Большой маленький секрет

— Ладно, я должен извинится, я не должен был так с тобой себя вести. Это было бесчеловечно. Я понимаю, что ты чувствуешь, Антон, правда, — учитель спокойно говорил, пока шел к своему столу по классу, смотря в сторону доски, не бросая на ученика даже взгляда, — пожалуй пора и мне выговорится. Мы не можем быть вместе. Бог с тем, что ты ученик, а я учитель. Бог с тем, что у нас большая разница в возрасте. Бог с тем, что мы одного пола. Есть проблема и похуже. Я не могу тебе о ней сказать, потому что я знаю всё, что ты скажешь и всё, что будет дальше. Просто, я больше этого не выдержу. Я ненавижу то, что в меня влюбляются люди, потому что я не могу ответить им взаимностью. Не потому, что я ничего не чувствую, а потому, что мы просто по определению не должны быть вместе. Ты не понимаешь, конечно ты не понимаешь. Ты думаешь: «Что за чепуху он тут городит?», но… Я знаю, я уже ошибался, несколько раз говорил себе: «Это в последний раз!», а потом вновь делал себе больно и больно тем, кто был со мной. Есть такие вещи Антон, которые не подвластны нашему «Хочу», приходится смириться с неизбежным. Прошу тебя, смирится с этим… Со следующего года я перейду в другую школу, для меня это не проблема, но тебе придется немного потерпеть, мне надо выпустить одиннадцатиклассников. Поверь, так действительно будет лучше, — Попов договорил и позволил себе посмотреть на ученика, который как вкопанный стоял возле своей парты, держа в одной руке расстёгнутый рюкзак, из которого вывалился пенал. — Я не понимаю. Вы… Вы садист что-ли или что? — первое, что пришло в голову Шастуну. — Хах, — засмеялся Арсений и слегка расслабился, — нет. Только иногда, когда кто-то плохо себя ведёт. Это другое, Антон. Считай, во мне есть какой-то баг, который мешает функции «отношения». — Так это что получается, — Шастун уронил рюкзак на пол, — я вам все-таки нравлюсь, просто нам… нашим отношениям или типа того, мешает ваш баг? — Нет, прекрати, Антон. Не надо искать шансы и варианты. Мы не будем вместе. — Вы всё время это говорите, но вы не хотите этого! Вы хотите меня! — Антон вдруг стал расстегивать рубашку, — ну же, скажите, что мы не будем вместе! Скажите, что вы не любите меня или хотя бы не чувствуете что-то! Скажите, что вы не пожалеете, отказав мне сейчас! Скажите, что просто случайно ляпнули мне, что вы гей! Скажите, что забота обо мне, просто хорошее доброе отношение! Скажите! — расстегнув рубашку до конца парень снял её и бросил на парту, он не был уверен в своем поступке и не был уверен в своих словах. — Дурак, Шастун, а если кто-то зайдет?! — Закройте дверь. — Оденься! — Я люблю вас. Я хочу вас. Я хочу быть с вами, - опять риск, большой риск. — О Господи, глупый мальчишка! Ребенок! Да не можем мы быть вместе, потому что я… блять… — Вы же не ругаетесь матом! — Ну так накажи меня тогда, Шастун! Черт, послушай, надень рубашку и я все расскажу тебе, — Попов по всей видимости оказался в отчаянном положении. Антон не надевая рубашку, подошел к столу учителя: — Дайте ключ. Учитель повиновался и дал ребенку то, что он просит. Шастун закрыл дверь на замок, вернулся обратно к Попову и поставив стул на против Арсения Сергеевича сел. — Рассказывайте.