Ты должен быть моим.

      Шизик дремал спокойно, сопя в подушку, не слыша, как его дружок, что предоставился остаться на ночь, тихо встал с кровати, чтобы не разбудить крошку, деликатно чмокнув в лоб. За окном уже поднялось солнце, но рабочий день у Бобов начинается с девяти часов, так что, на пол часа на переодевание и на готовку у Эль’Бобо будет время. Одевшись и добравшись ходьбой пушинки, взглянул ещё раз на спящего брата, невольно умилившись и вышел из комнаты, собираясь идти на кухню за своими долгами. А Шизик так и спал сладким сном, как младенец. ---       Остроглазый проснулся довольно-таки поздно, к двенадцати. Растянувшись на кровати, заобнимав одеяло с подушкой, он не сразу понял, что спит сейчас - один. Сразу сев, оглядываясь, его взору открылся поднос с едой. Тихо чихнув и поморщив нос, Шизик принялся лениво одеваться: — Тук-тук-тук, можно?       Донеслось из двери с тремя стуками. Душевнобольной молча продолжил одеваться: — Значит можно.       И зеленоглазый открыв дверь, широко улыбнулся, закрыв её и поправив свою причёску с головным убором. Привидя, что "мышка" оделась, он, смотря лишь на Шизо, подошёл красивой походкой плотно к нему: — Зная, что ты у меня очень упёртый, то я сам пришёл тебя покормить!       С добрым взглядом одаривая полное внимание парню, тыльной стороной ладони провёл по щеке, наклонив слегка влево голову, когда бледнокожий смотрел никаким на него взглядом. Видать, ещё не проснулся, бедняжка: — Садись.       Устало вздохнул, и покавыляв ногой, решился всем очень вялым видом сесть на кровать: — Умница.       И Эль сел к стене рядом с тумбой. Взяв серебристую ложку, исчерпал ею картошку, и, подув, повернулся к Шизофренику: — Открывай ротик.       Мило улыбаясь, он ждал полного подчинения от брата. Шизо, хмыкнул, куда-то всё время всматриваясь, словно он был с Элем здесь не один, смог открыть рот, выбросив этот «транс», сосредоточено взглянув на кучерявого мальца: — Чух-чух!       Полётом самолётика, ложка тут же осторожно вошла в рот и тут же вышла, оставшись без картошки. Шизо неохотно пережёвывая, постукивал и качал влево-вправо левой ногой, снова уйдя в свои мысли. Ушёл бы надолго, если бы не уставился снова в окно неподалёку.       На улице была тёплая погода; славные лучи встречали всех жителей этого места; был малый ветерок и даже лужи на неровном асфальте, в некоторых местах подбитый. Ночью был маленький дождик, который длился практически всю ночь, но видимо никто не заметил этого, не услышали.       Резвились птицы; на небе водились облачка, как сладкая вата; много спелых ягод и овощей; неограниченное количество приятных настроений от такой чудной погоды, созывая всех словно выйти на улицу, дабы наслаждаться жизнью.       Не успел Шизофреник окончательно насмотреться в окно, как уже картошечка с капустой уже была съедена им с ложки. Эль продолжал поддерживать и иногда что-то рассказывать ему, но тот не слушал просто. Дав последнюю ложку, он закончил с фразой кормить его: — Какой же ты у меня молодец! А ещё говоришь — есть не сможешь.       Ласково улыбнувшись, он взялся за поднос с пустой тарелкой: — Извини, воды сегодня нет. Командир с другими будет чинить кран, поэтому, останемся снова на пол дня без жидкости.       Встав со скрипучей кровати, Эль собрался выходить, но повернулся к Шизофренику: — Не хочешь со мной пойти, ¿ dulce*?       Но Шизик молча помотал головой, чем неприметно расстроил Бобо. А ведь так хотелось провести время на весь день, хотя бы сладостный разочек. Тихо издав смешок, Эль оказался за дверью: — Хорошо, как знаешь. Если понадоблюсь, я на кухне! Не скучай!       Шизке лишь осталось снова вглядываться в окно, обнаруживая новое, что он сначала не выискал. ---       Прошло немало времени, а Шизофреник всё сидел и сидел. В последнее время он и задумывался лишь о том, почему он не мог согласиться пойти с Элем на кухню? Парню, кажется, наскучило сидеть, а вроде и нет. В нём были противоречивые чувства, но глаза машинально впичатывались в дверь. Зевнув, он потёр в миг закрытые глаза и открыв, пошёл с неуверенностью к выходу из его комнаты. ---       Оглядываясь с дикой боязнью назад, стараясь не нарваться на никакого клона, шёл на кухню, слыша уже далеко от неё всякие голоса: — Боже, mraz'*, дай мне лучше вкрутить!       Взяв отвёртку с рук Флэша, Алекс умело стал вкручивать уже который болт, но этот был — последний. За этим наблюдал Джеймс, что почитывал газету и первый приметил Шизофреника рядом: — Привет? Мне снится или ты...Да, не снится. Кхм, Шизо, что-то произошло?       Но тот лишь осматривал кухню, выглядывая из-за стены. Эля нет. Его нет здесь: — А...где..Э..Эл-ль?..       В дикой сконфуженности осмелившись спросить агента, он всё ещё в надежде глазками искал тореадора: — Он сейчас у Бойца в комнате. — А… Ясно.       Псих хотел уже пойти отсюда, если бы не голос опять-таки киборга: — А поблагодарить?       Косо взглянув на черноволосого с носом-пуговкой, он перелистнул газету: — С..Спасибо. — Так-то лучше.       Глубоко выдохнув, душевнобольной направился дальше на поиски Эль’Бобо. У Бойца, значит у Бойца: — Алекс, убери свою трость, пока я ей тебе третью ногу не сделал! — Ха-а! ---       Черноволосый добрался до комнаты, но он не стал входить туда, нет-нет. Он прислонился ухом к дверце, вслушиваясь в разговор. Мало ли, но мешать он не хочет, если они чем-то важным заняты, да и побаивается: — Эй, Эль, не будь ты таким занудой!       Со смехом отдалось из другого конца комнаты: — Но я-то знаю, кассета тут была!       Прозвучал другой голос с противоположной стороны и то очень приглушённый. Видимо, Эль рылся где-то в шкафу, кто знает: — Да я сам тут всё.. О! Я нашёл! — Что? Ай! — Я нашёл!       Шизика замучила любопытность, ему так захотелось посмотреть, что там у них происходит: — Хах, а я вообще решился уже искать в саду. — Дурашка ты, Эль, я бы всё равно бы не выбросил что-то, не осмотря полностью. Кассета была тут, как видишь.       Раздалась музыка. О, боже, интересно! Как же интересно! Одним глазом, лишь одним! Шизофреник всмотрелся в отверстие, где суют ключ, и, ничего понятного не увидев, приоткрыл дверь.       Комната Бойца была в зелёных оттенках, даже с некоторыми игрушками, но с множеством различных других безделушек. Кровать было не видно, наверно с другого ракурса она, но шкаф с проигрывателем был понятно виден. Эль с улыбкой на лице стал танцевать с его другом Боксёром, строя из себя великого джентльмена, лишь иногда спотыкаясь, на что Бобо несдержанно хохотал.       Боец был сзади испанца и обнимая сзади, наклонился к его уху, ехидно смотря, но с добротой: — А ты не верил, что я не умею танцевать! — А кто говорил? Я просто усомнился, amigo*.       В ответ игриво, но тоже не с двуликим взглядом смотря на задираку, потрепал его по голове: — Гадёныш, посомневайся мне тут!       Комната отразилась весёлым смехом, если бы не звук закрывшейся двери: — Ой! Боже, я аж вздрогнул..       Комментируя ситуацию, Боец взглянул на закрытую дверь: — ¿Qué pasa?*       Недомогание произошло и у испанца от парня в перчатках. Он тоже взглянул на дверь: — Да так, наверно показалось.       Пожав плечами, он тут же неожиданно взял и посадил Эля на его плечи, подпрыгнув: — А-а, Боец, тебе не жить, не подпрыгивай, просил же!       Задорно залепетав, он опять засмеялся, а вместе с ним и Боец. ---       Неужто.. ревность у тебя, мой дорогой друг?