Оrange-purple color of love

POV Вайолет

       По каждодневным новым цветам лилий на моей руке я поняла, что мой непутевый соулмейт всё ещё не испустил дух и не познакомился с гробом, чему я бы не обиделась, ведь после появления лилий Минерва начала отстраняться от меня. За две недели с даты появления моей судьбы, у нас с Минервой была хренова туча ссор и предложение «Если что-то не нравится, вали к своему соулмейту» я слышала чаще, чем вопросы о цене фотосессии.        Радовало то, что недавно один колледж предложил мне работать у них. Работенка легкая, но нудная. Фотографировать разные мероприятия, конечно, весело, но одни и те же места и лица — скучно. К сожалению, учитывая, что сейчас мои дела были дерьмовы, я согласилась; ещё мне нравилось то, что колледж был тот, где училась Софи и мы могли чаще контактировать, а точнее в свободное время я просто буду тусить в изобразительном классе.        Проснувшись, а точнее с огромным трудом разлепив глаза, я вылезла из-под одеяла и наступила на лежащую на полу игрушку-пищалку Рози. День только начался, а я уже словила микроинсульт, чует моя жопа, что день будет замечательным. Посмотрев на электронные часы, я начала собираться. Если честно, то я была не удивлена, что А.S.M.A.S решил нанять персонального фотографа. Это элитная и хорошая школа, учителя там — мастера своего дела, а есть даже и звезды. Хореограф — танцоры большой сцены, учителя — великие музыканты или знаменитые художники, а тренера — спортсмены или заслуженные тренеры. Помню, когда два года назад Софи выиграла грант на бесплатное обучение там, Минерва и вся их семья зарыдала от счастья, ведь обучение там означает, что ты уже не пальцем деланный.        Надев свободную и мешковатую футболку и накинув короткий пиджак, я ищу свои длинные джинсы, но, к своему сожалению, не найдя их, решаю надеть брюки. Схватив на ходу рюкзак, я бегу к выходу, но уже в коридоре я вспоминаю, что взяла абсолютно другой рюкзак, а не который хотела, а учитывая, что снимать обувь мне в падлу, я решаю дойти до другого, который покоился на диване.        Добежав до оранжевого рюкзака и проверив в нем наличие фотоаппарата, вспышки и прочей аппаратуры, я покидаю квартиру. Слякоть и дождь не приносили мне должного счастья, гулять под дождём конечно ахуенно, но пролежать дома неделю с соплями и таблетками в обнимку — не самая клевая перспектива, учитывая, что теперь у меня появилась работа.        Добежав до остановки, я быстро села на нужный мне только что подъехавший автобус и, заняв место, я достаю телефон, заткнув уши наушниками, и включаю музыку. Клевая гитарная игра, после которой следуют барабаны. Мне нравятся рок-песни, как бы странно это не звучало, они успокаивают, в отличие от ванильных песен сопливых мальчиков, у которых слой косметики толще льда на катке, поющих о неразделённой любви в их шестнадцать лет. Я — лишь шаг в сторону. Дыхание в воздухе. Я верю, изменю, Ведь стою я на краю. Я просто человек, совсем не супермен, Я совсем не супермен. Просто ненавижу всех. Опять идёт война, Вновь семья разделена. Сегодня вера в ночь ушла, Делаю с обрыва шаг. Вновь обычный день, но все идёт не так… — Мне нужен ге-е-еро-о-ой, — шепотом я подпеваю Джону Куперу и Джен Леджер, смотря в огромное окно автобуса и видя свою остановку напротив четырёхэтажного здания. Сделав вздох, я отдаю деньги водителю и покидаю транспорт.        Возле остановки меня встречает Минерва, держащая в руках знакомую мне старую, измазанную в краске и гуаши сумку. Подойдя к девушке я нежно поцеловала её в лоб, после чего, приобняв за плечи, вместе с ней направилась в здание колледжа, которое и правда впечатляло своими размерами. Поднявшись на крыльцо и зайдя внутрь, я увидела стены, идеально выкрашенные в матово-бирюзовый цвет. Высокие натянутые потолки с подобающими люстрами через каждые два метра, гардероб с узорчатой, в виде лоз, решёткой, покрашенной в золотой, а цветы разрисованы в яркие цвета, новые шкафчики с электронным замком. Длинные коридоры с хуевой тучей деревянных дверей. От удивления моя челюсть едва не поцеловала кафельный пол учебного заведения. — Идем, Софи сейчас на стеклянной террасе, — от этих слов я присвистнула: от того, насколько шикарное это здание, ну и от вида походки моей девушки. Минерва вела меня по коридору и, аккуратно постучавшись о мутную дверь и открыв её, мы зашли в комнату с панорамными окнами которая была полна мольбертами. За одним из которых сидела Софи, на её ноге до сих пор красовался гипс, который уже был изрисован. Хотя он стал таким через три дня как девушка попала в больницу. Вся группа девушки пришла к ней поддержать и, в качестве маленького подарочка, они изрисовали её гипс. — Софи, как ты? — я кладу на один из стульев свой рюкзак и подхожу к девушке, разглядывая холст над которым она работала. — Прекрасно, ко мне недавно приходили бейсболисты и посчитали необходимым расписаться на моём гипсе, — девушка повернулась и продемонстрировала нам ногу.        Вдруг дверь резко открылась и в комнату вбежала девушка. Она сразу спряталась за дверь и, увидев нас, приложила указательный палец к губам, в то время пока она прижимала к себе бейсбольную биту. В её янтарных глазах читалась мольба о том, чтобы мы молчали. Переглянувшись мы сначала не поняли, что происходит, но следующий посетитель сразу же объяснил все одним своим присутствием. — Эверетт! — дверь снова резко открылась и на пороге появился мужчина лет тридцати. Он оглядел помещение и уже собирался заглянуть за дверь, как вдруг его окликнула Минерва: — Мистер Гарсия, я, кажется, видела как Клементина побежала на третий этаж, скорее всего в кабинет своего отца, — Софи сразу же начала кивать, будто подтверждая слова сёстры — Вы уверены в этом, мисс Рокингем? — мистер Гарсия складывает руки на груди и, подняв одну бровь смотрит на мою девушку, а затем и на подругу недоверчивым взглядом. — Обижаете, Хавьер, уж кого-кого, а шатенку с пушистыми волосами сложно не заметить, — Минерва указывает на лестничные пролёты с панорамными окнами, в которых видно абсолютно всё. — Кстати, разве у неё в руках была не ваша бита? — Как раз-таки моя, спасибо, Минерва, спасибо, Софи. Как я уже устал с этими чертовыми посвящениями, — мужчина закрыл дверь и ушёл.        Круглыми глазами девушка проводила закрывающую дверь, а позже подождав две секунды, спокойно выдохнул, после чего начала смеяться. У неё сдержанный, но при этом мелодичный смех. Она зацепила биту за маленький пояс у себя на талии, после чего подошла к Минерва и Софи, обняв их. — Спасибо за помощь, девочки. — Мы были бы настоящими тварями если бы спалили тебя, Клем. Ты, как-никак, нашего брата и друзей спасла, — Минерва игриво пихает мулатку, а та начинает хихикать и отскакивает от неё. — Уже проходишь инициацию в команду? — Софи улыбается и указывает на биту, что висела на поясе шатенки. — Как обычно, Гейб отвлекал, а новичку пришлось потихоньку пиздить, — усмехается она. — И сколько ты должна таскать её с собой? — я всё же решают вклиниться в разговор и задаю первый же попавшийся в голову вопрос. — А? — мулатка поворачивается ко мне и, хитро улыбнувшись, отвечает: — Весь день. — Знаешь, Клем, кажется, тебе уже пора бежать, — Софи указывает карандашом на лестницу, где стоит тренер шатенки и он явно не очень рад тому, что его провели. — Ох, блять, благодарю за оказанное сотрудничество, Минерва, Софи, — Клем обнимает каждую отдельно и выбегает из помещения.        После недолгого разговора, я узнаю, что это дочь одного из преподавателей. Девушка, так же как и Софи, выиграла грант в этом колледже. А вот как — мне не сказали. Вздохнув, я попрощалась с Софи, обняв её со спины, и Минервой, поцеловав её. Первое, что я должна была сделать, это сфотографировать учебное заведение для их личного сайта.