Трудности воспитания эльфят

      Звёзды скрывались за широкой листвой деревьев. Холодный ветер сковывал собой каждую мышцу, каждую жилку. Звери давно попрятались по своим норам, чтобы не терять тепло, а вылезли на охоту только самые ярые хищники. Среди ночной кипящей жизни слышались быстрые и не совсем ровные шаги, а вместе с ними и сбитое дыхание. Ветки противно трещали, когда на них наступали, камни отскакивали в стороны…       Билл тяжелым грузом упал рядом с раскидистым деревом, но земля под ним растрескалась, а сам он провалился в глубокую нору под иссохшими корнями древнего дуба. Он тяжело дышал даже не от постоянного бега, а от невыносимой боли, преследовавшей его всё то долгое время, что он старался уйти от погони. Зрение притупилось от усталости и измотанности, но дроу смог заметить на поверхности нужные травы, которые он мог прижать к обожжённой коже на щиколотках, только вот руки его были всё так же безвозвратно сломаны и выступали скорее помехами, чем помощниками. На уголках глаз выступили горячие слёзы, стоило только попробовать согнуть пальцы на руках и попытаться вырвать травы. Стиснув зубы и сдерживая стоны боли, Сайфер прикладывал богатые соком растения к следам от плавленного металла.       Всего пару минут спустя по лесной тропинке постучали новые шаги, из-за чего Билл задержал дыхание. Погоня явно не собиралась оставлять его в покое. Ноги болели не только из-за того, что были обожжены до мяса, но и из-за веток и камней, что не собирались щадить голых ног быстро бегущего дроу. Блондин прижался к стенке из земли, обнял себя, спрятав сломанные руки от холода, а после зажмурился и спрятал нос в плече. Ему явно нужен был какой-никакой отдых. Недосып и голод отнимали сил не меньше, чем напряжённые мышцы. Сайфер и сам не заметил, как мир перед ним померк вместе с лунным светом, проникающим в неожиданное убежище.

***

— Я его чувствую, — не унимался Диппер, постоянно теребя собственную чёлку. — Боги, дайте мне больше мощи, чтобы я смог переместиться к нему!       Арнольд смотрел на него с сочувствием и сожалением. Из-за прошлого ранения шатен растерял большую часть накопленной энергии, поэтому перемещение вдвоем к Сайферу представлялось проблематичным. Фурия даже не ела во время привала утром. Диппер лишь хотел поскорее переместиться к дроу, броситься ему на шею и никогда больше не отпускать, каким бы эгоистичным его желание ни было. Криптос положил ладонь на колено юноши, провёл по нему кончиками пальцев, а после мягко-премягко улыбнулся. — Силы точно вернутся к тебе к вечеру, малыш. Я могу отдать тебе часть своих прямо сейчас. — Амфибия склонила голову набок, прикрыла веки. Всё же, успокаивать у него получалось очень даже хорошо. Он жалел, что не мог и сам открыть портал к одному желтоглазому идиоту и оторвать ему уши за глупость и самонадеянность. — Нельзя разбрасываться твоей магией направо и налево. Кто будет нас всех защищать при плохом повороте событий? — прищурился шатен. — Ты ведь сам меня всё это время учил думать наперед. Лучше будет подождать до вечера, верно? — Верно, — ответил ему Криптос. Чем дальше они шли, тем меньше энергии нужно было тратить на перемещение в пространстве, поэтому и тут время терять нельзя было. Амфибия положила ладонь на щёку фурии, обвела милые веснушки и после заправила кудряшки за острое ушко. — Ты быстро учишься. Я горжусь тобой, Мейсон.       Диппер улыбнулся в ответ и потёрся о теплую ладонь. За то время, что они провели вместе, их души стали слишком близки. Временами оба удивлялись найденному в итоге общему языку, но… Их поцелуи стали дольше и чувственнее, объятия крепче и теплее, а взгляды ярче и влюблённее. Так или иначе, а миловаться дальше нельзя было, поэтому привал вскоре окончился, пальцы сплелись покрепче и стал слышен новый треск разламывающихся под сапогами веточек. Приходилось лишь прислушиваться к другому шуму и почаще оглядываться по сторонам, чтобы больше не было охотников за дроу…

***

      Билл открыл глаза тогда, когда солнце садилось за лесными кронами. С лица он сдул паутину с небольшим, но неприятным пауком… Боль была первой, кто встретил его новым днем. Болело абсолютно всё, включая голову и спину — сон в неудобном положении приносил свои плоды. Сайфер шмыгнул заложенным носом — холод тоже не был его союзником. Он просто не мог найти в себе воли подняться на ноги и идти дальше хоть куда-то, где можно было спастись и наложить мази и отвары на раны и переломы. Запястья опухли и стали гораздо темнее от скопившейся в них крови, а к ногам так и норовили пристать муравьи да разнообразные мухи, слетающиеся на запах гари. Дроу смотрел на свет, проникающий сквозь дыру в камнях, кусал собственные губы. Его ресницы даже и не думали дрожать, оставаясь практически статичными. Зрачки в тусклых жёлтых глазах были суженными от лучей садящегося солнца. Белые пряди спутанными клочками лежали на его плечах и падали на измученное лицо, измазанное грязью и чужой кровью. Он и не думал, что умрёт вот так: в какой-то норе из-за собственной глупости. Забраться по сырой земле назад в его положении было просто невозможно. — Когда ночь… Вновь придет… Поглотит всё тьмой… И луна — только свет, что видим мы… — тихо пел он, смотря на тени, что отбрасывали травинки в природную нору. Шуршание рядом становилось всё сильнее и сильнее, но Биллу было уже всё равно, даже если шаги принадлежали другим дроу. — Не хочу я трястись… Страху здесь не быть… Просто будь ты со мной, так долго, как можешь ты…* — И то небо, что видно нам всем, должно раскрошиться и упасть наземь, или горы поглотят моря… — слышался чарующий голос будто откуда-то извне. Свет солнца стал ярче, чтобы мгновением спустя смениться тенью. — Не хочу я рыдать… Слёзы лить не хочу… — Веки Билла прикрылись окончательно, смачивая белые ресницы солёными каплями. — Просто будь ты со мной, рядом просто будь… — Тепло коснулось его щёк, стирая грязь и засохшую кровь. Головная боль прекратилась, а пересохшие губы слегка приоткрылись…

***

      Диппер осторожно прижимал дроу к себе и гладил его щёки, пока Арнольд залечивал раны и с особой осторожностью колдовал над руками, вправляя косточки. Нора с подачи шатена стала чуть глубже, просторнее и уютнее — он выжимал из себя последние крупицы магии, чтобы сделать всё как можно лучше и уютнее. Вход он перекрыл корнями других деревьев, так что найти их не должны были даже ищейки темных эльфов. Всё это перемещение явно плохо на нём сказывалось, но он не унывал и лишь улыбался, ведь поиски наконец завершились. Если бы Билл не решил спеть перед тем, как потерять сознание, фурия и амфибия явно искали бы его немногим дольше. — С ним всё будет хорошо? — прошептал шатен, переведя взгляд на Криптоса. — Да. Нужно будет привести его в чувства и попробовать напоить и накормить. Он явно голоден и очень хочет пить. — Арнольд провёл кончиками пальцев по залеченным щиколоткам, положил ладонь на бедро Сайфера. — Ты молодец. Но тебе тоже нужно поспать. Синяки под твоими глазами прямо кричат мне, что ты скоро упадешь и заснешь. — Амфибия склонилась к юноше, чмокнула его в щёку. — Отдыхай, малыш. Я за всем тут присмотрю. — Спасибо тебе, — выдохнул Диппер горячий воздух из лёгких. — Если всё будет стабильно, ложись с нами. Ты тоже много энергии потратил на лечение.       Арнольд кивнул ему в ответ, но всё же решил продолжить сидеть и дальше трудиться над Биллом, чтобы все капилляры в его руках сплетались правильно. Фурия свернулась вокруг дроу калачиком, что не могло не умилить Криптоса. Спали волшебные создания на весьма теплых и мягких мешках, а укрывались пледом, в который всё это время заматывался Диппер. Амфибия рассматривала их обоих влюблёнными глазами, а иногда не сдерживалась и принималась аккуратно гладить их обоих по волосам. Всё же, Арнольд хотел защитить их, поэтому всю ночь слушал шумы над головами и в кустах и честно держал какой-никакой караул, пока его главные сокровища дремали…