Birthday Boy

— Джамия? — Уэй нахмурился, прекратив тарахтеть черпаком по кастрюле. — Невиновна, — повторил я и вскочил с кровати. Я свеж и полон энергии! Смерть так бодрит! — Невиновна, — он вытянул голову вперёд, — в чём? — В моём убийстве, — буднично произнёс я и подошёл к шкафу. Хочу сегодня надеть самые крутые шмотки, а не первое, что из шкафа выпадет. Тишина настолько давит, что я обернулся на Уэя. Тот скрестил руки на груди и смотрит на меня так, будто я заявил, что Земля плоская. — Что? — издеваюсь я с довольной ухмылкой. — Айеро… — он покачал головой и плюхнулся на кровать. Даже кексик мне не дал, настолько плохо я себя вёл! — А вчера ты был главным энтузиастом, — я заулыбался. — И везде тебя знают, и в кафе для анонимов нас пустили, и Кэти машину дала, и ты гнал по трассе, как Шумахер… — Откуда ты знаешь про кафе?! — Уэй вскочил с кровати. — Ты знаешь Кэти?! Теперь он точно мне поверит, хотя ему особо и доказательства не нужны. — Ещё я знаю, что ты в том кафе с дилером встречался, что раньше жил в центре Манхэттена, переехал сюда, чтобы смотреть на голодных студентов, — перечисляю я, и он бледнеет всё больше. — Я этого не рассказывал… — растерянно пробормотал Уэй. — Кто тебе сказал? — Ты, — ответил я с улыбкой. — Вчера. Уэй глянул на меня как на умалишённого, после чего уставился в пустоту. — Я схожу с ума, — констатировал он. — Все мы сходим, — успокоил его я. — Я застрял во временной петле. — Где? — Уэй не верит, что это на самом деле происходит. — В своём Дне рождения, — спокойно ответил я. — После вечеринки, которую вы мне готовите, меня убили, а потом я проснулся, и всё по новой… — Снова убили? — уточнил Уэй. — Не-а, чёрта с два я ему дамся! — я ухмыльнулся. — Раз он меня преследует, куда бы я ни шёл, я буду самоликвидироваться до того, как он до меня доберётся. Бедный Уэй от шока упал на кровать. — Самоубийство? — с опаской прошептал Уэй, нахмурившись. — Да, очень бодрит! — я заулыбался. — Позавчера я перерезал себе глотку, вчера с высотки сиганул. Если честно, вошёл в азарт! У Уэя смешанные эмоции. Ему вроде страшно, но при этом он в восторге и в то же время в замешательстве. — Кто тебя убил? — спросил он, задумавшись. Узнаю этот тон. Он уже поверил и хочет разобраться. — А это, мой дорогой друг, — я сел рядом с ним и положил руку ему на плечи, — нам и предстоит выяснить… Уэй глянул на меня сконфуженно. — Ну, если ты в деле, конечно, — я убрал руку. — Обычно ты главный энтузиаст… — Конечно, в деле! — воскликнул он. — Может, это бред сумасшедшего, и нас обоих потом увезут в дурку, но мне, если честно, всё равно нечего терять, так что… Он хлопнул ладонями по коленям и улыбнулся. — Вчера мы доказали невиновность Джамии, — поведал я. — Ну, теоретически, она могла бы кого-то нанять, и нельзя совсем списывать её со счетов, но я уверен, что она не при делах. — Кто следующий? — Уэй подошёл к расследованию со всей серьёзностью. — Все и никто, — я пожал плечами. — Это может быть маньяк, а может быть кто-то из знакомых. — Правильно, значит, надо проверить знакомых, — закивал Уэй. — И как успехи? Я нахмурился, глянув на дверь. — Сейчас Спенсер зайдёт… — пробормотал я. Через пару секунд дверь открылась, и предсказание сбылось. — Хэй, — в комнату залетел Спенсер. — Ого… — Уэй округлил глаза. — О, с Днём рождения! — Спенсер широко улыбнулся. — Расти большой, не будь лапшой! Я улыбнулся ему и благодарно кивнул. — Слушайте, можете занять двадцатку? — попросил Спенс. — Я завтра верну… — Держи, — я достал купюру из рюкзака. — Ого, спасибо, — он удивился. — С праздником ещё раз… Спенсер вышел, обернувшись на меня пару раз. Я улыбнулся. Приятно быть хорошим. Это, конечно, капля в океане, но нужно же с чего-то начинать. Вчера я ощутил прилив сил и желание бороться с пустотой и темнотой внутри себя, и я не хочу это терять.

Aqua — I'm a Barbie Girl

— Сова, — сообщил я, глядя на экран телефона. — Я быстро отвечу, ладно? Уэй закивал и коротко улыбнулся. — Да-да, — я закатил глаза. — Да, приду… Уэй достал карандаши и скетчбук и стал терпеливо ждать, пока я положу трубку. — Фух, — я наконец отключился. — Достало одно и то же повторять! — Так не отвечай, — Уэй пожал плечами. — Для тебя сейчас главное — убийцу найти, остальное потом приложится. — Именно, найти убийцу, — повторил я. — Убийцу, которым может оказаться кто-то из них. Нужно вести себя так, чтобы никто ничего не заподозрил. — Ага, — Уэй вскинул брови. — Ну ладно. Окей, как он выглядел? — Ты вчера уже рисовал, — я хихикнул. — Не надо, я всё равно его узнаю… — А обо мне ты подумал?! — наигранно произнёс Уэй, скрестив руки на груди. — Надо знать врага в лицо! — Тебе нужно разрешать себе рисовать почаще, — посоветовал я. — Тыковка. Я зову его Тыковка. — Тыковка? — Уэй хихикнул. — У него маска в виде тыквы, ну, объёмная, которая на голову надевается, — пояснил я. — Ясно, — с улыбкой произнёс парень. — Так кого следующего собираешься проверить? И как вообще? — Понятия не имею, — я покачал головой. — Вредность указывает на Ури, но здравый смысл говорит, что он и мухи не обидит… — И правильно говорит, — заметил Уэй. — Только ты в той ситуации, когда надо проверить всех. Я уже вне подозрения, так ведь? — Где мой кексик? — ответил я вопросом на вопрос. Уэй тут же вручил мне кексик с торчащей из него сигаретой. — Ты на тонком льду, но всё же пока оправдан. — Вот уж спасибо! — Уэй хлопнул в ладоши. — Не во фто, — пролепетал я с набитым ртом. — Вкуфно! — Спасибо, — Уэй немного смутился. — Так что, Брендон? Или кто? Я пожал плечами, слизывая крем с кекса. — Слушай, а ты не можешь мне какой-то знак оставить, ну, чтобы каждый раз не объяснять одно и то же? — спросил вдруг Уэй. — Ты не веришь в мой успех? — я поник. — Всё уже сегодня может кончиться… — Нет, я просто… — он запнулся. — Поиск убийцы — дело нелёгкое, особенно когда он за тобой гоняется. — Это да, — согласился я, дожевав. — Пока ничего не могу придумать. Всё, что бы я ни делал, обнуляется на следующее утро. Остаётся только моя память. Я теперь ходячая флешка. — Просто рассказывай мне факты обо мне, — предложил Уэй. — Например, сегодня ты сказал про кафе и Кэти, и я сразу понял, что что-то не так. Узнаешь ещё парочку — используй их. — Попробую, — я улыбнулся. — Так что, Брендон? — уточнил Уэй. — Ага, начнём с самого лёгкого — оправдаем невиновных, — я закивал. — Ну, то есть, мне хочется так думать. Понятное дело, что в один прекрасный день кто-то «невиновный» окажется ещё как виновным, но пока я успокаиваю себя тем, что это маньяк… — Я почти уверен в этом, — подбодрил меня парень. — Нужно просто это доказать. — Да, лучше относиться к этому так, — согласился я. Определённо лучше. — Ладно, выдвигаемся, — заявил я и встал с кровати. Уэй засуетился и принялся собираться. — И это… — я вспомнил о кое-чём важном. — У тебя есть перцовый баллончик или кастет? — Я гей, Фрэнки, — напомнил Уэй, — у меня целый арсенал в распоряжении! Вооружён и очень опасен. хХх — То есть, мы просто идём в универ? — возмутился Уэй. Я закивал, улыбаясь, беззаботно шагая по тротуару, засунув руки в карманы. Небо свинцовое и тяжёлое, под ногами — грязища, погода — мрак, на счету — ноль, но зато я теперь бессмертный! — А, ты, типа, там за всеми следить собираешься? — уточнил Уэй. — Мол, а вдруг повезёт, и кто-то себя выдаст? — Вчера же сработало, — я пожал плечами. — Имеешь в виду, сегодня? — поправил меня Уэй. — Вчера-сегодня, — я посмотрел вверх и задумался. — Для меня каждое вчера и завтра — это всё равно сегодня. — И какой у тебя план? — в очередной раз спросил Уэй в надежде, что данные обновились, и мне есть, что ему сказать. — Не знаю, никакого, — пробурчал я. — Знаешь, не часто попадаешь в ситуацию, когда тебя раз за разом убивают, а ты потом просыпаешься как ни в чём не бывало! Не было у меня запасного плана на этот случай, и Гугл мне ничем не помог. Я вчера немного читал о временных парадоксах, но это не особо помогло. Там только сухая теория, а у меня тут реальный убийца! — Эм, ну да, — Уэй задумался. — Ну, подумай, кто может желать тебе смерти? У тебя есть враги? — Ты, — я хихикнул. Уэй скривился и легонько толкнул меня. — Стал бы я тебе помогать! — буркнул он. — Может, ты от этого получаешь садистское удовольствие! — предположил я. — Иди ты! — злится он. — Я же правда помочь хочу! — Не знаю, тяжело о таком думать, — я опустил глаза. С меня снова упала маска. Хотя, теперь ведь вообще нет смысла её носить, но я всё равно продолжаю… — Ну, может, есть хоть что-то… — мягко произнёс Уэй. — Линда, — вспомнил я. — Мы не очень хорошо расстались. Ну, как расстались — я ей сразу сказал, что мне не нужны отношения, а она на что-то надеялась, ну и в общем… — О, знаю её, — сказал Уэй с грустью в голосе. — У неё проблемы со здоровьем, ну, ментальным, мы общались по этому поводу. Ей тяжело общаться и вступать в отношения, она идеализирует людей, слишком привязывается к ним… — Да, она что-то такое рассказывала, — мой голос осип. — Думаешь, она могла? Уэй глянул на меня слегка испуганно. — Вряд ли, — успокаивает он нас обоих. — Она не агрессивная, не жестокая, не опасная, она просто… — Что? — спросил я. — Несчастная, — ответил Уэй со знанием дела. «Такая же, как я», — читается в его глазах. — Я и не заметил… — пробормотал я. — Сильно вы поссорились? — поинтересовался Уэй. — Да ну, так, не особо, — неуверенно произнёс я. — Вроде… — Можем проверить её, — предложил парень. — Раз уж она была первой, о ком ты вспомнил. — Да, наверное, не знаю! — растерялся я. — Даже если мы за всеми проследим, нет гарантии, что это не они! Можно кого-то нанять, подсыпать мне яд медленного действия, да что угодно, и вообще никак себя не выдать! — Это да, — Уэй пожал плечами. — Лучше всего было бы тупо сорвать маску с этого ублюдка, но даже это не даёт никаких гарантий! — сокрушаюсь я. — Почему? — Уэй нахмурился. — Скорее всего, это наёмник, и не факт, что он выдаст заказчика, — пояснил я. — А если это маньяк или кто-то малознакомый… — Ну, сдадим его в полицию, кто бы это ни был, — ободрил меня Уэй. — Может, не с первой попытки, но на то тебе и дано столько жизней! — Да уж, — я усмехнулся. — Но мне нужно выбраться отсюда, это — моя главная цель, и не факт, что всё получится, если найду убийцу… Я остановился. А с чего я взял, что нужно выбираться? Я впервые за долгое время чувствую облегчение, спокойствие, чувствую, что живу. Может, я и не хочу в первое ноября? — Ты же сам сказал, что нет никаких инструкций, — напомнил Уэй. — А так хотя бы будешь знать, кто желает тебе смерти, ну или обезопасишь город от маньяка. — Знаешь, — я отвёл взгляд. — Я вообще больше не уверен, хочу ли выбираться. — Это как? — удивился Уэй. — А вот так, — я грустно улыбнулся. — Я вообще не знаю, что это такое на самом деле. Может, я в коме, и это просто фантазия? Может, стоит просто жить в этой фантазии? Да, один и тот же день, зато можно делать, что хочу и как хочу. Ну да, за мной гоняется псих с тыквой на голове и мочит, но мне же не больно! Может, надо просто отпустить и расслабиться? Начать жить по-новому? Мы переглянулись и задумались. — Типа говорить жизни «да»? — уточнил Уэй, и я кивнул. — Типа, — я пожал плечами. — Да, я хочу узнать, кто меня мочит, но в то же время не хочу. Я не знаю, как это сделать, я не детектив и не знаю, сколько у меня ещё жизней в запасе. Может, эта — последняя. Я не знаю, что делать. Это, вроде как, мой долг — узнать, кто убивает, но у меня не хватает мотивации, чтобы гоняться за всеми, сломя голову, драться, бороться. Я устал. Я бы, может, и хотел, но не хватает сил… — Понимаю, — мягко произнёс Уэй и провёл рукой по моему предплечью, но тут же её отдёрнул. — Просто делай, как чувствуешь. Вот она, твоя жизнь. Ты можешь делать, что хочешь, особенно теперь! Ты застрял во времени, ты бессмертный, тебя нельзя убить, тебе нечего терять. Какая разница, что предпримешь? Можешь хоть миллион раз облажаться, а потом начать заново. Вот чего ты сейчас хочешь? Поцеловать тебя. — Пиццы хочу, — заявил я, оживившись, — с соком, апельсиновым! И с брауни на десерт! — Ну вот, — Уэй выглядит самодовольным. — Всё ты прекрасно знаешь. Пока будем есть пиццу, а там появится дальнейший план действий. Всё так просто? Правда? А ведь действительно… Почему я раньше так не делал? — Это так странно, — поделился я. — Есть пиццу вместо пар? — подколол Уэй. — Делать, что хочу, — ответил я. — Ну, то есть, это мелочь, просто пицца, но типа… Я не знаю, как это описать. Свобода? Но от чего? — Чувствуешь, что нарушаешь закон? — догадался Уэй. — Я тоже это чувствую, когда ем пиццу или что угодно другое… — Типа того, — я покрутил ладонью. — Но дело не в пицце, а как бы в самом решении поесть пиццу. — Типа в ощущении свободы выбора? — Уэй опять каким-то магическим образом меня понимает. — Типа, — я кивнул. — Это первый раз, когда я по-настоящему ощутил, что… Что моя жизнь мне принадлежит. — Что это твоя жизнь? — Уэй читает мои мысли. — И ты можешь сам решать, что с ней делать, ни перед кем не отчитываясь? Я уставился на него и медленно кивнул несколько раз. — Хотел бы я это ощутить, — сказал Уэй со вздохом, открыв дверь пиццерии. — Я чувствую это только иногда, будто отрывками, как кусочки счастья, его демоверсию, но понятия не имею, как это чувство удержать. — Я раньше и не задумывался об этом, — признался я. — Просто был уверен, что жизнь — говно, а все якобы счастливые люди притворяются… — Я тоже, пока сам не ощутил, — сказал Уэй и добавил потише, будто рассказывая секрет, — счастье. Я пытался его вернуть, наркотой, путешествиями, но хер там плавал! Оно ускользает. И после этого я осознал, и, блин, это так банально… Он опустил взгляд и стал играть с соломинкой в своём милкшейке. — Что именно? — поинтересовался я. — Это счастье быть собой, — ответил Уэй. — Да, говорю же, банально! Бывает много маленьких счастий и одно большое — быть собой и жить своей жизнью. — Реально… — только и смог сказать я. — Кажется, это бред — мол, да ну, все мы живём своей жизнью! — Уэй продолжает философствовать. — Что вообще значит «быть собой»? Всё вокруг — копия копии, мы все влияем друг на друга и подражаем друг другу. Но в этом-то и проблема. Сколько людей создают семью, заводят детей, потому что так надо? Лишают себя увлечений и радостей, потому что так надо? Взрослеть надо. И кажется, что это всё естественно, что все мы естественно взрослеем и перерастаем эту свою детскую ерунду, плакаты на стене. Я, например, помимо всего прочего, должен перерасти то, что я гей. Это просто фаза, так же, как и плакаты, как комиксы… Я неотрывно смотрю на него и будто перемещаюсь в другой мир. — Я только недавно осознал, — продолжает Уэй, — что нихрена это не естественно. Нас режут под копирку. Мы не «перерастаем» — мы намеренно лишаем себя радости, частички себя в угоду нормам и стандартам. Это не естественный процесс. Это очень больно. Действительно счастливых людей очень мало, все в основном притворщики. Главное — чтобы эти «естественные изменения» не зажевали тебя и тебе не начало казаться, что это — твой выбор. — Мне вечно кажется, что это — мой выбор, потому что, ну, я же сам решаю это делать, — поделился я, откусив немного пиццы. — Только мне так хреново от этого всего! Я просто думал, что жизнь такая и есть, что все страдают, что надо заставлять себя, и с этим ничего не поделать. А оказывается, можно вот так…пойти и поесть пиццу? — Ага, — Уэй заулыбался. — И это только пицца. А прикинь, сколько всего мы себе не позволяем? Из того, что нам действительно нужно? О да… — Я всегда говорю себе, что вот стану кем-то там, вот будет мама мной гордиться, вот состоюсь я, как личность, достигну чего-то крутого — тогда и стану себе всё позволять, — признался я. — А пока — не заслужил. Уэй мягко улыбнулся и положил руку мне на предплечье. — Тебе не надо заслуживать, — заверил меня он, — ты и так уже… — Ложись! — перебил его я на самом интересном месте. Вообще, мне бы хотелось, чтобы это продолжалось, только я сам не понимаю, на какое именно продолжение я рассчитываю и почему именно мне так этого хочется. — Что? — Уэй расстерялся. — А… — я разочарованно поморщился. Показалось. — Тот чувак одет, как маньяк, — пояснил я. — Так может, это он?! — воскликнул Уэй в своём стиле. — Может, — я пожал плечами. Тыковка снял маску, подойдя к компании друзей. — Ложная тревога, — я махнул рукой, — это девушка. — Ты точно уверен, что это не может быть девушка? — удостоверился Уэй. — Ну, явно не эта, — я покачал головой. — То был, скорее всего, парень: высокий, крепкий, сильный. Хотя, чёрт его знает… Я поджал губы и посмотрел на Уэя. — Слушай, ты не обязан это делать, — напомнил я. — Помогать мне, рисковать. Типа, спасибо, ты очень крутой, но это не обязательно… — О, я крутой! — он захихикал. — Прости, если навязываюсь… Ой, мне аж физически как-то больно стало! — Нет, ты чё, ты очень добрый и вообще классный… — произнёс я на одном дыхании и добавил, — друг, но ты не обязан решать мои проблемы. Не хочу, чтобы ты пострадал… — Я не могу не помогать, — он покачал головой. — Считай это своим наказанием! — Но почему? — нахмурился я, и он пожал плечами. — Я то умру в этой реальности, а потом проснусь снова и начну с нуля, а ты наломаешь дров и столкнешься с последствиями… Уэй посмотрел на меня так, что аж жить захотелось, пусть даже одним днём. — Ты очень хороший, — сказал он искренне, не переводя в шутку. — Мы найдём Тыковку. Что бы он ни говорил, я ему верю. С таким напарником успех мне обеспечен. хХх — Думаешь, прокатит? — неуверенно спросил Уэй. Я тупо улыбнулся и пожал плечами. После бесцельного блуждания по городу в попытках всех оправдать я решил изменить стратегию. — Знаешь, я вот подумал, — начал я. — Все вот эти расследования, оправдания…так надо делать, так бы поступил нормальный человек, если бы такое случилось бы с ним. Но поступил бы так я? Мы гуляем по парку недалеко от театра — тут Тыковка точно меня настигнет. — И то верно, — согласился Уэй. Я улыбнулся, осознавая, что я рад делать то, что хочу, даже если это и не сработает. — Не буду больше бегать от него — буду бегать за ним, а потом — прямо ему навстречу, — заявил я. — Он из-за этого, скорее всего, ещё больше захочет тебя убить, — предупредил Уэй. — А я и не собираюсь выживать, — парировал я. — Я просто хочу увидеть его лицо, чтобы потом сдать его. Я всё-таки решил попробовать — чем чёрт не шутит! — А если это кто-то незнакомый? — возразил Уэй. — И вообще, как ты это докажешь? — Понятия не имею, — я покачал головой. — Даже если его сфоткать, на следующий день фотки уже не будет. Надо же с чего-то начать… Уэй остановился. — Слушай… — он задумался. — Он преследует тебя вообще везде, куда бы ты ни шёл? — Наверное, да… — я нахмурился. — Что если пойти туда, где тебе вовремя окажут помощь? — предложил Уэй. — Да, он, конечно, может на это не клюнуть, но вдруг! — Больница? — удивился я. — Да уж, вряд ли он туда сунется… Уэй ухмыльнулся. — Так мы и узнаем, маньяк это или нет! — обрадовался Уэй. — Знакомые не станут так рисковать. — Точняк! — я заулыбался. — Ну ты умник! Уэй хихикнул. Через десять минут мы уже дошли до больницы кампуса и уселись около входа. Тут всё по фэн-шую: гирляндочки с летучими мышками и ведьмами, паутинка, а на входе даже большая тыква со свечкой внутри стоит! — Это сейчас сколько, начало седьмого? — я посмотрел на часы над регистратурой. — Вечеринка уже началась… В подтверждение этого зазвонил телефон. — Они уже меня ищут, — прокомментировал я. — Не отвечай, — посоветовал Уэй. — Так, если он на пати, то только сейчас начнёт меня искать... — рассуждаю я. — Или он может притвориться, что искал тебя, а на самом деле преследовал с самого начала, — возразил Уэй. Я согласно закивал. — Тупизм! — пробурчал я и положил согнутую ногу на другую ногу. — Я всё-таки считаю, что это незнакомец, — сказал Уэй. — Стал бы кто-то из знакомых так палиться, ещё и бегать за тобой везде! — Ага, вчера мы вообще на другом конце города были! — добавил я. — И что, он просто так возник из ниоткуда? — удивился Уэй. — Ага, причём попасть туда было сложно, — я закивал. — Кто бы это ни был, он очень настойчивый… — Ну, ты, в конце концов, из известной семьи, — напомнил Уэй. — Может, это послание для мамы, типа, старые счёты, ну или акция протеста… Я хмыкнул. — Они бы скорее похитили меня, выкуп бы попросили, — возразил я. — А если это тот, кому терять нечего, то… — Что? — спросил Уэй. — А ничего… — я глянул на него широко открытыми глазами. — Что, если реально? Уэй закивал. — Может, это те же, кто… — я опустил голову и заёрзал. — Кто папу с Гансом… — Думаешь, это не несчастный случай? — уточнил Уэй. — Ну, папа — опытный охотник, — я пожал плечами. — И тут вдруг полез не туда, и вдруг в него случайно выстрелили, виновного не нашли, дело быстро закрыли… — В любом случае надо поговорить с мамой, — подытожил Уэй. — Да, это проблема… — вздохнул я. — Третий день подряд её игнорю. Я так хреново себя вёл, и, кажется, ничего уже не исправить, нет смысла даже пытаться… — Смысл всегда есть, — Уэй мягко улыбнулся. — В любой момент можно начать по новой. Да, в прошлом было всякое, но оно тебя не определяет. Я очень хочу поцеловать тебя. — Спасибо, — я смущённо улыбнулся. Мы пару секунд смотрели друг другу в глаза, у меня ноги стали ватные, и я резко отстранился. — Э-э, кхм, так что мы будем делать? — прозвучало ужасно неуклюже, и мне всё ещё неловко. Женщина с регистратуры странно на нас посмотрела. — Щас прогонит… — тихо пробормотал Уэй. — Он не идёт, — констатировал я. Как же это всё тупо! — Надо пройти в какой-то тёмный коридор или даже на улицу выйти, — предложил Уэй. — Ага, идём, — согласился я, и мы пошли на второй этаж. Хоть сегодня и Хэллоуин, здесь пусто. Наверное, веселье начнётся ближе к ночи. — Идём, там дальше служебные помещения, — Уэй ведёт меня, а я поспеваю за ним. Пусто. Лампа мигает. Мне уже разонравилась эта затея. — И мы, типа, просто будем его ждать? — уточнил я. — Ага, — закивал Уэй, стоя прямо под мигающей лампой. — Жесть, он же может напасть в любой момент… — я поёжился. — Держи, — Уэй выудил ножик-бабочку из своего арсенала. — Не очень, но уже кое-что. — О, спасибо! — я рассматриваю своё новое оружие. — Блин, может, надо было скальпели стащить? — Айеро, — Уэй ухмыльнулся и покачал головой. — А что? — улыбнулся я, подняв бровь. — У меня, между прочим, день рождения! — Прости, что спрашиваю, — неуверенно произнёс Уэй, — но он сразу атаковал? — В первый раз — нет, стоял, смотрел на меня стрёмно так, — ответил я, — а вчера пошустрее, конечно. Точнее, позавчера… можно умереть дважды за день? — Если ты хочешь, можно всё, — улыбнулся Уэй. — Ого, — обрадовался я. Не искушай меня! — Что-то он долго, — беспокоится Уэй. — Либо играет с нами, либо просто осторожный. — Думаешь, не придёт? — уточнил я. — Чёрт его знает, — Уэй пожал плечами. — Раз уж он пробрался в то здание за тобой, то в студенческую поликлинику тем более пришёл бы… — Вот и я о том, — согласился я. — Может, всё ещё ищет меня? Или ждёт на вечеринке? — Вряд ли, — Уэй настроен скептически. — Так, подожди! — я выставил руки перед собой. — Если ждёт на вечеринке, то либо не следит за мной, либо только делает вид. — Даже если делает вид, то как он узнает, куда именно ты пошёл? — задал Уэй логичный вопрос. — Как он тебя нашёл в прошлый раз? С каких пор начал следить? Сложно всё это! — Он не стал бы так долго ждать… — заметил я. — Либо он где-то здесь, либо… — Либо тоже здесь, но решил не высовываться, — добавил Уэй. — Может, вернуться на вечеринку и разведать обстановку там? Я разочарованно вздохнул. После захватывающих гонок и тусы в бизнес-центре всё это кажется до ужаса тухлым. На что я потратил этот день? — Как думаешь, что будет, если я выживу? — вдруг спросил я. — Надо проверить, — Уэй улыбнулся. Я улыбнулся в ответ. — Ладно, скрасим эту вписку, — заявил я, спрятал ножик в карман и пошёл по коридору к лестнице. Уэй последовал за мной. Я глянул на него и улыбнулся, после чего сразу отвёл взгляд. Он всё время со мной. Он пропустил пары. Он гнал по трассе, рисковал. — Хочешь попробовать тортик? — хихикнул Уэй. Я тоже хихикнул. Кажется, я начинаю осознавать… — Там их аж несколько! — я покачал головой. — Ну, если они их ещё не схавали… Я не позволял себе это чувствовать. Потому что, ну, мне же нельзя быть счастливым. Может, всё-таки можно? — Слушай, Д… — я хотел назвать его Джи. Я так давно об этом мечтал! — Э-э, постой… — он прервал меня и указал на каталку с инструментами. — Там разве была эта тыква? Его вопрос был риторическим, и уже через мгновение долгожданный Тыковка выскочил из-за каталки, перевернув её, и попёр на меня. Твою мать, где ж ты раньше-то был?! Я этого вот вообще не ожидал, поэтому пару секунд простоял в ступоре, наблюдая, как он бежит ко мне с ножом в руке, и только потом потянулся в карман за своим ножиком. Фак, вряд ли я уже успею… Блин, опять! Прыгать с крыши мне нравится больше — восемь из десяти, а вот нож оценю на шестёрочку. — Фрэнки, не надо! — закричал Джи (как же классно так его называть!) и рванул мне на помощь.

Billie Eilish — No Time to Die

Всё произошло в доли секунды. Джи выскочил передо мной, заслонил, и Тыковка проткнул его. Я ещё как-то не особо осознал, что произошло. — Джи… — я положил руку ему на плечо, и он обернулся, держась за живот. Изо рта течёт кровь, и он смотрит на меня непонимающе. Всё, как в фильмах. — Джи! — я чувствую, как текут слёзы. Тыковка почему-то просто стоит и смотрит на это, будто ему самому страшно. — Всё хорошо, — тихо произнёс Джи на последнем издыхании, и его ноги подкосились. Я подхватил его на руки и опустился на колени. Вот сейчас я окончательно понял. О боже мой… — Джи… — я глажу его по голове, рыдая. — Эй, помогите, кто-нибудь, тут человек ранен! Судя по шуму вдалеке, к нам уже бегут, но мы как назло в каком-то дальнем коридоре. Тыковка, услышав это, немного замешкался, но вскоре просто убежал. Ублюдок. Теперь я точно до тебя доберусь! — Зачем?! — спросил я Джи, склонившись над ним. — Я ведь не умер бы! Глупенький, глупенький… — А вдруг это… — он кашляет и задыхается, но его руки тянутся к моему лицу. — Последняя жизнь? Я не смог бы… — Что? — прошептал я, всхлипывая. — Жить дальше, — он откашлялся. — Зная, что тебя нет, а я мог бы помешать… Я никогда в жизни ещё так не рыдал и вряд ли ещё когда буду. Он ведь такой тоненький, слабый от болезни, и без того бледный, потерял уже много крови, хоть я и зажимаю рану, как могу… Они там вообще идут или как?! Ничего, щас на руках его дотащу! — Фрэнки, — он ласково обратился ко мне, и я посмотрел ему в глаза. — Я люблю тебя… Я истерически засмеялся. — Я тебя тоже, — шмыгаю носом, — Джи… — Так, что у вас тут? — спросила одна из подоспевших медсестёр. — О Господи! — Ранение, ножевое, вот, уже много крови… — тараторю я, всхлипывая. Медсестра странно на меня посмотрела, присев рядом и приложив пальцы к шее Джи. — М… — она покачала головой. — Что?! — возмущаюсь я, учитывая, что прекрасно понимаю, в чём дело, и понимал с самого начала. — Вы чего сидите?! — Спокойно, спокойно, тебе нужно успокоиться, — она, наверное, видит во мне сына. — Такое случается… У меня началась истерика. — Мэй, принеси седативное, пожалуйста, — попросила она другую медсестру. Он закрыл глаза. Такой хороший… Мой хороший… — Джи… — обнимаю его, гладя по голове. До меня только сейчас дошло, насколько я себя ограничивал... А ведь выжил! Мог бы прям щас пойти заяву написать, поднять всех на уши, полицию вызвать, найти этого ублюдка. А Джи бы уже не было. Я жив. И это как-то странно и слишком пафосно, но мне как бы… Не нужна такая жизнь. Не могу представить, что его нет. Даже без каких-то там возвышенных речей, как в шекспировских трагедиях. Просто не могу. Это неправильно. Это не моя жизнь. Я сам не давал себе быть счастливым, отбирал у себя счастье. А теперь, когда его у меня отобрали, я буду бороться. Я всё исправлю. — До завтра, — я поцеловал его в лоб и оставил с медсёстрами. Можно было бы остаться, проследить, чтобы всё сделали правильно, но я не хочу жить по такому сценарию. Если Тыковка поджидает меня на улице — отлично. Как-то вот так, неожиданно для себя, я перестал бояться. В первую очередь, счастья. — Молодой человек, вы куда? — спросила медсестра, сидящая на полу с моим счастьем в руках. В завтра. Точнее, в сегодня. Выхожу из больницы — Тыковки нет. Мозг соображает быстро, всё происходит само собой. Я уже спешу к новостройке с летучей мышью. Я и не заметил, как сюда добрался. Лифт, лестница, замок, пригодился ножик-бабочка. Крыша. Шаг в неизвестность. Не знаю, может, это действительно последняя жизнь. Если так, получится, что Джи пожертвовал собой зря. Хожу по краю крыши, мечусь. Да или нет? Да. Джи рисковал, значит, и я рискну. Прости, прости меня, милый, прости! — Фа-а-а-ак!!! — кричу я, оперевшись руками на колени. Если не сделаю этого, буду жалеть всю жизнь. Он бы не хотел, чтобы я жил в сожалении. Разбег. Падение. Темнота. Шкаф. Мой шкаф. — Хэй-хэй-хэй, ты чего?! — я услышал родной голос и понял, что поступил правильно. Как же я рад тебя видеть! — Джи… — я засмеялся со слезами на глазах. Он нахмурился. — О боже, Джи… — я снова рыдаю. — Фрэнки… — изумлённо пробормотал он. — Ты чего? Я встал с кровати и обнял его, так крепко, как только можно. Так делать нельзя — надо сначала спросить, это неправильно, но я настолько ему рад, меня настолько распирает, что нет сил сдерживаться… — Хэй… — он в шоке, но при этом обнимает меня в ответ. Я смеюсь сквозь слёзы. Он такой прекрасный, Господи, эти глаза, этот голос, эти руки, как я вообще раньше мог не ценить это сокровище?! Не каждому в жизни везёт на таких людей, а мне повезло! А я ещё себя неудачником считал! — Да, кодовые фразы! — вспомнил я, хихикнув, и немного отстранился. — Факты о тебе, чтобы ты быстрее всё понял… Он удивился ещё больше, подняв бровь. — Ты вчера сказал, — я смутился, а на лице расползлась широченная улыбка, — что любишь меня… Джи округлил глаза и покраснел. Боже, он живой, он здесь… — И я тебя люблю, — прошептал я, глядя ему в глаза, — Джи… Он всё ещё ничего не понимает, но тоже улыбается, прикрывая лицо руками. Я всё сделал правильно. У нас нет времени умирать.