Оrange-purple color of love

       Противный звон будильника прервал мои размышления, из-за которых я не могла уснуть. Первым делом я посмотрела на девушку, о которой я думала всю ночь и которая использовала моё плечо как подушку, а так же всем телом прижималась ко мне. Наши ноги переплетались, тела были непристойно близко, а её дыхание щекотало мою шею. Клементина спит на удивление крепко. Когда я обняла мулатку, моя рука проскользила под рубашку и, поднявшись, прикоснулась к шее, после чего я провела линию вдоль позвоночника к копчику. У девушки до невозможности мягкая кожа, которая пахла шоколадом. Наклонившись, я как можно плотнее прижала девушку к себе, тем самым разбудив её. — Ещё пять минут, Ви, — дыхание Клем будоражило кровь и туманило разум. Не хотелось идти ни на работу, ни на бейсбол, фотографировать который и есть моя работа.        Спустя пару минут Клементина открывает глаза и сонно смотрит на меня, после чего, улыбнувшись, крепче обнимает меня. Это становится последней каплей. Без тени стеснения я скидываю одеяло и, приняв сидячее положение, сажу верхом на себя Клементину. Её дыхание, взгляд, голос, кожа, вся ОНА начинает сводить с ума просто находясь рядом, при всем этом заставляя погрузиться с головой в омут забвения. Прижав девушку к себе, я впилась ей в шею. Сначала легкие поцелуи, которые были одобрены закинутой в противоположную сторону головой и дающую мне больше пространства для ласк. Руки Клементины обхватили мою шею, тело прижалось, но сама девушка, подобно маленькому ребёнок, начала ерзать на мне. И это заводило ещё сильнее. Руки уже сами нашли края её рубашки и потянули её вверх, оголяя для меня её совершенное тело, давая насладиться ЕЮ. Когда её рубашка была откинута в сторону, Клементина сразу же начала снимать с меня мою футболку. К моему счастью, я успела впиться в её шею. Не думая ни о чем, а лишь поддавшись чувствам, я ставила маленькие засосы и чем больше их было — тем громче были вздохи девушки. — Вайолет, ты… стой, подожди, ты уверена? Я могу подождать ещё, — Клем чуть отстраняется и смотрит мне в глаза. — На все сто. Сейчас мне дан второй шанс, его просрать я не хочу, а страдать можно долго и безостановочно, но ведь это ничего не исправит. — Воу, — её руки проскользили по моей груди, плечам, затем по шее и к шекам. — С каких пор ты такой философ?        Губы девушки расплываются в широкой и счастливой улыбке, после чего она наклоняется и робко накрывает своими губами мои, но уже через пару мгновений наш робкий поцелуй становится страстным и жадным. Вцепившись в штаны друг друга, мы не желаем отрываться. Если нам и удается перевести дух, то только тогда, когда избавляем друг друга от одежды или желаем поцеловать что-то ниже губ. Стоит девушке остаться в нижнем белье, как я теряю способности к здравому мышлению. Нависнув над ней, я разглядываю всю Клементину. Принадлежащее ей тело было потрясающим: подтянутое и атлетичное телосложение, мягкая кожа, узкие бедра в черных трусиках, аккуратная, среднего размера грудь находящаяся в спортивном топе, выпирающие ключицы и тонкая шейка. Теплая рука Клем скользит от плеча, по шее к щеке, после чего на затылок. Она без труда заметила мой жадный и поглащающий её взгляд. Ехидно улыбнувшись, девушка притянула меня к себе и, впившись в мои губы, ногами обхватила бедра.

После этого мне конкретно сносит крышу.

***

       То, что я стала у Клементины первой и, похоже, единственной, дарило мне чувства уверенности. Она моя! И то доказывали не только огромное количество засосов, которыми были покрыты бедра, спина и плечи девушки, но и цветы, что распустятся на её теле, стоит мне пораниться. Сейчас я лежала, прижимала к себе и гладила по спине лежавшую на мне девушку, накручивающую себе на указательный палец локон моих волос. — Клем, а ты в курсе, что мы на игру опаздываем? — для привлечения внимания я беру её за руку и переплетаю наши пальцы. — Знаю, знаю, но мы играем в другое время, так что можно еще немного поваляться, — мулатка игриво улыбается и утыкается в мое в плечо. Приобняв её другой рукой, я начала рассматривать метки, что понаставила на ней. — Ты чего делаешь? — Да так, думаю, сколько мне светит за совращение. — О чем ты? Мы же, тип, предназначены друг другу, — после своих слов Клементина задирает голову и удивленно смотрит на меня. — Не всё так просто, Клеми. До твоего восемнадцатилетия я имею право тебя только в щечку целовать. Не более, — мы обе садимся, но при этом не разрываем зрительного контакта. Клем глупо надувает щеки. — У нас не такая уж и большая разница в возрасте. — В пять лет Клем, это в четыре раза меньше того срока, что мне светит, — я улыбаюсь, желая перевести это все в шутку, при этом понимая, что если кто-то узнает о наших отношениях, то добром это не кончится. — Тогда просто не будем говорить об этом.       Девушка лучезарно улыбается и, поцеловав меня в щеку, начинает собираться. Улыбнувшись ей в ответ, я тоже начала собирать свои вещи и одеваться. Как только мы наконец собрались, вызвали такси и вышли из квартиры, телефон Клементины зазвонил. Девушка, глубоко вздохнув, посмотрела на дисплей, после чего ответила на звонок, при этом не поднося телефон к уху, ибо оно и не требовалось. — Эверетт, черт тебя дери, ты где?! — по голосу я узнаю тренера девушки. — Я уже в пути, скоро буду. Незачем так кричать, Хави, я буду минут через двадцать. — Эверетт, не дай бог ты опоздаешь, я тебе жизни спокойной не дам! — после его слов разговор закончился и экран потух. — Зануда, — пробубнила девушка.       Посмотрев на меня, она меняется в лице, а именно — застенчиво улыбается. Я приобнимаю девушку и начинаю разговаривать с ней на разные темы. Она рассказала мне про день когда всё узнала, как мечтала меня придушить, когда я вскрыла вены, ну, а я всё это время лишь извинялась. Когда машина подъехала, я открыла девушке дверь и пропустила её внутрь салона, после чего села следом. Услышав адрес стадиона, где проходит матч, женщина-водитель кивает и везёт нас.

***

       Я стою у огражденных от основного поля металлической сеткой трибунах и настраиваю камеру, фотографируя публику. Маленькая девочка и её старший брат, весело показывают большие пальцы в объектив камеры, а потом две подружки улыбаются и обнимают друг-друга. Было облачно, поэтому и камеру настроить было легче. Поднявшись на самый верх, я начала разглядывать пустое поле. На определенных местах лежали перчатки и бита. Арбитр, Хавьер и ещё какой-то мужчина спокойно разговаривают, после чего тренер нашей команды пожимает руку другому, а арбитр идет на свое место. Игра началась.        Со стороны раздевалок каждой команды выходят двенадцать человек — девять основных и три запасных. Я замечаю, как Клементина поднимает голову и, увидев меня, слегка улыбается. Я же в свою очередь подмигиваю ей, мне прекрасно известно, что у девушки орлиное зрение и она без труда заметит такую шалость с моей стороны. И она замечает. Отвернув голову, Клементина сжимает губы в тонкую линию, но это не помогает ей сдержать улыбку. Пожав руки противникам, команда встает на свои места. Девушка подхватывает биту и, верча в руке, смотрит на питчера. Я не упускаю возможности и фотографирую её в разных позах, как она замахивается, как отбивает, как бежит. Но через пару минут, вспомнив, зачем я здесь, переключаю свое внимание и фотографирую остальных, но, чего греха таить, больше всего я фотографировала Клементину.       К моему удивлению, команда противников оказалась довольно сильной. Около часа ребята шли в ровень, поэтому пришлось добавить дополнительное время. И когда питчер противников вышел на позицию, на трибунах стало ужасно тихо, а от площадки веяло напряжением. Замах. Бросок. И Клементина отбивает мяч! Команды с невероятной скоростью оживают и игра продолжается. Пробежка парня — Томми — и команда колледжа выигрывает. Трибуны вскрикивают от счастья, а противники гордо аплодируют. Хавьер и остальной народ нашей школы, который сидел на трибунах и скамейке запасных, собравшись в группу, подхватили Томми и Клементину и начали подбрасывать. Не упустив момента я так же фотографирую счастье нашей команды и учеников.       Вскоре несчастных опускают на землю. Я убираю фотоаппарат и замечаю, как девушка бежит ко мне. С разбегу Клем обнимает меня, чуть не заставив упасть. — Мы выиграли, Вай! Мы выиграли! — янтарные глазами девушки весело сверкали, а улыбка была лучезарной и широкой. Не удержавшись, я целую девушку в лоб и произношу: — Всё благодаря тебе.