Чудовища не появляются из ниоткуда

      Высокая фигура в черной мантии быстро двигалась по темному коридору в глубине подземелий. Дойдя до тупика, человек остановился. Достав палочку, он перехватил ее рукоятью от себя и отточенным движением провел ей по диагонали, начиная от невзрачной потемневшей от времени металлической пластины прямо под одним из потухших факелов. Через мгновение они вспыхнули. Пламя озарило эмблему Слизерина на форменной мантии, выхватив в тени белую прядь в длинных волосах, схваченных черной атласной лентой, и пронзительный тяжелый взгляд темно-зеленых глаз. Быстро прошептав обнаруживающее заклинание и оглядевшись, юноша прошипел.       — Откройся мне!       Камни начали разъезжаться, образуя проход. Фигура скрылась в темноте.       Если бы кто-то вдруг решил прогуляться по мрачным коридорам подземелий (что не случалось здесь больше полувека, до одного момента два года назад), то ничего подозрительного не заметил бы, кроме едва заметных следов, уходивших в стену. Но лишь один человек нарушал покой этого места, и он сейчас спускался вниз, в детище основателя своего факультета…       — Здравствуй, Шехесс, — поздоровался со змеем Нерва.       — Здравствуй, Наследник, — прошипел в ответ василиск.       — Шехесс, мне нужно, чтобы ты часа на четыре ушел в лес, — взмахом палочки убирая грязь и воду с мраморного пола, попросил-приказал Риэ.       — Надеюсь, ты научишься новому, Наследник, — пожелала древняя рептилия, уползая в трубу. Слизеринец почти каждый день приходил в Тайную Комнату вот уже на протяжении двух лет. То тренируясь в магии и физических упражнениях, а то и читая, облокотившись на свернувшегося кольцами фамилиара предка.       — Удачной охоты, — донесся ему вслед голос подростка.       Проводив удаляющегося василиска взглядом, Риэ зашел в покои основателя и зажег факелы. Одним движением скинув мантию, четверокурсник повесил ее на спинку стула, оставшись в удобных черных брюках и такого же цвета рубашке. Юноша подошел к столу и вытащил из сумки фолиант, положив его на гладкую деревянную поверхность. Другую книгу Риэ засунул подмышку и вышел в главный зал.       Наколдовав несколько манекенов, слизеринец начал тренировку, изучая новые заклинания и повторяя пройденное.       Через несколько часов юноша спал. Даже во сне лицо мальчика не было спокойным. Брови были сдвинуты к переносице, а глаза под закрытыми веками бегали из стороны в сторону. Хрипловатое дыхание клочками выходило из приоткрытого рта.       Грозовые тучи сгущались над Северной башней.

***

      «5 сентября, 1994 год.       Сегодня мне попался любопытный ритуал. Но, мне кажется, его автор не очень задумывался о возможности его исполнения…       Завтра у нас ЗОТИ. Интересно, и чему же нас научит этот псих, Грюм?»

***

      Риэ стоял в одном из темных углов около класса защиты, облокотившись на стену и рассматривая учеников. Вот из-за поворота вышло Золотое Трио. Заучка Грейнджер что-то вещала своим дружкам. Те явно не сильно прислушивались. Уизли что-то жевал, явно пребывая в своих мыслях, а Поттер, поигрывая палочкой, выискивал кого-то взглядом. Вдруг он пристально посмотрел на тот угол, в котором стоял Нерва, и усмехнулся. Видимо нашел.       Мальчик-Который-Выжил жестом попросил своих соратников следовать за ним и направился к слизеринцу. Риэ еле удержался, чтобы не закатить глаза.       — Я же предупреждал тебя, что ты ответишь, Нюниус — самодовольно сказал подошедший Поттер.       — Да! Мы тебе говорили! — поддакнул Уизел.       — И что вы хотите сделать? — скучающе ровно спросил Нерва, опуская взгляд на гриффиндорцев.       — Почаще оглядывайся по сторонам, слизень! — раздался звонкий девичий голосок. Риэ, наконец, заметил рыжую девчонку с россыпью веснушек на лице, которая сейчас, гордо вскинув голову, смотрела на юношу, зло прищурив глаза.       — Пополнение в компашке, Поттер?       — Это моя сестра! Та, которую ты оскорбил!       — А… Да, помню-помню, — усмехнулся Нерва и перевел взгляд на рыжую, — Уже придумала новую схему? — ехидно спросил он.       — Да как ты?!       В этот момент дверь класса с шумом распахнулась, ударившись о стену. Из проема показался Грюм.       — Заходите! — гаркнул он. Карий глаз пристально посмотрел в сторону квартета, стоящего в тени, через пару секунд и бешено вращающийся голубой присоединился к первому, остановившись на слизеринце.       — Вам нужно особое приглашение?!       — Что Вы, профессор, — дернув уголком губ, проговорил Риэ, и обошел застывших гриффиндорцев, — мы уже идем.       С этими словами четверокурсник змеей проскользнул в класс. Грюм проводил его взглядом. И лишь Риэ заметил в глазах аврора интерес и незлую насмешку.       — Что встали?! — учитель резко повернулся к оставшимся в коридоре ученикам.       — Простите! — пискнули красно-знаменные, подпрыгнув от неожиданности, и быстро пробежали мимо мужчины. Он усмехнулся и, оглядев напоследок коридор, захлопнул дверь.       — Можете убрать их, — хрипло прорычал Грюм, кинув взгляд на разложенные на партах учеников экземпляры учебников «Темные Искусства. Руководство по самозащите», проковылял к своему столу и сел. — Эти книги. Они вам не понадобятся.       Он вытащил классный журнал, тряхнул длинной пегой гривой, убирая волосы с покореженного и усеянного шрамами лица и стал называть имена, причем его обычный глаз не отрывался от списка, в то время как магический вращался по сторонам, устремляясь на студента, когда он или она отзывались.       — Хорошо, — сказал он, когда последний заявил о своем присутствии. — Профессор Люпин написал мне о вашем классе. Похоже, вы достаточно основательно овладели противодействием Темным Созданиям — прошли боггартов, красных колпаков, болотных фонарников, гриндилоу, ползучих водяных и оборотней — я правильно понял?       Класс согласно зашумел.       — Но вы отстали — и очень отстали — в отношении заклятий. Поэтому я здесь для того, чтобы подтянуть вас в области того, что сами волшебники могут причинить друг другу. У меня есть год, чтобы научить, как разбираться с Темными…       — А вы не останетесь? — вырвалось у Рона. Магический глаз Грюма повернулся и уставился на Уизли. Тому стало здорово не по себе, но почти в тот же момент Грюм улыбнулся — в первый раз за все время, что они его видели. От этого его изуродованное лицо исказилось еще больше, но они тем не менее было приятно убедиться, что Грюм способен на что-то дружественное, например, на улыбку. Как бы то ни было, Рон испытал глубокое облегчение.       И только один юноша с колдовскими темно-зелеными, почти черными, глазами и змеей на эмблеме факультета увидел в этой улыбке не снисходительность и приязнь, а раздражение и брезгливость, направленные на гриффиндорцев, а в частности, на Поттера и семейку рыжих предателей крови.       — Ты будешь сын Артура Уизли, да? — сказал Грюм. — Твой отец пару дней назад выручил меня из очень плотного капкана… Да, я пробуду здесь ровно год… окажу любезность Дамблдору… Один год, — и назад, в мою тихую обитель.       Он засмеялся горьким смехом, с силой сомкнув свои шишковатые руки.       — Итак, прямо к делу. Заклятия. Они бывают разной силы и формы. Согласно рекомендациям Министерства магии, мне следует обучить вас некоторым антизаклятиям и на этом остановиться. Я не должен показывать вам, каковы из себя запрещенные Темные заклятия, пока вы не перейдете на шестой курс — вас считают недостаточно взрослыми, чтобы до этого времени иметь дело с такими вещами. Но профессор Дамблдор придерживается более высокого мнения о вашей выдержке, он считает, что вы справитесь, а я скажу так: чем раньше вы будете знать противника, тем лучше. Как можно защитить себя от того, чего никогда в жизни не видел? Волшебник, который собирается применить к вам запрещенное заклятие, не станет делиться своими планами, он не будет действовать открыто, на ваших глазах, вежливо и тактично. Вы должны быть готовы заранее. вы должны быть бдительны и наблюдательны. Вы должны убрать это, мисс Браун, когда я говорю.       Лаванда подпрыгнула и залилась краской — она как раз показывала Парвати под партой свой законченный гороскоп. Несомненно, магический глаз Грюма обладал способностью видеть сквозь дерево так же, как и через затылок.       — Итак… Кто-нибудь из вас знает, какие заклятия наиболее тяжело караются волшебным законодательством?       Неуверенно поднялись несколько рук, в том числе и Рона и Гермионы. Грюм кивнул Рону, хотя его магический глаз был устремлен по-прежнему на Лаванду.       — Ну, — робко начал рыжий, — отец говорил мне об одном… Оно называется Империус… или как-то так?       — О да, — с чувством произнес Грюм. При этом его глаза зажглись странным блеском. — Твой отец должен его знать. Заклинание Империус доставило Министерству неприятностей в свое время.       Грюм с усилием поднялся на ноги, выдвинул ящик стола и достал стеклянную банку. Внутри бегали три здоровенных черных паука. Нерва заметил, что Уизли как-то странно дернулся и пискнул. Риэ усмехнулся: это стоит взять на заметку…       Аврор поймал одного и посадил себе на ладонь так, чтобы всем было видно, затем направил на него волшебную палочку и негромко сказал:       — Империо!       Паук спрыгнул с ладони и завис на тонкой шелковой нити, раскачиваясь взад и вперед, словно на трапеции. Он напряженно вытянул ноги и сделал нечто вроде заднего сальто, затем перекусил нить и приземлился на стол, где принялся беспорядочно кувыркаться. Грюм шевельнул палочкой, и паук, встав на две задние лапки, вне всяких смонений, отбил чечетку.       Все засмеялись — все, кроме Грюма. И Риасэмуса.       — Думаете, это смешно, да? — с еле сдерживаемым гневом прорычал мужчина. — А понравится вам, если я то же самое проделаю с вами?       Смех мгновенно умолк.       — Полная управляемость, — тихо заметил Грюм, когда паук сжался в комок и стал перекатываться по столу. — Я могу заставить его выскочить из окна, утопиться, запрыгнуть в горло кому-нибудь из вас…       — Были времена, когда множество колдуний и волшебников были управляемы при помощи заклятия Империус, — продолжал Грюм. — Вот была забота у Министерства — попробуй-ка разобраться, кто действует по принуждению, а кто по доброй воле. Заклятие Империус можно побороть, и я научу вас как, но это требует настоящей твердости характера, и далеко не всякому под силу, — на этих слова Нерва отвлекся от попытки считать поверхностные образы сознания однокурсников (что, к слову, прекрасно удавалось юноше) и заинтересованно прислушался. Он сейчас как раз пытался сотворить полноценный Империус, но пока еще не нашел нормальную жертву, то есть — мага. А научиться еще и самому противостоять этому проклятию, несомненно, очень полезно! — Если возможно, лучше под него не попадать. ПОСТОЯННАЯ БДИТЕЛЬНОСТЬ! — рявкнул он, и все подскочили.       Грюм поднял кувыркающегося паука и запихнул обратно в банку.       — Кто еще знает что-нибудь? Другие запрещенные заклятия?       Грюм обвел взглядом класс. Безразлично пропустив поднятую руку какой-то лохматой девчонки, чуть ли не подпрыгивающей на месте, и, к удивлению аврора, Лонгботтома, глаза аврора остановились на задней парте, а точнее…       — Нерва! — гаркнул Грюм. — Подойдите!       Риэ невозмутимо поднялся с места и прошел к преподавательскому столу, еле заметно махнув рукой напрягшимся слизеринцам. Внешне оставаясь совершенно спокойным и безразличным к ситуации, внутри же он насторожился: что нужно Грюму? Чуть скосив глаза, юноша увидел, как гаденько заулыбались гриффиндорцы, явно ожидая «справедливой» расправы над «гадким слизнем и поганым Пожирателем». Дойдя до пункта назначения, Нерва встал и посмотрел вниз на учителя.       — Да, сэр? — спросил слизеринец.       Грюму явно не понравилось смотреть на ученика снизу вверх, поэтому он отошел на пару шагов, будто для того, чтобы опереться о стол.       — Какое второе непростительное заклятие Вы знаете, Нерва?       — Круциатус, — чуть усмехнувшись, будто от приятных воспоминаний, лаконично ответил юноша, крайне внимательно следя за преподавателем.       — Верно. Не продемонстрируете нам действие этого проклятья? — ехидно спросил Грюм.       — Боюсь, что вынужден отказать. Сэр. Думаю, бездельничание на дивных курортах Азкабана не пойдет на пользу моему здоровью, — протянул Риэ.       — Ну что ж… Тогда это сделаю я! — с этими словами, вынув палочку, профессор показал действие проклятья на еще одном пауке.       — Боль, — сказал он тихо, уменьшив паука и убрав в банку. — Вам не нужно тисков для пальцев или ножей, чтобы пытать кого-нибудь, если вы можете применить Круциатус… Оно тоже когда-то было очень популярно. Так… Кто знает еще что-нибудь?       Все посмотрели на Поттера.       Нерва презрительно взглянул на трясущуюся поднятую руку лохматой грязнокровки.       Грюм же сверлил взглядом Нерву. Потом вдруг резко сказал:       — Поттер! Назовите последнее!       — Авада Кедавра, — самодовольно улыбнувшись, как объевшийся сметаны книззл, провозгласил Золотой Мальчик. Он чуть ли не урчал от подобного внимания.       Несколько человек посмотрели на него с тревогой и вздрогнули, а остальные гриффиндорцы смотрели с восхищением, в том числе и Рон.       — Ага, — еще одна чуть заметная улыбка искривила и так неровный рот аврора. — Да, последнее и самое худшее… Авада Кедавра… Заклятие Смерти.       Он опять запустил руку в банку, и, словно догадываясь, что сейчас произойдет, третий паук, отчаянно заметался по дну, пытаясь увернуться от скрюченных пальцев. Грюм его все-таки поймал и посадил на стол. Паук бросился наутек по деревянной крышке.       Мужчина поднял волшебную палочку. Нерва ощутил нетерпение.       — Авада Кедавра! — каркнул Грюм.       Полыхнула вспышка слепящего зеленого света, раздался свистящий звук, будто что-то невидимое и громадное пронеслось по воздуху, и паук мгновенно опрокинулся на спину без единого движения, но, безусловно, мертвый. Несколько девушек сдавленно вскрикнули. Уизел отпрянул назад и едва не слетел со стула, когда паук рухнул в его сторону.       Аврор смахнул дохлого паука на пол.       — Ни порядочности, — спокойно сказал он, — ни любезности. И никакого противодействия. Невозможно отразить. За всю историю известен лишь один человек, сумевший выдержать это, и он сидит прямо передо мной, — здесь Поттер поднял подбородок еще выше, и Нерва уже обрадовался, что идиот сейчас сломает шею и избавит этот мир от своего присутствия, но тут Грюм очень сильно удивил Риэ, да и всех остальных тоже, своими словами. — Или он стоит слева от меня?       Все в недоумении замерли.       — Нет! — внезапно закричал Поттер, заставляя тем самым очнуться и остальных, чем те и воспользовались, начав активно обсуждать сказанное. — Это я победил Того-Кого-Нельзя-Называть! Я! А он, — Поттер некультурно указал пальцем на Нерву, — всего лишь гадкий Пожиратель! От него даже родители отказались! Выкинули в каких-то трущобах, как собаку! И правильно поступили! Это не он! ЭТО Я ГЕРОЙ!       Прозвенел звонок.       — Достаточно! — рявкнул Грюм. — Урок окончен!       Ученики гурьбой повалили из класса. Последним шел Нерва. Закрывая дверь, он заметил пристальный взгляд внимательных глаз.

***

      «9 сентября, 1994 год.       Это проклятие получилось крайне мощным. Не использовать в закрытых помещениях площадью меньше ста квадратных метров!       *Описание заклинания*»       «15 сентября, 1993 1994 год.       Начал замечать повышение раздражительности. Не знаю, последствия ли это ритуала или просто стресс?..»       «16 сентября, 1994 год.       Сегодня у меня наконец получилось проклятие разложения. Удивительное заклинание! Какой гениальный псих придумал его?..»       «22 сентября, 1994 год.       Грюм постоянно за мной следит! Это уже начинает дико раздражать! Но меня настораживает не столько факт того, что он меня преследует, сколько каким взглядом он на меня смотрит. Мне кажется, или это интерес? Странно…»