Волчонок из тумана

-…Пойдем вместе! Ха-ха-ха, будет весело. Такеши узнал, что я хочу сходить к храму. Такеши решил меня сопроводить. Я узнала, что этот парень бывает до абсурда позитивен. И не стала отказываться.  — Давай. Тогда завтра в одиннадцать встречаемся здесь. Неделя прошла незаметно и очень быстро. У нового приятеля теперь каникулы и он свободен, как птица на подработке. То есть до и после помощи отцу в кафе, которое наша волчья парочка облюбовала. Мы с папой окончательно устроились на новом месте и успели даже завести пару знакомств. Соседи попались тихие и в большинстве своем неконфликтные. Слишком говорливая скандальная бабенка не выдержала тяжелого взгляда и почти бегом смылась обратно на свой участок. Отец будто ненароком оставил храниться на чердаке несколько пледов и подушек. Да так удачно, что их спокойно можно достать с крыши. Надеюсь, традиция по возможности вместе наблюдать за небом у нас приживется. Необитаемая стерильность дома постепенно сменяется на запах выпечки, кофе, ванили, полыни, чернил, корицы, красок и леса. От представителей нашей семьи всегда пахнет лесом. Мама часто смеялась на эту тему — говорила, что в большом городе мы единственный источник этого запаха. Ей нравилось. Она зарывалась носом в макушку мне или отцу и нежно пропускала пряди между пальцев. Мы же тихонько млели, не смея шевельнуться. Я сама видела, в какой блаженный ступор впадал отец, стоило маленькой женской ручке ласково провести по жесткому ежику волос. От воспоминаний радостно и больно сжимается сердце. Каждое — сокровище с острыми гранями. Я все больше и больше переживаю насчет своего назначения в качестве преподавателя. В способностях не сомневаюсь — что-что, а нарисовать что-то или склеить макет для меня не проблема. Теоретическую базу при необходимости тоже наскребу. Как новенькую соплю примет коллектив? Взрослые опытные учителя, ученики — по большей части мои ровесники или старше. Хочется залезть под кровать и завыть, чтобы никто не трогал. Нежно-розовая надежда тает, как сахарная вата в чае…  — Привет, Оками-чан! — от мыслей отвлек голос Такеши. Я только подошла, не успела даже оглядеться. Обращение снова царапнуло слух, но это всяко лучше, чем «Ворукова-сан». Как вспомню, так вздрогну.  — Здравствуй, Ямамото-кун. Парень весело улыбнулся и закинул руки за голову. До храма долго идти. Почти через пол города и потом по офигенно длинной лестнице на гору. Благо я не одна, а то добиралась бы раза в три дольше. Но оно того стоит. Вид раскинувшегося под ногами ландшафта очаровывает. Камера в руках тихо щелкнула. Недостаточно. Хочу запечатлеть этот момент еще. — Ямамото-кун, может сделаем небольшой привал? Мне немного стыдно перед ним, но здесь действительно красиво. — Без проблем. Хе-хе… Парень без всяких возражений устраивается рядом и следующие двадцать минут с интересом наблюдает за моими действиями. Планшетка и пенал с карандашами у меня всегда с собой. Пожалуй, в такой яркий день подойдет голубая бумага. Или нежно-кремовая? Нет. Лучше голубая. Теплая охра ложится ровно и густо, очерчивая силуэты улиц и крыш, белильные блики стекла и металла, фиолетово-синие тени. Не стоит смешивать цветные карандаши с графитом, это выглядит не очень хорошо. Зато мягким черным вполне можно поставить акценты и чуть подправить перспективу. При рисовании меня всегда тянет на музыку. Даже не заметила, как начала мурлыкать что-то себе под нос. Зарисовка получилась довольно удачной. Естественно, ее можно значительно улучшить и доработать, но общее настроение легкости и света запечатлеть удалось. Смею надеяться, что так думаю не только я.  — Красиво… — голос над ухом заставил чуть подпрыгнуть. Такеши склонился над плечом и смотрел на рисунок. Слишком близко. Слишком неожиданно. Видимо, Ямамото заметил мой испуг и чуть виновато улыбнулся. Ладно. Хрен с тобой. В этот раз прощаю. Через пару минут настроение было снова на высоте. Мы все еще сидели на ступеньке на пол дороги к храму и любовались погожим весенним днем. Ночью прошел дождь и стало немного прохладнее, но я предусмотрительно захватила теплую кофту, а Такеши — термос с чаем.  — Идем дальше? — Пальцы, согретые о пластиковую чашечку стали снова подмерзать. Любовь к миру выплескивалась из меня в ненавязчивом желании мурлыкать. Жаль, что в моем исполнении это легко спутать с рычанием. В голову закралась хитрая мыслишка. Ямамото все еще с искренним восхищением посматривал на мой рисунок. Глаза сощурились в улыбке.  — Это тебе. Лист А4 в моей руке протянут в сторону нового приятеля. У него такое удивленное лицо.  — Эээ… ты уверена, Оками-чан? - А ручки-то тянутся. Я захихикала.  — Считай это благодарностью за то, что привел сюда. Не обижай меня отказом, Такеши-кун.  — Э…тогда… Спасибо… Изанами-чан. Парень с улыбкой, двумя руками принял от меня рисунок. Приятно. Надеюсь, я когда-нибудь смогу назвать его другом. Храм был стар, красив и пах умиротворением. Дерево немного потемнело от времени, но крепко держалось. Строили на века.  — Люблю такие места. Здесь спокойно.  — Да… Я всегда прихожу сюда перед важными матчами или когда есть о чем подумать. — Улыбка Ямамото не такая яркая, как обычно. Почти незаметная, мягкая. Искренняя. — Старик-настоятель иногда дает хорошие советы. В детстве я думал, что он замаскированное божество. Или ёкай. Честно говоря я и сейчас так считаю. Есть в нем что-то… такое… непонятное. Он снова засмеялся и отработанным жестом закинул руки за голову.  — Это называется опытом, молодой человек. …! Меня уже второй раз за день застают врасплох! За нашими спинами оказался неопределенного возраста старичок. Среднего роста, с ровной осанкой, бритой головой и монашеской рясой. Он опирался на метлу с любопытством смотрел на нас.  — Добрый день. Я быстро поклонилась. Такеши последовал моему примеру. Старик внимательно прошелся по нам взглядом и на минуту сосредоточился на чем-то своем. Цепкие карие глаза неожиданно вцепились мне в лицо. С трудом подавила желание передернуться, позволяя незнакомому человеку столь беззастенчиво меня рассматривать.  — Ты часом не родственница Хаяши Хоши-чан? Я дернулась.  — Вы знаете мою мать? Он расплылся в теплой улыбке.  — Естественно. Она часто сюда приходила, когда была маленькой. Очаровательная девочка. Где она сейчас? Уже столько лет прошло, можно бы и навестить старика.  — Она… Не смогла закончить предложение. Собеседник, видимо, прочитал по лицу и понимающе отвел взгляд. Неловкую тишину нарушил Такеши.  — Хе-хе-хе… не знал, что у тебя есть родственники здесь, Изанами-чан. Я уже спокойно выдохнула.  — Дедушка. Иногда дядя с семьей приезжает. А теперь надо сдержаться и не захихикать. Интересно, каким будет его лицо, когда мы встретимся в школе? Сфотографировать будет слишком некрасиво с моей стороны. Но хочется. Настоятель на расспросы запел соловьем, рассказывая историю храма, его прихожан, знаменательные события и местные легенды. Видно, что он любит это место и заботится о нем. Это хорошо. Действительно хорошо. Мы просидели до самого заката. Ямамото активно включился в дискуссию, дополняя те или иные исторические факты, а то и вовсе забирая линию повествования себе. Фанат истории, самураев, и историй про самураев. Я только вопросы успевала задавать. Монах лишь посмеивался, благосклонно смотря на таких молодых нас и потягивая чай. Напоследок получили приглашение заглядывать почаще.  — Было весело… Спасибо, Такеши-кун. Мы уже почти добрались до нужной улицы. Парень настоял на том, чтобы проводить меня домой. Очень мило с его стороны.  — Ага. Мне тоже понравилось. Давно не заглядывал туда… И спасибо за рисунок. Почти забыла о нем. Стало слегка неловко. И я не буду сейчас устраивать соревнование по благодарностям.  — Не за что. Если у тебя дома есть лак для волос, лучше закрепить им. На расстоянии примерно сантиметров тридцать, тонким слоем. Сохранится лучше. От символического приглашения на чай Ямамото отказался, приговаривая, что больше в него просто не влезет. Настоятель на заварку не скупился. Про самураев мне обещали рассказать, показать и чуть ли не на ощупь дать попробовать. Если бы он не Обожал Бейсбол, - именно так, с большой буквы — пошел бы историком. Искренне увлеченные каким-то делом люди очаровывают. Или пугают. С какой стороны посмотреть. Засыпая дома в кровати, поймала себя на том, что за новую школу уже не боюсь. Будь что будет — а там посмотрим.