Я буду рядом. Обещаю.

***

Flashback — Эй ты, пшек поганый! — крикнул в догонку низкому мальчику, парень с черными волосами. Германии было двенадцать, а он уже считался одним из самых красивых учеников. Нестандартное сочетание голубых глаз и волос — черных и густых. Германию очень любили девочки. А он их не любил. Казалось бы, такое простое понятие как «гей» ни коем образом не хотело входить в сознание немца. Он настойчиво заставлял себя повторять «девочки красивые, у девочек есть грудь», но вместо «девочек» в фантазии опять начинали мелькать зеленые глаза, темные круги под ними и ужасающе-худые руки, костлявые ноги. Польшу не любили. Ему орали в след «пшек тупой», «шипелка безмозглая». И его самое главное отличие (на тот момент) от остальных – Польше нравились мальчики. Он носил юбки. Короткие, черные юбки и чулки до середины бедра. Легкие футболочки. Подкрашивал глаза, мазал губы блеском и в целом вел себя как гей. А Германия любил. Тихо, бесшумно и до невозможности больно. Каждый выпад против его краша. Каждая мерзкая фраза, брошенная в сторону его симпатии. Каждый удар в лицо его наваждения, отдавался в сердце Германии сильным уколом. Немец не хотел. Не признавал. Не смотрел. Но все тайное всегда становится явным. Всегда. — Эй ты, шепелявый урод. Отсосешь? — Бразилия прижал поляка к стене и дыхнул ему сигаретным дымом в лицо. Польша — маленький и беззащитный громко закашлялся. Он терпел, и будет терпеть. — Отпусти, пожалуйста. — негромко попросил поляк. — Моя мама ждет меня... — Вы слышали? Его мама ждет. Маменькин сынуля... Эй, Германия, смотри кто у нас есть. Что будем делать с Шипелкой? — Бразилия пальцами сдавил горло подростка. Мальчишка закашлялся и схватился руками за ладонь бразильца. Германия мог пройти мимо, сделав вид, что ему плевть. Германия мог посмеяться. Германия мог начать издеваться. Он мог повысить свой авторитет в глазах окружающих. Но он решил, что с него достаточно. — Германия, — подло захихикал Австралия. — Врежь этому гомосеку. Германия, сократив расстояние между ними в два больших шага занёс руку и... Хруст ломающейся челюсти раздался в гробовой тишине коридора. Австралия завис на миг, а уже через секунду бежал как ошпаренный куда подальше. Бразилия с кошмарным воем пал. Из его носа потекла кровь, а челюсть неестественно вывернулась. — Если я увидеть тебя рядом с ним, я поломаю тебя всего. — хрипло произнес немец. Он был в ярости. — Польша, идем. Польша боязливо сглотнул, но увидев протянутую руку, облегченно выдохнул и схватился за ладонь Германии. С тех пор Бразилия и Австралия обходят Германию стороной, и заговаривают с ним крайне редко. А Польша тогда стал полностью его. Без остатка. И, казалось, навсегда. Но так ли это?

***

— Эй, Америка. — Канада вошел в палату, облаченный в белый халат. — Как ты? — в глазах старшего брата была забота. Он нисколько не злился на Америку, за то, что тот переспал с Россией. Наоборот: теперь Канада мог открыто предложить встречаться девушке, которая ему так давно нравилась. — Нормально. — Америка икнул и отложил упаковку сырков в сторону. В животе неприятно заурчало. Хоть ребенка там еще не было, а один только зародыш, но тянуло словно там уже находился огромный взрослый мужик. Звездно-полосатый перевел взгляд на Канаду и ненадолго завис. Рядом со старшим братом, с ноги на ногу переминался Россия. У него на лице было написано "Я хуй знает, че происходит" — А этот что тут делает? — нахмурился Америка, хотя почувствовал, как ярко заполыхали щеки. — Как это? Он отец твоего ребенка. Вот теперь давайте решать что делать. — Канада с силой нажал на плечо России, и тот уселся на соседнюю койку. Россия выглядел очень хмуро. — Итак, детки. — Канада переменился в лице. — Что вы думаете? Америка молчал. Ему было интересно, что скажет триколор. — Я думаю, что надо оставить. — неожиданно для братьев сказал Россия. — Аборт делать не стоит, потому что неизвестно, как отреагирует организм. Это мое мнение. — Я тоже считаю, что надо оставлять. — Канада чуть улыбнулся. — Но ты не думай, уродец трехполосый, я все равно уебу тебе за секс с мелким. — Канада, блять. Shut up. — гаркнул Америка. — Я... Короче я тоже хочу рожать. Но... Россия, обещай, что будешь хотя бы изредка видеться с ним... Или с ней. Россия расслабился и позволил себе легкую улыбку. — Да, конечно. Уже придумал имя? — Ну, я думал что нужно что-то похожее на меня. — самовлюбленно поднял носик американец. Канада мысленно поблагодарил Есуса за то, что все, казалось бы, прошло гладко. — Я курить. — старший брат поспешно покинул палату, оставив юных родителей наедине. — Я хочу чтобы и мое имя там было. — тут же набычился русский. — Пф... — Америка закатил глаза. — Ты у нас задний план. Я хочу что-то вроде Юниверс* или Макрокосм * — Фу... Ну уж нет, знаешь ли. Я такой же отец, как и ты... Хотя, ты у нас мама, да? — захихикал Россия. — Завали, придурок. Красивые же имена... — Что насчёт Юссия*? — Че за говно? Россия, ты такой скучный... Россия, внезапно для себя, подсел к Америке и обнял его. Русский и не думал даже, что за двадцать минут, за которые он узнал что станет отцом, сможет переменить свое мнение насчет ребенка. В конце концов, это прикольно, растить свое чадо. — Америка, если ты правда родишь, я обещаю что буду стараться заботиться о малыше. Америка положил голову на плечо партнера. — Договорились. — Ва-а-а... Вы такие лапочки. — раздался голос Канады у двери. Русский и американец неловко отстранились друг от друга. — Все, Россия, прием окончен. Америка, тебя выпишут через три часа. Я поеду к столице, у нее какие-то проблемы. Буду завтра. Россия, я тебя подвезу. Пока, Юэсэй. Завтра еще поговорим.

***

— Ты думаешь, это дерьмо прокатит? — Рейх топнул ногой и пнул кипу бумаг, отчего она разлетелась по всей комнате. — Рейх, блять, я не позволю России стать отцом в шестнадцать. Через три месяца я, скорее всего, не смогу даже вставать с кровати. Мне осталось чуть меньше полугода. А я даже не начал обучать своего ребенка! Это пиздец! Какой внук? А самое главное, он блять переспал с этим поганым пендосом! С этой шлюхой аморальной. Нет уж, до тех пор пока я жив, мой сын не станет отцом. Немец ничего не ответил. Почему-то, Рейху казалось что Ссср сам понимает, что Россия не отступит так просто и орет Совок только для вида. Стоит только надавить, и мужчина отступит от убеждения, что Россия не должен быть отцом. Рейх взглянул в голубые глаза Союза, припоминая события шестнадцатилетней давности. — Не смотри так. — У нас было то же самое... — Рейх... — И твой отец точно так же запретил. А я родил. И что теперь? — Мы договорились не вспоминать... — Германия вырос под надзором этого старого трухлявого пня. Мой сын рос с этим. — Рейх понизил голос, чтобы не услышал отец — С этим мусором. Мой полоумный папаша вдолбил в голову моего ребенка, что быть геем – отвратительно. Мой сын мучался, не понимая, как принять свою ориентацию. И ты бы знал, как было трудно мне. Сейчас ты пытаешься испортить жизнь и своему сыну, и мальчику, чья жизнь была испорчена с рождения. Англия – самая большая козлина на свете. Мне жаль Америку, потому что с сегодняшнего дня он остался без дома, денег и малейшей надежды на счастливое будущее. Куда он пойдет? В мир городов? В тип "Б"? Кем он там будет? Проституткой или наркоманом. И ты понимаешь это, милый мой. Ссср поджал губы. Он ненавидел всех. Все сообщество Европы, которое в один момент предало его. Сообщество Южных и юго-зппадных стран, которые отвернулись от него. И даже жену, так внезапно ушедшую на тот свет, и оставившую ему четверых детей, трое из которых – пацаны. Рейх – его бывший любовник. С ним было так замечательно и прекрасно. Союз чувствовал, что его любили. Ему было уютно в объятиях любимого. Пока в один момент их отцы не развязали войну, в которой погибли города. — Нет. — твердо сказал Союз. — Мой старший сын должен женится на девушке. Я не желаю видеть педиков в своем доме. Немец испытующе смотрел на него с пол минуты. —  Я все-таки расскажу Германии. — Делай что хочешь. Прости, Рейх. Я все еще люблю тебя, но Россия не должен повторять мои ошибки. Немец сдался и в итоге послал улыбку Союзу. Ссср подметил, что это самая красивая улыбка на всем свете. Они опять помолчали. — Так что насчёт Англии? — Пошел он нахуй. — Союз вынул изо рта Рейха сигару и затянулся ею. — Есть, конечно, одна мысля. Можем убить его бабенку, тогда он успокоится. Рейх задумчиво прикусил губу. Идея ему понравилась.

***

— Пап? — Америка заглянул в кабинет отца и нашел его, курящим на подоконнике. — Где все мои вещи? Англия злобно усмехнулся, и не поворачиаая головы ответил: — На улице. Там же, где и твое место. — Что? — Ничего. Выметайся. Мне не нужны беременные шлюхи дома. Америка уставился на родителя, пытаясь отыскать хоть один намек на шутку. Мужчина был серьезен. В его глазах читалась ярость и ненависть ко всем. — Ты пьян? — Пошел вон, Америка. Я ненавижу тебя. — Пап... Англия вскочил и достал из-за пазухи огнестрельный пистолет, неясно откуда взявшийся у него. Дуло направилось в лоб сыну. — Пошел вон, неблагодарный урод. Лучше бы ты сдох. Хоть слово еще скажешь, выпущу пулю сначала тебе в лоб, а потом твоему ребенку. Американец сделал назад два боязливх шага, после чего резко развернулся и побежал. Его пронзило чувство холода и вины. Парень в тот момент хотел упасть замертво, лишь бы забыть все, что сказал ему папа. Его папа. На которого он равнялся. Которым он дорожил. Америка бежал дальше от дома, уюта и отца, который так и не смог стать для своего сына героем и примером. В доме послышались выстрелы.

***

— Россия, Казахстан, Украина, Беларусь, я дома! — Союз поставил пакеты на пол и замер в ожидании отклика. Все молчали. Слышалось только дедовское сопение в глубине квартиры. — Есть кто дома? — Пап, я тут... — из-за угла показался Россия. — Все пошли гулять. Я... Нам надо поговорить. — Это точно. — Союз сложил руки на груди. Они постояли минуту молча, после чего Ссср снял обувь, и положив руку на плечо сына, легонько направил его в свою комнату. Россия, который уже все понял, тихо вздохнул. — Ругать будешь? Союз достал сигарету и зажег ее. — Да нет. Рассказать кое-что хочу. Сядь и слушай, только не перебивай, это важно. Россия сел на пол и уставился в стену, приготовившись слушать. — Когда-то давно, еще до знакомства с твоей мамой, у меня был роман. Крепкий и, так скажем, очень страстный роман. Я был влюблен настолько сильно, что каждую минуту целовал этого человека и... — Фу, бать, давай без подробностей. Ближе к сути. Ссср отвесил сыну подзатыльник и рявнкул: — Заткнись. Я тут сердце свое открываю тебе, между прочем. Так вот... Ты меня сбил... Э... А, кстати, никто не должен знать о том, что я расскажу далее. Так, о чем это я.. Ах, да. После войны 1941-1945 наш роман все еще продолжался, хотя я уже тогда был женат на твоей маме. Я виноват перед ней, но ничего не мог поделать со своими чувствами. А потом... Потом, короче, этот человек забеременел. Мой отец узнал и был против рождения ребенка, но... Он родил. — Он? — Он. Третий Рейх родил от меня ребенка. Германию. Думаю, ты с ним знаком. Россия распахнул глаза и в удивлении замер. — Фашик... Мой брат? — Да. Германия твой брат. Но не знает. Я прошу тебя не говорить ему об этом. Рейх объяснит все, когда будет готов. Но сейчас, ты оказался в той же самой ситуации. У тебя любовь, а мы с Англией ненавидим друг друга. И... — Я его не люблю. — резко ответил русский. — Мы... Просто переспали. Брови Союза стали медленно подниматься все выше и выше. — Ты сделал Америке ребенка просто так? Россия, ты совсем дебил? У тебя в голове есть хоть что-нибудь, кроме спермы? Ой, дурак... Ой дурак... — Ссср шлепнул ладонью по лбу и откинулся на кровать. — И что теперь? Он делает аборт? — Нет. Я хочу оставить этого ребенка. Он ведь не виноват, что его родители безалаберные. Мы с Америкой все решили уже. — Россия, я знаю что не должен говорить такого, но... Ты женишься на девушке. В любом случае. Ты старший сын, а значит ты обязан жить традиционно. Никаких детей, никаких шлюх и... — Он не шлюха. — резко оборвал отца триколор. — Мы были пьяны и поддались желанию. — Мне плевать. — Пап, давай... — Никаких "давай". Россия, прекрати пререкаться. Америка пусть делает что хочет. У тебя есть некие.. Обязанности. — Союз повысил голос. Россия моргнул, постепенно осознавая слова отца. Глаза стали застилать подступтвшие слезы. Парень и подумать не мог, что папина реакция окажется такой. Триколор редко плакал, но тут дело касалось человеческой жизни. Причем маленькой и еще нерожденной, но уже столь важной для России. — Прошу... — Я не позволю тебе повторить мои ошибки. — Ссср холодным взглядом пронзил сына. Россия прикрыл глаза, стараясь не показывать покрасневшие глаза. И что теперь? Ориентация не ласточки. Она не улетит от тебя. Даже при всем желании, Россия не сможет спать с девушками. Ему нравятся парни. Ему нравится Украина, возможно, даже Америка. Совсем чуть-чуть. Капельку. И то, только потому что звездно-полосатый мать его будущего ребенка. — Это твое последнее решение, папа? — Да. —  А теперь слушай сюда. — Россия поднялся на ноги и встал напротив отца. Он злился. Злился, что папа принял решение за него. Злился, что на нем висит ответственность за семью. — Ребенок остается. Я буду заботиться о своем наследнике. Мне все равно, что было в твоем прошлом. Мне насрать, что ты там себе возомнил о моей ориентации. Моя жизнь – это моя жизнь. Не смей мне указывать. — Еще недорос, чтобы права качать. — рявкнул Союз. — Сядь. Живо. — Я прямо сейчас еду к нему. — проигнорировал отца Россия. Ссср подорвался с места и отвесил ему хлесткую пощечину. Триколор замер. Замер и Союз. Парень заметил, что его голубые глаза покраснели. — Папа, не обижайся на меня. Но я взрослый. Смирись. — прошептал Россия и обнял родителя. Из глаз Союза потекли слезы. Ссср впервые за много месяцев дал волю чувствам и эмоциям. Русский отпустил его и направился к выходу, как вдруг услышал то самое заветное, что всегда хотел слышать от отца. — Я горжусь тобой, сын. Ты прав, это твоя жизнь. Присядь. Ты должен знать еще кое-что.

***

— Твой батя угрожал пистолетом? — присвистнул Бразилия. Америка захлебывался слезами в объятиях друга, сбивчиво пытаясь объяснить всю ситуацию. — Он сказал, чтобы я проваливал. Где мне теперь жить? — истерил парень. — Дерьмо! Дерьмо! Может, мне сделать аборт? Может он прав? — Нет, Америка. Так нельзя делать. Давай я позвоню маме и она вызовет полицию? А жить можешь у меня. — Я не... Нет, не стоит. Понимаешь, мне так хочется чтобы все было как раньше. Может, он успокоится? Примет ребенка? Это его внук. Ну почему мой отец такой? Бразилия, почему твой отец хороший, а мой такой мерзкий? — Чувак, мой батя тоже долбаеб. Не такой как у тебя, конечно, но иногда он тоже пилит меня. — Одно дело просто пилит, а другое – когда тебя выгоняют из своего собственного дома. — Америка рукавом толстовки вытер мокрый нос. — У тебя же есть свой дом. — Я туда уже ездил. Там стоит охрана. Меня не пустили. — Дела... — вздохнул Бразилия. Он покрепче прижал к себе друга. Америка уткнулся холодным носом ему в шею и прикрыл глаза. Рядом с Бразилией было уютно и хорошо. За окном сгущались тучи, хотя утром было довольно солнечно. В дверь постучали. — Входите. — крикнул Бразилия. Он автоматом прикрыл лицо Америки ладошкой,  потому что если сюда войдет Англия и устроет расстрел, то Америку задеть нельзя. На пороге показалась трехцветная голова, а Бразилия с выпученными глазами воакликнул: — Ты?! Россия шмыгнул носом. — Америка, это правда, что твой папа выгнал тебя? Америка вздрогнул всем телом, но голову поднял. — Откуда ты... — Он рассказал все Рейху, а Рейх слил информацию моему отцу. Собирайся, едем ко мне. Бразилия нахмурился. — Никуда он не поедет. У меня есть все что нужно для комфортного проживания. Тем более, он беременный. — А ты рот закрой. Я отец, мне решать. Тем более, ребенок должен чувствовать меня. — Россия презрительно усмехнулся в сторону Бразилии. Америка не знал как поступать. — Я... Я не хочу тебя обидеть, Бразилия. Но Россия прав, врач сказал, что ему следует находиться поближе. — Ты хочешь переехать в халабуду? — Ничего, у меня большая комната. — спокойно ответил Россия. — А твой отец? — недоверчиво сощурился Бразилия, невыпуская из рук Америку. — Он согласен. — Братья и сестры? — Они нормально отнесутся. Поймут. — прозвучало менее уверенно, потому как Россия все еще не рассказал Украине. — Дряхлый алкаш? — Кто? — Дед. — Знает. Бразилия разочарованно выдохнул. Видимо, придется расстаться с лучшим другом. — Юэсэй, обещай, что если что-то случиться, ты сразу ко мне. В любое время суток. Всегда. Только ко мне. Не домой. — Ладно. Спасибо, Бразилия. Я и Юниверс тебе благодарны. — Так и знал, что ты выберешь это имя. — улыбнулся бразилец. Америка встал и неуверенно приблизился к русскому. Былая самовлюбленность испарилась с его лица, и вместо крутого парня перед Россией стоял маленький потерянный котенок. Звездно-полосатый вызывал одни лишь теплые эмоции. — Доверься мне. — Россия протянул руку. Америка ухватился за нее так крепко, как только мог. Иерархия в мире Country balls/ Country humans. Привет! Это Вселенский. Давно хотел расписать что да как в моей реальности. Города. Самое многочисленное население. Является низом иерархии и, непосредственно, основанием. Города делятся на два типа: Тип А От миллиона (считайте это как "от миллиона людей", но как таковых людей в этом мире нет совсем. Города/столицы/страны и есть люди. Поэтому просто "от миллиона" чтобы было понятно нам с вами) Тип А не может  беременеть, но может делать детей. Своеобразные альфы в группе "Города" Тип Б До миллиона. Своеобразные омеги. Эта подгруппа является самой низкой в социальной ступени т.е. бедной. Могут беременеть. Именно поэтому, когда Рейх говорил о "сломанном" будущем Америки, он употребил фразу "Тип Б" Столицы. Тут все просто. Средняя социальная ступень. Чем богаче страна, тем лучше столица. Иметь детей не могут. Беременеть не могут. Города (оба типа) в полной зависимости от столиц. Столицы живут в своем месте, отдельно от городов, но все же являются главными. Страны. Страны — это верх социальной ступени. Даже бедные страны имеют свои запасы. Например, Ссср хоть и живет бедно, но все же имеет деньги (просто он экономит). Страны не делятся ни на какие типы. Особенность в том, что я (Автор) пытаюсь распределять дружбу и отношения так, как это часто встречалось в истории и/или в современности. К примеру, Россия и Германия не очень ладят в моем фанфике. Впринципе, как это и прослеживалось на протяжении истории. Я не говорю, что абсолютно все страны у меня в тех отношениях, что и в реальности. Многие – нет. Сразу скажу, что возраст персонажей и их родителей совершенно не соотносится. Тут ужас как все трудно, поэтому я, как начинающий автор, прошу сделать мне в этом поблажку. Я уверен, что когда научусь красиво писать фанфики, я буду тщательно продумывать детали. Просто этот фик начат спонтанно, а я теперь разгребаю все это. Линию Германии и Польши вообще трудно толкать, но я с этим справлюсь. Есть кое-какие идеи на их счет. (Всякая важная инфа) (Читатель, прочитай это чтиво) (Важно, все-таки) *Юниверс/Макрокосм — Вселенная (гыгыгыг) *Юссия — автор решил пофантазировать, и мне пришло на ум только это. Типа USA + Russia = Ussia :3 Давайте так, если кто-то хочет предложить свое имя для ребенка, то предлагайте в коментах или личных сообщениях (лс для тех, кто хочет сохранить интригу)  Если всех все устраивает, то оставляем мой вариант имени))) Вроде ничего не забыл, но если что, я отредачу и предупрежу в следующуец главе, что отредачил. Хотя, все вроде на месте. ПБ на вас, милые. Бету я еще не искал, но надо попробовать, наверное. Она мне явно не помешает:3