Мой серый сумрак

Эдвард

      Эванс быстро поднялся по ступенькам и подошёл к входной двери, даже не посмотрев в его сторону. А Эдвард же, в свою очередь, наоборот, пожирал его глазами, но сделать шаг навстречу не решался. Внутри вампира пробудилась надежда, что парень просто не заметил его, облокотившегося о перила крыльца, но…       — Шпионил? — как бы невзначай спросил Эванс, вставляя ключ в замочную скважину.       — Наблюдал.       Эдвард посчитал, что нет смысла увиливать и придумывать пустые отговорки, всё-таки его поймали с поличным.       — Ммм, — красноречиво протянул Гарри, заходя внутрь дома. — Ну, проходи.       Не думал Каллен, что сможет получить приглашение так просто. Он готовился убеждать, предполагая что парень будет сопротивляться. Вампиру было жизненно необходимо разобраться в себе, потому что Эдвард уже видел свой предел. И либо он сейчас отступит… Сбежит. Либо доведёт это дело до конца и бросится в пучину безумия, носящую имя «Гарри Эванс».       Немного помедлив на пороге, вампир двинулся следом за хозяином дома.       — Зачем ты пришёл? — не стал затягивать Гарри.       — Поговорить.       — О чём?       — О нас.       Похоже, юноша не ожидал, что он скажет… именно это.       — О каких «нас»?       Эванс разулся, снял мокрую куртку и, методично перебирая связку ключей, направился в гостиную. Было видно, что за своими действиями он скрывает волнение, но Эдвард не собирался отступать. Лёгким движением скинув обувь, он направился вслед за ним.       — Ты же чувствуешь то же самое, что и я?       — Что я, по-твоему, должен чувствовать? Понятия не имею, о чём ты говоришь, — твердым голосом ответил Гарри, но по участившемуся сердцебиению парня Каллен понял, что тот лжёт.       Тяжело вздохнув, Эванс попытался сесть на диван, но Эдвард в два шага пересёк комнату и, сжав его руку, притянул к себе, наплевав на то, что одежда парня может промокнуть. По руке стал растекаться ток, и Эдвард возликовал: всё осталось как прежде. Каллен угрожающе сузил глаза, давая понять, что Гарри не удастся скосить под дурачка.       — Я говорю об этом.       Внутри вампира опасно разгорался пожар, начавшийся с той небольшой искры от соприкосновения их рук. Она перешла куда-то в район солнечного сплетения и наконец-то обрела форму, помогая разобраться в своих желаниях. В голове всё кристально прояснилось: он хотел Эванса. Полностью. Безвозвратно.       — Я вижу, что ты чувствуешь это. Твоё тело само выдаёт тебя, но… Если ты хочешь оставить всё как есть, то я уйду и больше не буду навязывать тебе своё присутствие.       Сейчас в его голове роились сотни мыслей, но видя, что Гарри внимательно слушал, не отталкивая, он продолжил.       — Развернусь, скроюсь за этой чёртовой дверью, и ты больше никогда не увидишь меня.       От слов, слетавших с его собственных губ, Эдварду становилось физически больно.       — У тебя будет возможность дальше жить своей жизнью, забыв меня, мою семью и все эти вспышки… аномалии. Сможешь дальше спокойно растить сына, добиваться поставленных целей, общаться с друзьями, заниматься… да чем угодно! Но мы с тобой больше не встретимся. Мне… я хочу разобраться во всём, правда.       Зрачки Гарри расширились, заполняя почти полностью радужку. Их беспроглядная глубина вызвала у Эдварда ассоциацию с голодным вампиром, готовым в считанные секунды высушить свою жертву, не оставив в её теле и капли крови.       — Решай, Эванс.       — Поттер.       — Что?       Каллен на миг растерялся.       — Моя фамилия Поттер.       Гарри резким движением уцепился свободной рукой за шею вампира, заставляя нагнуться, и подался вперёд, касаясь губ Каллена своими. И Эдвард смог наконец-то отпустить себя. Отвечая на поцелуй, он всё чётче осознавал, что назад дороги нет. Каллен больше не сможет. Не сможет без Гарри. И теперь уже он цеплялся за него, безумно желая, чтобы парень был как можно ближе.       Эдвард растворялся в этих чувствах. Каждое прикосновение, каждый поцелуй казались неимоверно обжигающими. Ему хотелось вжать Гарри в ближайшую стену до хруста в костях, рвануть такую ненужную сейчас водолазку, оголяя крепкую шею для укуса. Но вместо этого он лишь втянул носом запах Поттера — жаркий и терпкий… Нет, это невозможно терпеть.       Ловко подхватив парня под бёдра, он плавным движением перетёк на диван, усаживая Гарри между своих разведённых ног и попутно ловя губами вырвавшийся стон наслаждения.       Ещё никогда Каллен не испытывал такого бесконтрольного желания близости, и от этого ему стало страшно. Он боялся забыть про контроль, окончательно потерявшись.       Холодные пальцы вампира осторожно проскользнули под ткань водолазки. Стараясь не причинить дискомфорта, он, на пробу, сжал бока юноши, чувствуя, как по мягкой коже пробегают мурашки вперемешку с искрами тока, даруя им ещё больше удовольствия, обостряя и без того напряжённые чувства. Неожиданно в памяти вампира всплыло, что, вообще-то, людям необходимо дышать. Эта мысль заставила на мгновение оторваться от таких желанных губ.       Грудь Гарри тяжело вздымалась, взгляд был полностью расфокусирован. Коснувшись пальцами его лица, Эдвард очертил контур опухших губ.       — Чёрт. — Сейчас говорить было сложно, голос дрогнул и совершенно не хотел слушаться вампира. — Я… понятия не имею, зачем ты появился в моей жизни. Мне всегда было трудно выражать свои эмоции, ведь за столько лет жизни невольно начинаешь ощущать себя чёрствым камнем. Но сейчас… ты делаешь меня живым. Слишком много всего.       — Эдвард… Мы…       Вампир прижал Гарри к себе и, оттянув тугой ворот, провёл кончиком носа по пульсирующей жилке на шее.        — Прошу тебя… Позволь мне быть рядом с тобой.       И Поттер ответил на его просьбу нетерпеливым, жадным поцелуем, затуманивая и без того оглушённый разум Каллена. Лаская, Эдвард до боли сминал губы парня, задыхаясь от запаха чужого тела, несмотря на страх потеряться в этих ощущениях и причинить ему вред, забыв обо всём.       Гарри оказался горько-сладким. Этот вкус был абсолютно не похож на женский, но от этого не был менее притягательным.       Поттер решительно стащил с него мокрую футболку. Эдвард зеркально отразил его движения, освобождая волшебника от верхней одежды. В тот момент, когда парень огладил ладонью его впалый живот, мышцы вампира предательски сократились, разнося по торсу волну наслаждения.       — Прекрасен, — голодно застонал Каллен, вновь втянув юношу в поцелуй.       — Не надо этого, — прошептал Гарри, оглаживая пальцами мраморную кожу.       Разве мог Эдвард, идя сюда, мечтать о происходящем? От желания у вампира потемнело в глазах. Все эти поцелуи и искренняя отдача заводили до предела, но он не знал, что делать дальше, ведь за всю свою жизнь ему ни разу не доводилось быть с парнем, поэтому он не спешил переходить к главному. С женщинами всё было понятно, но сравнивать свой предыдущий опыт с происходящим сейчас показалось Эдварду кощунством. Поэтому он просто продолжал наслаждаться поцелуями, медленно сгорая изнутри, пока у Гарри не кончилось терпение.       Дёрнув бёдрами, Поттер уткнулся носом в шею Каллена и простонал:       — Мерлин… Я так больше не могу.       Привстав с колен, он трясущимися руками расстегнул ширинку Эдварда и стянул его джинсы до колен. После этого ладони Гарри заскользили по его телу, гладя и выводя одному лишь ему видимые узоры, изучая. Каллен совершенно не хотел торопить его, стараясь продлить их момент близости как можно дольше. Когда пальцы парня добрались до внутренней стороны бёдер, напрочь игнорируя каменно-твёрдый член, вампира непроизвольно тряхнуло от желания. Его как будто сковала судорога, и кожа на секунду вспыхнула жаром, влекущим за собой колющий холод. Эдвард закусил губу, пытаясь остановить рвущийся из горла рык, чем заслужил неодобрительный вздох и шлепок по бедру от Эванса.       — Со мной не нужно сдерживаться, — прохрипел он. — Я знаю, что ты не человек. Меня этим не напугать.       Сам же Гарри не спешил избавиться от своих штанов. На пробу он провёл пахом по тонким боксёрам Эдварда, натянутым до предела эрегированным членом, заставив всё внутри парня пылать ещё сильнее.       Отметив на лице Каллена одобрение, Поттер принялся двигаться интенсивнее. Вверх-вниз. Жёсткая джинсовая ткань удачно задевала головку, и Эдвард почувствовал, как на его конце стала активно выделяться смазка.       — Как же… — протяжно вздохнул Гарри, — я тебя хочу.       И от этих тихих слов у вампира окончательно сорвало крышу. Громко рыкнув, он вновь ухватил Поттера под упругие ягодицы и рывком разложил на диване. Нетерпеливо сорвав с парня штаны, он отправил их к своим, скинутым секундой ранее. Плавное движение рук — и нижнее белье Гарри с треском порвалось. Максимально разведя чужие ноги, Эдвард без отрыва глядел на дёрнувшийся в предвкушении налитый кровью член, от вида которого рот Каллена наполнился ядовитой слюной.       Сомкнув горячие губы вокруг нежной головки, слизывая с неё солоноватый предэякулят, Эдвард не мог собрать свои мысли в кучу. Это был первый минет, который делали не ему, а он сам. Слыша стоны удовольствия Гарри, с готовностью насаживался горлом на член, стараясь вобрать как можно глубже. Для Поттера ему хотелось стараться, хотелось доставить ему как можно больше удовольствия.       Волшебник сладко застонал и, откинув голову назад, ударился об подлокотник дивана.       — Чёрт.       Выпустив изо рта блестящий от слюны орган, Эдвард потянул парня пониже, подложив под голову ладонь. У вампира мутилось в голове. Всё казалось каким-то наваждением, а внутри противно заскреблась пугающая мысль, что всё это не взаправду. Всего лишь одноразовый акт, ничего не значащий для его партнёра, но так много значащий для него самого. Гарри оказался невероятным, вкусным, сладким и страстно желанным. Отогнав от себя такие не нужные сейчас мысли, Эдвард свободной рукой соединил свой член с Гарриным и, припав к его губам с поцелуем, стал равномерно двигать кистью, пальцами оглаживая бархатистую плоть.       Оторвавшись от губ, Каллен оскалился. Ускоряя движения, соприкасаясь кожей к коже, самозабвенно лаская языком нежную шею, Эдвард перестал отдавать себе отчёт в происходящем. В этот момент его не волновало ничего. Он просто наслаждался суматошными прикосновениями Гарри и тем, как приятно тот тянул его за волосы, посылая вдоль хребта искры.       Вампир не понял, в какой момент Поттер сорвался и стал рвано толкаться бедрами, трахая его руку. Он лишь сильнее сжал ладонь, давая волшебнику полную свободу действий. Эдвард чувствовал, что такими темпами его не хватит надолго, но кончить первым он не смел. Лишь ощутив, как Гарри излился, заливая каменную грудь спермой, Каллен последовал за ним.       Ослепляющее удовольствие подкосило Эдварда, и он устало навалился на Поттера, подрагивая от оргазма, не зная, что ждёт его впереди.

Гарри

      Расслабленно слушая своё оглушительно бухающее сердцебиение, мешающее нормально вздохнуть, Поттер машинально потёр свой шрам в виде молнии.       — Чёрт, прости, не думал, что кончу так быстро. У меня давно никого не было.       После этих слов атмосфера в комнате мгновенно поменялась. Мышцы Эдварда окаменели, выдавая его напряжение.       — Всё в порядке?       Гарри не понял, с чем вызвано такое резкое изменение в поведении Каллена.       Эдвард ничего не ответил, лишь придвинулся в попытке поцеловать Поттера, но сумел лишь мазнуть губами по щеке, так как Гарри, поняв его намерения, отстранился. Трудно было не дёрнуться в этот момент, ведь Поттер не привык вести себя как последний подонок. Тем более сейчас ему хотелось поддаться на эту нехитрую ласку и, плюнув на всё, заснуть в крепких объятиях.       Проведя рукой по волосам вампира, как бы извиняясь, волшебник невербально очистил их тела от спермы, призвал штаны, натянул их на голое тело и направился на кухню.       — Тебе пить не предлагаю, — негромко сказал Гарри и достал из холодильника апельсиновый сок, зная, что Эдвард его услышит.       Отпивая напиток прям из пакета, Поттер оглянулся и увидел в дверном проёме застывшего, уже полностью одетого Эдварда.       — И… Что дальше? — неуверенно спросил вампир.       — М? — протянул Гарри, продолжая пить холодный сок.       — Я могу остаться?       Окинув Каллена изучающим взглядом, Поттер отставил пакет с соком в сторону.       — Можешь, конечно. Но ты правда этого хочешь?       — Я же сказал…       — Эдвард, мне кажется, что сейчас тобой движут эмоции. Ты увидел нас с Беллой, в тебе что-то перемкнуло… Пойми, я не хочу и не смогу быть чей-то заменой.        — Что ты такое говоришь?       Гарри остановил его взмахом руки.       — Вот только не нужно громких слов, о которых ты потом можешь пожалеть. Думаю, мне нужно время всё взвесить. А пока я всё же попрошу тебя уйти. Не усложняй всё ещё сильнее. Я не хочу запутаться ещё больше и портить отношения с Беллой из-за необдуманных поступков, совершённых под давлением эмоций. Уверен, вы с ней ещё можете сойтись, если ты приложишь больше усилий…       Мерлин, что он несёт…       — Я понял тебя, — Эдвард сжал кулак, напрягая руку. — И…       Посмотрев на мага нечитабельным взглядом, Каллен горько усмехнулся. Секунда — и на кухне Гарри, кроме него, уже никого не было. В груди волшебника тоскливо заныло от одиночества. Хотелось кинуться вслед за Калленом и попросить его остаться. Но вместо этого он отправился в свою комнату.