Жизнь в воспоминаниях

Леви стоял на проклятом снегу, ветер бил в лицо, он чувствовал кончиками пальцев каждую ледяную молекулу в воздухе, вдыхал и выдыхал, а после еще и еще, как сумасшедший циркулировал беспрерывно воздух в легких. Мужчина чувствовал иней на ресницах, чувствовал, как он опадает на румяные щеки и не тает. Он оледенел, превратился в те скульптуры из снега под новогодними елками на площадях. И был один. Совсем. Никого не существовало. Волосы развивались в вальсе мокрого снега, длинный черный шарф метался в разные стороны, лишь Леви был неподвижен, так же, как и все внутри него. Эти сугробы топили его, как пески сахары, но он не задыхался, был напоен чувством, будто у него что-то забрали. Безвозвратно, насовсем, даже не спросив разрешения. Кто-то оказался бесшумным грабителем во впадинах клапанов у сердца. Ворвался внутрь и распорол внутренности, так бесстыдно, так неоправданно. Ведь, он никогда не хотелось отдавать Эрена ни одной живой душе во вселенском пространстве. — Молодой человек, — к Леви обратилась старушка, она щурилась от ледяного ветра, а руки тряслись, — Вы не подскажите время? Мужчина недовольно опустил взгляд на свои наручные часы, но они не работали, уже как сорок семь дней. — Извините, мэм, — начал он, — но мои часы перестали работать, я не смогу вам помочь. В ответ она мило улыбнулась и одобрительно кивнула, после, тяжело вздохнув, взглянула Леви в глаза. Ему показалось, что она хотела увидеть яркую синеву в его зрачках, но они испарились, уже как сорок семь дней назад. — Вы, наверное, девушку ждете? — спросила она, продолжая трястись от холода. — Да, подругу. — У вас нет пары? — Есть… — Леви зажмурился, потер переносицу кончиками пальцев и поневоле начал грубить. — Послушайте, Вам заняться нечем, как до меня докапываться? Старушка вздрогнула, а ему стало стыдно, но пытался не подавать виду. Она застенчиво взглянула ещё раз в его безжизненные глаза. Ей было жалко Леви и он понимал это. Ему самому себя жаль. — Прошу простить меня… — напоследок она улыбнулась и удалилась в противоположное направление. Мозг Аккермана начал проигрывать сценку, как он грубит ей снова, и снова, и чувство стыда стало поглощать сильнее, чем чувство боли. Леви сильнее зажмурился, потер лоб, выкрикивая в голове: «Прекрати, забудь, хватит! Эрен учил меня быть вежливым с людьми, так не падай ниже плинтуса… Я и так на предпоследней ступени.» Он присел на ближайшую лавочку, откинул голову к небу. Сегодня погода была не на шутку сурова, казалось, хотела задушить холодом каждого прохожего, а люди бежали скорее спасаться по уютным домам, где их ждали любимые. Леви разглядывал синею чистую небесную высь. «Интересно, а правда существует Рай и Ад? — начал он в мыслях рассуждать. — Что, если, облака это личный рай каждого человека, который попадает туда, тогда у Эрена, должно быть, в виде собаки. Он любил их.» От этих мыслей мужчине стало ещё хуже. В груди что-то сжималось, не мог нормально дышать. Он схватился за куртку и наклонился вперед. Неожиданно, рассудок затуманился тревожностью, страхом… Леви достал сигарету, прикусив её губами и стал искать зажигалку, но её не было, кажется, Эрен её выкинул. Аккерман бросил взгляд на противоположную кафешку, не мог понять: почему она ему знакома? Люди выходят оттуда веселыми, смеются и улыбаются. На самом деле, Леви счастлив, что они счастливее его и, кажется, он тоже был там счастливым… В голове произошла перестройка мыслей, воспоминаний. Леви начал вспоминать: почему это заведение до боли знакома, ведь, здесь он познакомились с Йегерем. Как он мог забыть самое важное, что происходило в его жизни? От новой порции боли, Леви откусил сигарету, одну часть выплюнул, другую, случайно, съел.

***

— Вы будете заказывать? — официант с бейджиком «Леви» подошел к Эрену, он выглядевший встревоженным. — Да, чашечку кофе. — юноша потер виски указательными пальцами, поднимая голову к мужчине. Леви усмехнулся, записывая заказ в блокнот. — Кофе вредит организму, я бы заказал чай… Что-то ещё будете? Между ними повисла тишина. Официант ждал, не отрываясь от блокнота, но терпения у него на них уже не хватало. Он с недовольным, но еле заметным «цоканьем», посмотрел на парнишку и, замер. Замер от восхищения. Ведь, глаза посетителя были бирюзовые, наполненные жизненной энергией, светились, как фары фургона на темной трассе, словно, вот-вот собьет… а может, даже к лучшему. Губы напоминали бутон тюльпана. Леви потонул, разглядывая изумительные черты лица юноши и посмеялся над собой, потому что романтизировать вещи — не его. — Да. — он выдал на одном дыхании, с такой же гримасой восхищения, или удивления, или испуга. — Ваш номер. Теперь, казалось, что во всем кафе повисла огромная, глубокая тишина, утаскивая всё в одну черную дыру. Мужчина почувствовал прилив крови к щекам и, легкое головокружение, после подозрительно отвел взгляд от посетителя, записывая номер телефона на только что вырванном листочке из блокнота. Он не верил, что такой юноша заинтересовался им, в таком месте, на такой работе, в таком костюме.

***

И до сих пор не может поверить. Сколько времени прошло пока он ждет Ханджи? Час? Два часа? Леви посмотрел на свои нерабочие часы. Дурная привычка. Краем глаза заметил, что кто-то подсел рядом на лавочку, а на улице стало намного холоднее. Аккерман уткнулся носом в шарф, руки засунул в карманы, пытаясь согреться. Он чувствовал на себя долгий, наглый взгляд и обернулся узреть незнакомца. — Тоже ждешь Ханджи? — усмехнулся Леви призраку Эрена. — Она любит опаздывать. Но Йегер ничего не ответил. Точнее, все также продолжал, как рыба в воде, бессловно шевелить губами. — Из тебя отличный собеседник. — мужчина отвел взгляд от юноши, разглядывая прохожих. — Были бы все люди такие, может, я бы и полюбил человечество. Леви пытается привыкнуть, что Эрена больше нет в живых. Что шатен больше не будет готовить ему на работу горелую яичницу. Что Аккерман больше не услышит его смех. Что Леви больше не сможет прикоснуться к родинкам любимого человека. Что больше не сможет почитать Йегеру новости. Что он не сможет помочь парню с проектами для учебы. Леви больше не сможет существовать без него. Слезы затуманили светло-голубой взгляд. Он достал руки из карман и вытер глаза шарфом. «Все будет нормально. — снова нагло врал себе.» Мужчина хотел было посмотреть на Эрена, но когда повернул голову — рядом никого не было. Люди поблизости с дикостью посмотрели на Аккермана, наверное, посчитали за сумасшедшего. Пускай. Из этой толпы вышла Ханджи и, расстроено, наклонив голову влево, разглядывала измученный и растрепанный вид своего друга. Леви глубоко вздохнул, пытаясь держать свой образ «недовольного человека», и поднял взор вверх. — Леви, — начала девушка, — тебе нужна помощь. Она действительно права, помощь нужна была. И что-то внутри него кричало об этом, избивало кулаками ребра, кусало сердце… но он не хотел, чтобы ему помогали. — Нет. — Леви… — Я справляюсь. Не будем хотя бы сегодня ругаться, ладно? Зоэ присела рядом, доставая из кармана упаковку, которая была завернута в черную целлофановую пленку и размером, где-то, с ладонь. — Прошло сорок шесть дней? — она неуверенно прервала молчание. — Сорок семь. — Леви нахмурился, отвел взгляд, разглядывая снег. — Сорок семь, Ханджи, как можно забыть? — Пожалуйста, не тебе одному тяжело. — девушка неловко разглядывала упаковку, после снова нарушила тишину. — Это… это нашли в куртке Эрена, когда его тело доставали из машины. Армину удалось его оставить себе, потом передал мне и, вот… Сердце бешено застучало. Леви, довольно, резко обернулся, Зое не ожидала и слегка дернулась. Она без лишних слов передала упаковку и мужчина вцепился в пленку. Эту «штуку» держал Эрен, она была у него в куртке, в самые последние секунды его жизни. Неужели, он вез, старался, ждал, и все это для него. Слезы снова предательски накатились, покрыв туманной пеленой глаза. Леви хотел скорее разорвать, чтобы узнать, что внутри, или, аккуратно открыть. Слишком много мыслей в голове! Но после обдуманного решения, он все же аккуратно раскрыл это чудо. Зоэ терпеливо ждала. Внутри лежало самое обычное, ничем не выделяющее, золотое обручальное кольцо. — Я уверенна, оно принадлежит тебе. — прошептала Ханджи, сдерживая слезы. Он оцепенел и не мог сказать ни слова, даже тело стало ему неподвластно. Столько эмоций, чувств переполняли ничтожную оболочку. Это кольцо вез Эрен чтобы… чтобы сделать предложение? Проклятый, мальчишка, хотел быть с ним пока… пока смерть не разлучит их. Мужчина завыл в голос, слезы вылились, словно разрушилась плотина. Упал на колени и скрючился над этим кольцом от неимоверной боли, что тело, как ток. Если бы смерть его не забрала, то у них могла бы измениться жизнь… черт! хотя, лучше, казалось, её невозможно было сделать! — Почему я остался в живых? — выкрикивал Леви в истерике. — Почему?! Ханджи не сдержалась, болезненно наблюдать, как её друг медленно разрушает себя, она плакала вместе с ним. Люди оглядывались на них, как на больных, ускоряя шаг подальше от. Зоэ подняла Леви, усадив обратно на лавочку, она обнимала его, в своих крепких, наполненных любви, объятиях, пробуя успокоить, нашептывая, сквозь слезы: «Все будет хорошо.»