Путем чужого пророчества

Очнулась так буднично, словно от сна пробудилась. Ничего не болело, дышалось свободно. Даже не верилось, что еще недавно настолько огнем пылало внутри, что чуть все ногти в коже не оставила, пока шею себе скребла. Правда, тело вялым ощущалось, как после длительной болезни — руку с трудом подняла, когда сесть попыталась — сопротивление, как-будто против горного потока идешь. При этом тело ровно гудело, словно меня к трансформатору подключили и ток пропустили. Пришлось в изнеможении обратно на подушку откинуться.       По ощущениям, словно сила через меня проходит, только без экстаза, нейтральная, как для полета. Но додумать не успела. За дверью послышался шум, торопливые шаги, и в комнату ворвался Северус и замер у порога. Похоже он был в лаборатории и бежал всю дорогу из подвала, когда чары на моей кровати сработали. Вид у него был взволнованный, но признаки паники отсутствовали, значит жить буду.       — Привет, Сев, — слабо улыбнулась я, мышцы все еще плохо слушались.       — Как ты, Лили? — в ответ спросил он, когда стремительно прошел к кровати и сел на ближайший стул, взяв мои ладони в свои.       — Ты мне скажи, — грустно усмехнулась я. — Слабость и странное поведение магии.       — Ты уже сутки перекачиваешь через себя силу, Лили, и я не смог прервать контакт, — с волнением ответил он и аккуратно вернув мои руки на одеяло поднялся и набросил на меня ряд заклинаний диагностики, после чего сел обратно. — Но твоему здоровью это не вредит. В теле только сильное напряжение, оно пройдет, когда связь прервется. Я сварил тебе восстанавливающее и релаксант. Потом, тебе нужно будет поспать, чтобы восстановиться.       — А что остальные, они пришли в себя? — спросила я, уже понимая что произошло.       — Они очнулись сразу, как я споил тебе эликсир и нейтрализовал состав, что тебя убивал. Ты была без сознания не больше четырех минут, и то, потому что мне нужно было взять у тебя образец крови. А потом словно заснула. Но, если бы не твой эликсир на вытяжке беозара, ты бы уже была мертва.       «Я бы точно уже была мертва, если бы предварительно не сняла с тебя метку, — подумала я.»       — Значит меня отравили, — констатировала я, сделав для себя выводы. — Кто?       — Не известно, — ответил он и глаза его полыхнули сдерживаемой яростью. — Мне было не до того, я занимался тобой, а потом спустился в лабораторию сделать анализ и приготовить нужные зелья. Но Нотт около часа назад справлялся о тебе. Сказал, что все в смятении и пока не ищут виновных. В министерстве был инцидент. У них там проходил очередной турнир по бриджу и Грейсток упал прямо посреди фуршета. Двое остальных как раз посещали мужскую комнату и не засветились, а последующую слабость и уход с мероприятия списали на плохое самочувствие. Официальная версия отравление устрицами. Пророк черкнул пару строк, но сильно не распространялся. Обычное бытовое происшествие.       — Хорошо. Нам лишнее внимание ни к чему. Я хочу видеть Малфоя, — приказала я. — Немедленно.       — Но, Лили, ты еще так слаба, — попытался возразить он.       — Немедленно. Дай мне глоток укрепляющего и помоги сесть, — отчеканила я, и посмотрела в глаза прямым уверенным взглядом. — Мне нужно пять минут, потом вы снова меня усыпите, доктор Снейп, — игриво добавила я, чтобы сгладить впечатление от приказа. Северус недовольно хмыкнул, но послушно достал из кармана мантии флакон и аккуратно поддержав мою голову дал сделать глоток.       Телу сразу стало легче и я смогла им управлять, хоть и чувствовала слабость. А вот магия словно загустела и перетекала теперь гораздо медленней, как сгущенная кровь через сузившиеся в тонусе сосуды, вызывая ощутимый дискомфорт от возросшего напряжения. Это раздражало.       Северус помог мне удобно устроиться, придержал, подложил под спину подушку и бросив на меня взгляд, торопливо вышел.       Через пять минут в комнату зашёл Люциус. Выглядел он непривычно растерянно, настолько, что после приветствия даже не рассыпался в подобающих случаю любезностях, а просто молча сел и вперился в меня тревожным взглядом.       — Мистер Малфой, вы же понимаете, что если бы я предусмотрительно не подстраховалась, мы все, включая вас, были бы уже мертвы? — спокойно спросила, пытаясь обуздать раздражение от неприятных ощущений.       — Конечно, миледи, — с готовность закивал он.       — Тогда, какого лешего вы до сих пор не нашли того, кто это сделал? Вы так тупы и не соображаете, что предатель ещё среди нас и может повторить попытку? Я сутки перекачиваю во всех вас магию, чтобы вы все это время не валялись в кроватях подобно мне, а действовали, а вы в растерянности шляетесь по манорам. Если к завтрашнему вечеру отчёт не будет лежать на моем с-столе я скормлю тебя Нагини, Люциус-с-с, — с угрозой прошипела ему в ухо, с силой притянув к себе за волосы.       — Я самолично займусь этим, миледи, — пообещал помятый мужчина, когда я выпустила его блондинистые патлы. Аж бесит. На кой-столько помощников, когда пока не прикажешь не пошевелятся.       — Что с остальными? — поинтересовалась я, — кто еще, кроме Грейстока засветился перед общественностью?       — Удача была на нашей стороне, миледи, — зачастил Малфой, торопясь оправдаться. — Вчера был выходной, почти все наши были дома и пришли в себя довольно быстро, чтобы родня подняла шум и привлекла лекарей. В любом случае, те несколько случаев, что произошли прилюдно с нами не свяжут. Я сам все проверил. Опасности нет.       — Хорошо, — ответила я и откинулась на подушку. — Свободен. И помни, Люцциус-с.       Мужчина передернулся и с поклонами покинул комнату. Я давно заметила, что от парселтанга его трясет, как кролика перед удавом.       — Значит, ты перекачиваешь магию нашим? — спросил неслышно подошедший Снейп. — Что ты сказала Малфою? На нем лица не было, когда он отсюда выбежал.       — Дала задание выяснить, чьих рук это дело, — задумчиво ответила, размышляя о своем. — Кстати, что ты можешь сказать о яде? Ты ведь его исследовал? Почему чары и домовик его пропустили?       — Это был не яд, Лили, — ответил он, усаживаясь на стул и протягивая мне тетрадный лист, — посмотри, тебе знакомы эти растения?       — Конечно знакомы, — ответила я, пробежавшись по списку. — Они любому зельевару знакомы — обычные ингредиенты, входят в состав многих зелий. Даже не ядовитые.       — Вот именно, — с превосходством ответил Снейп сверкнув глазами. Значит, сейчас выдаст мне сенсацию, до которой додумался. — По отдельности, все это простые компоненты, но вместе они действуют, как яд, а нейтрализатор под номером 5 при смешении с 1 и 2 компонентами превращаются в подавитель магии. Все ингредиенты по-отдельности заложили в каждую конфету и защита их пропустила, потому, что вреда они не несли. Когда все компоненты в желудке смешались получился яд и подавитель магии, чтобы того, кто это устроил не настиг магический откат за нарушение присяги. Это кто-то из своих, Лили, — с озабоченным видом добавил он, — и скорее всего, он еще жив и может напасть снова.       — Это хорошо, — с облегчением ответила я, помолчав. — Что? Я говорю, хорошо что это не Дамблдор, — ответила на его удивленный взгляд. — Со своими я и сама разберусь, — многообещающе добавила я и зло прищурилась.       — Нужно искать тех, кто разбирается в зельях на уровне подмастерья не закончивших обучение или среди аптекарей. А теперь, тебе пора спать, Лили, — добавил Северус гремя склянками. — Я разбужу тебя завтра к пятичасовому чаю. Излишняя активность тела нежелательно пока идет процесс, да еще после такой нервной встряски.       — Как хорошо, что ты у меня есть, Сев, — расслабленно зевнула я после глотка очередной гадости, — мой спаситель. Кстати, ты связался с Эйлин? — подорвалась я, хотя глаза уже закрывались и голова обессиленно откинулась на подушку.       — Да, я ее предупредил, мы приедем за ними позже, когда ты поправишься. Спи, наказание мое, — тоскливо прошептал мужчина, думая, что я уже сплю, и невесомо провел рукой по волосам, — я за тобой присмотрю.       Проснулась я хорошо отдохнувшей, еще раньше, чем Сев меня разбудил. И решила понежиться в постели — мне нужно время подумать, что теперь делать, и как поступить с предателем. Да и придется обезопасить себя на будущее, от подобных инцидентов. Хотя, конечно орденцы после такого потрясения и сами активируются, и придумают что-нибудь. Но в таком деле чем больше умных голов, тем лучше.       Слава Великой, что это не Дамблдор пронюхал про новое сообщество, а то мы пока слабы и разрозненны, как я погляжу, чтобы с ним тягаться. Ну ничего, мы это исправим, — ухмыльнулась я задумчиво прокручивая на пальце кольцо Тома с воскрешающим камнем.       Я откопала его в столе, куда скинула все после обряда упокоения. Мне недавно потребовался блокнот, сунулась в ящик стола, вот и нашла. Крестражей и проклятий на вещах лорда теперь нет, перстень родовой, а я, как бы, человек не посторонний. К тому же, после обряда я испытывала к Тому странную нежность и сострадание, словно он и правда мне отцом был, пусть и монстром.       Все же, правильно я поступила, когда проявила милосердие и его упокоила, а не прокляла вдогонку за попытку убийства моего ребенка. Этим я навеки все разрушительные связи между нами порвала.       Но долго размышлять мне не дали, пришел Северус.       — Ты как, Лили? — с затаенной тревогой спросил он, с порога накинув на меня чары диагностики.       — Есть хочу, — широко улыбнулась я и сев в кровати протянула ему обе руки, — вы меня не покормите, господин лекарь? Я теперь решила есть только в присутствии зельевара.       — Согласен, — в ответ улыбнулся он, помогая мне подняться и на долгое мгновение притягивая меня к себе, когда я с непривычки покачнулась и чуть не упала обратно, — я тоже проголодался. — Очень долгое и очень уютное мгновение.       — Тогда я ненадолго отлучусь, а ты закажи у домовиков что-нибудь на свой выбор, — ответила я высвобождаясь и он без возражений меня отпустил, хоть и выглядел весьма расстроенно. — Только не шоколад, я еще пару лет его не захочу, — обернулась я с лукавой улыбкой, чтобы скрыть возникшую неловкость.       — Я переписал все сочетания трав, могущих дать подобный эффект и дал твоему эльфу понюхать, — за обедом сказал Северус терзая отбивную, к которой почти не прикоснулся. — Теперь, он учует запах и магический фон и не пропустит подобное в другой раз. Правда, это доставит тебе некоторые неудобства, ведь эти травы входят во многие составы, даже для мастики для полировки мебели. Проверки будут чаще и потребуют больше времени.       — Ничего, пусть так, — ответила я наградив парня благодарным взглядом, — лучше подстраховаться. Да и я же не сама все проверяю, а домовики все равно быстрее людей. Ты проделал большую работу, пока я спала. Спасибо, Сев. За все, — проникновенно добавила я, и пожала его холодную кисть лежащую на столе, под его потеплевший и довольный взгляд. — Ешь мясо пока не остыло, а то у тебя руки холодные, как у призрака, — улыбнулась я и вернулась к своему жаркому.       — Ты подпитывала магией столько магов больше суток, Лили, — после продолжительного молчания, пока мы отдавали должное стряпне домовушки, продолжил разговор он. — Ты не навредила себе, Лили?       — Нет. Я делилась магией от источника, а не своей, — фыркнула я, — ты что, Сев, решил, что я Мерлин? Когда от зелья моя сила на эти четыре минуты заблокировалась, включился резерв, чтобы меня спасти. А учитывая, что магически я связана через метку со всеми, силы уходили и к ним, пока баланс не восстановился у всех.       Метку, которую использовал лорд, придумали в древности. Тогда был большой разброс среди молодых и слабых магов первого поколения, и редких, уже опытных колдунов несущих наследия. Печать служения на время связывала обоих, давая знания и покровительство подчиненному, за служение этому колдуну двенадцать лет.       Конечно, родовые дары колдуны не передавали, но базовыми вещами о природе магии, травах, зельях, астрономии и заклинаниях, делились. Это ускоряло процесс развития подчиненного мага. Печать позволяла контролировать ученика, что-то запрещать делать, что-то рассказывать, поддерживать силой, чтобы развить быстрее его собственную магию или излечить тело.       Не заиграйся лорд в бессмертие, он бы тоже помогал силой вассалам, снимал их проклятья, пробуждал дары — у него бы хватило силы. Но он кое-что сделал, Северус.       — Что? — с детским любопытством спросил мужчина и заинтересованно подался вперед, — я сохраню тайну, Лили, не сомневайся. — На что я фыркнула и чуть не засмеялась, так он был серьезен. Прямо, как в детстве, когда я делилась с ним девчачьими тайнами под старым дубом. Посмотришь, мы и не изменились вовсе, только секреты уже далеко не так наивны.       — Лорд расколол свою душу и вложил части во вместилища, — объяснила я. — На их поддержание шло много сил и он тянул их из тех, кому должен был помогать. Я не меняла метку, просто перекинула ее на себя. Но я не нуждаюсь в силе, мне и своей хватает, а при случае могу подсоединиться к источнику, как когда мы летать учились. Теперь, я могу делиться ей с теми, кто со мной связан.       — Ты расскажешь мне о вместилищах Лорда? — спросил Снейп, а его взгляд загорелся любопытством — темная магия всегда его привлекала. Просто, не для того, чтобы вредить, а искусство ради искусства.       — Непременно, только позже, меня уже ждет Люциус, — кивнула я, вставая. — Сев, ты же побудешь рядом, мне так спокойней, — вскинула на него немного растерянный взгляд.       — Конечно, — просиял Снейп и тут же подобрался, мгновенно посерьезнев, но во взгляде ясно угадывалась признательность за доверие. — Не волнуйся, Лили, я буду рядом.       В кабинете меня уже ждали Малфой и три его заместителя. Мы зашли внутрь и расселись.       — Кто? — прямо спросила я, переходя на деловой тон.       — Это был Паркинсон, миледи, — отозвался Люциус, — его уже допросили. Он под стражей в соседней комнате, ожидает вашего решения. Это список его исполнителей, они заперты в подвале, — добавил он, с почтением протягивая пергамент.       — Мистер Нотт, напомните мне, под чьим руководством были эти два молодчика?       — Флинт, миледи, — тут же отозвался мужчина.       — А сам Флинт?       — Боули, миледи. Вот досье на обоих, — подорвался предусмотрительный Нотт.       — Хорошо, — кивнула, и бросила бумаги на стол, — пройдемте, господа.       В зале собрался весь внутренний круг. Мужчины нервно ерзали на стульях, стараясь сохранить невозмутимый вид. Осознание, что совсем недавно смерть дышала в затылок явно нервировало.       — Господа, — спокойно начала я, когда все расселись и наступила тишина. — Мы собрались здесь, чтобы решить судьбу предателей, которые поставили на грань вымирания больше двадцати древних родов разом. Даже Ордену Феникса за всю войну этого не удалось. Лица причастные к инциденту будут наказаны. Мистер Нотт, прикажите ввести обвиняемого. — Мужчина дал знак одному из присутствующих и через три минуты напряженной тишины ввели помятого Паркинсона, с гордым видом и яростным взглядом. Ненависти или злости к нему не чувствовала — он предал, значит поплатится. — Мистер Паркинсон, вы обвиняетесь в подготовке и покушении на убийство. Вы нарушили клятву на магии и подлежите смерти, — спокойно отчеканила я. — Даю вам два часа времени, чтобы закончить свои мирские дела, по истечении которого вы найдете свой конец в пасти Нагини. — Мужчина в магических путах панически дернулся, но с него еще не сняли Силенцио.       — Далее, — продолжила я, — за преступление против магии понесет кару весь ваш род. В течение выделенного вам времени вы поручите вашу дочь одному из выбранных вами магов. Ваше имущество будет распродано, а деньги поступят в общую казну, за исключением небольшого приданого, которое ей выделит внутренний круг после совещания. Род предателей крови Паркинсон навсегда исчезнет из реестра магической Британии. В Хогвартс ваша наследница поступит, как безродная и ее обучение будет оплачено советом Попечителей. Ваш манор будет очищен от родовой магии и запечатан, чтобы перейти к новому владельцу, который войдя во внутренний круг достойно себя проявит и не будет иметь своего места силы. Я сказала все. Теперь ваше последнее слово. — Все пораженно молчали.       — Ты поганая грязнокровная сука, — заорал Паркинсон, побагровев от злости, брызгая слюной и дергаясь в путах. — Да лучше сдохнуть, чем служить тебе.       — Отлично, — перебила я, махнув рукой, чтобы на него снова накинули Силенцио. — Рада, что смогла вам угодить, мистер Паркинсон. Значит, от последнего желания можно воздержаться. Уведите, — и сопротивляющегося мужчину тут же вывели из зала, под гробовое молчание остальных.       — Перейдем к следующему обвиняемому, — продолжила я заглядывая в бумаги, — мистер Флинт, встаньте.        Из-за стола поднялся бледный и растерянный мужчина. Он недоуменно озирался по сторонам, но все сидели уперев взгляд с столешницу.       — Мистер Флинт, ваша задача в организации была обеспечить безопасность каждого члена ордена, путем контроля за подвластными вам магами. Из шести человек двое оказались предателями. Их действия поставили под угрозу ослабления более двадцати древних родов. Вы приговариваетесь к смерти. Так как, ваши действия лишь результат преступной небрежности, то ваш род не понесет наказания. В течение двух часов вы передадите дела и опеку над супругой и наследником любому из присутствующих здесь магов. Они будут отвечать за них жизнью и магией. Ваши богатства будут увеличены и перейдут вашему сыну, который займет ваше место во внутреннем круге по достижении им восемнадцати лет. Вам даются сутки, чтобы проститься с семьей. Завтра в это же время вы примите смерть через усекновение головы, после чего ваше тело передадут для погребения вашей вдове. Вам есть что сказать?       — Нет, миледи, вы очень добры, — пробормотал он, — если позволите, я выберу мистера Нотта. Он молод, но мой сын имеет склонность к боевой магии, а мистер Нотт поможет ему раскрыть дар.       — Отказать умирающему невозможно, мистер Флинт, вы сделали правильный выбор. Мистер Нотт и свидетели присоединятся к вам через несколько минут, подождите в соседней комнате, пожалуйста, — ответила я, и мужчина спокойно вышел по дороге расправляя поникшие плечи и горделиво поднимая голову.       После его ухода я уткнулась в бумаги, а уважаемое собрание молча переглядывалось.       — Миледи, — осмелился меня отвлечь Виллерс, — я не дерзаю порицать ваши решения, но осмелюсь высказать свое мнение. Мистер Флинт из древнего рода и не заслуживает такого сурового наказания за свой проступок. Может быть вы смягчите решение. Многие в этом зале поручатся за него. — Я смерила наглеца скептическим взглядом и расслаблено откинулась на своем троне.       — Мистер Виллерс, в отличие от мистера Флинта вы не принадлежите столь древнему роду, потому, вам простительно не знать, что преступления против магии смываются только кровью, или пятно останется на всем роду. Он, в отличие от вас, это сознает и заботится о своей семье, отдавая долг сам, а не перекидывая его на потомков трусливо спасая свою шкуру. Как вы убедились, он вышел отсюда с гордо поднятой головой. Единственное, чем вы можете ему помочь, если у вас возникло такое желание, это умереть вместо него. Бескорыстная жертва-замещение очень почетна и снимает с рода проклятия. Так что, если вы готовы пострадать за свой род и помочь ближнему — прошу. Это касается всех вас, господа, — громко озвучила я, обведя зал взглядом, — на принятие решение у вас пять минут.       Пока время шло, просматривала бумаги. Что интересно, никто не проронил ни звука.       — Ну, что, господа? — сказала, откладывая свиток, — похоже, никто из вас не желает завтра умереть. Что же, будет вам урок на будущее. Всегда легко быть добрым и сострадательным чужими руками. Но вы, как главы родов, будете отвечать за все сами. А теперь продолжим собрание. Мистер Боули, — сказала я и белый, как стена толстяк поднялся со своего места. — Мистер Боули, мистер Флинт был под вашем надзором. Вы, как отвечающий за него, получите сто плетей завтра, перед казнью мистера Флинта. Мистер Малфой, — продолжила я, и Люциус подскочил словно его ужалили, и панически уставился на меня.       — Мистер Малфой, как мой заместитель вы отвечаете за всех членов Ордена Лилии. Потому, вы получите в качестве наказания пятьдесят плетей, завтра, после мистера Боули. Еще пара таких ошибок, и вас сместят с должности, а если ошибки будут продолжаться, то вы закончите, как мистер Паркинсон. Когда я говорила, что каждый из вас отвечает за остальных кровью и магией, то имела в виду именно это. Я не обязана учить вас способам контролировать тех, за кого вы отвечаете и контролировать вас самих, но в случае провала спрошу с каждого.       Мужчины поклонились и сели обратно, кроме Нотта и нескольких магов, они вышли. Мы задержались часа на два, пока обсудили дела, участь исполнителей и утвердили палача.       Потом всех отпустила и спустилась с двумя свидетелями в подвал к пленнику, чтобы исполнить приговор. После чего попрощалась с оставшимися и зайдя в темный кабинет, наконец, осталась одна. Так и сидела в темноте и в тишине.       Эти решения дались мне не легко и я скорбела всем сердцем о них, как человек. Но мир магии — это другой мир. Законы магии просты, и на человеческий взгляд, жестоки. Но магия это энергия, у нее нет жалости и эмоций. Ее не обмануть. Если дал клятву на магии, то она взыщет свое всегда — дело только в цене. Заплатит только один или весь род понесет наказание. Так становятся предателями крови. Не так, как Уизли, получили это пустое звание-кличку от чистокровных снобов не желающих с ними родниться, но согрешившие перед самой своей Магической Сутью, нарушив договор. И все это элементарно и понятно. Вот только, чем больше я становлюсь ведьмой, тем меньше во мне от человека.       — Лили, может уже пойдешь отдохнешь? — послышался из-за спины негромкий баритон Северуса, и я вздрогнула, не заметив, как он подошел. Его ладони тяжело легли на плечи и легонько сжали, словно подбадривая, — уже очень поздно.       — Хорошо, — согласилась я и неохотно поднялась. — Ты тоже иди, Северус… и спасибо тебе… за все, — добавила, и направилась к выходу.       Я чувствовала его напряженный взгляд все время, пока не закрыла за собой дверь. И так и не осмелилась посмотреть на него, боясь увидеть разочарование и осуждение в его взгляде. Страшно, увидеть смерть любви ко мне в его глазах. Сегодня, пока меня терзает совесть, я бы этого не пережила.