поставила недопитый бокал с шампанским на стойку и посмотрела на Круспе пристальным взглядом. Он обратил внимание, что глаза у неё изумрудно-зелёные, такие яркие, что, скорее всего, она использует цветные линзы. — Привет, — произнесла она с лёгкой улыбкой. — Я Берта. — Привет, — он улыбнулся в ответ. — Ричард. В смысле Рихард. Мы же не в Америке. Круспе удивился, что она вообще с ним заговорила. Слишком шикарная женщина, чтобы знакомиться в барах, даже если ты гитарист в группе с мировым именем. — Как дела? — в глубине её невероятно зелёных глаз играли смешинки, она то ли издевалась над ним, то ли просто обладала весёлым нравом и хотела понравиться. — Не скажу, что отлично, — усмехнулся он. — Но, в последние полчаса стали значительно лучше. — Вы смешной, — она взяла бокал, покрутила в пальцах, но не стала пить и снова опустила на стойку. — Вкусный виски? Берта кивнула на его стакан, и Круспе тут же поднял его и сделал глоток. Наверное, она намекала на то, чтобы он угостил и её, но он не мог просить у бармена налить бесплатно ещё и этой женщине и ощутил неловкость. — Вполне, — он улыбнулся ей и замолчал, не зная, что говорить дальше. Он уже дважды давал ей возможность продолжить беседу, сначала сказав об Америке, а потом намекнув на интересую историю, которую не прочь ей рассказать, но она не желала заглатывать наживку, и он сдался. В конце концов, он сейчас не в лучшей форме, да и женщина была ему явно не по зубам. Он решил, что она допьёт шампанское и уйдёт, но она имела на этот счёт другое мнение и смотрела прямо на него взглядом, который он никак не мог понять. — Вы что-то хотели спросить? — вежливо осведомился он. — С чего вы так решили? — она поиграла прядкой волос, накручивая её на палец, и чуть закусила нижнюю губу. Губы у неё были восхитительно полные и чувственные, и у Круспе чуть сильнее забилось сердце. А может, он ошибся, и девушка всё же проститутка, которая пытается сейчас соблазнить его. Хотя что тут пытаться: с её внешностью достаточно просто поманить пальцем. — Вы так смотрите на меня, — он пожал плечами. — Как именно я смотрю? — она чуть подалась вперед, и он заметил, что на шее у неё висит камень ещё большей красоты, чем тот, что сверкал на безымянном пальце. — Словно я вам понравился, — сказал он и улыбнулся. Она рассмеялась чистым звонким смехом, закинув голову чуть назад, и все мужчины в зале повернули к ним головы. Рихард ощутил досаду, его задело, что его предположение вызвало у неё такую реакцию. — Герр Круспе, — сказала девушка, когда перестала смеяться, — вы такой самонадеянный, что и правда мне нравитесь. Но не в том смысле, в котором вы подумали в начале. И всё же она узнала его, видимо, потому так и смотрела. Что же. Ничего удивительного. Rammstein — популярная группа, и у них было много поклонников среди богатых людей. — Ну, что же, — он поставил полупустой стакан на стойку и поднялся. — Я рад, что доставил вам удовольствие своей компанией, пускай и недолгое, но это всё же лучше, чем ничего. Хорошего вечера. — Куда вы собрались? Это невежливо бросать девушку одну. Мы же с вами так и не поговорили, — она перестала улыбаться, и в её чертах проступила надменная холодность, даже жестокость, и Круспе сделалось не по себе. — Не думаю, что у нас с вами есть общие темы для разговоров, потому прошу меня извинить, — обычно Рихард не изъяснялся столь высокопарными фразами, но близость этой женщины словно добавила ему ораторского мастерства. — А как же наш общий друг? — она хищно улыбнулась. — О ком это вы? — он непонимающе смотрел в её зеленые глаза. — Герр Линдеманн, — сказала она, не отводя взгляда. — Он звонил мне сегодня и рассказал много интересного о вашем утреннем приключении. О том, что злые дяди в татуировках напугали вас до полусмерти, и вы теперь хотите совершить невероятную глупость, а именно очернить имя всеми любимого Гордона. Круспе вздрогнул от неожиданности. Он ожидал чего угодно, но только не этого. Тилль сказал, что должен позвонить кому-то, но он вовсе не думал, что его друг расскажет постороннему человеку все подробности унизительного похищения, которое пришлось пережить Рихарду. Это была тайна, которую он собирался унести с собой в могилу, а вместо этого он вынужден выслушивать насмешки какой-то богатой красотки. Это было слишком. Круспе бросил на женщину уничижительный взгляд, развернулся и направился к выходу. Но красивого ухода не получилось, Рихард был слишком пьян, его повело в сторону, и он чуть не упал на крайний столик. — Сядьте за столик, — услышал он над ухом. — Я закажу вам чашку крепкого кофе, и мы поговорим. Берта стояла в шаге от него и смотрела с явным презрением. Он был слишком слаб, чтобы спорить. Слишком пьян и унижен. Потому сел за ближайший столик и подпёр руками подбородок. В конце концов, если эта женщина — знакомая Тилля, то она сможет заказать ему такси и даже одолжить денег, если понадобится. Сам он, судя по всему, до дома не дойдёт. Берта вернулась через минуту с двумя чашками и поставила перед ним ту, что побольше. Из чашки поднимался восхитительный аромат, и Круспе с шумом втянул носом воздух, наслаждаясь терпким запахом свежезаваренного кофе. Рихард сделал небольшой глоток. Кофе был горячий, и он обжёг кончик языка и с досадой отставил чашку. Берта смотрела на него с прежним высокомерием и улыбалась кончиками губ. К своему кофе она даже не притронулась. Его мысли путались, и он никак не мог сформулировать крутившийся в голове вопрос, потому отвёл взгляд и стал с деланным вниманием разглядывать фото на стенах. — Я представляла вас совсем другим, — произнесла Берта задумчиво, и Рихард снова взглянул на неё, но промолчал, и тогда она продолжила. — Мне казалось в вас больше лоска, неужели, жизнь богача в Америке не оставляет никаких следов? Рихард всё ещё молчал. Он не собирался играть в её игру и ждал удобного момента, чтобы задать свой вопрос, который наконец смог сформулировать, несмотря на хмель в голове. — Вы язык проглотили? — спросила она через мгновение с лёгким раздражением. — Нет, — он пожал плечами и снова попробовал выпить кофе, на этот раз предусмотрительно подув на него. — Ладно, раз вы такой неразговорчивый, то начну я, — она переплела ладони и со вкусом потянулась. — У меня не так много времени, и я постараюсь перейти сразу к делу. Вы ни в коем случае не должны публиковать любые сведения, которые могут навредить герру Бауму. Это ясно? — Допустим, — Рихард сделал большой глоток, поставил чашку и откинулся на спинку. От выпитого виски в крови горел огонь, и хотелось приключений, но он силой воли старался успокоить его и вести себя трезво и разумно. — Хорошо, что вы поняли. Теперь второй вопрос. Ваши новые друзья. Как я понимаю, вас беспокоят их угрозы? — Вы сейчас о ком? — он подпёр кулаком подбородок. — Боже, да протрезвейте вы уже! — воскликнула она. — Мне кажется, вы ни слова не поняли из нашей беседы. Это всё очень важно, и вам следует запомнить всё, что я говорю, и главное уяснить, что потом следует и не следует делать. Я… — Берта, — он произнес её имя медленно, с раскатистым «р», и она удивлённо посмотрела на него и умолкла. — А кто вы собственно такая? И почему я должен слушать вас? — Это так важно? — она чуть скривила губы. — Я знакомая Тилля, и этого достаточно. — Разве?! — он поднял брови. — А как вы познакомились? — Герр Круспе, — она нетерпеливо махнула в воздухе ладонью, — вы отвлекаетесь. Я начала говорить о том, что вам не стоит бояться пустых угроз тех националистов, что похитили вас. — Вы меня защитите? — он рассмеялся. — Да вы вообще их видели? Вон, смотрите в углу два амбала сидят, так вот, они выглядят намного дружелюбнее, чем мои недавние похитители. Женщина обернулась и стала не скрываясь разглядывать татуированных качков в углу. Те сразу же заметили это и заулыбались, а потом тот, что был чуть поменьше, помахал ей рукой, но Берта равнодушно отвернулась и продолжила разговор как ни в чём не бывало. — У всех, даже у самых зубастых хищников на этой планете есть слабые места, герр Круспе, — небрежно бросила она и, взяв чашку, отпила глоток. Рихард ждал продолжения, но Берта, похоже, не собиралась ничего объяснять, и тогда он спросил: — И у вас? — И у меня, — она чуть кивнула головой, и прядка волос упала на её лицо; она небрежно отбросила её привычным жестом. — Но только вот вам о них никогда не узнать. Потому давайте не будем тратить напрасно моё и ваше время и договоримся: вы не станете публиковать компромат на Баума, а я решу вашу маленькую проблему. Ну, и разумеется, этого разговора никогда не было. — А если я откажусь, — Рихард чуть сощурился и, наклонив голову, разглядывал её лицо, размышляя о том, настоящие ли у неё губы или это результат работы хорошего пластического хирурга. — Тогда вас постигнет участь вашей незадачливой подруги, которая совершила ошибку и выбрала не ту сторону. — Вы мне что, угрожаете? — Рихард отвёл взгляд от её губ и взглянул прямо в глаза. — Да вы знаете, кто я такой? Только произнеся последние слова, Круспе понял, как глупо они прозвучали. Разумеется, она знала, а вот он понятия не имел с кем имеет дело и чего стоят её угрозы. Берта не ответила, а лишь усмехнулась. — Что касается тех агрессивных парней, с которыми вы имели несчастье познакомиться в столь неприятных обстоятельствах, — она допила кофе и поставила на стол пустую чашку, — повторяю, о них не беспокойтесь, в ближайшее время эту проблему мы устраним. — Мы? Вы кто вообще такая? Агент разведки? — Круспе начал сердиться, высокомерие и насмешливый взгляд его новой знакомой задевали самолюбие, — как вы вообще узнали, что я тут? Это вы за мной следили? — Мы наблюдали за вами и хотели поговорить, но вы так стремительно убежали, что пришлось использовать Фейсбук, — объяснила она и кивнула в сторону бармена. — Этот парень полчаса назад выложил фото с вами и указал место. — Кто вы такие? — Рихард наконец начал трезветь. — И почему вам так важна репутация друга Олли? — Слишком много вопросов, герр Круспе, а у меня слишком мало времени, — она поднялась и собралась уходить, но тут прямо перед ней нарисовался тот парень в татуировках, что пару минут назад махал рукой. — Фрау, разрешите представиться. Меня зовут Герхард Фон Траум, и я был бы счастлив угостить вас бокалом… — он чуть запнулся и посмотрел на столик, где стояли две чашки кофе, а потом продолжил, — того, что вы предпочитаете сами. Круспе опешил от удивления. Этот здоровый бородатый амбал, одетый в вытертые джинсы и несвежую майку, говорил так, словно пришёл на высокосветский приём во фраке и с розой в петлице. Похоже, близость этой женщины превращала даже самых отъявленных головорезов в джентельменов, изъясняющихся высоким слогом. Берта мгновение смотрела на мужчину с холодным презрением во взгляде, а потом сделала шаг в сторону и направилась прочь, даже не удостоив его ответом. — Эй, стерва, ты куда это пошла? — джентльмен из герра Фон Траума оказался никудышный. — Я, между прочим, с тобой говорил! А ну стой! Он попытался остановить её, бросившись следом, но Рихард, сам не понимая зачем это делает, вскочил и преградил ему путь. — Оставь женщину в покое, придурок! — сказал он. — Да пошёл ты, мужик! Ты вообще ей кто? Муж что ли? — Фон Траум угрожающе наклонился к Рихарду, обдав запахом пива и табака. — Кем бы я ни был, но ты не смеешь так разговаривать с дамой, — Рихард ощущал ярость. Весь день он только и делал, что убегал и дрожал от страха, а сейчас, под действием алкоголя, в нём проснулся настоящий безрассудный смельчак, который требовал отмщения. — А не пойти бы тебе нахер, парень! — Фон Траум легонько ткнул его в грудь рукой. — А то я тебя голову-то откручу быстро. — Эй, а ну прекратите, иначе я вызову полицию! — громкий оклик бармена заставил Фон Траума отвернуться от Круспе. — У нас тут не боксёрский ринг, и я не позволю в моём баре устраивать дебош! — Ладно, всё, он успокоился, — друг Фон Траума подошёл к ним. — Не нужно полицию. Фон Траум посмотрел на друга, потом перевёл сердитый взгляд на Рихарда, тяжело вздохнул и, отвернувшись, пошёл прочь. И вдруг обернулся и показал Круспе средний палец. Рихард мгновение медлил, а потом схватил стул, на котором только что сидела Берта, и со всей силы обрушил его на голову Герхарда Фон Траума. Тот покачнулся и рухнул на пол. — Пресвятая Дева Мария, что же вы делаете, Рихард? — закричал бармен. Второй парень, увидев, что произошло, бросился на Круспе с кулаками. Люди, сидевшие за столиками, повыскакивали с мест. Завизжала какая-то девушка. Тощий студент в очках, чем-то напоминающий Флаке в молодости, вынул камеру и стал снимать. Рихард отскочил в сторону как раз в тот момент, когда друг поверженного Фон Траума попытался хуком справа сломать ему нос, и в этот момент увидел, как в бар входит Тилль. Он на мгновение зазевался и тут же получил удар в бок, не сильный, но всё же довольно ощутимый. Застонав, он снова отскочил в сторону, прячась за столиками и надеясь, что это хоть ненадолго задержит нападавшего. Краем глаза он заметил, что Фон Траум очнулся и пытается подняться. Тилль прямиком направился к Рихарду, по дороге вынимая мобильник. — Да я урою тебя, говнюк! — это был Фон Траум, он поднялся на ноги и смотрел на Рихарда. — Отрежу тебе яйца! Он полез в карман и вытащил складной нож, а потом, не отрывая взгляда от Рихарда, выкинул лезвие. Оно зловеще сверкнуло в свете потолочных ламп. Круспе ощутил холодок, пробежавший по спине. Ещё не хватало получить нож в живот из-за какой-то высокомерной красотки. Но в этот момент Тилль подошёл совсем близко и одним режущим ударом ладони, сзади по шее, снова вырубил незадачливого бандита. Нож со звоном упал на пол. А когда его друг, увидев это, попытался напасть теперь на Тилля, вокалист угрожающе выступил вперёд, и бородач, оценив противника взглядом, отступил. — Пошли, — Тилль подошёл к Круспе и, схватив того за рукав, потащил ко входу. — Надо уходить, сейчас тут будет полиция, а нам не нужны проблемы. — Выход в другой стороне, — опомнился Рихард и махнул рукой в сторону дверей. Только тут он понял, что Берта, ставшая причиной конфликта, куда-то пропала, словно всё это не имело к ней никакого отношения. Тилль вдруг замер на месте, заметив парня с камерой. — Эй, ты, удалил быстро запись, а то я тебе мобильник в жопу засуну, — сказал он угрожающе. — Ну уж нет, это же сенсация! — отказался парень. — У нас свободная страна. — Дай сюда телефон, — Тилль бросился к нему, — «папарацци» долбанный. — Но это моё, — пробовал возразить парень, но Тилль уже выдернул аппарат из его рук и со всей силы швырнул о стену. Тот от удара словно взорвался и прыснул в стороны множеством мелких осколков. Тиль мгновение смотрел на дело своих рук, а потом повернулся к Круспе и коротко приказал: — Давай на выход. Рихард не стал спорить, похоже, вокалист был сегодня не в духе и не настроен на разговоры. Он повернулся и быстрым шагом пошёл к выходу, Тилль шёл следом. Бармен, который тоже достал было мобильник, благоразумно убрал его, встретившись с Тиллем взглядом, и отвёл глаза в сторону. Рихард открыл дверь и пропустил вокалиста вперёд, а потом шёл следом по лестнице, ведущей наружу, стараясь не споткнуться и не упасть. Наверху Тилль рывком открыл дверь, и Круспе прибавил шагу, боясь, что если не успеет, то дверь снова захлопнется, и он останется в этом странном баре до скончания веков. Но этого не случилось. Вскоре они с Тиллем, стараясь держаться тёмной стороны улицы, убегали прочь, а сирены полицейских позади словно звучали им аккомпанементом.
