Мой серый сумрак

Эдвард

      Когда красный пикап подъехал к дому Калленов, из-за свинцовых туч, сгустившихся над городом, стало довольно темно. Его как будто бы накрыло свинцово-серым покрывалом, что в тени деревьев было особенно заметно. Поэтому вампиры и любили Форкс: пасмурная погода лишь подчёркивала удивительную красоту. Но лично Эдвард ценил этот город за то, что он дарил ему счастье и некое спокойствие.       Выйдя из машины, Каллен отметил, что с украшением дома Элис расстаралась. В окнах первого этажа горел приглушённый свет, над крыльцом свисала переливающаяся золотыми огнями гирлянда. Её отблески красиво играли на стволах исполинских кедров, наполняя пространство вокруг дома сказочной атмосферой. У парадной двери красовались белые розы в больших элегантных вазах.       Заметив цветы, Белла застонала:       — Элис переплюнула саму себя.       — Это вечеринка, — пожал плечами Эдвард, после чего напомнил: — Не забудь забрать из машины своё платье.       — Я помню.       Вампир, подав девушке руку, помог ей выбраться из автомобиля.       — Интересно, если сфотографировать тебя на фотоаппарат Чарли, ты проявишься на снимке?       Этот невинный вопрос заставил Эдварда расхохотаться.       — Вот сегодня и узнаем.       Продолжая веселиться, парень подтолкнул возлюбленную к двери.       — Помни: моя семья волнуется, возможно, даже больше, чем ты.       Когда они вошли в просторную белую гостиную, украшенную свечами и хрустальными вазами с сотнями белых роз, Каллены уже ждали их и дружно проскандировали: «С днём рождения, Белла!»       Именинница, зардевшись, опустила глаза и смущённо пролепетала:       — Спасибо.       — Белла! — возмущённо воскликнула Элис. — А где то платье, что я тебе подарила? — заметив в руках девушки подарочную коробку и то, как сильно она прижимала её к груди, вампирша смягчилась. — Давай быстренько поднимайся наверх и переодевайся. У нас впереди ещё столько интересного!       Ясновидящая маленьким восторженным ураганом метнулась к роялю Эдварда, рядом с которым стоял покрытый белой скатертью стол. На нём находились именинный торт, стопка тарелок и небольшая горка подарков в серебристой упаковке.       Заметив, что Свон немного растеряна, Карлайл поспешил извиниться:       — Прости, Белла. Элис невозможно было остановить.       — Всё просто идеально. В тысячу раз лучше, чем я предполагала.       — Спасибо, дорогая, я так рада, что ты оценила. А тебе, Эдвард, кстати, тоже не помешает переодеться. Я подготовила чёрный костюм, он висит в твоей комнате.       — Что бы мы без тебя делали, Элис, — телепат склонился в шутливом поклоне. — Ладно, мы быстро. Пойдём, Белла.

***

      Когда Эдвард вышел из своей комнаты, он заметил, как женский силуэт скользнул за дверь, ведущую в библиотеку Карлайла.       Каллен бесшумно проследовал за девушкой и, прислонившись к дверному проёму, стал наблюдать.       Белла была прекрасна. Она уже успела переодеться в то изумрудное платье, что подарила ей Элис. Ясновидящая, как всегда, не прогадала с выбором — струящаяся ткань безупречно подчёркивала девичью фигуру.       Свон, миновав книжные стеллажи, стала осторожно двигаться вдоль стены, на которой висели картины в позолоченных рамах. Все они отображали историю жизни Карлайла, и каждую из них он написал собственноручно. Жизнь вампиров долгая, а воспоминания имеют свойство стираться со временем. На этих картинах отец Эдварда нарисовал то, что, по его мнению, следовало помнить всегда.       — Тебе очень идёт это платье.       — Ох, Эдвард! — Белла испуганно оглянулась. — Ты меня напугал.       — Я не специально, — вампир извиняюще улыбнулся и лёгкой походкой направился к девушке, которая замерла напротив самой большой и яркой картины, представляющей пребывание Карлайла в Италии. — Что ты тут делаешь?       Белла немного растерялась:       — Дверь оказалась не заперта и… Я здесь раньше никогда не была.       — Любопытство — не порок…       — Расскажешь мне, что это за комната?       — Библиотека, — Эдвард произнёс это, как нечто само собой разумеющееся, ведь по обилию книг на квадратный метр можно было догадаться.       — А картины? — Белла вновь обратила своё внимание на полотно.       — Эта галерея Карлайла. Он создал её как напоминание о былых временах.       Взгляд Беллы блуждал по лицам четырёх мужчин, стоявших на балконе над пёстрой беснующейся толпой. Одного из них она ожидаемо узнала.       — Это Карлайл?       — Да.       — А остальные? Если судить по красным глазам, они тоже вампиры.       — Ты очень наблюдательна. Это Вольтури.       — Кто такие Вольтури?       — Очень старая и влиятельная семья вампиров. Клан. Я бы даже сказал, королевская династия, но это не совсем так. Одно время Карлайл жил с ними в Италии до того, как перебрался в Америку. Аро, Кай и Марк, — Эдвард поочерёдно представил мужчин, а его голос звучал так спокойно, будто ему невообразимо скучно, — являются главами этого клана. Три столпа, на которых держится тайна нашего существования. Злить Вольтури не рекомендуется. Если, конечно, ты не хочешь умереть, или что там с нами происходит…       — Тот разговор про самоубийство… — девушка невольно сжалась. — Ты сказал, что думал об этом. Неужели?.. Что ты имел в виду?       — Если бы Джеймс убил тебя прошлой весной… Без тебя я жить не собирался, поэтому и придумал план. Хотел отправиться в Италию и спровоцировать Вольтури.       Белла резко развернулась и сжала мраморное вампирское тело в объятиях. Лицо девушки исказила гримаса ужаса — казалось, она вот-вот расплачется.       — Никогда, никогда больше не думай ни о чём подобном! Что бы ни случилось со мной, ты не имеешь права причинять себе боль! Ты должен жить! Как такое вообще пришло тебе в голову?!       — Как бы в такой ситуации поступила ты?       — А случись нечто подобное с тобой, — смертельно побледнев, начала девушка, — ты бы захотел, чтобы я наложила на себя руки?       Всё внутри телепата заныло от боли и сожаления.       — Пожалуй, я понимаю… — признал Эдвард. — Отчасти… Но что мне без тебя делать?       — То же самое, что делал, прежде чем появилась я и усложнила твою жизнь.       Каллен невесело усмехнулся и прошептал так, чтобы девушка не услышала:       — Это была не жизнь, Белла, — и добавил уже громче. — Обещаю, тот случай с Джеймсом не повторится. Я буду защищать тебя ото всех… Кроме моей сестры.       — Белла? — в библиотеку вбежала Элис. — Ну что же вы так долго? Мы вас уже заждались. Пора открывать подарки!       Схватив ледяной ладошкой именинницу за локоть, ясновидящая потащила её на первый этаж к столу с серебристыми свёртками.       Когда Свон взяла в руки первый подарок, Элис зашипела:       — Подожди! — маленький эльф куда-то метнулась и спустя секунду материализовалась с фотоаппаратом в руках. — Теперь открывай.       Когда Белла сняла обёртку, комнату озарила вспышка камеры.       — Это от нас с Карлайлом. Ожерелье, — пояснила Эсми.       — Оно прекрасно, — девушка провела пальцами по витиеватому узору. — Спасибо.       На плечо Беллы легла твёрдая ладонь Карлайла.       — С днём рождения.       — С днём рождения, дорогая, — Эсми мягко обняла Беллу и чмокнула в щёку.       Вновь щёлкнула вспышка.       — Давай следующий подарок!       Именинница выудила из общей кучки плоский предмет, больше похожий на конверт.       — О, это от нас с Роуз и Джаспером, — внёс ясность Эмметт.       Вскрыв подарочную бумагу, Белла непонимающе уставилась на содержимое.       Элис вновь сделала фото.       — Что это?       — Подарочный купон на полный апгрейд твоего коры…       — Эмметт!       — Автомобиля! Я хотел сказать — автомобиля.       — Ох… это…       — Возражения не принимаются! — губы Розали изогнулись в улыбке. — Это подарок.       К счастью, Белла больше не предпринимала попыток отказаться, лишь произнесла:       — Большое спасибо.       — Так, теперь подарок Эдварда!       Элис еле сдерживалась, чтобы не запрыгать на месте.       — Ты же обещал! — взглядом Беллы можно было испепелять.       — И доллара не потратил! — поклялся телепат.       Тяжело вздохнув, девушка дёрнула край упаковки.       — Чёрт! — пробормотала Белла, когда бумага царапнула кожу. Из крошечного пореза вытекла капелька крови.       Дальше всё произошло молниеносно. Телепат уловил мысли брата за считанные секунды.       — Не-ет! — прорычал Эдвард и бросился к возлюбленной, толкнув на красиво сервированный стол.       Он с ужасом наблюдал, как стол опрокинулся, цветы с тарелками полетели на пол, а Белла упала прямо на битый хрусталь.       Джаспер утробно зарычал и на невероятной скорости протиснулся мимо Эдварда, клацнув зубами в каких-то сантиметрах от лица Беллы.       В следующую секунду на сорвавшегося вампира набросился Эмметт и сжал его в стальной хватке. Джаспер отчаянно сопротивлялся и пытался скинуть с себя руки брата, при этом издавая нечеловеческие звуки.       От испуга Белла лишь сильнее забилась в осколки и, вскрикнув от боли, уставилась на свою руку, из которой хлестала алая кровь.       И Эдвард понял, что это конец.       Поведение его семьи резко переменилось. Сейчас в вампирах человеческое начало боролось с животным инстинктом, и телепат не знал, какая из сторон одержит победу.       Карлайл был единственным, кому удалось сохранить самообладание:       — Эмметт, Роуз, выведите Джаспера из дома!       Подчиняясь властному голосу отца, Эмметт за шкирку потащил упирающегося брата к выходу. Когда эмпат вновь предпринял попытку вырваться, Розали схватила его за левую руку и помогла вывести на улицу через входную дверь, которую приоткрыла Эсми. Никто из вампиров сейчас не дышал.       — Мне так жаль, Белла, — хрипло прошептала мать Эдварда и покинула комнату следом за своими детьми.       — Простите, я тоже не могу, — плечи Элис дрожали, она могла сорваться вслед за Джаспером в любую секунду, поэтому, не став испытывать судьбу, девушка пулей выскочила вон.       Вот так, когда в комнате остались только он, Карлайл и истекающая кровью девушка, реальность свалилась на Эдварда железобетонной плитой.       Ему не место в жизни Беллы.