Зануда Холмс и Доктор Тейлор

— Да ну перестань, мам, я же не Ричи — протяну как-нибудь! — доносится высокий голос из спальни будущего стоматолога. — Но Роджер, там у тебя совсем никого не будет, к тому же, столица, жизнь кипит — не то, что здесь... — Вот и-мен-но, она там идет, как надо, а в этом Труро из "интересного" только праздники урожаев да чьи-то похороны! — Роджер! — миссис Тейлор безуспешно, как и всегда, пытается умерить пыл сына. — А я не прав? — Да, мам, я тоже отсюда съеду, как смогу, — заступается-выделывается младший брат, Ричард. Этот оболтус хоть и любимый, но надоедливый и невнимательный до ужаса, за что ему всегда достается от старшего. — Рик, не ввязывайся в чужие разговоры, сколько можно просить! — Нормально, я его защи... — Заткнись, малой! Хватит! Мам, я почти собрался, когда автобус? — Ох, мальчик мой... Завтра, в 5 утра, — с сочувствием говорит женщина. — Что?! Я же не встану! — возмущается юноша. Сова ли, режим сбит — истории уже неизвестно, но только раньше 11 утра этот человек сам по себе просыпаться не умеет, да и будильнику лучше обладать крепкими руками и психикой, чтобы был шанс сработать. Ну или... — Ничего, я тебя лично вытолкаю отсюда, если понадобится! — с ухмылкой говорит ничему не учащийся Ричард. Хотя на такое заявление у него есть полное право: он-то телосложением пошёл в коренастого отца, и поэтому даже в свои 14 способен постоять за себя получше едва ставшего совершеннолетним братца. — Придурок мелкий, — бурчит себе под нос Роджер. Мать на кухне лишь вздыхает и качает головой: ей порой не хочется иметь своего тонкого слуха. — Роджер, он прав: тебе главное сесть утром на свое место, а потом, в пути, можно и поспать несколько часов. Прибытие обещают примерно к 2 часам дня. — Хоть что-то хорошее, как раз... осмотрюсь немного... как приеду, — задыхаясь в попытке застегнуть под завязку набитый рюкзак, отвечает вынужденный путешественник. В следующий день Роджер просыпается уже в пути, когда не закрытое занавесками солнце слепит глаза и сидеть, если так можно назвать позу, в которой бессознательно скрючился парень, в джинсовке становится жарко. Взгляд на часы, время — 11.37. Терпимо. Надо же вчера было зачитаться "Паучком" до трех ночи — даже не заметил, как в автобус попал! Ну да хорошо, что еще не прибыли и никто не выталкивает на улицу ногами. Фу, какое небо серое. Оно тут всегда такое? Ладно, в селе есть-таки что-то хорошее. Хотя мысли Тейлора для него не особо утешительны, смотреть в окно интересно: постепенно пастбища с коровами превращаются в пустоши с мелкой рабочей застройкой, затем — в широкие магистрали с пестрыми, как модельки в магазине, машинами, которые плавно соединяются со строгими домами. Сначала — маленькими, каменными и деревянными, с мхом у ступенек и плющом под крышей — почти родными, потом — высотными, стеклянными и бетонными, увешанными миллионами объявлений и вывесок — чуждыми и манящими. То тут, то там мелькают, кажется, знакомые шпили храмов — хоть чем-то древний Труро похож на столицу — и везде одинаковые обшарпанные и страшные для неискушенного зрителя двери очередного паба. Будет куда завалиться в случае чего. Может, с квартирой помогут. — Лондон, вокзал Виктория Коуч. Спасибо, что воспользовались нашими транспортными услугами, ждем вас снова, — заплетающимся после долгой и трудной дороги языком монотонно сообщает водитель. — Ага, если бы из Труро в Лондон что-нибудь еще ходило, монополисты хреновы, — бурчит будто бы в ответ Роджер. Находиться на одном месте неподвижно 8 часов, да еще и не имея интересного занятия — "комикс, балда, в чемодан сложил, а он в багажнике" — для него едва ли не бóльшая пытка, чем для "пилота" в это же время — следить за однообразной дорогой. Выбравшись наконец из заточения, Роджер сладко потягивается и закуривает приветственную "трубку мира". И неважно, что он ее ни с кем не делит, главное — он наконец на свободе, хоть здешний воздух скорее сковывает, а постоянный гул давит на мозги. "Ничего, и не такое проходили," — бодро говорит себе новоприбывший и направляется сдать вещи на вокзал — не переть же их с собой в бар, в конце концов. Звонок маме, "да, все нормально, да, цел, нет, не проспал, да, хорошо чувствую, все, люблю, пока", — и вперед, навстречу к первым "деловым" знакомствам.