Like A Hurricane

Когда речь идёт об открытом выражении эмоций, Криштиану не всегда знает, как поступить лучше. Ему потребовалось немало времени, чтобы это признать, но он обычно не ведёт себя приемлемо для остальных, и не всегда понимает чувства других. Он ненавидел этот своеобразный недостаток, но со временем примирился с ним. Или он думал, что примирился. После того, как он перестал жалеть себя из-за этого, он решил, что лучше пусть его будут любить таким, какой он есть, даже если он не может легко проявить свои чувства в нужное время. Хотя это тоже не совсем корень проблемы. У него нет сложностей с тем, чтобы показать свою привязанность, он целовал и обнимал Хамеса с того самого момента, как научился это делать. Он не против обнимать Серхио за плечи, и он совершенно не против, когда Икер перед матчами шлёпает его по заднице. Ему нравится, когда Фабио ерошит ему волосы, и он всё ещё позволяет своей маме целовать себя прилюдно. У него нет проблемы с выражением этих чувств, потому что они взаимны. Хамес, может, и не считает его таким же очаровательным, как он его, но он знает, что он для Хамеса кто-то вроде идола. Когда он обнимает Серхио со спины, он знает, что Серхио не возражает. И, что ж, его мама обожает его. Он не знает, как вести себя с Лео. Всё ещё. Да, Лео видел его член, его задницу, а он — нет. Но дело не совсем в этом. Они говорили не переставая больше двух недель и ждали этой встречи, они постоянно флиртовали, но он не знает Лео на самом деле и ему слишком страшно это проебать. Тот факт, что Лео засыпает, не сильно улучшает ситуацию. Перебранка Серхио и Неймара забавна, но он не может смеяться над ней и наслаждаться этим так, как он смог бы в обычный день. Потому что Лео что-то быстро печатает в телефоне и не обращает на них никакого внимания. Последующий диалог немного улучшает его настроение, доказывая, что вообще-то Лео тоже думает о нём. Он знает, что должен быть более открытым, потому что даже если Лео старается этого не показывать, Криштиану знает, что его ссора с отцом выбивает его из колеи и присутствует в его мыслях всё это время. Он устремляет всё своё внимание на дорогу, когда убеждается, что Лео не против пообедать вместе. Не то что бы у него были какие-то сомнения, но он всё ещё держится настороженно, даже после всех шуток и подколов. Он встаёт перед рестораном на последнем парковочном месте и зарабатывает недовольный взгляд старика в другой машине, который явно пытался сам сюда встать. Серхио машет ему и подмигивает, Криштиану замечает, что мужчина уже всерьёз разозлён и легко ударяет Серхио по руке. — Если он что-то сделает с моей машиной, пока мы здесь, ты будешь мне её возмещать чем-нибудь охуенно дорогим, — бурчит он. — Ты предупреждён. — Всё ради денег, — тихо говорит Лео с бесстрастным лицом без намёка на улыбку. Криштиану думает, что он всерьёз, хотя он слышал этот тон не раз по телефону. Но это другое. Он выдыхает, когда понимает, что Лео просто шутит. — Я тебя умоляю. Я могу найти кого-нибудь побогаче за день, всё, что потребуется от меня — взмахнуть ресницами и повертеть задницей. Уголок губ Лео дёргается, но этого достаточно, чтобы Криштиану расслабился. — Не могу себе представить, как этому можно противостоять. — Кому об этом знать лучше всех, как не тебе? Лео замирает на секунду и отводит взгляд, а его бледная кожа краснеет. Он чуть дрожащими руками открывает дверь, любой ценой уходя от ответа. Неймар ухмыляется, а Кришу кажется, что он слышит, как Лео шипит ему «заткнись». Он ждёт, пока Лео подтянется, и Серхио с Неймаром идут впереди. С каждым отстающим шагом Лео их голоса становятся всё менее и менее слышными. — Ну же, Лео, — торопит Криштиану, он широко улыбается и протягивает ему руку, Лео чувствует, что он тоже нервничает, поэтому он проглатывает комок в горле и касается его руки. Если Лео считал, что это будет самый неловкий момент его жизни, то он ошибается, потому что контакт кожи с кожей приятный, успокаивающий, а вокруг никто не обращает на них внимания. — Я обещал, что ты останешься в моей комнате, — Криштиану улыбается своей фирменной широкой улыбкой. — Я не смогу посмотреть твоей матери в лицо, — закатывает глаза Лео. — Она постелит тебе матрас на полу, она не знает, что ты будешь спать рядышком со мной, если вдруг мне станет холодно ночью, — отмахивается от него свободной рукой Криштиану и входит в ресторан, где его сразу приветствует пожилой мужчина за стойкой. — Вот уж нихуя, — хмыкает Лео, толкая его плечом, — я буду держаться от твоей постели как можно дальше. Я боюсь представить, сколько чужих задниц там побывало. — Почему твоя самая долгая речь именно о том, что у меня грязная постель? — Я ничего не говорил о грязи. Я не стал бы оскорблять так твою мать, потому что, я уверен, именно она стирает твои простыни. — Он ревнует, — вклинивается Неймар, за что получает удар по уху от Лео, поворачивается к Криштиану и лениво продолжает, — он не был таким ёбаным дикарём, пока не встретил тебя. — Я меняю жизни, — пожимает плечами Криштиану. — А у тебя и правда кинк на заносчивых, — замечает Неймар, и Криштиану приподнимает брови. — Твой друг только что сравнил меня с Кретином? Серхио и Неймар явно теряются на этом замечании, но Лео просто похлопывает Криша по руке. — Ты переживёшь. К тому же он и правда мне нравился. — Я не хочу, чтобы меня сравнивали с ним! — О, он должен встретиться с Вильей, — делает вид, что тихо шепчет Неймар. Криштиану пристально смотрит на него, но ничего не говорит и не выглядит особо заинтересованным, когда делает селфи с Серхио. Ланч проходит, мягко говоря, в хаосе. Когда собираются четверо человек, которые могут сказать много дерьма в адрес друг друга, столкновения не избежать, и Криштиану удивляется, когда понимает, что все в принципе целы. — Я не верю, что все живы, — бормочет Лео, когда они идут на выход. — Я думал о том же, — улыбается Криштиану. Он кидает взгляд на телефон и нервно дёргается, когда видит три пропущенных от мамы. Перезванивает, барабаня по рулю. — Да, мам? — спрашивает он, когда трубку на том конце провода поднимает, и даже Лео чуть кривится, слыша рассерженный голос его матери, хотя он адресован не ему. — Она волновалась, — облегчённо вздыхает Криштиану. — Хочет, чтобы мы вернулись домой к ужину, сейчас у неё, видимо, какие-то дела. — Окей, — кивает Лео, потому что, честно говоря, у него нет ни единой причины возражать против чего угодно, что предложит ему Криштиану. Или нет. — Тогда мы едем на Бернабеу, — говорит Криш, заводя машину, прежде чем Лео успевает сказать хоть слово. — Ты думаешь, что я стану мадридистой? — Я тебя умоляю, — ржёт он, — быть мадридистом — это стиль жизни, тебе надо привыкнуть быть лучшим. Поэтому я просто показываю тебе, насколько Реал круче Барселоны. — Ты приводишь врага в свои ряды, предупреждаю. — Вот и нет. К тому же, кто ещё будет носиться за мной, если я всё потеряю и потолстею? — Я уверен, что Дэвида достаточно. — Эй, — возражает Криштиану. — Не упоминай имя дьявола всуе. Лео трясётся от смеха, настолько ему нравится смотреть, как Криштиану реагирует на простое имя. — Я думаю только о тебе, Криштиану. Криштиану довольно улыбается и через секунду с подозрением прищуривается. — Я чую подвох. — А его нет, — качает головой Лео, невинно улыбаясь. — Я не поведусь на это. Мы всё равно поедем в святое место. — Не так уж ты и ослеплён любовью, — говорит Лео и почти давится собственными словами. Он только что сказал «любовью»? Он мечтает, чтобы земля под ним разверзлась и поглотила его с концами. Он кашляет и смотрит куда угодно, лишь бы не на Криштиану — можно подумать, уличные фонари так сильно отличаются от барселонских. Криштиану не комментирует его слова, но они всё ещё словно остались в воздухе, а Лео всё ещё мечтает о телепорте в другую вселенную, но этого не происходит, и он просто глубоко дышит, чтобы в его мозг поступило хоть немного кислорода. Наверное, в этом дело. Ему нужен кислород. Если его было бы достаточно, он бы не сказал то, что сказал, он пытается открыть окно, но оно заблокировано, и ему всё ещё не хватает смелости посмотреть на Криштиану, так что он откидывается на спинку сиденья, напряжённый, как струна. Криштиану открывает окно, и машину наполняет тёплый воздух, а с ним — крики детей, выходящих из школы неподалёку. — Я ходил туда, — нарушает тишину Криштиану, и Лео поворачивает голову на источник шума. — Не могу себе представить тебя таким маленьким. Когда Криштиану усмехается и открывает рот, Лео тут же шутливо стучит его по плечу. — Ни слова о моём росте. Криштиану паркуется, и Лео озирается в поисках стадиона, но безуспешно. Он всё ещё оглядывается по сторонам, как дурак, когда Криштиану стучит по стеклу, чтобы привлечь его внимание. — Не хочешь выйти? — Уже, — отшучивается Лео. — У нас нет времени на такие потрясающие шутки, — подталкивает его Криштиану. — Соберись, Лео. — Это не моя вина, что ты не можешь насладиться подколом. — Это даже не подкол! — У тебя совершенно нет вкуса, — притворно-расстроенно качает головой Лео. — Где стадион? — Я шутил. Я не собираюсь хвастаться перед тобой нашим превосходством. Я подумал, может, просто погуляем, — говорит он и берёт Лео за руку. Они привлекают больше внимания в этот раз, потому что Криштиану громкий, а Лео ещё громче смеётся над его глупыми шутками. Иногда Криштиану резко поворачивает, не обращая внимания на то, что Лео заносит, пользуясь тем, что в такие моменты он может прижать его к себе ближе, и наконец он удобно устраивается почти под его рукой. — Ты знаешь, как вернуться к твоей машине? — спрашивает Лео, потому что для него каждый угол выглядит одинаково, но Криштиану выглядит уверенным в себе. Это его не убеждает, потому что Криштиану выглядит так всегда. — Я знаю этот город как свои пять пальцев, — говорит он, резко сворачивая, когда Лео снова этого не ждёт — и вот он обнаруживает, что упирается спиной в машину Криштиану. Лео недоверчиво смеётся, и Криштиану улыбается его реакции, касаясь его лица, касаясь тёплыми губами скул. — Тебе нужно смеяться каждую секунду, — шепчет он, когда Лео обнимает его за талию и прижимает к себе ещё ближе. Он не может не усмехнуться и получает за это ещё один поцелуй совсем рядом с губами, и внезапно Лео обнаруживает, что это совсем не смешно, потому что сердце начинает колотиться так, как не умело никогда. Криштиану чуть прикусывает его нижнюю губу, заставляя Лео болезненно вцепиться в него пальцами, но он даже не замечает этого. Он ждал этой неуверенности, но Господи, все те разы, когда он представлял себе поцелуй с Лео, он и не предполагал, что ослепнет и оглохнет ко всему происходящему. Ко всему, кроме тела, так близкого к нему. Его пальцы путаются в волосах Лео, и он целует его сильнее, Лео чуть приоткрывает губы, и он чувствует его, пытаясь запомнить каждое ощущение, чтобы оно всегда было с ним, что бы не случилось. А потом чья-то рука трясёт его за плечо, и Криштиану игнорирует его, чтобы урвать ещё несколько секунд поцелуя, но рука настойчива. Он неохотно отрывается от Лео, чтобы сообщить неизвестному о том, чтобы он шёл нахуй заниматься своей жизнью, разворачивается — и замирает на месте, понимая, что перед ним его мать. — Мама, — выдавливает он, а потом начинает смеяться, словно маньяк, потому что он готов поспорить на собственную жизнь, что Лео предпочёл бы смерть прямо здесь и сейчас, особенно учитывая то, что прямо сейчас его трясёт словно лист. — Мама, — пытается он ещё раз, когда первая волна шока сходит. — Это Лео. — Я вижу, милый, — серьёзно говорит она, отталкивая сына, чтобы поцеловать Лео, который выглядит слишком парализованным, чтобы быть в ужасе, в обе щеки. — Добро пожаловать в Мадрид, Лео. Я рада, что нашла вас, не думаю, что вынесла бы метро. Криштиану открывает переднюю дверь для Лео, изо всех сил прикусывая губу, чтобы не засмеяться в голос над сдавленным стоном. Его мать не жалеет слов и сразу переходит к сути. — Ты никогда не говорил мне, что Лео твой парень! — восклицает она, пока Лео продолжает издавать полузадушенные звуки. — Мама, мы не хотим вешать ярлыки, — смеётся Криштиану. — Дай Лео выдохнуть, иначе мы будем виноваты в его смерти от сердечного приступа, а он уже выглядит так себе. — Если он умрёт от сердечного приступа, — хмыкает она, — то исключительно от удовольствия. Вы устроили ту ещё сцену. Лео прячет красное лицо в ладонях, пытаясь исчезнуть в сиденье и не обращать внимания на Криштиану. — О, Лео, милый, не стоит. Ты не представляешь, как я счастлива, что Криштиану решил остепениться с таким, как ты, — хитро говорит она, и Криштиану протестующе взмахивает рукой на её драматичных словах. — Тебе стоит послушать, как он говорит о тебе. Могу сказать разве что, что я ваш самый преданный шиппер, — добавляет она, касаясь его плеча. Это стряхивает с Лео стыд, и он оборачивается с круглыми глазами. — Вы нас шипперите? — Естественно, — поднимает она руки. — Вы мой ОТП, и я не верю, что мой собственный сын не рассказал мне о нём. Криштиану стонет, в очередной раз укоряя себя за то, что познакомил свою мать с Тамблером. Он это заслужил. Но он не уверен, что заслужил любовь этого мальчика рядом с ним. Может быть, ему просто стоит убедиться, что в будущем он это сделает. И это, блять, точно того стоит.