Волей, не волей, а всё равно вместе

— Ты чего это такой помятый сегодня? На Найтмера что ли опять наткнулся? — Эррор вопросительно осматривал замызганного непонятно чем с ног до головы художника, что материализовался перед ним, и недовольно покачал головой. Мелкие ушибы, сколы и синяки то и дело попадались на глаза. — Один что ли дрался? — Да Найтмер не причём, и неважно где я пропадал. Но это стоило того, уж поверь! — улыбнулся Инк во всю возможную ширину своего рта, уже практически сияя от нетерпения. Отряхнул одежду, попытался выровнять помятости, словно мог исправить свой внешний вид такими простыми жестами. Как-то странно это всё вместе выглядело. Эррор поднял одну бровную кость, не совсем разделяя такой пышущий энтузиазм, не зная чем тот вызван. Инк уже практически раскачивался на пятках вперёд-назад, не сводя с него ярко-жёлтый взгляд — так не терпелось ему чем-то поделиться. — Ты же знаешь какой сегодня день? — раздался вопрос и пригвоздил Эррора к гамаку плотнее. День? Какой сегодня день? Эррор сощурился уже в явном подозрении, перестав вязать, и аккуратно задал встречный вопрос: — А мы разве следим за датами? — пробормотал он, потихоньку начиная чувствовать себя немного глупо. Обычно Инк мог что-то забыть, но никак не Эррор. А тут случилось с точностью да наоборот, чудеса какие-то. — Не следим. Но я думал что такое ты уж точно не пропустишь, — энтузиазм Инка начинал потихоньку затухать, но ничем противоположным не заменялся. Скорее его стойка стала заметно спокойнее и взгляд перестал сиять таким откровенно лимонным оттенком. Он глубоко вздохнул, чтобы затушить рвущиеся наружу эмоции, и попытался намекнуть: — Сегодня важное событие для Мультивселенной и в частности — для тебя. Снова растерявшись и окончательно путаясь во всех возможных датах, Эррор в непонимании развёл руками. Вроде как до синхронного перезапуска миров ещё рановато, междумировые праздники уже давно прошли, а перепроверка статуса листов в Зоне Набросков запланирована на завтра. Или… Это было про их личные даты? Но они про это ни разу не договаривались. Инк усмехнулся на такую задумчивость, наблюдая за внутренним монологом Эррора, по выражению его лица считывая эмоции, и по-доброму закатил зрачки, наконец давая необходимую разгадку. — Сегодня день обновления Андерновеллы! — торжественно произнёс он. И на этих словах лицо Эррора неожиданно резко помрачнело. И на то была особая причина. Он не любил обновления этой вселенной, потому что это всегда означало абсолютно новый сюжет, новые пейринги и новые переживания за героев. Что автор придумает на этот раз? Сколько серий и сезонов выпустит? Он не знал! И это всегда портило ему настроение. Нет, он не имел ничего против свежего взгляда и новых историй… но последний сюжет был потрясающе хорош, Эррор считал его одним из лучших! И вот так вновь с ним расставаться?! На хорошую новость никак не тянет, что-то Инк перепутал. — Не вижу повода для радости, — пробурчал Разрушитель, возвращаясь к своей работе над шарфом, которую как раз таки и прервал объявившийся Инк. Он не хотел злиться на художника, в конце концов тот лишь осведомил его, ничего более, но раздражение и грусть от обновления сюжета всё равно уже успела поселиться в его душе. Это было несправедливо! Но Эррор никак не мог повлиять на это и оттого злился ещё сильнее. — Я знал, что ты так скажешь, — тут же Инк принял какую-то особо гордую позу, словно сейчас объявит ему о том, что нашёл способ как этого обновления избежать и подарить Эррору продолжение старого сюжета. — Поэтому и поспешил кое-что сделать, пока история не изменила свои тропы. Он раскрыл небольшой чернильный портал и вытянул из него нечто, обёрнутое крафтовой подарочной бумагой с белым бантиком на боку. Очень бережно упакованное и странно напоминающее по форме холст или что-то схожее с ним. — Это тебе, — просто сказал Инк, протягивая ему подарок. Не совсем понимая что именно вручает ему Инк, Эррор сначала заколебался, с сомнением поглядывая на его руки, но в итоге таки сдался, взяв в руки свёрток. Отложил вязание на колени, покрутил новый предмет в руках, оценивая его вес через бумагу. Инк смотрел на это всё с явным нетерпением, хоть и пытался это скрыть. И едва не подпрыгнул на месте, когда Эррор наконец принялся его распаковывать. — Ты воодушевлён явно побольше меня, — прокомментировал Эррор, особо не церемонясь с упаковкой, просто разрывая её когтями, и когда последние клочки бумаги полетели в сторону, раскрывая спрятанный предмет… он замер истуканом, чувствуя как все его мысли, сомнения и раздражение мгновенно испарились. Ладони задрожали в неверии, очки едва не соскользнули с носа — взгляд зацепился за увиденное, словно за самое величайшее сокровище в этом мире. Эррор не сдержался: вскочил со своего гамака, роняя шарф со спицами на пол, но, звёзды, ему сейчас было абсолютно плевать на аккуратность. — Это… это… — пролепетал он срывающимся голосом, чувствуя как теряет возможность связно говорить. Инк так и ждал этого момента, а потому практически сразу же подхватил следом за ним: — …совместное фото с абсолютно всеми главными персонажами сериала! — выпалили они вместе, а Инк быстро добавил: — А сзади — автографы от каждого из них. Вот он, момент исполнения сокровенной мечты, настал неожиданно и внезапно. У Эррора практически пол из-под ног начал уходить в этот момент. Он стоял, рассматривал фотографию в аккуратной деревянной рамке, и вправду, как и сказал Инк, со всеми главными персонажами на ней в характерных эпичных позах, некоторые даже были с оружием, а его самый главный фаворит — Азгорро — стоял в центре, всей своей стойкой демонстрируя силу, власть и влияние. С фотографии он смотрел будто в самую душу и Эррор чувствовал себя сейчас как альтернативная Альфис, державшая в руках новый диск с любимым аниме. Лаги зарябили, распространяясь по спине волной колющих мурашек, но совершенно не от боли — скорее от искреннего восторга и восхищения, что накрыли его в этот самый момент. Он трепетно развернул рамку и едва не завизжал от восторга, когда увидел, что она тоже прозрачная с другой стороны, специально, чтобы видеть абсолютно каждый оставленный автограф и любоваться ими когда только вздумается. В углу аккуратным почерком было выведено: Для Эррора. Эррор не мог поверить, что наконец держит это в руках! По одной простой причине ему был закрыт вход во многие миры — разрушение. Там, где он уже бывал однажды и ещё не случился перезапуск, его хорошо помнили местные жители, а особенно Сансы, которые узнавали его всегда, не зависимо от сброса. И естественно, не встречали с цветами и овациями. С Андерновеллой тоже случилась подобная история, но только первый и последний раз. После того как Эррор, в приступе очередной скуки, беспорядочно открывал окна во вселенные, он наткнулся на Андерновеллу ещё раз и… обычное наблюдение очень быстро превратилось в марафон по сериям. В итоге, он втянулся в сюжет настолько, что стал безоговорочным фанатом номер один и не смел ни прикасаться к этому миру, ни других к нему подпускать. Благо позже узнал, что особенность этой вселенной стирала память абсолютно всем её персонажам без исключения, даже местному Сансу — Сину. Его бы не запомнили, появись он там внезапно за таким желанным автографом. Только вот… Он очень боялся повлиять на сюжет этого мира, поэтому всегда оставался только наблюдателем и холил и лелеял мечту хоть когда-нибудь, один единственный раз, встретиться с любимыми персонажами лицом к лицу. Пускай хоть на одно мгновение! И вот, его мечта практически исполнилась, несколько в иной форме, но чёрт возьми, она исполнилась! Инк ради него… — Да… БЫТЬ ЭТОГО НЕ МОЖЕТ! — воскликнул Эррор, поднимая рамку повыше над головой, словно так он мог рассмотреть её ещё лучше. — Ты вот так просто заявился туда и СДЕЛАЛ ЭТО? Полностью удовлетворённый реакцией, Инк снова широко улыбнулся, но на этот раз куда более хитро, и коротко пояснил: — Я просто подгадал момент полного перезапуска и да, отправился туда выпрашивать автографы и фото. Чтобы истории не помешать, они всё равно забудут моё появление, а я помню как сильно ты страдал конкретно по этой сюжетной вероятности, вот и решил, что можно и провернуть… Ему не дали договорить внезапно подхватившие и поднявшие в высь руки. Эррор обнял его за талию, прижал к себе так крепко, что Инк побоялся за сохранность своих костей, и закружился вместе с ним вокруг своей оси. Едва найдя хоть какую-то точку опоры — плечи Эррора — он тут же заговорил: — Звёзды, Эррор, это было совсем не сложно! — начал зачем-то отговариваться Инк, ощущая, как чувственно его прижимают к себе и как сильно колотится душа его партнёра, что аж в собственную грудную клетку отдаёт вибрацией. Вот это да! — Ты… ты себе даже не представляешь как много это значит для меня! — снова воскликнул Эррор таким счастливым голосом, что у Инка невольно забурлил внутри розовый цвет, просясь наружу. Он глупо заморгал, глядя на расплывшегося от эмоций Эррора, что смотрел на него так, будто увидел сошедшего с небес ангела. — Спасибо, спасибо, огромное спасибо! А затем его опустили на пол, но объятий не разжали — Эррор схватил его за шарф и произнёс: — Это самое невероятное, что кто-либо для меня когда-либо делал! — и поцеловал его — чувственно, крепко, вкладывая всю яркость эмоций, что испытывал прямо сейчас, и вот на этом моменте Инк полностью потерял равновесие, обмякая в его руках. А когда Эррор отстранился, снова переводя внимание на рамку, что предусмотрительно обволок нитями в несколько слоёв, у Инка аж ноги подкосились, не желая выполнять своё прямое предназначение. Он рассчитывал на менее яркую реакцию (точнее, вообще не знал на что рассчитывал) и сейчас, ярко-розовый, словно свекла, неуверенно стоял на ватных ногах, собирая мысли до кучи. Что ж, это определённо, сто процентов, во всех отношениях, того стоило! Стоило каждой пули, каждой кости и бесконечных уговоров, на которые он потратил весь свой запас убеждения и внеземной выдержки! Да ради такой реакции он готов хоть каждый перезапуск заявляться туда за автографом и мерчем, а однажды и самого Эррора туда притащить!

***

— А разве этот мир раньше здесь был? — задумчиво протягивает Дрим, переворачивая карту уже раз, наверное, третий, но до сих пор так и не понимая, почему не сходится маршрут. На его плечо облокачивается Инк, так же заглядывая в карту и не понимая где неожиданная находка. Шли правильно, нигде не сворачивали, да и маршрут здесь всегда один и тот же. Откуда вдруг мог взяться целый мир? — Возможно Создатель решил вспомнить про него, дать второй шанс? — предположил Инк. — Тогда почему я ничего не заметил? И это очень странно для такого тихого и неприметного мира, который уже давно исчез со всех карт. Я даже… — он схватил свой шарф и быстро пробежался по записям глазами. — …не найду уже где я про него хоть что-то писал. Ещё раз всё внимательно перепроверив, никто из друзей так и не пришёл к окончательному выводу. Зато Блу вполне уверенно вернулся обратно к друзьям со своей небольшой разведки новой территории и странной фразой сообщил: — Это место лучше проверить только тебе, Инк. И поймал на себе две пары абсолютно шокированных глаз. — Почему это? — не понял художник. — Я просто… так чувствую. Всё таки ты у нас очень опытный во всех этих мирских вопросах, проверь всё тут, осмотрись, выясни в чём дело, а мы с Дримом… — он осторожно забрал карту из рук Инка, впихнул её Дриму, и притянул последнего поближе к себе. — …продолжим обход дальше. Свяжешься с нами как закончишь! Дрим, открывай портал. — Погодите, да как же я брошу вас и… — Поверь, это очень важная и идеально подходящая для тебя миссия. И ты про миры всё-всё знаешь, нам не обязательно быть тут всем вместе, — прервал его друг, уже настойчиво уводя и карту и почему-то не сопротивляющегося Дрима в сторону. — Всё будет в порядке. Мы пойдём по нашему обычному маршруту, потом догонишь. До встречи! — Блу, да погоди-! Не успел он и глазницей моргнуть, как Дрим открыл портал по просьбе, и вместе с Блу исчез там. И выглядел он при этом уже совершенно не шокированным, а будто… понимающим суть происходящего. — Они меня вокруг пальца обвели что ли? И ради чего и зачем? — пробурчал Инк, лизнув немного «негодования» из флаконов. — Вот придумали… Что за сюрпризы такие? Но делать было нечего. Догнать и постараться выбить ответы он не очень хотел. А всё же находку нужно было изучить. Инк сокрушенно вздохнул, и отправился на свою одиночную миссию. Мир, на первый взгляд, был ему не особо знаком. Отдалённо похожий на давно утерянный, наполненный садами и цветами, но это было столько лет назад, что воспоминание об этом — лишь крошечный отголосок в океане. По всюду виднелись поля усыпанные то розами, то ромашками, то тюльпанами — разновидностей цветов было не счесть. Инк двигался от одной локации к другой, и чем дольше шёл, тем медленнее становился его темп. В конце концов, он остановился на поле дикого разнотравья, нахмурившись, осматривая его. Почему Создатель решил вернуть его? Почему здесь нет никого, кроме самого Инка? Почему это произошло так внезапно? И почему друзья повели себя так странно? — Я не понимаю… — он зажмурился, потом снова открыл глазницы, но мир был по прежнему на месте. Тихий. Красивый. Странно знакомый. Он стоял так, молчаливо наслаждаясь видом, какое-то мгновение, пока позади него не раздался звук открывающегося портала. Он обернулся, ожидая обнаружить там друзей и всё же потребовать объяснений, но вместо этого увидел… — Эррор? — Инк непонимающе посмотрел на него. Вроде бы сегодня он не должен ничего разрушать или исправлять. Может он как раз таки и почувствовал аномалию лучше него самого и пришёл проверить? — Ты здесь по той же причине, что и я? Эррор подошёл ближе к нему, встал рядом, присоединяясь к созерцанию видов. С улыбкой на лице, странно спокойный. — Возможно, — уклончиво ответил он. А потом спросил: — Тебе нравится? — Мир? — Инк нашёл подозрительным поведение Эррора, и не прекращал всё больше терялся в собственных вопросах, догадках и всём подряд. Хотел уже выпить «раздражение», но пока решил не спешить. Мало ли. — Да, — медленно произнёс он. — Красота невероятная. Только вот… он не закончен. — Я знаю. Эррор сделал паузу, обернулся и посмотрел на растерянного Инка. Решил больше не тянуть, к чему путать партнёра ещё больше. Да и самому уже не терпелось раскрыть все карты. — Это один из самых первых миров, которые я разрушил. Я отчётливо помню, что я сделал это специально, чтобы насолить тебе, потому что ты любил посещать его. Тут ты ловил вдохновение, часто рисовал. Я помню это, потому что долго наблюдал за тобой, прежде чем напасть, но… суть немного не в этом. С каждым новым словом Инк ощущал как память отчаянно пытается подкинуть ему все эти озвученные воспоминания. Эррор заметил, как художник потянулся к колбам и выпил цвета удивления, а значит — Инк начинал понимать. — Ты подарил мне мечту, а я хочу подарить тебе то, что давно утеряно. Полностью мир возродить не вышло, много частей кода было утеряно навсегда… Но идея мира, его костяк — он остался. Локации будут пустыми, только для тебя. А цветы по прежнему никогда не увядать. Считай это небольшой аномалией, которая доступна только тебе и мне. Они встретились взглядами и в глазницах Инка Эррор увидел целый фейерверк, если не меньше. Он смотрел на него так, словно к его ногам принесли целую вселенную со всеми мирами, а не просто фрагмент, осколок того, что было раньше. А потом Инк внезапно заплакал, с улыбкой на лице, тихим смехом, переполненный чувствами, и потянулся обнять Эррора. Его тепло прижали к себе и они стояли так, наслаждаясь этим моментом, и Инк потянулся поцеловать Эррора в скулу. — Я чувствую себя как школьница из аниме Альфис, аж неловко, — посмеялся Инк уже более весело, отстраняясь от Эррора. — Мне аж не вериться… Как ты вообще умудрился вспомнить об этом? — Сам не знаю. Наверное твой подарок вдохновил меня, подал идею. — Так это ты подговорил Дрима и Блу? — прищуривщись, спросил Инк, продолжая улыбаться. — Они были так плохи? — Невероятно плохи. Теперь смеялись уже вместе. — Сделать возрождение незаметно от тебя было непросто. — Я представляю. Ты должен мне обязательно рассказать как это у тебя получается, — взгляд Инка стал заискивающим и немного хитрым. — Обязательно, — Эррор скопировал его выражение лица. — Но не сейчас. Я хочу прогуляться здесь вместе с тобой, — сказал и увёл Эррора за собой в буйное цветение трав. Позже, Инк поместил этот крошечный файл с частичкой мира в особое место Зоны Набросков, и навещал его каждый раз, как к нему приходило вдохновение. И теперь делал это не один, чувствуя себя вернувшимся в давние времена. Чувствуя себя особенно.