Фарфоровая куколка.

Юнги поймал Чимина буквально на лету, когда тот случайно споткнулся о чью-то ногу и чуть было не упал, если бы не ловкость Мина. - Ну и толкучка! - досадно протянул блондин, когда парни буквально вывались из автобуса. - Какой-то мужик всю дорогу тёрся об меня! - Почему ты мне не сказал? - нахмурился брюнет, на шаг ближе подойдя к Паку. - Да тебя в другой конец автобуса вообще унесло! - неожиданно громко и раздражённо воскликнул парень. - И я парень, а не девица беспомощная... «Вообще, он прав, - подумалось Юнги. - Чего я так нервничаю?» Чимин пошёл вперёд, а брюнет медленно шагал следом, оценивающе окинув фигуру друга взглядом: широкие плечи, подкачанные руки и ягодицы... Ягодицы. «Нервничать стоит», - немного покраснел брюнет. Чимин резко развернулся на пятах и озадаченно посмотрел на Мина, который резко опустил глаза, упершись взглядом в асфальт. - Я почувствовал, будто на меня глазеют сзади. Прямо прожигают спину. Это ты? - Нам направо, кстати, - Юнги указал в сторону небольшой дорожки, которая вела вглубь улицы. - Ты так и не ответил... - Давай поспешим. Прохладно стало, хах?

***

Блондин охнул, не ожидая увидеть милый уютный домик. В гостиной вкусно пахло карамелью и было очень тепло. Приятный мягкий свет не ударял в глаза - напротив расслаблял уставшие глаза, особенно после просмотра фильма со внезапными яркими вспышками света. Кто додумался так насиловать глаза? Звуки улицы, разговоры и гогот подростков были приглушенными, и такая тишина с тихими звуками давала так же отдыхать ушным перепонкам, как и неяркий свет глазам. - Прости ещё раз за вторжение. Вся эта история с потерей ключей совсем неожиданной оказалась. - Ничего страшного. Я пойду чай налью, хорошо? Ты можешь смотреть всё, что захочешь, - Юнги улыбнулся, и пальцем указал на белую дверь, выделяющуюяся из бежево-серых тонов - слишком ярко и холодно смотрелась на общем фоне, - кроме той комнаты. Пак жестом показал "О'кей", и Мин покинул комнату. Блондин позволил себе расслабиться чуть больше, чем он мог себе позволить при брюнете, оглядываясь по сторонам. И не обнаружил ничего особенного - телевизор, журнальный столик со стеклянной столешницей и пара полок, на одной из которых была детская фотография Юнги в аккуратной деревянной рамке. Чимин поднялся с дивана и подошёл к ней. На фото хмурый ребёнок смотрел прямо в объектив. Поза была неестественной, мальчик был напряжен. Позади него стоял ещё один ребёнок, кажется, одногодка - девочка с аккуратно уложенными в низкий хвост волосами в миленьком розовом платье. Она широко и вместе с тем неестественно улыбалась, делая реверанс. И было в маленькой леди кое-что, что очень цепляло взгляд. То, что люди называют изюминкой. -Мерзкий цвет. Я его так ненавижу. Тебе самому не тошно? Такой же, как у твоей ебанутой мамашки. - Чёрт возьми, сам ты ебанутый, - прошипел про себя блондин. - М? Ты что-то сказал? - раздался голос позади. - Нет, - Пак повернулся, - ничего.

***

Недопитый чай давно остыл, оживленная толпа людей давно сгинула во тьму, во многих окнах домов свет не горел уже пару часов, а Чимин всё смеялся над разными историями из школы, о которых ему рассказывал Юнги. -...и, ты не поверишь, но в этот же момент этот конченный кусок дерьма влетел в меня со скоростью света! - Мин всплеснул руками. - Я думал, что скончаюсь там же. - А что было потом? - с неподдельным восторгом поинтересовался Пак. - Потом меня отпиздили за школой. Пара-пара-пам-пуф! Блондин опешил, застыв с глупым выражением лица в полнейшей тишине, ожидая, что это была шутка. - Ты что, реально сейчас? - наконец оттаял он. - Да, - брюнет откинулся на спинку дивана. - Но это самая приятная часть истории, потому что я ему тогда так ебучку набил. Отплатил, так сказать. - Ого, я думал, ты менее активен. Ну, знаешь, ни к кому не лезешь, находишься всегда в стороне. Отдельно от всех. - Да так и есть, - признался Мин, - но терпилой быть не хочу, понимаешь? Чимин кивнул, добавив, что это отлично, когда человек может постоять за себя. Юнги согласился и встал: - Поднимай зад, я тебе диван разложу. - Я и так могу поспать, - слабо возразил Пак. - Возражения не принимаю. Блондин тяжко вздохнул и медленно и лениво встал, отходя в сторону, чтобы освободить место для дивана и Юнги. Пока Чимин шагал назад, он не сразу понял, что летит спиной вперёд, открывая головой ту самую белую дверь. - О, чёрт возьми, ты в порядке? - Мин отбросил подушку в сторону и подбежал к парню, садясь рядом с ним на колени. - Да, всё нормально. Пак открыл глаза, и первое, что в них бросилось - голые стены, на которых были нацарапаны какие-то фразы. Вне контекста понять их было трудно. Ещё затруднительно было из-за того, что фразы были нацарапаны друг на друге. "Куклы..." - единственное, что смог прочитать Чимин. Буквы фразы были самыми крупными, и не заметить это слово было трудно. Когда же блондин повернул голову налево, то встретился взглядом со стеклянными глазами зелёного цвета. - Фарфоровые куклы? Это... Огромная коллекция фарфоровых кукол? - Вставай, - Юнги взял Пака за ладони и потянул на себя. - Ты ничего не видел. - Что? Чимин подумал, что это самый глупый вопрос, который он мог задать в данной ситуации, но он вырвался непроизвольно. Ему одновременно невероятно хотелось спросить об этих куклах и одновременно ему было очень неловко, ведь это наверняка очень и очень личное, раз Юнги настолько холодно отреагировал на то, что Пак увидел его коллекцию. - Прости за это, - блондин виновато посмотрел на Мина, когда тот, в свою очередь, лишь снисходительно улыбнулся. - Значит, ты не зол? - Это всё лишь чистая случайность, - ответил брюнет, - так что не за что тебе извиняться. Пак улыбнулся в ответ и обошёл Юнги, который пошёл к двери. Чимин сел на край кровати и снова взглянул на фотографию с девочкой и малышом Юнни. - Слушай, - Мин обернулся и посмотрел на затылок блондина, - ты же говорил, что никак не можешь вспомнить меня в детстве, да? - Да, - ответил брюнет, слегка нахмурившись. К чему это он? - Но я всё это время был перед твоими глазами... Брюнет нахмурился ещё больше, когда Чимин встал и подошёл к полке с фото, на которую он положил ладонь. - Прямо тут.