Письмо ангела

Закрыв входную дверь, девушка, плавно прислонилась к ней плечом, словно слушая отдаляющееся эхо со стороны лестничной площадки. Мягко улыбнувшись, она прикусила ноготь, проведя им по нижней губе. Она выглядела озабочено счастливой, и именно эта озабоченность медленно затмевала искорки в женских глазах. Она повернула лицо в сторону детской комнаты, на мгновение, как показалось Алисе, заметив ее пытливое подглядывание. Резко уменьшив щель и отпрянув от двери, Алиса нырнула под одеяло, отвернувшись к стене. Она заведомо нахмурила бровки, прижав ноги к телу. Но на удивление малышки, сестра не последовала к ней в комнату. Девочка вслушивалась в каждый шорох, доносящийся из квартиры, и поняла, что сестра медленно готовится ко сну. «Неужели, она даже не соизволит зайти ко мне? Предательница.. Предательница..». Горел ночничок, умиротворенно шумел обогреватель. Алиса проваливалась в сон. Вдруг желтая полоска на темной стене слегка расширилась, после чего световая тень раздвинула мрачный занавес в детской комнате. ― Спишь? ― растворился робкий шепот. Алиса раскрыла глаза и плавно прикрыла их. Она промолчала. Милана хорошо знала, как спит ее сестренка, и как отворачивается к стенке колючим надутым ежиком. На этот раз, оправданно. Девушка присела на край детской кроватки, пригладив малышку по укрытому одеялом плечу. ― Прости меня, солнышко. Ты же знаешь, как я люблю тебя. Ты самое ценное для меня, что могла оставить после себя мама. Как я могу предать тебя? Алиса сглотнула, потирая немного потные пальчики. Она открыла веки, все еще отвернутая к стенке. ― Расскажи, что за письмо? ― мягко обратилась Милана, предвещая молчание, которое продлилось недолго. ― Мое письмо, ― еле слышно ответила девочка. ― Я отправила его в «Блэк стар» на имя Егора, когда мы гуляли в центре. Попросила, чтобы он приехал. ― Как ты узнала полный адрес офиса? ― Я его и не указала. Я не умею. ― Тогда почему ты уверена, что он получил его? ― Потому что если это не так, то я больше никогда не поверю в новогоднее волшебство. ― Нельзя так, Алиса. Волшебство и чудеса случаются, но не там, где их больше всего ожидают, поэтому мы их и не замечаем. ― Что это за чудеса, которые никто не замечает? Тогда это глупости! Ведь нужно быть ослепшим глупцом, чтобы не заметить чудо. «Солнце, ты еще слишком маленькая и такая наивная.. Как же ты можешь понять вещи из мира взрослых жестокостей?», ― словила себя на мысли и вздохнула девушка, гладя сестренку по волосам. ― Папа никогда не называл меня принцессой, Милка, ― нарушила молчание девочка. ― Он перевесил мое воспитание на тебя, а сам уехал. Кроме денег он не высылает ничего. ― Ты не имеешь права так отзываться об отце, каким бы он ни был. Почему ты так категорична к его посылке? ― Да как же ты не понимаешь, что она не от него, а от Егора, Милка!! ― перевернулась Алиса. ― Просто прочти это: «Для взрослой и маленькой принцесс», «Ваш черный принц, запрягающий карету». Кто, как ни Егор, с которым мы катались на ранчо, мог написать это?? Он даже намекнул, что приедет! ― Алиса, я скажу тебе, как взрослой: он не звонил мне два с половиной года. И сейчас приедет на Новый год, даже не написав СМС? Если бы он хотел сделать для тебя сюрприз, то согласовал бы это со мной. ― Да причем тут Я, глупая! Он хочет сделать сюрприз ТЕБЕ! ― доходчиво поднесла руки к лицу малышка. ― Солнце, когда же ты успокоишься, ― выдохнула девушка, обняв сестренку. ― Не все в этой жизни складывается по закону сказки о Золушке, милая! Я как могу оберегаю тебя от несправедливой реальности бытия, ты у меня самая прозорливая волшебница, и я счастлива видеть тебя такой. Но Егор уже не тот, что был два года назад. ― Откуда ты знаешь?? ― Когда человек не имеет возможности так же, как и раньше, прогуляться с родными в самом обыкновенном людном парке, наслаждаясь дешевой сахарной ватой, ― это лишает его сознание очень важной ценности. Алиса молча вдумалась в эти слова, ощущая, как те хоть и болезненно, но прочно запали в тревожную детскую душонку. ― Просто поверь своей старшей сестре. ― Я не верю тебе. Потому что ты постоянно врешь. ― Я вру? Кому же? ― В первую очередь, самой себе, целуясь с этим противным Никитой, ― скрестила руки девочка, надув губы. Милана была малость обескуражена поведением сестренки. ― Откуда ты уже таких слов понабралась, леди? Никита очень милый парень, вы с ним подружитесь. ― Это ты так уговариваешь меня смириться с тем, что ты пригласила этого динозавра на Новый год? Ни за что! Черный принц приедет раньше, вот увидишь! ― Хорошо! ― повысила тон девушка. ― Только если этого не произойдет, то ты перестанешь морочить мне голову и раз и навсегда прекратишь свои фантастические глупости. ― Идет, сестричка, ― принахмурилась Алиса, выставив личико. ― И, пожалуйста, в любом случае веди себя достойно. Я прошу тебя. Засыпали обе сестренки, погруженные в смешанные чувства. Мечтательно улыбалась маленькая Алиса, предвкушая встречу с «Черным принцем». В то же время девочка переживала за Милану, и меньше всего ей хотелось сделать ей больно. Вдруг этот Никита действительно любит ее, а она.. его? Что если Милана права и не стоит цепляться за прошлое? «Нет.. Я в это не верю.. И всё же, пусть все случится наилучшим образом», ― эта утопическая мысль и затянула малышку в царство Морфея». В соседней комнате долго не могла заснуть Милана. Сама того не желая, она позволила давно оставленным воспоминаниям завладеть своим сознанием. Ей снова семнадцать. Уголки ее губ непроизвольно оживили лицо легкой улыбкой. Страницы истории, добавленные в архив, прочь от чужих глаз. Парень ее мечты, первая, хорошо забытая любовь. Егор Булаткин, которого она вывела из депрессии ценой собственных чувств. Кадр за кадром.. оживала потертая в памяти кинолента. Его мягкие волосы, вечно отдающий жаром свитер, смелые объятия. Ей никогда не нравилась его музыка, только гитарная акустика, как и нравился его чистый, домашний голос голос, слегка хриплый во время смешков. «Эх, Милка моя Милка. Не попади та милая незнакомка снежком мне в спину, когда я ненавидел всех девушек в этом мире.. где б я был сейчас?», ― домашний голос блондина топленой карамелью разлился по телу девушки. Тонкие руки обняли тело, словно это сейчас делал сам Егор, как тогда, у камина, щекоча ей ухо своей щетиной. Милана прикрыла глаза. Вспомнила и до дрожи волнительный поцелуй, когда она еще и понятия не имела о том, что это мгновение не продлится вечно. Подумать не могла, что спустя дни, робко вздыхая, он скажет ей о том, что совершил ошибку. «Пусть все случится наилучшим образом», ― фраза, к которой приучила ее мама, а она свою сестренку, самопроизвольно прозвучала в голове Миланы. Засыпала девушка уже со слезами на щеках. (Шестью часами ранее) ― Вы уверены, что желаете отменить покупку билета на рейс «Москва ― Самара» категории «Первый класс» на имя Булаткина Егора Николаевича? Вылет через два часа. ― Да, девушка, да, ― понизив тон, менеджер Егора прикрыла глаза, слыша, как взбушевавшийся за спиной артист норовит сорваться на каждого, кто хоть как-то цепляет его расшатанные нервы. ― Операция завершена. ― И, пожалуйста.. ― продолжила говорить Мария, как вдруг ощутила крепкую хватку мужских рук на своих плечах, одна из которых резко положила телефонную трубку. ― Ну ты то хоть не тупи, Маша, я тебя умоляю, ― молебно-злостно проговорил артист, «сгребая» Машу с рабочего места. ― Почему ты еще не на складе?? Звони Пашу! Моей команде привезли майки не из того мерча! Тем временем маленькая Алиса еще не догадывалась, что в связи с рабочими переносами ни в какую Самару Егор, в конечном счете, лететь уже не собирался.. ― Об этом не может быть и речи…