Мой серый сумрак

Три недели спустя.       Убедившись, что гостиная пуста, Поттер спустился на первый этаж. Прохладный пол приятно холодил босые ступни, и парень наслаждался долгожданным покоем. Его тело долго мучилось после магического истощения, которое он схлопотал, спасая Лорен. И вряд ли он когда–нибудь захочет вновь пережить эти ощущения.        Поттер подошёл к панорамному окну и стал завороженно наблюдать за своей семьёй. Во внутреннем дворе Эдвард вместе с Розали играли с детьми, и сложно было представить более прекрасную картину. Расстелив плед, они уютно устроились под раскидистым деревом. Осенние листья осыпались и кружились в причудливом танце, а Гарри неподвижно стоял, боясь моргать лишний раз и позволяя нежности затопить себя с головой. Ему хотелось запомнить этот момент на долгие–долгие годы, ведь время так быстротечно, а сейчас он был так преступно счастлив.       Гарри обречённо вздохнул. Глупо было надеяться, что его побег с кровати не останется незамеченным. Розали ослепительно улыбнулась ему и аккуратно помахала маленькой ладошкой зеленоглазой малышки, после чего быстро потеряла к волшебнику интерес, полностью возвращая всё внимание девочке.       К ребёнку Эдварда. К дочери вампира и человека, которую Гарри уже считал и своим ребёнком.       Каллены долго спорили, как назвать новорождённую, и всё никак не могли прийти к единому мнению. Эти шутливые препирательства проходили как–то мимо них с Эдвардом. По понятным причинам. У Поттера не хватало сил учавствовать в спорах, а телепат сильно переживал за состояние Гарри и матери ребёнка, поэтому девочка очень долго оставалась безымянной.       В один из вечеров, укачивая дочь в их с Гарри спальне, Эдвард прошептал:       — Элизабет.       — Что? — сонно переспросил Гарри, отрываясь от чтения книги.       — Хочу назвать её Элизабет. Так звали мою маму. — Каллен нежно поцеловал девочку в лоб и уложил в кроватку. — Она очень похожа на неё.       Так у малышки появилось имя, и споры вампиров стихли сами собой.       Наблюдая за тихой идиллией, Поттер неосознанно покрутил кольцо из белого золота, украшавшее безымянный палец левой руки. Новая привычка выработалась довольно быстро после того, как Эдвард сделал ему предложение. Подумать только, Гарри до сих пор не смог привыкнуть к мысли, что Эдвард в ближайшем будущем станет его мужем.       Снаружи подул лёгкий ветерок, и, не сдержавшись, Гарри наколдовал вокруг детей согревающие чары. Обнимая активного Тедди, Эдвард сурово взглянул на возлюбленного, давая понять, что он думает о его легкомысленном колдовстве. Вампир всё ещё опасался, что самочувствие жениха ухудшится, но возвращаться в дом и высказывать недовольство не спешил. За это Гарри был ему благодарен. Парню хотелось побыть наедине со своими мыслями ещё хотя бы несколько минут, прежде чем Карлайл и Гермиона вернутся с важного задания, на которое его отказались брать с собой, как бы он не просил.       День, когда Элизабет появилась на свет, стал едва ли не последним для её матери. Поттер раз за разом прокручивал в голове те страшные события, в которых с помощью своей силы ему удалось спасти девушку.       И только от Виктории удача отвернулась. Вампирша хотела мести, но поплатилась за это. Тогда, цепляясь за Гарри руками, она не знала, к чему это приведёт. На самом деле никто не мог предположить такой исход. Первое столкновение Виктории с магией стало для неё последним. От тела вампирши не осталось и горсти пепла.       Позади волшебника раздались шаги. Отвлекаясь от тягостных воспоминаний, Поттер нехотя обернулся, когда его плеча мягко коснулась женская рука.       — Вы уже вернулись?       — Почему ты встал?       — Ох, Герми, у меня нет сил лежать в постели. Вы признали, что Лорен уже в норме, так что тут можно говорить обо мне? А ведь у неё были более тяжёлые повреждения.       — Ты едва не умер!       — А Лорен умерла. Если бы не магия, её бы ничего не спасло с того света. Так что давай уже прекратим эти споры. Лучше расскажи, как всё прошло.       — Мы отвезли её домой. — От Карлайла не укрылось волнение парня. — Гермиона проделала большую работу и стёрла лишние воспоминания. Всё прошло так, как мы и планировали.       — От этого легче не становится. То, как мы поступаем с ней, просто чудовищно.       Гермиона заключила его в утешающие объятия.       — Ты ведь сам сказал, что у нас нет другого выхода. Нам остаётся только двигаться дальше. Без оглядки на прошлое. Нужно просто смириться.       — То, что ты спас эту девушку…       — Карлайл, это просто случайность.       — Я бы назвал это чудом. Чудо, которое помогло нам спастись. Если бы Лорен окончательно погибла, то Джейкоб рассказал бы стае, и у квилетов были бы развязаны руки. Они не оставили бы нас в живых, ведь мы бы нарушили договор.       — Я бы этого не допустил.       — И всё же, хорошо, что нам удалось разрешить эту ситуацию без конфликта.       — Почти. Только Белла вряд ли нам когда-нибудь простит то, что мы сотворили с Лорен. Да и нам придётся покинуть Форкс.       — Пусть так, — болезненно поморщилась Гермиона, — но это меньшее из зол. И хватит уже заниматься самобичеванием. Лучше пойдём, поможешь мне собрать вещи.       — Хорошо… — мягко улыбнулся Гарри, пусть на душе у него и скребли кошки. — Ты уверена, что хочешь отправиться именно сегодня?       — Мой портключ сработает через час. И я уже столько занятий пропустила. Придётся всё нагонять.       Гермиона всегда оставалась Гермионой. За какие-то жалкие недели Гарри снова привык, что подруга где-то рядом, и поэтому ему будет трудно отпустить её вновь. Он точно сильно заскучает по её запаху, по шелесту страниц бесконечных книг и тихого смеха.       — Гарри. — Гермиона ущипнула парня за щёку. — Мы уже обсуждали это. Летом я приеду на вашу свадьбу, и мы выберем новое место, куда все переедем. Калленам давно пора сменить локацию, а я больше не хочу оставлять вас с Тедди надолго. Мы обязательно будем вместе, не волнуйся.       Поттер тяжело сглотнул, понимая, что подруга в очередной раз права. Всё это обязательно будет, но чуть позже. И нельзя приковывать к себе Гермиону, боясь потерять. Ведь ей ещё учиться на колдомедика и исполнять свои мечты. А Гарри знал, что у каждого человека особая история. И его началась, когда он переехал в Форкс. Поэтому, провожая Гермиону, Гарри сильнее сжал прохладную руку своего возлюбленного. Он больше никогда не останется один. Рядом с ним всегда будет находиться его вечность.