Сумасшедший обманщик

Голубоглазый потер затылок, зло смотря на меня. Я, скрестив руки, хмуро смотрю на него в ответ. По приезду домой, я сразу побежала на поиски Санса, который, оказывается, сидел на кухне и пил чай. Как по-домашнему. — Какого хуя? — шипя, произносит он, а я недовольно смотрю на него, щурясь. Мало того, что утром он творит херню, так от этого еще и пострадали мои соседи. Хорошо, что я встретила ее в магазине, а не на крыльце своего дома. Пока что никто из знакомых и соседей не должны знать, что я живу не одна. Теперь. — Ты издеваешься? Ты нахера вырезал цветы моей соседки? — спрашиваю я, нависая над этим чудом, который испепеляет меня взглядом. Возможно, я дала ему слишком сильный подзатыльник, но он сам виноват! — Радуйся, что я её не вырезал, — продолжает, словно змея, шипеть Санс. Я замахиваюсь еще для одного удара, чтобы тот прекратил говорить такие сомнительные вещи, но мою руку перехватывают. — Неа, одного раза хватило. Меня будто бы холодной водой окатили. Я вздрагиваю и убираю руку, а парень щурится и подло улыбается, словно кот. Я отстраняюсь, но все также смотрю на него. — Как ты выбрался из дома? Я, вроде бы, дверь на ключ закрывала, — говорю осторожно, наблюдаю. Санс улыбнулся еще шире, поворачиваясь ко мне всем своим телом. — Ключ, который ты хранишь в ящике около своей кровати? — саркастически спрашивает он, а меня это злит еще больше. Мне казалось, что я прямо сейчас взорвусь, а кожа моего лица стала схожей на помидор. — Ты еще и в моей комнате рыскал?! Он лишь рассмеялся и увернулся от моих нападений. Я зло рыкнула и запрыгнула на стул коленями, пытаясь дотянуться до Санса, а он отодвинулся от меня, держа мой стул ногой. — Хей, прекрати! — он вскочил со стула, убирая ногу, а я чуть не грохнулась. — Ты, вообще-то, обещала приехать через час, а приехала почти через четыре. Плюс ко всему, ты обещала поехать со мной в торговый центр. Я закатила глаза, громко вздыхая. Я бы с радостью отпустила его одного в центр города, но не стоит забывать, что только вчера он находился в психиатрической больнице. — Ладно, тебе все равно нужно купить вещи, — выдохнула я, беря рюкзак в руки и идя в свою комнату, чтобы выложить папку и переодеться.

***

В торговом центре было, слава Сатане, мало народу. Я жутко устала: глаза постоянно слипались, я зевала, движения стали медленнее. Хотелось уже приехать домой и лечь в кровать, забив на все, но Сансу надо было купить еще обувь. Зайдя в очередной магазин, я сразу же направилась к диванчику, приказывая Сансу оставить пакеты около меня, а самому идти выбирать обувь на приближающееся лето. Несмотря на его диагноз, парень оказался довольно культурным, даже джентльменом. Это удивляло и радовало. Не все потеряно, так сказать. Я наблюдала, как Санс мило беседовал с консультантом, которая смеялась и смущалась. А у меня в голове всплыли убийства, в которых обвинялся голубоглазый. Я вздрогнула и отвела взгляд. Ужас. Опрокинув голову, я благополучно закрыла глаза. Если не знать, где побывал Санс, то можно подумать, что он какой-нибудь богатенький мачо, который берет в свою постель девиц по два раза в день. Интересно, как он будет выглядеть в костюме? Может быть, когда-нибудь, мне удастся ему помочь и он пригласит меня на свою свадьбу? Ха-ха, смешно-то как, блять. — Спишь? Я подскочила на месте. Санс шепнул мне на ухо одно слово, а сердце разорвалось на тысячи кусочков от страха за секунду. Я испуганно и недовольно посмотрела на усмехающуюся морду, приподнимая одну бровь. — Купил? — спрашиваю я, подбирая пару пакетов и жду, когда парень возьмет оставшиеся вещи. — Как видишь, — парень поднял очередной черный пакет, показывая его мне. Я кивнула и направилась к выходу. Наконец-то мы едем домой! Я уже замучилась, целый день мотаюсь туда-сюда без отдыха. Мы сели в машину. Санс вместе с пакетами уселся на заднее сиденье, что до сих пор настораживало меня. Ну, если он и захочет избавиться от меня, то надеюсь сделает это быстро, как компенсацию за свободу. Нужно еще дождаться сообщения от Андайн. Она пообещала достать адрес братьев Санса. Но что мне сказать им и каков смысл моей поездки? «Здравствуйте, я опекун вашего больного брата и хочу задать вам парочку вопросов по поводу заключения Санса в психиатрическую больницу». Это будет смешно, но не практично. — Хей. Мне еще надо доделать проект дома, а то клиенты разозлятся и потребуют деньги обратно вместе с компенсацией. Работы полно, а времени мало, да еще его надо распределить. Ладно, одежду этому психу купили. Лекарства будут приносить каждый месяц, также, как и деньги. Готовить я буду также, просто в удвоенной порции. Попробую приучить его к уборке, а там посмотрим, где еще возникнут проблемы. — Алё, придурошная! После встречи с Вингдингсами (надеюсь удачной), мне нужно съездить к Азгору, чтобы взять дело Санса. Надо детально разобрать его и спросить почему эти убийства так легко скрыли от народа. Зная нынешних людей, они способны на все, ради правды. Разве я такой не являюсь? Какая ирония. — Ёбнутая! Я подняла голову, слыша громкий голос над своим ухом, который смешался с гудком грузовика, что мчался прямо на нас. Я резко вывернула руль, уходя на обочину. Грузовая машина со свистом проскочила около нас и не стала останавливаться. Я же резко потянула на себя рычаг тормоза. — Поздравляю, ты нас чуть, блять, не угробила! — до меня доносится слабый голос Санса, хотя я уверенна, что он кричит. Но моя голова забита сейчас другим, а в ушах слышаться собственное сердце. — Заткнись, — хрипло говорю я, смотря на свои ноги. Руки задрожали, как и колени. Глаза стали мокрыми, но я поспешно вытерла их. — «Заткнись»? Серьезно, блять? — голубоглазый начал закипать. Он схватил меня за воротник и потянул на себя, заставляя взглянуть в его яростные глаза. Я сглотнула и нахмурила брови, отодвигаясь, но меня рывком приближают обратно. — Что творится в твоей дурной башке? Ты меня на свободу вытащила, чтоб самой угробить? Я хмыкнула, усмехаясь ему в губы. Со стороны, могло показаться, что не он вчера сидел в «белой комнате», а я. Санс злобно рыкнул толкая меня назад, а сам уселся подальше от меня, к окну и уставился в него, начиная игнорировать. — Хочешь поиграть в обиженную девочку? Валяй, — послышался рык, а я закусила губу, кладя дрожащие руки на руль и начиная движение. Я понимала, что я виновата и вправду чуть не убила нас, но меня больше удивляла его реакция. Удивляла и радовала. Он боится смерти.

***

Санс сразу ушел в свою комнату, захлопнув дверь. Потрясение еще не покинуло меня, поэтому я просто уселась на кухне и смотрела в одну точку. Очнулась я только тогда, когда на мой телефон позвонили. Это была Андайн. Меня посетили сразу и радость, и волнение. — Да? — Можешь хвалить меня. Я не только узнала, где они живут, но и «записала» тебя к ним, — веселый голос Андайн пугал меня, но я лишь вздохнула. — Сказала, что ты помощница Альфис и тебе нужно составить карту Санса. А в этом тебе помогут только близкие пациента, поэтому те, хоть и неохотно, но согласились. Ха! Слышала бы ты недовольный голос Гастера! Андайн рассмеялась, а я слегка улыбнулась. Записав нужный адрес на листок, я поблагодарила рыжую и быстро сбросила. Не до нее было сейчас. Засунула чертов листок в карман и начала думать, как бы извиниться перед Сансом. Черт, никогда бы не думала, что буду извиняться перед психически больным. Ах, ладно. Надо подумать. Этот парень давно не был на свободе. Не принимал нормально ванную, не ел нормальной еды... Точно! Почему бы не заказать пиццу? Да, это ненормальная еда, но почему бы не порадовать мальчика вредной пищей. Быстро заказав аж четыре коробки различной пиццы и несколько закусок, я принялась приготавливать место на кухне. Там было немного грязно, но за тридцать минут все уже блестело. Оставшееся время я потратила на переодевания и убирания «секретного материала» от Санса. Составила небольшой список дел на завтра. Работы много, поэтому стоит распределить ее правильно, чтобы не запутаться и не потеряться во времени. Не забыть бы, что в пять вечера я еду в «гости». Надо спросить у Альфис основы той самой карточки. Да и опять придется Санса одного оставлять, хоть это не совсем правильно. Если честно, я почему-то начинаю чувствовать к нему жалость. Я не понимаю, откуда взялось это чувство, но мне по-настоящему хочется помочь парню. Наверное, на меня действует воспитание Ториэль, раз я прочувствовалась к психопату. Спустя некоторое время привезли заказ. Я расположила уже открытые коробки на столе холла, достала газировку и врубила ютуб на телевизоре. Мне немного стало стыдно за то, что я так парюсь, из-за этого, но другого пути не было. Я пошла к Сансу. Постучавшись, я приоткрыла дверь, выглядывая из-за нее. Санс сидел около окна и смотрел на уже потемневшее небо. Я не была удивлена его состоянию, ведь всего за два дня он прочувствовал и жизнь, и смерть. Я сглотнула и постучалась еще раз, но уже в дверной косяк. Парень медленно повернул голову и лишь на секунду задержал на мне взгляд. Я зашла в комнату, которая, на удивление, была чистой. Подойдя к Сансу, я начала разговор: — Ах, Санс, прекращай. — Если ты думаешь, что я обижаюсь или веду себя как маленький ребенок, то ты ошибаешься, — резко начал он. — Я сейчас зол. Слишком сильно, поэтому советую тебе оставить меня в покое. Я закусила губу, вздрагивая и потирая плечо. Я не стала уходить, это, так сказать, не в моих принципах отступать и оставлять кого-то в одиночестве в трудную минуту. Понимая всю опасность, я подошла к нему и села на пол, прямо около него. Низкий подоконник позволял увидеть небо в таком положении. Я и не думала, что сегодняшняя ситуация так сильно на него подействует. Я и не думала, что эта ситуация не напугает меня. Голубоглазый покосился на меня, но ничего не ответил. Я поежилась и обняла согнутые колени руками. Небо сегодня было чертовски красивым: без облаков, прекрасного темно-синего цвета и обсыпанным миллионами светящимися блесток. Окно было открыто, и из-за этого было слышен рев моторов и ропот ветра. — Санс... — я повернула голову и вздрогнула, когда узрела пронзающий взгляд, направленный на меня. Ярко-голубые глаза смотрели в мои. Не отрываясь, не моргая. Я сглотнула. — Хватит злиться, идем поедим? Я пиццу заказала. Так, (Твоё имя), не забывай, что он псих. Его глаза сразу заблестели и он удивленно посмотрел на меня. Я даже обрадовалась такой резкой перемене настроения. — Там еще кола... Наггетсы и картошка с сырным соусом, — продолжила я, начиная вставать с пола. — Давай не полезно поужинаем в знак примирения. — Ты нравишься мне все больше и больше, ненормальная, — улыбнулся он, пробегая около меня и выбегая из комнаты. «Ненормальная»? Я? Ты сейчас серьезно?! Я вскочила с места и направилась на кухню, где увидела уже довольного Санса, который держал в руках три пиццы! Он с таким удовольствием уплетал их по очереди, что иногда закатывал глаза от наслаждения. Я не удержалась и посмеялась с такой картины. — Заткнись, если не хочешь закончить, как те телки, — промямлил парень, запивая все колой. Я закатила глаза, хотя по телу прошёлся холодок. Я не привыкла слышать такие шуточки от психбольных. — Какие телки? — я решила подыграть ему, якобы не зная, что он сделал. Было бы интересно узнать подробности дела из уст самого убийцы. Санс как-то заинтересованно прошелся по мне взглядом. Он пожал плечами и подмигнул, отворачиваясь к телевизору. Я сразу же закатила глаза и мысленно ударила себя по лбу, ибо на что я надеялась? Я потерла глаза и зевнула. Хотелось спать, но оставлять этого парня мне не хотелось. И не потому что мне хочется с ним время проводить (уверена, времени у нас будет достаточно), а потому что я боюсь, что он натворит еще дел. Тем более завтра трудный день и мне нужно придумать систему разговоров с братьями Вингдингсами. — Ты не обидишься, если я уйду спать? — осторожно спросила я. — Больно ты мне нужна, — усмехнулся голубоглазый, переключая видео. Вот и договорились.

***

Я ехала в машине за город. Было не по себе, то ли от того, что утром и днем было все спокойно, то ли от того, что ты едешь к родне Санса «составлять карточку». Ты была благодарна Андайн, что она, грубо говоря, выполнила пол работы за тебя, но нельзя было записать меня на более позднее время? Я имею ввиду, через неделю или через, хотя бы, три дня, а не на следующий день! Дорога была долгой, но я совершенно не вымоталась, наверное, это из-за адреналина в крови. Плохо это или хорошо — неизвестно. Но так я, хотя бы, не буду путаться и буду с трезвой головой. Перед отъездом мне позвонила Альфис и объяснила все прелести карты больного, поэтому меня это волновало не так сильно. Для меня самая главная и нужная часть — признаки психопатии. Я заехала в открытые массивные ворота из чугуна. Дом был огромным, слишком огромным и ты искренне не понимала зачем это? Их там всего двое, но в их имениях несколько тысяч квадратных метров. Дом был выполнен из кирпича, имея огромные окна с черными рамами. Я в первый раз видела такие дома в живую. Живя жизнью дизайнера, я никогда не видела таких построений, ведь главной изюминкой этого всего была форма дома. Он был в форме буквы «С». Красные двери дома открылись и оттуда вышел солидный мужчина с белоснежными волосами. У него была «зализанная» прическа, а одет он был в черный костюм, который очень шел ему. Мужчина большими шагами подошел ко мне, поправляя расстегнутый пиджак. — Здравствуйте, мисс, — бархатистый голос был тихим, даже успокаивающим. — Меня зовут Гастер Вингдингс, старший брат. — (Твое имя и фамилия), — представилась я, приветливо улыбаясь. Что-то заставляло давить из себя лыбу. Неужели этот человек настолько располагает к себе, что аж сама не замечаешь этого. — Прошу за мной, обсудим все прелести внутри, — я даже вздрогнула, когда Гастер положил свою огромную, для меня, ладонь на мое плечо, подталкивая к входу в дом. Я сглотнула и начала идти быстрее, выбираясь из этих полуобъятий. Гастер как-то поморщился, а я облегченно вздохнула. Он провел меня в темную гостевую через тысячи однообразных коридоров с зелеными коврами и странными античными фигурами. Чувствовала я себя здесь не очень: зажато, непривычно. Гостиная была такой же темной, как и все в этом доме. Коричневые диванчики из кожи были почти в каждом углу. Барная стойка, что разместилась почти на всю половину комнаты, освещала пространство белым, резким светом. Мелкий декор разбавлял темноту, даже добавлял некий уют. Центром всего этого был бильярдный стол, над которым висели три треугольных лампы. — Папируса нет пока что дома, но он скоро придет, — сказал мужчина, присаживаясь на диван и рукой приглашая меня. Я села напротив него, доставая блокнот и ручку. — Папирус? — спросила я, начиная делать пометки в блокноте. Нужно вести себя, как ни в чем не повинная девочка, которую отправили делать свою работу. — Да, мой младший брат, — Гастер улыбнулся, смотря на меня. Я кивнула, записывая в блокноте, а он добавил: — И Санса тоже, конечно же. Потом я начала задавать ему вопросы про историю болезни, аллергии на что-то, краткую биографию и тому подобное. Самое сложное я оставила на потом. — Вы наблюдали признаки психопатии перед совершением убийств? Может были какие-то события, что заставили его это сделать? — спросила я, смотря на несколько заполненных моей писаниной страниц. Гастер как-то дернулся и хмыкнул, из-за чего я сразу перевела на него взгляд. Он смотрел в потолок, хмурясь и потирая еле заметную щетину. Его черные глаза заблестели какой-то печалью и я нахмурилась. — Был один инцидент и не из самых приятных, — он встал со своего места, подходя к барной стойке. Заходя за него, он наливает себе виски и облокачивается об столешницу. Я же терпеливо ждала, когда он продолжит. — За два дня до обнаружения тел, я застал конфликт Санса и Папируса. Сначала они очень громко орали друг на друга, а потом... Санс будто озверел. Он накинулся на брата и начал избивать его, превращая его лицо в фарш. У Папируса была вывихнута челюсть, бровь рассечена, левый глаз и вовсе не видел несколько дней. И я до сих пор понятия не имею что произошло между ними. Я закусила губу, отворачивая голову. Все его слова были сказаны слишком искренне. И не то, чтобы я ему не доверяла или не верила, просто я пыталась найти хоть одну зацепку, подтверждающую невиновность Санса. Но пока что все выглядело так, как будто заботливый старший брат пытается угодить и помочь каждому. — Сыграем? — я дернулась, не заметив Гастера, который протягивает мне кий. Мужчина выглядел таким подавленным, что я не могла отказать, поэтому одним движением убрала блокнот с ручкой и приняла деревянный лакированный предмет. — Вы умеете? — Последний раз играла год назад и довольно неплохо, — я надела белые перчатки на руки и начала следить как Гастер аккуратно распределят белые шары в треугольнике. Он аккуратно провел рукой по предметам, усмехаясь. — Почему прекратили? — задал вполне логичный вопрос он, убирая форму и вешая ее на стену, кидая на меня тяжелый взгляд. Я пожала плечами, смотря на конец кия. — Ладно, но для начала я хотел бы кое-что сделать. Я подняла голову, когда Гастер взял мою руку и приложил что-то холодное к тыльной стороне ладони. Я дернулась, автоматически вырывая руку, но меня держали крепко. — Это всего лишь печать, успокойтесь, мисс. Это некая традиция для новых гостей в этом доме, и я бы хотел, чтобы и вы соблюдали ее, — я посмотрела на металлическую маленькую продолговатую штучку, которую я даже описать не могла. Немного продолговатый объемный овал, на конце которого был рисунок в синей краске. Я посмотрела на свою конечность и увидела аккуратно прорисованную букву «В». Наверняка она связана с фамилией братьев, но спрашивать я не стала. — Она смоется в течении нескольких приемов душа. Я смущенно кивнула, совершенно не радуясь тому, что эта печать теперь у меня на видном месте.

***

Спустя время я взглянула на часы и удивилась тому, что время уже десять часов вечера. Мы славно провели время, хотя я до сих пор чувствовала себя не комфортно. Мы разговаривали на самые разные темы: музыка, учеба, работа. Я узнала, что Гастер имеет большую компанию ювелирных изделий. Он сказал, что я могу придти в любое время к нему и он сделает скидку на любое украшение. Я проявила все свое актерское мастерство и смущенно поблагодарила его. Гастер настоял на том, чтобы я оставила свой номер и я была не против, ведь это может сыграть мне на руку. — Вы могли бы остаться у нас, (Твое имя), — предложил беловолосый, а я покачала головой отказываясь. К слову, Папирус так и не пришел. Дорога до дома заняла не так уж и много времени, как мне показалось в первый раз. Наверное на меня повлияла эта встреча и всю дорогу я провела в раздумьях о семье Санса. Гастер показался мне очень сдержанным, серьезным и статичным мужчиной. Он был вежлив и поддерживал любую тему, что в наше время редкость. По его рассказам, Папирус очень милый и доброжелательный парень. А не пришел он сегодня домой, потому что остался у друга, из-за грозы, которую я и не заметила. Когда Гастер вышел меня провожать, он хмуро посмотрел на ливень и гром, и предложил остаться еще раз, но мой ответ был все также отрицательный. Я зашла в дом, кидая сумку на тумбу. Я была сырой и холодной, что намекало на простуду в ближайшее время. Я оглядела помещение, окутанное тьмой и сглотнула. Санс где-то здесь, я надеюсь. Я прошла дальше и из кухни выскочила морда голубоглазого, который с интересом на меня смотрел. — А я думал, ты не вернешься сегодня, — проговорил парень. — Небось с парнем поскакала и хватило, да? Я даже отвечать ему не стала. Просто показала фак и вздохнула, но то, что произошло дальше... Я почувствовала резкую боль в руке, а потом моя скула столкнулась с холодной стеной. Санс заломил мне руку, прижимая к бетону. Я зашипела и начала усиленно дышать, чувствуя, как легкие будто сжимаются внутри меня. Парень сжимал моё запястье, злобно рыкая сзади меня. — Мразь, — прозвучало над моим ухом.