Волей, не волей, а всё равно вместе

Синие нити прорезали пространство, опутывая деревья, кусты, камни — всё, что попадалось на глаза, словно создавая огромную замысловатую сеть, посылающую сигналы своему хозяину. Эррор старался захватить всю доступную территорию, чтобы не пропустить ни малейшего шороха, так, чтобы Инк точно попался и уже не смог вывернуться. Ах, как же давно он не ощущал этого всепоглощающего чувства свободы! Как же давно не выпускал свои нити в таком количестве и с таким рвением! Как же сильно он скучал по возможности просто быть собой! И не думая прятаться, он остался в центре синего «кружева», словно приманивая своим присутствием. Этакий паук в центре своей паутины, поджидающий неосторожную жертву. Нити всколыхнулись западнее от него. Тут же вздёрнулись, стараясь как можно быстрее опутать жертву, но вот только не успели: Эррор даже невербально успел ощутить как волокно проскользило по берцовым костям, но завязалось узлом в воздухе. Чёрт, успел утечь чернилами! — Жульничаешь! — выпалил он в воздух как можно громче. Ему ответили заливистым смехом где-то в глубине пространства под ним. Нити медленно зашевелились, прилегая ближе к земле, пытаясь уловить хитрого беглеца и, если повезёт, вытянуть на поверхность, но это было не так просто. Каждый раз как Эррору удавалось приблизиться к области, где ощущалась вибрация от перемещения, Инк снова ускользал, словно змея, и так до тех пор, пока прятаться ему не надоело. — Бу! — неожиданное появление и шлепок краски — Эррор успел прикрыть только лицо — краска заляпала всю одежду и немного череп. — Вот же ж зараза! — услышал художник вслед, только вот далеко не убежал — его таки схватили за стопу, оплели и подвесили вниз головой. Благо, Инк не выронил Бруми, чем тут же и воспользовался, разрезая синие волокна, что так долго охотились за ним, и вновь освободился. — Теряешь хватку! — ответил Эррору, снова перемещаясь куда подальше, только вот нити были повсюду, не давая полноценно спрятаться и подготовить следующую атаку. Они вздыбились словно змеи на его пути, не пропуская и оттесняя ближе к Эррору. Нет уж, так не пойдёт! Инк резко притормозил, окружённый изгибами синих нитей, что угрожающе перемещались, блокируя путь, и сорвался в мощный прыжок, поднимая столб пыли. Все сразу же потянулись за ним, аж до самой верхней точки, но этого было недостаточно — Инк уже взобрался на созданный чернильный гастербластер, показывая язык в ответ на неудачу Эррора. — Ха, не поймал! — гордо провозгласил он, осматриваясь по сторонам, проверяя территорию. И обнаружил, что Эррор исчез. — Теперь сам прячешься? Или уже надоело драться? — подтрунивал Инк, оставаясь на стороже. И чуть не схлопотал по черепу костью — одна за другой, они появлялись из маленьких окошек-порталов, вынуждая его оседлать бластер крепче и двинуться прочь. «Это что-то новенькое», пронеслось в его мыслях, пока он вовсю уворачивался от атак. Вот это вновь настоящий азарт, чувство опасности от атак Эррора и его напора! Инк и сам невольно соскучился по их противостояниям за такое долгое время. Ему не хватало струящегося по жилам адреналина именно от их битв, от совместного страстного танго за жизнь миров, доступное только на поле битвы. В каком-то плане, он ощущал себя зависимым от них. — А тебе не надоедает! — выпалил он и едва не сбился с курса — одна из костей таки попала в его своеобразный транспорт, в опасной близости к глазам бластера, и Инку пришлось приложить усилия, чтобы сохранить его целостность и не упасть. Эррор никогда не давал ему поблажек, а потому усилил костяной дождь, как только заметил замешательство Хранителя. — Чёрт! — выплюнул Инк, когда бластер таки благодаря режущим атакам костей, потерял свою форму и перестал быть плотным — не выдержал стольких попаданий. Как раз на этом моменте и всполохнулся Дрим, тот час прибывший в этот мир, как только почувствовал, что творилось бесчинство. Он наблюдал за битвой издалека уже несколько минут, не совсем понимая что происходит и почему, совершенно сбитый с толку — Инк и Эррор освободились от цепи. Каким образом это произошло? Когда именно? Почему они сейчас воюют друг с другом, как в старые времена? Но все эти тревожные вопросы вмиг рассеялись, как и магическая стрела, которую он уже заранее призвал на случай необходимой помощи, когда нити внезапно поймали Инка в нескольких метрах от земли, причём весьма аккуратно, а не как обычно — коконом — и медленно опустили на землю. Инк и сам этого не ожидал, если честно. Уже успел сгруппироваться в воздухе, готовясь превратиться в чернильную лужу, чтобы не разбиться, как его неожиданно подхватили и развернули в нормальное положение. — Дрим, с ним всё в порядке? — запыхавшийся Блу совсем скоро оказался рядом. Принц усмехнулся, складывая оружие и поворачиваясь к другу со спокойной улыбкой на лице. — Более чем. И, я думаю, что мы здесь явно лишние, — он приобнял Блу за плечи, намекая взглянуть на картину «битвы». Блу понаблюдал за тем, как следом к Инку спускается Эррор, оглядывает его со всех сторон под неловкий взгляд художника, и начинает о чём-то говорить. — Оу, я кажется понял о чём ты, — улыбнулся Блу, едва сдерживая смех. — Как думаешь, они скоро нам расскажут? — Не будем торопить. Пошли, нас с тобой уже заждался ежедневный патруль. — А как же Инк… — А он потом присоединится, пошли-пошли.

***

— Эррор, я в порядке, — от беспокойного взгляда скелета напротив становилось уже действительно неловко, словно он маленький ребёнок, что только что свалился с ног, споткнувшись о развязавшийся шнурок, а Эррор чересчур заботливый родитель, что тут же подлетел ловить. И ведь поймал же. — Ерунда такая, ну подумаешь упал. Сколько раз до этого было, да и похуже. Ты же помог мне, так что всё хорошо, видишь? Видимо Эррор всё ещё хорошо помнил, что тогда случилось с Инком в их крайней битве с Найтмером, и не мог пока удостовериться до конца, что художника не пугают никакие травмы. К сожалению, даже рассказ о бессмертии тут не особо помог. — Ну правда, Эр, всё хорошо. — Теперь вижу. Прости, я не специально целился. — Мне неловко от таких твоих волнений, — честно признался Инк, чувствуя словно проваливается в сюрреализм. Это было настолько непривычно, что ощущалось так, если бы Найтмер внезапно стал сеять позитив вместо негатива, да ещё бы в придачу вписался в команду четвёртым защитником Мультивселенной. Нет, Инк уже столкнулся с заботой Эррора не так уж давно и не один раз. Но тогда это было… по-другому. Ему действительно стоит начать привыкать к сюрпризам. — Ничего не могу поделать, — пожал плечами Эррор, когда окончательно убедился, что не задел Инка ни одной из костей, и вздохнул. — Может на сегодня уже достаточно? Инк от удивления едва не подпрыгнул. В его глазницах возникли два огромных восклицательных знака. — Божечки, одно моё падение и ты прекращаешь битву! Эррор, ну я же не хрустальный! И мы только размялись, — он умоляюще взглянул на него, не желая так быстро покидать поле боя. Но, увы, Эррор уже потерял свой запал и разум его заполнился совсем другими мыслями. — Вообще-то, изначально, я хотел тебя кое-куда сводить, а не проверять наши кости на прочность. И кое-что подарить. Резкая смена темы заинтриговала Инка и он решил, что если уж причина настолько важна, то ладно, битва может и подождать. Они ещё успеют насладиться их общими тренировками. — На самом деле, я тоже, — хитро улыбнулся в ответ художник. — У меня сюрприз для тебя. Так что веди меня первым, уговорил. Ой, погоди! — тут же спохватился Инк, вспоминая и потянувшись к Бруми. — Я специально целился, прости. Давай уберу этот беспорядок. Эррор фыркнул — он уже и забыть успел, что Инк так бессовестно его обляпал. Но тем не менее, позволил вытянуть краску с ткани и костей. — Какого цвета была? Инк вопросительно поднял бровную кость. — Синяя. А что такое? — Да нет. Просто странно, — протянул Эррор в задумчивости. — Помню обычно всегда была розовая. — Мне захотелось разнообразия, — растерянно ответил Инк, не совсем понимая к чему ведёт Разрушитель. — А, то есть всё это время это был выбор по настроению, а не отчаянный флирт по отношению ко мне? Инк на секунду завис с открытым ртом, обрабатывая сказанное, а как только дошло, залился неожиданным румянцем. Даже для себя неожиданным. — Вообще-то нет. — Ладно, поверю. — Ты первый меня поцеловал, напоминаю. — А ты продолжил. Напоминаю. — Ладно, всё, пошли уже, иначе я потеряю мысль и забуду что хотел тебе вручить! — запричитал Инк, комично топнув ногой, поскорее завершая это словесное перетягивание каната и отворачиваясь от Эррора. Он всё ещё был румяный, словно персик, и Эррор невольно умилился такой реакции. — Хорошо, хорошо, больше не буду, — согласился Разрушитель, сделав себе мысленную пометку что будет и ещё много раз, и открыл наконец портал, приглашая Инка следовать за собой. Художник, всё ещё немного надутый, переступил через него и тут же непонимающе заозирался по сторонам. — Анти-Пустота? Давно мы тут с тобой не были. Эррор остановился напротив него, решительно посмотрев прямо в глаза. — Мы не обсуждали ещё этот момент, поэтому я хочу быть первым, — он протянул ладонь и сформировал на ней магическую комбинацию, сложившуюся в небольшой ключ-код. — Я хочу подарить тебе ключ от моего дома. Чтобы ты мог приходить ко мне когда захочешь и для чего захочешь. Это неограниченный доступ. Даже, когда Анти-Пустота будет закрыта для других, ты всё равно сможешь попасть внутрь. Для Эррора подобный жест был особенно личным и близким к сердцу, он даже сейчас чувствовал, что волнуется, и возможно румянец уже проступил на его скулах, пока он сам протягивал Инку бесконечный доступ на ладони. Это ведь не только дом, это отражение его самого, его личное убежище, вся его жизнь. Словно он даёт доступ к собственной душе в более открытом формате. Но чувствовал, что поступает правильно. Инк осторожно обхватил его руку своими ладонями и тихонько рассмеялся. — Не поверишь, но я хотел сделать тоже самое. Даже комнату личную хотел тебе нарисовать, но потом передумал, надо же сначала тебя спросить, а вдруг не захочешь, у тебя ведь есть свой дом и ты к нему привязан, я знаю, и… — Инк. — Да? — тут же прекратил говорить художник и столкнулся с весёлым, но в то же время каким-то особенно спокойно-понимающим взглядом Эррора. — Комната, это чудесная идея, но я не помню, чтобы так активно жаловался на двухместную кровать в твоей спальне и совместный завтрак по утрам. И снова розовый цвет подступает прямо к горлу, расцветая на скулах, затапливая всю грудную клетку собою, и Инк окончательно теряется, чувствуя как вновь его бросает в жар. — Ты это специально что ли делаешь? — он непроизвольно сжимает его ладонь крепче, не зная как выразить весь этот скопившийся комок противоречивых чувств. А Эррор только смеётся в ответ, очевидно любуясь таким смущённым от его слов партнёром. — Немного, — он высовывает два кончика языка, слегка поддразнивая, и тут же прячет их. — Мне нравится видеть розовый цвет в тебе. Это… необычно. «Ещё один такой флирт и меня точно стошнит чернилами», думает Инк, поджимая губы и стараясь сосредоточиться на подарке, а не на словах Эррора, что враз стали такими особенными. Выходит с переменным успехом. Наконец совладав с собою, он принимает ключ, добавляя его к своей магии и ощущает чистый и неподдельный восторг, любовь, благодарность и… Вот почти стошнило, надо бы успокоиться немного. Делает глубокий вдох-выдох, концентрируется и формирует собственный ключ, точно так же вручая его Эррору. Разрушитель принимает его с такими же ощущениями и не может избавиться от мысли, что поверить в происходящее всё ещё сложно. Но он старается верить и ловить каждую ускользающую секунду этого особого момента. — Будем заглядывать друг к другу в гости, почти как тогда, когда мы были с цепью, — усмехается Инк, неловко переступая с ноги на ногу. — Оставайся у меня сколько захочешь, когда захочешь, мы же теперь пара, — последнее слово ощущалось странным на языке, всё ещё каким-то инородным. Тут Эррор разделял его чувства полностью. — Чем… сейчас хочешь заняться? — Если Создатели не зовут, то хотел бы посмотреть с тобой на звёзды, — неловко пробормотал Эррор, вмиг как-то растеряв свою уверенность. Когда они притворялись парой придумывать прогулки почему-то было легче, а вот когда дошло до настоящих отношений, он чувствовал, что невольно теряется. — Банально, наверное… это первое, что пришло мне в голову. Инк не выглядел расстроенным или неудовлетворённым этим предложением. — Тебе этот мир очень важен, я бы хотел разделить с тобой не одну такую возможность полюбоваться созвездиями, — просто ответил он, сморгнув символы в глазницах до звезды и сердца. — Пошли.

***

Вновь находится в Outertale было таким же странным, как и не ощущать больше ни цепи, ни скованности, ни тревоги. Это место уже практически носило свой особый смысл, словно с каждым их визитом они открывали для себя что-то новое и делали это частью своей жизни. Сейчас, наблюдая за бесконечным звёздным полотном и медленным потоком струящихся галактик, оба думали о том, что достигли чего-то невозможного. Первым тишину нарушил Эррор. — Инк, скажи честно, — тихо начал он, почти сразу же сделав небольшую паузу, собираясь с мыслями. — …почему ты всегда так настойчиво продолжал верить в меня? Вопрос мучал Эррора ещё до того, как они попали в ловушку с цепью. Он знал, что никогда не был положительным персонажем в чьей-либо истории, и в своей включительно. Понимать, что тот, кого ты всегда считал своим врагом, не прекращал попыток показать обратное, было странно и дико. Инк никогда не старался перейти границу доступного, но в то же время всегда стоял у её края и ждал. И чего именно — Эррор не мог понять. То, что сейчас появилось между ними… было ли это тем, чего всегда хотел Инк? — Я увидел в тебе прошлого себя, — ответил художник, не отрывая взгляда от проплывающей над их головами голубой планеты. — Но не сразу. Он удобнее устроился на траве, приготовившись раскрыть ещё одну важную часть собственной истории. Эррор обратился в слух. — Сначала я решил, что ты как Найтмер — слепо движешься к своей цели, не думая ни о каких последствиях. И я почти что посчитал тебя своим врагом, ты очень яро доказывал важность своего предназначения и вступал со мной в битвы. Но потом я внезапно увидел в тебе борьбу, — Эррор наблюдал как с течением монолога в глазницах Инка медленно символы перетекали из одной формы в другую, словно визуализируя его слова. — Борьбу с самим собой. Словно в какой-то момент ты оказался на распутье и не знал куда двигаться дальше. Когда-то и я чувствовал то же самое. Эррор вспомнил рассказ Инка о его прошлом, соединяя кусочки паззла друг с другом. — И я захотел узнать тебя лучше. Но это было не так уж просто, — на этих словах Инк повернулся к нему и красноречиво улыбнулся, мол ты и сам знаешь почему. — Однако, ты заинтересовал меня достаточно, чтобы не прекращать своих попыток. Ибо… у нас всегда есть выбор кем стать для других, кем стать для самих себя. Выбор — что для нас важнее. И я просто поверил в то, что однажды ты найдёшь свой путь, как когда-то нашёл я. А потом нас заковали цепью. И я подумал: это мой шанс. Мысленно, Эррор вернулся в тот день, когда они очнулись в Пустоте, скованные, сбитые с толку и напуганные осознанием — они теперь вместе. — Но очень быстро понял, что мой воображаемый шанс — это скорее испытание. Тяжёлое и тернистое. Оно и вправду было именно таким, но чем больше мы проводили времени вместе, тем больше деталей я начал видеть в тебе. Я не говорю только о хорошем или плохом, нет. Я стал замечать то, что делало тебя таким особенным. Что имело для тебя значение, а что нет. Не важно, было ли это твоим мировоззрением или тем, какой шоколад вкуснее и из какой вселенной. Всё это сложилось для меня в маленький мир и я, честно говоря, был в шоке, когда осознал это. А потом я привязался к этому миру настолько, что в один момент понял, что готов защищать его до последнего. У Эррора пробежали мурашки по костяной коже. Воспоминания переносили его из одного момента в другой, остановившись на самой тяжёлой битве с Найтмером. Он вспомнил, как Инк защитил его ценой своей жизни. И ночь после, когда Эррор был рядом с ним и стал свидетелем его страхов. — И вот… мы здесь. И я всё ещё верю, и никогда не перестану, — улыбнулся Инк, теперь глядя только на него, и в отражении миллиона небесных звёзд в его глазах, был Эррор, чья синева на скулах сливалась цветом с галактикой над ними. Это было его признанием в любви. Оно подкреплялось розовой краской, которую Инк до этого пил так редко, что практически забыл её вкус, запах и чувства, но теперь добавлял её к остальной радуге в себе и никогда прежде не чувствовал себя настолько полноценным. — Мне снова хочется поцеловать тебя, — пробормотал Эррор как-то несмело, словно его сильно смущает само желание. Инк напротив него розовеет, вспоминая при каких обстоятельствах произошёл их… произошли их первые три поцелуя. И тепло улыбается. Он и сам слегка смущён. Но даже не думает о том, чтобы отстраниться. Подаётся вперёд, встречаясь с ним губами, млеет от прикосновения его пальцев к щеке, и они оба на мгновение растворяются для этого мира. А когда медленно отстраняются, задержавшись лишь только взглядами, то ощущают как между ними всё ещё витают искорки чувств. Они задерживаются среди звёзд на несколько долгих мгновений, и сделают так ещё много-много раз, всё ещё невольно представляя себе звенья цепи, что когда-то связывала их руки вместе. На замену ей пришло нечто куда более сильное и особенное. Им ещё многое предстоит узнать друг о друге, но теперь этому не будет мешать ни выдуманная игра, ни воля Создателей, ни что-либо другое. Перед ними весь Мультиверс, чтобы наверстать упущенные возможности, дни и моменты. И теперь это будет точно неповторимо.