Антагонисты

— Что я делаю, тебе дословно объяснить? У тебя милые ушки. Такие мягонькие, так и хочется покусать, — усмехнулся Рей и тоже не упустил возможности дотянуться до кружки с элем, сделав пару глотков. Это помогало больше расслабится. Закусив губу, Лакруа провел ладонями по бокам человеческой части кентавра, как бы намекая, что он готов к продолжению. И намек был понят предельно ясно. Горячие языки и губы, наполнившиеся вкусом алкоголя, быстро смешались в страстном танце. Реймонд был груб в своем поцелуе. Но это не потому, что всегда так целовался, а потому что это был не поцелуй вовсе, скорее уж борьба. Мужчина покусывал то губы, то язык кентавра, залезая языком и к небу и к внутренним сторонам щек, изредка ухватывая глоток воздуха. От возбуждения и алкоголя его щеки раскраснелись, да и на темной коже Арена было заметно тоже самое. Для таких двух горячих особ в таверне стало слишком жарко. Но Лакруа не собирался стоять столбом, сражаясь только ртом, у него ведь есть ещё и такие замечательные инструменты, как руки. Он пополз ладонями по подсушенным мышцам от пупка и вверх, к грудине. Сжал половинки грудных мышц, чуть отпустил, погладил и снова сжал, задевая темные соски. Интересно, знал ли шаман, что эта часть и у мужчин вполне себе чувствительна?