Босиком по пеплу

      Нельзя, ни под каким предлогом нельзя давать себе надежду на столь призрачную возможность стать свободным. Не бояться, что в любой момент за тобой может явиться отряд авроров. Не ждать угнетающего решения Визенгамота. Просто получить ещё один шанс. Нельзя надеяться… Не в моём положении, когда всё решено ещё до того, как тебе предъявили ордер на арест. Мне попросту не позволят…       Кажется, я говорил себе это еще тогда… когда соглашался на предложение Грейнджер. Сейчас я бы отдал все, чтобы и правда не иметь ни малейшей возможности выполнить ее поручение. Хотелось бы, чтобы все проблемы ограничивались лишь вопросом моей свободы. Но нет же! Такое чувство, что сама судьба играет против меня… Медленно, словно насмехаясь, заводит свой древний механизм, заставляя крутиться нужные шестерёнки событий, остановить которые мне, увы, не под силу. С мерзким скрежетом они затягивают пружину ожидания. В нужный момент та не выдержит напряжения и сорвется, стремительно раскручивая маховик, отсчитывающий жалкие мгновения до финального действа.       На все время работы нас с Гарри переселили в бывший кабинет Полли — ничем не примечательное, как и большинство в Мунго, помещение. Светлые стены, узкие окна, много искусственного света. К прочему: стеллажи вдоль стен, рабочий стол с котлом и ширма в дальнем углу, за которой скрылся небольшой потёртый диван. Все монотонно, безлико, уныло. Отлично отражает мое внутреннее состояние. За исключением никак не вписывающейся в общую картину керамической фигурки оранжевого книзла, до отвращения жизнерадостно виляющего хвостом на тумбочке рядом с диваном.       Насчет трех дней Полли оказался прав. Багровые пятна в чернильных разводах стремительно покрывали кожу, расползаясь болью по телу. Порой она становилась почти нестерпимой. Чтобы выдержать такие вспышки, не срываясь в крик, приходилось до скрипа стискивать зубы, а кулаки сжимать с такой силой, что на ладонях оставались кровавые лунки от ногтей. Обычно при подобных обстоятельствах желаешь только одного — чтобы все это поскорее закончилось. Боюсь, не в моем случае. Я готов был терпеть агонию вечно, лишь бы отсрочить конец. Но, как я уже говорил: мне попросту не позволят… Время на раздумья, расшифровку записей, подготовку лаборатории, доставку необходимых ингредиентов… Все пролетело, как один миг. Тянуть дальше было невозможно. Время вышло…       И дело было уже не только в Лойзе или Уизли. Связанный со мной эмоциями Гарри пропускал мою боль через себя, угасая буквально на глазах. Он пытался облегчить мое положение, излечивая слезами новые очаги проклятья, где кожа начинала не только темнеть, но и трескаться, покрываясь струпьями. Мы оба понимали бесполезность этих действий. Но Гарри все равно продолжал… Ровно до тех пор, пока изрядно истончившихся энергетических резервов не перестало хватать на поддержание способностей феникса. Снова. Исправить положение могли эмоции. Но отнюдь не те, которые Гарри получал от меня сейчас. Самое паршивое — у меня не было сил даже на то, чтобы отрезать свои чувства от его восприятия. Единственный способ помочь Гарри — «освободить» его. Зная способ, понимаешь всю жестокость формулировки. Мой ночной кошмар сбывался наяву. — Ты слишком напряжён, — отвлёк меня тихий голос Поттера за спиной.       Я отставил в сторону измерительные колбочки, попутно отмечая, что действительно сжимал их так, что пальцы побелели. Подготовка была завершена, все ингредиенты были обработаны, нарезаны и подготовлены. Оставалось отмерить необходимое количество каждого и соединить их в котле, соблюдая правильную последовательность и время выдержки. Сутки. Не больше. — С чего бы, интересно? — не оборачиваясь выдохнул я и устало потёр переносицу. — Прости… — виноватым шёпотом отозвался Поттер. — Прекрати повторять это, — попросил я. — Пожалуйста.       Оперевшись ладонями о стол, я опустил голову и ненадолго прикрыл веки, стараясь справиться с накатившим головокружением. Слух слишком остро воспринимал даже самые безобидные звуки. Мерное дыхание Поттера за спиной. Тихое тиканье часов. Потрескивание горелки под котлом. Возня чёртова керамического книзла на тумбочке. — Драко… — позвал Гарри, осторожно подёргав меня за рукав.       Я приоткрыл глаза, ожидая продолжения. Пустой взгляд остановился на упирающейся в стол руке, которой и касался Поттер. Кожа бледней обычного. Проклятье расползалось все дальше, и его следы уже появлялись из-за манжеты, спускаясь багровыми подтеками от запястья. Я одернул руку из-под пальцев Гарри, сильнее стягивая рукава, чтобы скрыть за ними поврежденные участки кожи. — Может… обернешься? — неуверенно попросил Поттер. — Может… — я поднял взгляд выше, встречаясь со своим мутным отражением в стеклянном стеллаже.       Кожа темнела в вырезе рубашки на груди. Была окрашена чернильными кляксами на шее, поднимаясь по левой стороне лица до самого виска. Поттер не испугается. Нет. И не отшатнётся. Я знал. Но оборачивался все равно очень медленно. Его руки тут же обняли меня за талию, прижимая ближе. Гарри уткнулся лицом мне в грудь. Постояв так в тишине пару минут, он задрал голову выше и потянулся к моим губам, опаляя их дыханием, накрывая своими. Я поддался желанию, отвечая на поцелуй, зарываясь пальцами в темные волосы, притягивая Поттера вплотную, игнорируя боль в теле. Горячие ладони скользнули под мою рубашку. Нервные окончания подрагивали от нарастающего возбуждения. Сбившееся тяжелое дыхание застилало все вокруг легкой дымкой. Задушив в себе разгорающееся желание, я разорвал поцелуй. — Я обещал тебе, Гарри, — тихо выдохнул я в тёмную макушку, — не здесь. — У нас больше не будет времени, — прошептал Поттер, сжав в пальцах мою рубашку и уткнувшись лицом в грудь. — Я склонен надеяться, что смерть — не конец, — мягко улыбнулся я. — Хогвартские привидения — яркое тому доказательство. — Драко, — я почувствовал, как Гарри напрягся в моих руках, и слегка отстранился, заглядывая ему в лицо. — Обещай, что ничего не сделаешь с собой… После того, как… — Поттер на секунду прикрыл глаза, чтобы открыв поднять на меня уверенный взгляд. — Обещай, — потребовал он. — И почему тебя волнуют такие глупости, когда речь идет о твоей жизни? — обречённо вздохнул я. — Сейчас мы говорим о твоей жизни, — не отступал Поттер. — Обещай. — Гарри… — Обещай! — срываясь в крик, он ударил меня кулачком в грудь. — Думаю, в моем случае покончить с собой будет непозволительной роскошью, — успокаивающе погладил я Гарри по волосам. — Я должен принять и нести тот груз вины, что получу отняв твою жизнь. Это моё бремя. И, наверное, будет несправедливо по отношению к тебе, так просто от него избавиться, — Гарри слушал затаив дыхание, неотрывно вглядываясь мне в глаза, словно ища подвох.       А его не было. Я сказал только то, что думал и собирался сполна заплатить за свои действия. Поттер чувствовал мой настрой, который убеждал его лучше, чем тысячу раз произнесенное «обещаю». Гарри вновь потянулся к моим губам. Сейчас поцелуй вышел нежным и неторопливым, с привкусом спокойствия и благодарности в струящихся по нервам эмоциях.       Нас прервал скрежет замков, вынуждая Поттера отстраниться и затравленно посмотреть на вошедшего. — Помешал? — смерив нас липким насмешливым взглядом, поинтересовался Лойз. — Уверен, одним своим существованием ты уже мешаешь очень многим, — сухо бросил я, отворачиваясь к рабочему столу, возвращая свое внимание колбочкам и подготовке компонентов зелья. — Как продвигается работа? — колдомедик проигнорировал мой выпад и прошёл вглубь кабинета.       Я следил за его передвижениями в отражении стеллажа. Лойз прошёл мимо меня, попутно ухватив Гарри за руку, и рухнув на диван потянул Поттера следом, из-за чего тот оказался на коленях колдомедика. — Может, стоит убрать из помещения все отвлекающие элементы? — гаденько ухмыльнулся Лойз, грубо прижимая к себе пытающегося вывернуться из чужих объятий Гарри.       Рука сама потянулась к ножу для нарезки, с силой сжимая в пальцах его костяную рукоятку. — Гарри останется здесь, — угрожающе прорычал я, медленно обернувшись и смерив Лойза тяжёлым взглядом исподлобья.       Колдомедик издевательски оскалился в ответ и за шею притянул Поттера ближе, уткнувшись носом в темный висок и делая глубокий вдох. Гарри взвился, в очередной раз попытавшись вывернуться из его рук, но тщетно. Лойз лишь усилил хватку, удобнее перехватив извивающееся тело. — Отпусти его, — потребовал я, шагнув ближе. — И проваливай. — Маркус, — спокойно позвал Лойз, и через пару секунд боковым зрением я уловил направленную на меня палочку. — Нож, Малфой, — велел Вильберт.       Скривившись, я разжал пальцы, и нож с лязгом оказался на полу. Маркус удовлетворенно хмыкнул и взмахом палочки привлёк его к себе. Только после этого Лойз грубо отстранил от себя Гарри и поднялся с места. — Не слишком ли много ты требуешь, Драко? — ядовито отчеканил колдомедик. — Не тебе устанавливать правила. Я хочу получить свое зелье как можно быстрей, — сверкая гневным взглядом из-за стекол очков, Лойз приближался ко мне.       Вильберт вложил в протянутую руку колдомедика нож, которым Лойз без труда распорол рукав моей рубашки, обнажая пораженную проклятым зельем кожу. — Ты зря тянешь время, оно у тебя и так на исходе, — прошипел он, скользнув лезвием по предплечью, где когда-то красовалась тёмная метка.       Легкое касание рассекло истончившуюся кожу, высвобождая кровь, которая темным ручейком устремилась вниз, обвивая запястье и тяжёлыми каплями скатываясь с пальцев на пол. — Впрочем, возможно, я зря волнуюсь, — зло оскалился Лойз. — Гарри вряд ли позволит тебе пострадать от собственного упрямства, — на последних словах он обернулся и двинулся обратно к дивану. — Я ведь прав, Гарри? — колдомедик склонился над затравленно жмущимся Поттером. — Ты же хочешь, чтобы Драко выжил? — заискивающе протянул Лойз, получше любого демона ада.       Гарри бросил на меня мимолетный взгляд через плечо Лойза, словно извиняясь. Снова. Его бесконечные, беспомощные «прости» сводили с ума. Если бы они могли что-то изменить. Если бы…       Колдомедик ждал, склоняясь над Гарри подобно голодному стервятнику, ожидающему когда его жертва сделает последний вздох. Поттер вернул ему взгляд, ответив сдавленным кивком. Я не видел лица Лойза, но, могу поклясться, буквально кожей почувствовал переполняющий его триумф. — В таком случае, ты знаешь, что делать, — понизив голос, доверительно произнес Лойз, вложив нож в ладонь Гарри.       Казалось, какая-то часть меня умерла уже в тот момент, когда тонкие пальцы сжали костяную рукоятку.